Archive of Our Own

Chapter Text

— Чем, черт возьми, она меня напоила? — требовательно спросил Стайлз.

Его уже развязали - спасибо Лидии, которая вошла следом за рычащими оборотнями и расстегнула его кандалы. Стайлз рад, что они взяли её с собой, потому что все оборотни оказались слишком заняты мисс Блейк, чтобы помочь ему. Дерек просто стоял там, со своими этими клыками и когтями, смотрел на мисс Блейк широко раскрытыми глазами и маской побитого щенка на лице.

К счастью, Кора соображала лучше и связала мисс Блейк, пока Скотт и Айзек держали её, злобно сверкая глазами.

Последним вошёл Дитон, когда Стайлз уже был освобожден. Видимо, Оби-Ван был достаточно встревожен происходящим, чтобы отправиться вместе с ними. Стайлз был бы тронут, если бы только, ну знаете, Дитон бы хоть раз проявил озабоченность тем, что происходило со Стайлзом раньше. Тот тут же начал рассматривать стол, на котором стояло зелье.

Стайлз дал доктору тридцать секунд, чтобы осмотреться, прежде чем накинуться на него с вопросом, что же она с ним сделала. Но Дитон, ублюдок, молчал и оставшуюся половину минуты.

Стайлз только открыл свой рот, чтобы повторить вопрос, как Дитон произнес:
— О, мой...

Стайлзу не понравилось, как прозвучало это "о, мой...". Это звучало не хорошо. Это звучало очень плохо, отчего Стайлз не на шутку перепугался. Где-то в животе ощутился прилив ужаса: 
— Что она сделала?

— Стайлз, это важно. Она заставляла тебя что-нибудь выпить?

Блядь. Блядь! 

— Да, — голос дрогнул. — Что она заставила меня выпить? — потому что... это же не могло быть именно то, что напоминало по вкусу. Верно?

— Хм, — Дитон пролистывал какую-то книгу.

Стайлз честно пытался быть терпеливым, но его желудок в данный момент переваривал какую-то неизвестную субстанцию. У него сейчас терпения было – кот наплакал. 

— Перестаньте мучить меня этой гребаной неопределенностью. Я только что выпил какую-то отвратительную на вкус жидкость, которая вполне может быть волшебной или ядовитой, так что не могли бы вы мне сказать, какого хрена это было?

— Intactus lupus infans, — как всегда невозмутимо сказал Дитон. — Это - старое заклинание, хотя, я не уверен, зачем оно понадобилось мисс Блейк, — он посмотрел на неё пытливым, пристальным взглядом, на что мисс Блейк зло сверкнула глазами.

Стайлз начинал беситься. Знать название заклинания и не знать его назначение - это хуже, чем быть невежественным.

— Девственный ребёнок волка? — смущённо спросила Лидия. Благослови Господь её познания в латыни.

Подождите. Что?

— Ладно, я думаю, что часть про девственность можно пропустить, но, что именно означает "ребёнок волка"?

Потому что... о, Боже. На ум начали приходить ужасные мысли, и... о, Боже...

— Что, черт вас дери, обозначает "ребёнок волка"?

Дитон оторвал глаза от книги. Его очень тяжелый взгляд был направлен прямо на Стайлза:
— Это означает "зародыш оборотня", которого ты выносишь и родишь.

— Что? — Стайлз почувствовал надвигающуюся паническую атаку. — Скотт! Скажи мне, что твой босс, а по совместительству еще и знаток ведьм, не сказал мне только что, что я - беременный оборотнем!

Скотт подлетел к Стайлзу, схватил того за руку и начал лепетать свою обычную обнадёживающую фигню: 
— Чувак, эй, все хорошо. Я практически уверен, что Дитон не это имел в виду. Все будет нормально. Просто дыши.

И стоило Стайлзу немного успокоиться, как Дитон вновь открыл свой треклятый рот.

— Хм. Глядя на эти записи, я могу сказать, что отец этого ребёнка — Дерек.

Стайлз пришел в себя после панической атаки, уже находясь в клинике Дитона. Его воспоминания о том, как он сюда попал, были немного расплывчатые, но почему-то складывалось четкое ощущение, что без Скотта, несущего его аки невесту, явно не обошлось, так что лучше, наверно, ни о чем не спрашивать.

— Между прочим, — сказал он, обнимая руками колени, — я сейчас реально не в порядке.

Дверь открылась, и в кабинет вошёл Дитон в сопровождении Лидии и Эллисон. 

— Все будет хорошо, — невозмутимо заверил он, очевидно, пробуя успокоить Стайлза. Да пошёл ты. Стайлз не хочет успокаиваться. — Заклинание, которое использовала мисс Блейк, защитит тебя от любого вреда, который может настигнуть тебя в ближайшие десять месяцев. Оно очень мощное. Сейчас, вероятно, ты в большей безопасности, чем был в прошлом году.

Это, скорее всего, должно обнадёживать. Но, как-то не действует. Особенно, потому что... 

— Вы сказали десять месяцев? Потому что, я был уверен, что человеческая беременность...

— Полный срок беременности составляет сорок недель, — мягко перебила его Лидия. — Люди, которые считают, что срок беременности - десять месяцев, обычно забывают, что в среднем, в месяце 4,33 недели, а не ровно четыре, — она стрельнула в Дитона недовольным взглядом, будто его дрянные познания в математике нанесли ей личное оскорбление.

— Сорок недель, — повторил Стайлз. О, черт, нет. — Смотрите, ребята. Спасибо, конечно, за информацию, но, эм, я не думаю, что вы понимаете. Я - семнадцатилетний ребёнок. Ребёнок мужского пола. У меня не может быть детей.

Раздался грохот, будто снаружи что-то сломалось, и Дитон глубоко вздохнул.

— Эллисон, не могла бы ты выпустить Скотта из рябиновых ворот? Отведите Дерека куда-нибудь, — вежливо попросил он. — Я, конечно, понимаю его беспокойство, но этот разговор – не для его ушей.

Скотт сначала посмотрел на Стайлза, выискивая согласие, и тот неохотно кивнул. Если кто-то и мог выгнать Дерека - так это Скотт и Эллисон, и пусть Стайлзу очень нужна поддержка Скотта, но ещё больше ему нужно, чтобы уши Дерека оказались вне пределов слышимости.

— Иди. Можешь даже побить его немного. Может, это его отвлечёт.

— Хорошо, — с сомнением согласился Скотт, но позволил своей руке ещё ненадолго задержаться на колене Стайлза. — Просто... позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится.

Например, способ, как выбраться из этого замеса? Ага. Но все, что он ответил: 
— Конечно.

Скотт и Эллисон ушли. Лидия заняла место Скотта, около Стайлза, на операционном столе, и молча потянулась к его руке. Они подождали, пока не раздастся звон дверного колокольчика, и только тогда продолжили разговор.

