Chapter Text
— Я принёс тебе рыбы.
Чонгук опускается у своей тесной ванны, и его вместе с подношением тут же окатывает мощной волной воды. Из-за бортика на него хмуро глядят два чернющих уголька глаз с нахмуренными мокрыми бровями. Гуки отфыркивается и жмурится.
— Слушай, это не ты платишь за воду, не мог бы ты перестать расплёскивать всё, — устало проговорил он. — Я не желаю тебе зла, но я не могу физически отвести тебя в тропики прямо сейчас. На улице минус двадцать, подожди до весны, окей? Даже если мы доберёмся до моря, ты не доплывёшь до тёплых вод, замёрзнешь.
Русал недовольно вываливает свой гигантский хвост из ванны и продолжает дуть губы. Чонгук не уверен, насколько он может вести разумные беседы с этим существом, и вообще понимает ли оно его. Он даже не уверен, что это парень, но вроде был похож. Чонгук раньше не определял пол у рыб, но эти брови говорили сами за себя.
— Так ты есть будешь? Тут у меня сырая рыба, а тут — варёная… правда, ты намочил и меня, и свою еду. Я не знаю, чем тебя кормить, но ты похож на хищника, — Чонгук поднимает тарелки с промокшей едой.
Русал принюхивается, протягивает руку к сырой рыбе, и Чонгук даёт ему её, получая в награду болезненный укус до крови.
— Ауч! Кусаться нельзя! Господи иисусе…
Хищник слизывает кровь с губ и с отвратительным хрустом вгрызается в рыбу, в мгновение ока растерзав её на мелкие кусочки и выплёвывая ошмётки плавников и хвоста в воду. Его взгляд заинтересованно обращается в сторону Чонгука, и русал медленно приподнимается на своих сильных руках, совершая поползновения в сторону аппетитно пахнущей человечины.
— Не-не-не-не! — взвизгивает Чонгук, подпихивая в сторону русала тарелку с рыбой и пытаясь отползти от угрозы подальше, елозит пятками по мокрому полу и плюхается задницей в созданную русалочьим хвостом лужу. Существо недовольно опускается обратно в ванну и приканчивает остатки рыбы, затем поворачивается в сторону варёных кусков и непонятливо морщит нос. Не нравится.
— Ой ну ладно, — говорит Чонгук. — Я тоже не понимаю, как ты это сырым ешь!
Существо вздыхает, погружается в грязную, в крови и останках съеденной рыбы воду и шевелит жабрами. Чонгук чувствует, что ему снова необходимо наполнять новую ванну — это каждый раз было, честно говоря, пипец как стрёмно. Русал обладал мощным хвостом, и не менее мощным человеческим телом, и острыми зубами, он буквально мог убить Гуки любой частью своего тела.
Но Гуки не мог его оставить.
Он нашёл это существо на берегу Хангана, почти вмёрзшее в лёд, и еле смог втащить тяжеленную рыбину в кузов своей машины. Наверное, русал заблудился и поплыл вверх по течению от самого моря, но Чонгук действительно не мог отвезти его к тёплым морям. Гуки сделал вывод, что это какая-то тропическая особь, так как расцветка была персиковой и серебристой, и чешуя была гладкой, больше похожей на кожу, чем на саму же чешую. Там, где тело напоминало человеческое, она была искристой и подсвечивалась едва заметным персиковым цветом, похожая на плёнку, но русал был бледным, словно рыбье брюхо, поэтому, когда Чонгук впервые увидел его, то подумал, что он мёртв. Однако существо, отогревшись, пришло в себя, как только Чонгук начал его трогать, и юноша поплатился за это рукой — русал чуть не оттяпал её напрочь, и теперь на предплечье красовался полукруглый укус с серьёзными проколами. Спинной гребень у русала был яркий, красный, с чёрными косточками, и переходил в хвостовой плавник, достаточно сильный, чтобы сбить с ног даже Дуэйна Джонсона. Боковые плавники имелись в количестве четырёх штук, и все плавники в целом заканчивались чёрными шипами, и Чонгук не хотел проверять, ядовитые ли они. Он действительно не хотел.
— Если честно, чувак, — Чонгук неловко трёт затылок. — Я уже две недели не мылся, и это некоторая проблема… Ты не мог бы, ну, я не знаю, убрать свой хвост куда-нибудь?
Русал смотрит на него, как будто ждёт, что Чонгук покормит его собой.
— У меня больше нет денег на рыбу, — печально вздыхает Куки и поднимает тарелку с вымоченной варёной рыбой. — Полагаю, это ужин для меня сегодня… Интересно, ты млекопитающее или всё-таки рыба? Ты покрыт чешуёй, но у тебя есть соски. В любом случае, давай поменяем тебе воду. Чистенькая водичка, окей?
Русал снова опускается под воду, но оставляет на поверхности чёрные глаза и свою персиковую макушку. Как будто обещает лежать смирно. Чонгук верит в это, и выдёргивает пробку из слива, позволяя грязной воде уйти и вылавливая останки костей и пару рыбных голов. Ему нужно чем-то кормить своего гостя.
— Я найду подработку, рыбка, — обещает Чонгук. — Я за тебя ответственен, значит, нужно достать ещё денег. Не стесняйся, это ведь ненадолго, я понимаю, что ты не можешь жить у меня в ванне. Ох!..
Хвост сбивает его с ног, и Чонгук летит прямо в объятия своей «рыбки». Вода из крана хлещет на них обоих, хвост ходит ходуном, и, правда, Чонгук успевает испугаться, но рыбка его не трогает — складывает ручки на груди, как кролик, пародируя самого Гуки, и выжидающе смотрит, как будто пытается угадать — разозлится или нет. Затем русал набирает пригоршню воды и выливает это на голову Чонгука, а затем ещё и ещё раз. «Моет» его. Чонгук начинает хихикать.
— Так ты понимаешь меня!
Русал ласково подёргивает его за волосы и не спешит кусать, полоская Чонгука в ванной, а затем растягивает губы и квадратно скалится.
Пытается улыбнуться.
— Ты совсем как Беззубик, — говорит Чонгук. — Он так же любит рыбу и такой же зубастый, как и ты. Я могу звать тебя Беззубиком?
Русал не обращает на него внимания, плещась и теребя волосы перепончатыми пальцами, затем тычется носом в шею. Раскрывает рот.
— Нет, не кусай! — испуганно кричит Чонгук.
Беззубик смотрит на него, как на идиота, опускается под воду и обиженно булькает. Мол, думаешь, я совсем придурок?
— Прости, — смеётся Чонгук. — Ты уж не убивай меня, я позабочусь о тебе, и тогда ты переживёшь зиму. А как только зима закончится, я отвезу тебя на машине туда, куда надо.
Беззубик прижимается к его шее и громко, с хлюпаньем, втягивает носом воздух.
— Я добавлю тебе тёплой воды, — Чонгук гладит его по голове и вылезает из ванны.