— Итак, я говорил, что у меня не может быть ребёнка. Ничего не изменилось. Так что вам просто... — Стайлз махнул рукой. — Делайте, что должны делать, но вытащите это из меня.

— Стайлз... мы не можем, — сжавшись, сообщила Лидия.

— Что? — конечно, они могут. Ещё даже часа не прошло. Стайлз прекрасно знал, что существуют специальные таблетки, аборты и всякие другие способы, чтобы это чёртово зелье, залитое в его горло, не превратилось в ребёнка в следующие девять месяцев. Десять месяцев. Неважно.

Но Лидия лишь покачала головой: 
— Стайлз, я прочитала о том заклинании, которое она использовала. Оно защищает не только тебя. Оно вообще защищает, ясно? — она опустила свой пристальный взгляд на его живот.

— У меня будет малыш, — живот как-то скрутило.

Нет, все намного хуже. У него будет малыш Дерека.

— Почему… — он глубоко вздохнул, пока Лидия сжимала его руку. — Почему Дерек? Почему не Скотт? — вместе со Скоттом он бы справился. Скотт был бы хорошим отцом.

Лидия и Дитон обменивались взглядом долгую минуту. В конечном счёте, ответил Дитон: 
— Мы думаем, что это из-за... материалов, требуемых для заклинания. У мисс Блейк был доступ к Дереку, да и подозрительно бы выглядело, если бы она и Скотт...

О, Боже. 

— Эм, ребята, — Стайлз начал глубоко вдыхать через нос, — кажется, я сейчас блевану.

Так вот, чем на вкус было это зелье. Сперма. Значит, это было не только воображение Стайлза. Он с сожалением рефлексировал по этому поводу после того, как освободил свой желудок и промыл рот половиной бутылки ополаскивателя.

Лидия сочувственно гладила рукой его спину.

— И что мы будем делать с мисс Блейк? — обычно Стайлз не одобрял убийства людей... если, конечно, они не были такие психи, как Мэтт, или превращались в ящериц, как Джексон... но, прямо сейчас, он бы с радостью отошёл от своих убеждений. С радостью.

— Есть одно заклинание, которое мне не очень нравится, но учитывая последствия, думаю, что без него не обойтись, — сказал Дитон. — Оно не очень полезное.

Стайлз впился в него взглядом из-за края своей банки с имбирным пивом.

— То заклинание, что она использовала - для накопления силы, могущественной силы, — Лидия явно была более откровенна. — Это - как атомная электростанция магии. Но, чтобы провернуть такое, нужен оборотень, родившийся от непорочного зачатия.

— Ты прикалываешься надо мной.

Она не прикалывалась над ним.

— Значит, она украла меня, чтобы я родил ей ребёнка, которым она могла бы пожертвовать, чтобы получить больше власти? — сама идея вызвала у Стайлза отвращение.

— По-видимому, у неё была очень веская причина или, возможно, соучастники, с которыми она придумала этот план. Она очень мало нам рассказала.

— Она рассказала, что очень долго искала подходящую стаю, чтобы привести в действие это заклинание.

Стайлз кивнул, а затем понял, что не уловил столько смысла, сколько подразумевал уверенный тон Лидии.

— Что ты имеешь в виду под "подходящей стаей"?

— Должны быть выполнены некоторые условия, — ответил за неё Дитон.

— Для роли Девы Марии. Он или она должны быть девственниками, которых в наши дни не так просто найти. Так же, они должны быть частью стаи. Для этого не подойдёт абы кто, — Стайлз очень удивился последствиям заклинания, подразумевающего, что он - часть стаи Дерека. Может, заклинания просто перепутали?

— Ладно, но разве девственников так нелегко найти?

— У "Марии" должна быть искра. Вот это точно нелегко найти. Я впечатлён, как она вообще умудрилась тебя найти.

Стайлзу вдруг захотелось ударить Дитона по лицу. Сначала он задался вопросом - могут ли это быть гормоны, но потом вспомнил, что постоянно испытывал подобные чувства при общении с этим человеком.

— Так, что там по поводу того заклинания, которое вы хотите использовать?

— Сдерживающее заклинание, которое разорвёт связь между её телом и её магией. Это мало чем отличается от разрыва спинного мозга. В ней все ещё будет магия, но использовать она её не сможет.

— О, — звучало кошмарно, но Стайлз слабо себе представлял, что ещё они могли сделать. Она хочет убить ребёнка… его ребёнка.

— Да. Есть определённые причины, почему это заклинание не используется часто.

— Но, подождите. Она же все ещё будет знать обо мне. Она могла бы найти кого-нибудь другого, кто будет использовать магию вместо нее. Пока она знает обо мне, она опасна!

— И, как раз поэтому, Дитон наложит на неё ещё и заклинание памяти. Он устранит все воспоминания о тебе и о том, что она сделала.

— А. Хорошо, — тогда Стайлз и малыш будут в безопасности. Ему не придётся волноваться о ней. Теперь, ему придётся волноваться лишь о том, что он беременный семнадцатилетний подросток. И о том, что папочка ребёнка - Дерек. Господи!

— Я рожу Оборотня Иисуса, — простонал Стайлз.

Лидия издала какой-то звук, но Стайлз его проигнорировал, потому что следом за этой мыслью, его озарила другая: 
— А что, черт возьми, я скажу отцу?!

Тем вечером, Стайлз так и не нашёл ответ на такой важный вопрос. Закрадывалось сильное подозрение, что ответ ему в любом случае не понравится. Его похитили, заставили забеременеть, и он чертовски устал. Домашняя работа – пошла на хрен... Он будет спать.

Интересно, сможет ли он когда-нибудь снова написать гребаное эссе по английскому.

Когда он вернулся домой, отец все ещё работал, и это было просто замечательно, потому что у Стайлза абсолютно не было настроения с кем-либо говорить. Он еле поднялся по лестнице и больше часа отмывался в душе. Потом, наконец-то, добрался до кровати, надеясь, что, когда он проснётся, все окажется ужасным, бессмысленным и очень плохим сном.

Естественно, Стайлзу по жизни никогда так не везло.

Когда он вновь открыл глаза, казалось, что прошло всего несколько минут. Но цифры на будильнике обозначали, что прошло три часа. Раздалось несколько ударов, и сначала он просто слушал, дабы убедиться, что ему не послышалось. Потом со вздохом сказал: 
— Ты можешь войти, чувак. Нам все равно когда-нибудь придётся об этом поговорить.

Окно открылось, и почти робко — Стайлз не знает, как это вообще возможно, — в комнату проскользнул Дерек. Стайлз видел лишь его силуэт в свете уличного фонаря. 

— Дитон и Лидия разобрались с Дженнифер.

Дженнифер. Верно. Потому что для Стайлза - его похитила и оплодотворила его учительница по Английскому, а для Дерека? Получается, что Дерек обольстил её, или наоборот, только чтобы позже узнать, что она просто хотела выдоить из него долбаные оборотнические соки.

— Хорошо, — сказал Стайлз. — Спасибо, что сообщил.

Дерек не собирался уходить, что было вполне ожидаемо. О, нет. Теперь, когда их отношения просто не могли быть ещё более странными, тот мог чувствовать себя совсем как дома. Или... ладно, не совсем. Он все ещё выглядел пиздец как неловко, как будто он должен быть где-то ещё, но просто не может заставить себя уйти.

— Стайлз, я... это я во всем виноват.

Тьфу ты, нет. Не надо заставлять Дерека чувствовать себя ещё более виноватым. Зачем:
— Нет, если ты, конечно, не превращался в горячую цыпочку и не вливал в моё горло магический спермо-коктейль.

Дерек даже не улыбнулся. Серьёзно, зачем Стайлзу тратить свой юмор на этого парня? 

— Возможно, она бы никогда этого не сделала, если бы я...

Он даже не смог закончить предложение, вот, сколько у него проблем.

— Дерек... — выдохнул Стайлз. — Если бы она не получила то, что хотела от тебя добровольным путём, то она придумала бы что похуже, ясно? Она абсолютно точно не спрашивала моего разрешения, когда делала из меня сосуд для оборотня мессѝи.

Дерек издал болезненный звук и попытался шагнуть вперёд.

— Тебе не... обязательно связываться со всем этим. Если не хочешь.

— Да, вообще-то обязательно, — ответил ему Стайлз. Боже, неужели Дитон ничего никому не рассказал? — Я, скорее всего, ещё даже не забеременел... — хотя в животе уже появились какие-то странные ощущения, как будто там матка растёт или ещё что-то... — но, видимо, магия уже защищает моё тело. В смысле, хорошо, конечно, знать, что в следующие десять месяцев я не стану жертвой оборотня, но этого также в какой-то мере значит, что мне придется выносить этого ребёнка, и никуда я от этого не денусь.

— Я имею в виду, если ты... я смогу воспитать его. Когда он родится, — снова, этот тихий болезненный звук, и челюсть Стайлза полетела вниз. Он начал говорить даже прежде, чем успел обдумать слова, вылетающие из его рта.

— Не обижайся, чувак, но ты похож на единственного человека в этом городе, который подготовлен к такому даже меньше, чем я.

Дерек сильно вздрогнул и Стайлз тут же пожалел о своих словах. Даже при том, что он знал о своей правоте – Дерек совершенно не подготовлен к роли отца – ему, возможно, стоило бы более тщательно подбирать слова. При всех его недостатках, Дерек хотел, чтобы люди поступали с ним правильно и, довольно очевидно, просто хотел семью, хотел стаю. Возможно, этот малыш – сбывшаяся мечта Дерека.

Но это также будет ребёнок Стайлза, и Стайлз не был готов принимать решения относительно всей жизни малыша.

— Прости, — Стайлз потёр руками лицо. — Это было дерьмово.

— Ты был прав, — прохрипел Дерек, и Стайлз просто не мог справиться с этим прямо сейчас. Он устал, чувствовал себя погано, его живот крутило чуть ли не до боли, и он не мог сейчас справиться с мужской болью Дерека. Он просто не мог.

— Возможно, — он опустил руку. — Слушай, Дерек. Я не могу сейчас ничего сделать. Я просто хочу спать.

Широко раскрытые глаза Дерека наполнились болью. Иису... Дерьмо. Девиз всей жизни Дерека Хейла: стало накрапывать - ожидай цунами.

— Я пошёл дальше спать. Хочешь... — Стайлз жестом руки обвёл комнату, на что Дерек отрывисто кивнул.

— Ну, тогда присядь или что ты там хочешь сделать, — Стайлз упал на кровать и зарылся лицом в подушку.

Наступила долгая тишина, во время которой Дерек не сдвинулся с места.

— Стайлз? — в конечном счёте произнес он.

Стайлз, который не мог спать, пока Дерек стоял и наблюдал за ним, как какой-то сталкер, начал что-то бухтеть.

— Ты не будешь возражать... в смысле... можешь, конечно, отказаться...

— Что ты хочешь, Дерек?

— Можно мне спать с тобой? — это прозвучало поспешно, что совсем не было в духе Дерека. Стайлз открыл оба глаза, уставившись на него. — Только спать. Я... мои инстинкты... я прямо сейчас просто должен быть рядом.

И, возможно, имели место быть новые девчачьи гормоны, а, может быть, истощение, или воспоминания о том, каким дерьмовым был его день, так же, как у Дерека, но Стайлз согласился: 
— Да, хорошо, — и подвинулся так, чтобы Дерек мог уместиться. — Только сними кожа... ботинки и куртку.

Дерек разделся, шебурша одеждой, а затем, аккуратно и очень осторожно, забрался на кровать и лёг. Он был твёрдый, как доска и нарочито не прикасался к Стайлзу. При нормальных обстоятельствах, это не дало бы Стайлзу уснуть, но только не сейчас. Он просто чертовски устал.

Стайлз проснулся следующим утром, чувствуя тепло и уют, и вместе с прояснившимся ото сна мозгом, пришло и осознание: он лежал на кровати рядом с нереально тёплым Дереком. Кроме того, тот обнял Стайлза на манер большой ложки. К счастью, они не лежали вплотную и, вообще, слишком сильно не соприкасались, но Дерек обнял Стайлза за талию, а большая ладонь покоилась на его животе. Стайлзу стало интересно, был ли Дерек в сознании, когда сделал это?

Кажется, им много чего нужно выяснить. При том, что ни один, ни другой этого не хотели, при том, что они сексом-то ни разу не занимались, влипли они в это оба. Этот ребёнок будет принадлежать им обоим, и они должны выяснить, что с этим делать.

Возможно, это были последствия магии, но этим утром у Стайлза возникли какие-то тёплые чувства к Дереку. И только он подумал, что они, возможно, смогут нормально поговорить и все решить, как в комнату постучался отец.

— Утро, Стайлз, — поприветствовал он и вошёл. — Хотел спросить тебя... почему Дерек Хейл в твоей постели?

Стайлз медленно повернул голову и посмотрел на Дерека, который в это время спал сном практически уже мёртвого человека.

— Ладно, — сглотнул он. — Это, вроде как, очень забавная история.

— Знаешь, это странно, потому что мне не смешно.

Стайлз сдулся и попытался убрать ладонь со своего живота, не привлекая к этому особого внимания. Судя по выражению лица его отца, попытка не увенчалась успехом.

— Ага, мне тоже, — пробубнил Стайлз. — Просто... — он свесил ноги с кровати и аккуратно сел. Последнее, что ему сейчас было нужно - это добавить обмороки к его новому списку далеко не мужественных увлечений. — Позволь мне сначала приготовить кофе. Эм, ты сегодня работаешь?

— Нет, сегодня у меня выходной, — ответил папа, хмуро глядя на сына.

Стайлз не знал, как Дереку при всём этом удавалось мирно спать, но он жутко завидовал.

— Хорошо, — это был своего рода словесный удар, который можно было смягчить лишь большим количеством алкоголя. Стайлз осторожно встал на ноги. — Сейчас где-то пять часов, верно?

— Ты не собираешься его будить? — хмурость во взгляде отца лишь усилилась.

— Я не собираюсь с ним разбираться, пока не накачаюсь кофеином. У любого человека есть свой предел, — когда он убедился, что не полетит с лестницы, тут же направился к двери. — Пошли. У тебя же оставалось где-то пол-литра Джека?

— Сейчас немного слишком рано для распития алкоголя несовершеннолетними.

— О, так это не для меня, — оказавшись на последней ступеньке лестницы, он тут же помчался к кофеварке - его единственному другу в таком жестоком и не благополучном мире.

— Стайлз, ты начинаешь меня беспокоить.

И это была последняя капля, серьёзно. Стайлз лишь успел включить кофеварку, как ноги подкосились, и его накрыла истерика. Несколько секунд он держался за столешницу, но руки тоже его подвели, и он беспомощно сполз на пол.

— Серьёзно, папа? — смеха, как не бывало, что, кстати, дерьмово. — После всего того, что произошло в прошлом году... Ты только сейчас начинаешь обо мне беспокоиться? У нас были серийные убийства, потом ещё большее количество серийных убийств, вперемешку с ритуальными серийными убийствами, а ты беспокоишься только сейчас.

Расплывчатые колени отца Стайлза превратились в его расплывчатое лицо, когда тот сел на пол перед Стайлзом, выглядя при этом очень встревоженным. Ну, Стайлз предположил, что тот выглядел встревоженным, но точно сказать было трудно, потому что пред глазами все расплывалось. А лицо стало влажным. О, Боже, он плачет?

— Стайлз, у тебя паническая атака?

Это вновь вызвало смех, что выглядело отвратительно, потому что по лицу текли слезы вперемешку с соплями, и только этого дерьма у него во рту и не хватало.

— Нет! — отдышался он. Блядь, это не должно быть забавно. — Знаешь, что? Я провёл весь прошлый год, терроризируемый оборотнями и больными на голову дедушками, убивал ящериц, и потом злой друид начал казнить людей, и у меня нет панической атаки. Это просто старый добрый нервный срыв.

— О, Боже, — пробормотал отец, утомлённо сидя на полу. — Я должен был уделять тебе больше внимания, я... ребёнок, я помогу тебе, хорошо? Что бы с тобой ни случилось, мы справимся с этим.

Стайлз даже не потрудился на это ответить. Отчасти потому, что он просто не мог, ибо слишком сильно смеялся и рыдал одновременно. Его папа понятия не имел, что делать, и поэтому не мог помочь, и вот самое замечательное - это была вина Стайлза, потому что он должен был рассказать ему первому, когда это дерьмо только начало происходить. Это просто кармическое возмездие за то, что он - поганый сын. Он заслужил.

— Нам нужно поднять его с пола, — сказал кто-то в перерыве между этим отвратительным влажным хлюпаньем.

— Если ты возьмёшься за левую сторону, то я мог бы... — ответил папа Стайлза.

— Я сам подниму его.

И Стайлз снова ощутил себя девицей, потому что он вполне уверен, что Дерек нёс его на диван, словно невесту.

Ему стало интересно, могло ли это считаться браком по залёту?

К тому времени, как Стайлз успокоился, Дерек уже выпил три чашки кофе и даже сделал ирландский кофе его отцу.

Папа сидел в мягком кресле и смотрел в свою чашку. Стайлз выпил стакан воды, который дал ему Дерек, и высморкался. Затем, потому что Стайлз издавал жалостливые звуки и тянул руки к кофе в руках Дерека, тот вручил ему кружку.

Стайлз восхищённо застонал и поднёс кружку к губам. Ну, по крайней мере, попытался. Если не считать того, что ему это не удалось, так как кофе просто остановилось примерно в трёх дюймах от его рта. Стайлз нахмурился, отвел чашку подальше, а затем снова притянул ее. И снова она остановилась вне пределов его досягаемости. Как будто между ними возникло невидимое силовое поле.

Он попробовал ещё раз. Но у него снова ничего не получилось. У Стайлза возникло подозрение. Да не может того быть.

— Дерек!

— Что? — Дерек подскочил с дивана и начал пристально озираться в поисках возможной угрозы.

— Почему я не могу выпить свой кофе?! — пронзительно завопил Стайлз. Тон был довольно таки нелестный, но прямо сейчас ему на это было наплевать, потому что он не мог выпить свой КОФЕ!

Дерек замер, ошеломлённо захлопал глазами и медленно сказал: 
— Знаешь, исследования говорят, что кофе плохо влияет на... — взгляд скользнул в направлении отца Стайлза и затем назад, — рост, — закончил он.

Стайлз непонимающе посмотрел на него, и затем:
— Ты думаешь, что магическое заклинание защищает меня от моего кофе? — голос всё ещё звучал пронзительно, но ему по-прежнему было наплевать. Кофе.

— Постой. Прости, конечно, но ты только что сказал, что магическое заклинание не даёт тебе выпить кофе?

Это тут же отвлекло Стайлза от его кофейного горя.

— Да. Пап... — начал Стайлз, но не знал, как произнести то, что он хотел сказать. — У Дерека есть кое-что, что он хочет тебе показать.

— Правда что ли? — Дерек вновь сел, но по напряжённой позе было видно, что ему совсем нелегко. Он обратил широко раскрытые глаза на Стайлза.

— А ты думаешь, что он просто возьмёт и поверит мне на слово, когда я скажу ему, что оборотни существуют?

— Нет? — Дерек все ещё пристально смотрел на Стайлза, будто ожидал чего-то ещё. Может быть, потому что надеялся, что не угадал, к чему клонит Стайлз, а, может быть, потому что надеялся, что тот сам все объяснит, Стайлз не понял.

— Оборотни, — произнес шериф. — Оборотни существуют, — и провёл рукой по лицу.

— Покажи ему, Дерек.

Дерек вздохнул и услужливо обратился.

Когда отец убрал руку от лица и увидел Дерека в таком виде, тут же подскочил с кресла.

— Какого черта?!

— Оборотень! И абсолютно безобидный. Ну, в основном безобидный. Дело в том, что тебе не нужно в него стрелять.

— Оборотни... — в течение долгого времени папа пялился в кружку. А затем выдал вот это:
— Это удручает; теперь во всем появляется смысл. Все, что происходило в этом городе... твои родители тоже были оборотнями?

Дерек кивнул.

— Вот в чем дело.

— Хорошо! Превосходно. Рад, что мы с этим разобрались. И, так как ты веришь нам по поводу оборотней, мы должны тебе ещё кое-что сказать.

— Например, почему заклинание защищает тебя от кофе? — папа изогнул бровь. Этим утром Стайлз точно не заслуживал такого взгляда.

— Именно! Это защитное заклинание, которое поддерживает меня в добром здравии.

— Зачем, ведь после всего того времени... потому что это звучит так, будто тебе сейчас грозит опасность... ты нуждаешься в защитном заклинании?

Стайлз иногда забывал, что его папа - фантастический детектив. 

— О, это был не я. Это был мой учитель английского языка, — Дерек еле ощутимо напрягся. — Она наложила заклинание, чтобы оно защищало меня все время, пока я беременный.

Отец от таких новостей застыл на месте и посмотрел во все глаза на Стайлза, будто не мог до конца осмыслить информацию.

Стайлз, ужасный человек, продолжал высоким и немного истеричным голосом: 
— Так что я, вроде как, теперь достоин MTV! Семнадцатилетний подросток, беременный оборотнем Иисусом. А Дерек - его папочка. Мазел Тов*!

Стайлзу, вероятно, не стоило удивляться, когда его отец взялся за пистолет. Но, тем не менее.

— Стой! — завопил Стайлз, подпрыгивая и становясь между своим отцом и - О, Господи! Ну что за жизнь? - отцом его ребёнка. — Подожди. Во-первых, когда ты начал носить его с собой дома? - вероятно, где-то между третьим и четвёртым серийным убийцей, появившимся в Бикон Хиллс, подумал Стайлз. Идиотом его папа не был. — Во-вторых, Ты можешь, конечно, выстрелить в Дерека, если хочешь, но это не поможет. Он исцелится, тебе придётся заполнять документы из-за использования служебного оружия, а я должен буду оттирать ковёр от крови. Крови оборотня, папа.

Ни папа, ни Дерек впечатлёнными такой проникновенной речью не выглядели, но оружие из рук отца всё же исчезло.

— Кроме того, — продолжил Стайлз, — Дерек не сделал это нарочно. Я ему даже не нравлюсь.

Вообще-то, если задуматься, это не было самым веским аргументом, который можно было бы использовать с его отцом. 

— Тогда, как...

— Ты что, пропустил ту часть, где я сказал, что это со мной сделала мисс Блейк? У спермы оборотня, как оказывается, есть волшебные свойства зарождать жизнь там, где её быть не может, — он замолк и посмотрел на Дерека. — Я прав?

Дерек прикрыл рукой глаза. Он, видимо, тоже не мог поверить, что это - его жизнь.

— Нет.

— Так что, ты на самом деле не должен винить Дерека, потому что он неспал со мной. Это идиотское заклинание требовало девственника.

Папа Стайлза выразительно глянул на свою пустую кружку. Похоже, что Дереку хотелось так же исчезнуть, как и жидкости в ней.

— Тогда, каким образом он стал отцом?

О, замечательно, ещё один неловкий вопрос.

— А таким образом, что у мисс Блейк был доступ к, эм, материалу Дерека, — Дерек вздрогнул. Стайлзу интересно, сколько пунктов из их пакта о ненападении можно нарушить в одном болезненном разговоре. — Прости, — он добавил, обращаясь уже к Дереку.

— Нет, ты прав, — пожал плечами Дерек. Он никогда не мог понять, когда Стайлз в нем действительно нуждался.

— Я имею в виду, что тебя, без твоего согласия, использовали донором спермы.

— Мне на это никакого алкоголя не хватит, — папа провёл рукой по лицу.

— Прекрати ныть, пап. Я даже кофе не могу выпить.

— А что насчёт тебя? — папа посмотрел на Дерека. — Я никогда не пью один до завтрака, — он замолк, будто поняв, что именно это он сегодня и сделал. — Если, конечно, можно обойтись без этого.

— Я очень сильно сомневаюсь, что у вас есть что-то достаточно сильное, способное на меня подействовать, — начал отнекиваться Дерек.

— Не в этом дело, — он встал и направился на кухню. — К тому же, у меня и сигар-то нет. 

Как только дело дошло до поздравлений, все стало предсказуемо.


________

«Мазел тов» (Иврит; букв. «хорошее везение») — фраза, которая используется для поздравления в честь какого-либо события в жизни человека.

***

Пока Стайлз готовил завтрак, Дерек топтался на месте. Стайлз не знал, сердиться ему или забить, но, в конечном счёте, сдался и попросил Дерека пожарить яичницу, пока сам готовил тосты. Его отец сидел за кухонным столом и наблюдал за ними поверх уже второй кружки ирландского кофе.

Когда Стайлз взялся за прихватки, чтобы вытащить из духовки бекон, Дерек, опустив взгляд, уже стоял рядом с ним. 

— Что... — начал Стайлз, но Дерек его перебил.

— Ты мне нравишься, Стайлз.

— О, — удивился Стайлз. К слову, ничего подобного он не ожидал. — Я полагаю, что это хорошо, потому что тогда проблем у нас должно быть меньше.

Дерек кивнул, но с места не сдвинулся, тем самым не давая Стайлзу пройти.

— Эм, — произнёс Стайлз. — Не мог бы ты...? Иначе бекон сгорит.

Дерек отошёл, и Стайлз вытащил из духовки бекон, оставляя противень на плите.

— Если не трудно, не мог бы ты... тарелки? Эм, чуть выше, над микроволновкой.

День продолжал становиться всё более странным. Сначала отец поймал его на том, что он обнимался в кровати с Дереком Хейлом. Теперь они вместе завтракали, в то время как его отец мирно напивался. Стайлз старался много об этом не думать, ибо просто сойдёт с ума, так что он, с надеждой на лучшее, просто выудил из ящика столовые приборы.

— Ты собираешься ему ещё что-нибудь рассказать? — тихо спросил Дерек.

— Что, например? — Стайлзу казалось, что он достаточно хорошо изложил все, что касалось его магического ребёнка.

— Например, то, что произошло с Дараком или Альфами, — закатил глаза Дерек.

Оу, так вот что он имел в виду под «что-нибудь ещё». 

— Наверное... теперь, когда он уже немного знает, ему, вероятно, придётся рассказать все. В конечном счёте, чем больше он знает, тем в большей безопасности будет.

Удивительно, но Дерек согласно кивнул. Стайлз не думал, что тот сторонник искренности.

Как только тарелки с едой оказались на столе, и они сели есть, Стайлз начал рассказ. 

— Итак, оборотни для чайников.

Кажется, отец совершенно не рад тем знаниям, которые он скоро получит. Не важно, в итоге он будет счастлив, что его ввели в курс дела. В конце концов, через десять месяцев, он станет дедушкой оборотня.

Дерек не объявлялся неделю. После того, как они все рассказали отцу, тот отправился домой. Той ночью Стайлз ждал, что Дерек снова заползет через окно, но он не появился, ни в ту ночь, ни в одну из последующих. Он не пришёл даже тогда, когда Стайлз оставил ему сообщение и рассказал, что его папа пробил по базе "Дженнифер Блейк" и нашёл выданный в Оклахоме ордер, после чего бодро арестовал её и оставил дожидаться суда по делу о мошенничестве. В общем, Стайлз решил, что все те нежности были разовой акцией.

Однако, неделю спустя, им все-таки довелось снова встретиться. Не то, чтобы Стайлз не наслаждался своим отдыхом от него. Просто, тот сказал, что хотел быть рядом со Стайлзом, а потом исчез, и Стайлз не надеялся, что что-то может помешать Дереку быть подонком. У Дерека превосходно получается быть подонком, и если этому что-то препятствует, это "что-то" не может быть хорошим.

Так что Стайлз поехал в лофт. Дверь открыла Кора. После долгого рассматривания она, наконец, впустила его и крикнула: 
— Дерек! — а затем взяла свою куртку и, не говоря Стайлзу ни слова, ушла.

— Не слишком ли грубо? — пробубнил себе под нос Стайлз. Он осмотрелся по сторонам, но Дерека нигде не было видно. — Есть кто?

Сверху раздался ответный крик, и Стайлз подумал, что Дерек, должно быть, мылся или переодевался или ещё что-то.

Приняв решение подождать с комфортом, Стайлз уселся на диван. За всю прошлую неделю он безумно устал. Он не был уверен, может быть, это из-за роста матки и созревания ребёнка, что просто убивало его, или ломка, ведь помимо того, что он не мог пить кофе, он ещё и Аддерал не мог принять. Последние семь дней Стайлз был слаб и не мог нормально сосредоточиться. Он заслужил всех удобств, которых только мог получить.

А ведь это только первая неделя, решил для себя Стайлз. Тем не менее, диван Дерека был просто божественный. Он был мягкий, удобный и пах удивительно. Стайлз свернулся калачиком и решил вздремнуть прямо здесь, когда его внимание привлекла стопка книг на журнальном столике.

Стайлз знал, что Дерек не невежда. У него были книги, и он даже был как-то пойман за чтением некоторых из них... но они обычно не хранились дома, в отличие от этих. Стайлз устремился вперёд - жаль покидать такое уютное место, но новая загадка выглядела слишком привлекательной, - и начал исследовать названия.

После прочтения третьего названия, он заметил закономерность. Казалось, что Дерек скупил в Barnes and Noble все книги о беременности и детях. Быстро всё просмотрев, Стайлз понял, что тут примерно с дюжину книг, рассказывающих о том, чего ожидать во время беременности, написанных для матерей, отцов и пар, и примерно столько же книг о раннем развитии ребёнка.

На самом деле, это вроде как было мило. Стайлзу сразу захотелось обнять Дерека, потому что тот, очевидно, не занимался бы этим без надежды на лучшее. Стайлз обвинил во всем гормоны, что странно и немного тревожно.

— Стайлз? — спросил Дерек, спускаясь вниз по лестнице. Он выглядел обеспокоенным. — Что-то случилось?

— Нет, ничего, — ответил Стайлз. Он отложил ту книгу, которую держал в руках, обратно на стол и вновь удобно развалился на диване. Серьёзно, Стайлз мог бы переехать к Дереку только ради того, чтобы не покидать это место. — А ты тут, как я погляжу, приобретаешь знания, — Стайлз рукой указал на книги.

— Ага, — Дерек уселся на диван рядом со Стайлзом, внимательно за ним наблюдая. — Я не имел дело с детьми с тех пор, как родилась Кора, — признался он.

— Что же... — и Стайлз внезапно почувствовал острую необходимость подарить ему этого ребёнка. — Может быть, ты позволишь мне одолжить какую-нибудь из этих книг? Я имею в виду, ту, которую ты считаешь наиболее полезной.

— Я… да, конечно, — какой-то оттенок... о, Боже, Дерек краснеет? Это так неправильно, то, что крадётся по его щекам. — Я сделал пометки в паре из них, так что тебе не придётся читать их полностью.

Дерек Хейл готовился к отцовству. Стайлз никогда не думал, что увидит такое при жизни. И он определённо не думал, что это будет так очаровательно.

Блин, должно быть опять эти гормоны.

— Спасибо, — ответил он. — В смысле, я вроде как думаю, что хватит с меня пытаться окончить старшую школу. Не быть мне статистиком.

— Нет, только в MTV special сниматься.

— Ты забавный, чувак, — громко засмеялся Стайлз. — Серьёзно. Но тебе стоит придержать коней, если не хочешь, чтобы я отправился на преждевременные роды.

Дерек... улыбнулся. Вау, нет, ему нельзя так больше делать, это приводит к неуместным мыслям. У них уже будет ребёнок; не стоило вдобавок в него ещё и влюбляться.

— Знаешь, это как раз та единственная вещь, о которой мы можем не беспокоиться.

Ага, Дитон объяснял, что это жуткое заклинание мисс Блейк и дальше будет тянуть из неё силы даже при том, что сама она ими воспользоваться больше не сможет, так что Стайлз практически неуязвим, пока этот ребёнок не решил появиться на свет. При том, что он даже представить себе не мог, как это все будет происходить. Если у него наряду с маткой ещё и влагалище вырастет, он будет очень недоволен, а кесарево сделать заклинание вряд ли позволит.

Он занёс это в постоянно растущий список того, о чем стоило бы поволноваться позже. А сейчас он скинул с ног обувь и решил сделать Дереку одолжение.

— Слушай, я пришёл, чтобы навестить тебя, потому что ты говорил, что с твоими волчьими инстинктами трудно находиться далеко друг от друга, — он повернулся на девяносто градусов и закинул ноги на диван. — Оказывается, быть растущим парнем, в котором на пятьдесят процентов растёт ещё один парень, довольно-таки утомительно. Я собираюсь поспать. Хочешь пообнимать своего малыша?

— Ты беременный всего одну неделю, — запротестовал Дерек. — У тебя там эмбрион в лучшем случае. Возможно. У тебя же даже живот еще не увеличился.

— Видишь, вот почему мне нужно находиться рядом с тобой, — сказал Стайлз. У него ноги, как ледышки - в лофте было прохладно, - так что он подсунул их под ноги Дерека. Дерек мог сколько угодно угрожать, что вырвет ему горло; сейчас он все равно не сможет ничего сделать. — Сделай так, чтобы я не выглядел идиотом.

Дерек закатил глаза, но не возражал быть использованным в качестве грелки для ног. Любопытно.

— Ничто не способно этого сделать.

— Ай, Дерек. Слова тоже могут ранить. Ты хочешь пообнимать мой животик или нет?

Чуть сморщившись, Дерек сказал: 
— Я думал, что ты хочешь поспать.

— Эм, да, — приподнял бровь Стайлз. — Это как раз то, что мы делали в прошлый раз, помнишь? Чувак, я спал, как убитый. Такого со мной обычно не происходит. Ну, не происходило, пока я не бросил кофеин и Аддерал. Но ты не должен обнимать меня, если не хочешь. Все нормально. Я пойму, если для тебя это слишком странно.

Дерек выглядел абсолютно разбитым, и Стайлз прикоснулся к нему. В другой жизни тот, возможно, был бы хорошим семьянином. Вместо этого у него есть несостоятельная стая, медленно съедаемая сверхъестественной войной на истощение.

— Диван немного маловат, — наконец сказал Дерек.

Стайлз выдохнул немного слишком резко. Потому что спать после спасения с Дереком в собственной кровати, это - одно. В этом был смысл.

— Я открыт для других предложений, — нерешительно произнёс он.

Дерек, кажется, обдумывал в голове какую-то идею. Это заняло где-то минуту, пока он не высказал её вслух.

— У меня теперь есть кровать, — предложил он.

Не надумай себе лишнего, тренировал своё беременное и девственное тело Стайлз. Это всего лишь время обнимашек эмбриона с отцом. Тебе он даже не нравится. Впрочем, можно было не принимать во внимание это самое "нравится", при такой сногсшибательной внешности Дерека.

— Итак, — радостно воскликнул Стайлз. — Время поспать?

Они устроились на кровати прямо поверх одеяла. Стайлз враскорячку завалился на спину, в то время как Дерек лёг набок рядом с ним. Его рука нерешительно скользнула к животу Стайлза. Тот не смог побороть улыбку и перевернулся набок, чтобы спрятать лицо. Рука Дерека замерла. Стайлзу пришла в голову мысль - Дерек мог подумать, что Стайлз отвернулся, чтобы оттолкнуть его, поэтому он повернулся назад. Рука Дерека все ещё не двигалась, так что Стайлз сам потянулся за ней и уложил себе на живот.

— Вот. Теперь спи.

Стайлз прижался к подушке. Она была мягкая и удобная, и пахла восхитительно. Стайлз уснул раньше, чем начал обдумывать всё происходящее.

Он проснулся заторможенный и немного дезориентированный, даже не осознав сначала, где находится. Ему потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить, что он находится в кровати Дерека и, судя по виду из окна, уже вечер. Они проспали целый день.

Дерек вновь обнимал его на манер большой ложки, но на этот раз он лежал намного ближе, уткнувшись носом позади шеи Стайлза, а рука всё так же покоилась на животе.

Стайлзу так было очень удобно, но ему действительно нужно было отлить, так что он осторожно вывернулся из этих объятий. Когда он вернулся, то Дерек уже не спал и внимательно за ним наблюдал.

— Эй, — немного застенчиво произнёс Стайлз. Он реально не знал, что ещё сказать.

К счастью, Дерек знал. Он медленно сел: 
— Ты беременный.

— Да, — а что тут еще можно ответить? Он и так был в курсе, вот уже неделю.

— В смысле, ты пахнешь беременностью.

— О, а у беременности есть запах? И чем же она пахнет?

Дерек прикрыл глаза и пожал плечами: 
— Она пахнет, как беременность. Я не знаю, как тебе описать. Этот запах ни с чем не сравнить.

— О, — Стайлз посмотрел на часы. Почти шесть часов. Было достаточно поздно, и его желудок выбрал именно этот момент, чтобы заурчать, и Дерек заострил на этом внимание.

— Ты голоден? Я мог бы тебе что-нибудь приготовить. Или мы могли бы заказать еду на дом.

Стайлз, задумавшись, прикусил нижнюю губу. У папы сегодня вечером была смена — это одна из причин, почему он приехал — так что дома его не будет. Стайлз все эти дни не особо хотел кушать, но идея поесть звучала заманчиво, особенно после сна.

— Ты умеешь готовить?

— Немного, — Дерек пожал плечами и встал с кровати, направляясь на кухню. — Идёшь?

На кухне Дерек начал копошиться и доставать продукты. Стайлз устроился на барном стуле и наблюдал за его действиями. Они молчали, и это было прекрасно. О чем бы они говорили? Пока Дерек что-то резал и смешивал, Стайлз просто смотрел на него и задавался вопросом, что же он такое готовит?

Как оказалось, Дерек готовил ему киш. Стайлз не знал, что со всем этим делать, так что, просто молча начал есть. И застонал, как дешёвая шлюха, когда пирог попал к нему в рот.

— О мой бог, это божественно! — Стайлз откусил ещё кусочек.

Дерек от такого комплимента сразу вспыхнул. Хотя, у Стайлза на этот раз не было времени рассматривать его. Он был слишком занят едой.

После того, как Стайлз уничтожил половину пирога, Дерек поставил перед ним миску с йогуртом и фруктами.

— Ты серьёзно? — Стайлз никогда особо не любил йогурты.

— Это полезно для тебя. Для вас обоих, — сказал Дерек.

Стайлз шумно вздохнул и начал все это есть. И это оказалось лучшим решением, потому что Дерек вознаградил его потрясающим шоколадным пирожным. Ладно, возможно Дерек больше подходил на роль семьянина, чем Стайлз мог подумать.

По крайней мере, им больше не приходилось волноваться о Дараке или стае Альф, так что они могут разумно предположить, что оба смогут пожить спокойно в ожидании их ребёнка. Ну, Стайлз определённо сможет, а сейчас, когда он узнал, что Дерек умеет готовить, у него появилась личная заинтересованность в том, чтобы держать его как можно ближе. Он сейчас даже мог в качестве живого щита выступать, и не то чтобы он хотел это опробовать.

Ладно, он очень хотел попробовать, но на девяносто девять процентов уверен, что Дерек на говно изойдется, если Стайлз предложит что-то подобное.

— Итак, — Стайлз посмотрел на Дерека, уничтожив остатки того, что когда-то называлось пирожным, и обдумывая, а не облизать ли ему тарелку. — Собираешься быть моей назойливой курочкой наседкой на все время беременности?

— Думаю "партнёр по родам" подойдёт больше, — невозмутимо ответил Дерек.

— О, мой Бог, нет, — вздрогнул Стайлз. — Нет, ясно? Если у меня ещё и влагалище вырастет, чтобы родить этого ребёнка, никто кроме квалифицированной медсестры, а по совместительству ещё и матери моего лучшего друга, этого не увидит. И заметь, я никогда не думал, что скажу тебе такое.

Дерек открыл рот, будто хотел что-то сказать, но потом передумал, мельком оглядывая тело Стайлза и... его ноздри раздулись. Это вторжение в личную жизнь, чувак.

— Ты не сделал только что то, что я думаю, что ты сделал, — возмутился Стайлз, хлопнув Дерека по руке.

Дереку хватило приличия, выглядеть пристыженным: 
— Прости, — но потом стряхнул с себя это выражение. — Я просто подумал... я мог бы избавить тебя от боли. Я не думал о... — он снова опустил свой взгляд. — Я не смотрел бы.

А для чего тогда тебе это? — подумал Стайлз. 

— Чувак, ты только подумай, как там будет пахнуть, — в восьмом классе их всех заставляли смотреть фильм о родах, как часть сексуального воспитания. У Стайлза до сих пор душевная травма.

После этого на лице Дерека появилось испуганное выражение.

— Да, так я и думал, — кивнул Стайлз и вздохнул. — Слушай, у нас впереди ещё тридцать девять недель, чтобы все обдумать, верно? Опеку, графики кормления и все такое. Я имею в виду, что о кормлении грудью не может идти и речи, так что это как вариант.

Дерек будто замер, а взгляд наполнился гребаной виной, и... нет.Нет. 

— Даже, если будет такая возможность, — твердо сказал Стайлз. — Достаточно того, что эта сука меня оплодотворила. Достаточно того, что я ничего не могу поделать и должен вынашивать этого ребёнка. Достаточно того, что это, вероятно, убьёт на корню все мои возможности заняться сексом до конца школы. Дерек, даже если у меня грудь вырастет пятого размера, я не буду ею кормить. Я хочу вернуть моё тело себе.

Рука Дерека, что лежала на поверхности стола, сжалась в кулак: 
— Но во всех книгах говорится, что кормление грудью лучше для...

— Есть целый ряд того, что не касается ребёнка оборотня, — перебил его Стайлз.

— Прекрасно, — сердито бросил Дерек.

— Боже, что мы делаем? — Стайлз со вздохом опустил голову над столом. — Мы будем худшими родителями в истории. Мы даже не можем цивилизованно поговорить после долгого сна! Я не хочу быть одним из тех родителей, которые вечно спорят. Родители Скотта были такими, и это было отстойно.

В течение долгого времени они подавленно молчали. Потом Дерек сказал: 
— Мои родители никогда не ругались. Они жили мирно и всегда поддерживали друг друга.

— Серьезно? — это в какой-то степени удивило Стайлза. Он отчасти ожидал, что отношения у оборотней достаточно склочные. — Это странно. Мои тоже не ругались, но они частенько препирались, как... я не знаю. Чья очередь вынести мусор, кто оставил грязные носки в ванной или была ли сине-зелёная машина моей мамы зелёной или синей. Всегда находилась причина, — он поймал пристальный взгляд Дерека. — Что?

— Ничего, — Дерек слегка качнул головой. — Просто... Ты же понимаешь, что это было своего рода прелюдией, верно?

— Фу! — Стайлз даже выпрямился. — Нет! Зачем ты мне это сказал? — Не то чтобы Стайлз не знал о том, что эти препирательства были дружелюбными, а не враждебными, но он никогда не думал об этом в таком смысле.

— Потому что это - правда? — Дерек пожал плечами, а на губах появилась некая тень улыбки.

— Дерек Хейл, ты - ужасный человек, — Стайлз снова положил голову на стол, скрываясь от Дерека и его ужасных предположений. Кроме того, он просто не мог сейчас смотреть ему в лицо. Эта почти улыбка его сильно заводила.

— Стайлз, — позвал Дерек уже серьёзным голосом. — Мы... я знаю, что ты справишься, даже несмотря на твой возраст. У тебя есть твой отец. И я хочу, чтобы у нас все было правильно.

— Это звучало, будто я какая-нибудь героиня романа, вляпавшаяся в неприятности, — Стайлз поднял голову со стола. — Чувак, ты же понимаешь, что не обязан "делать все правильно"?

Дерек посмотрел на стол. Он все ещё сжимал тряпку, которой собирался вытереть стол, но его рука оставалась неподвижна.

— Думаю, что обязан.

— Дерек, это не твоя вина.

— Ты не влип бы в это, не будь ты частью моей стаи. Если бы я не был настолько глуп, чтобы доверять тому, кого я совсем не знал, — Дерек издал резкий звук, прежде чем тихо добавить: — Снова.

Стайлз даже не знал, как начать, после таких слов. Он отложил все это в папку с названием: «Причины, Почему Дерек Хейл Так Жестоко Наебался».

— А ещё, этого не произошло бы, не будь я девственником, или если бы во мне не было искры. Но я счастливый обладатель и того и другого, и ты, приятель, не имеешь к этому никакого отношения. Ты не можешь нести ответственность за действия других людей. Если они используют твоё тело для всяких поганых вещей, это все ещё их вина.

Дерек сглотнул, долгое время пялясь на Стайлза.

— Ты не лжёшь.

— Конечно, я не лгу, — эмоциональный багаж Дерека вызывал тревогу. — Слушай, это достаточно тяжёлый разговор для одного дня. Мы уже многое выяснили и решили, что во всем виновата Дженнифер Блейк, и что к тому времени, как этот ребёнок родится, мы будем полностью готовы к его воспитанию. А теперь. Давай немного посмотрим телек.

— У меня нет телевизора, — и снова этот намек на улыбку.

— Что? — Стайлз обернулся на стуле и оглядел комнату, но телевизора нигде не нашёл. — Чувак! Как я раньше не замечал? И как ты вообще выживаешь?

— Не всем нравится смотреть телевизор, — со снисходительным взглядом сказал Дерек.

Стайлз просто ответил ему своим лучшим "да ладно!" выражением.

— У меня есть ноутбук и Нетфикс*, — первым сдался Дерек.

— А вот это уже лучше! Я даже чувствую какую-то ностальгию; давай посмотрим "Пираты Карибского моря".

Дерек, похоже, был настроен скептически, но спорить не стал. Благослови Господь этого человека.

Вторая неделя ничем не отличалась от первой — Стайлз был все такой же измученный — и в то же время отличалась полностью, потому что Дерек пытался накормить его при первой же возможности.

Стайлз только привык к постоянной усталости, но хорошо питался, когда настал четверг. Стайлз раньше любили четверги. В них не было ничего плохого. Не было никакой причины ненавидеть их... до этого четверга.

В этот четверг у них было вскрытие эмбриона свиньи.

Стайлз с опаской ожидал этого. В основном, он боялся того, что это может вызвать. Почему кому-то нравится потрошить мёртвые тушки, Стайлз не знал. Ну, возможно он готов был признать, что существовала где-то другая реальность, где он в прошлом году наслаждался долбаным препарированием лягушки. Но после всех этих смертей и хаоса Стайлз больше этого не чувствовал. Главным образом, потому что считал такое отвратительным. Он бы лучше об этом в книге почитал.

Он планировал в этом году скрывать все свои переживания за улыбкой, но в четверг, когда мисс Байер раздала свиней, его желудок скатился куда-то вниз. Весь класс вонял формальдегидом. И когда Лидия взяла свой нож и сделала надрез на крошечном тельце зародыша, Стайлза оглушил тот факт, что это - наполовину сформировавшийся ребёнок, мёртвый ребёнок. Вдруг, запах формальдегида стал единственным, что он мог почувствовать. Он был мерзкий и угнетающий, и его желудок начал протестовать.

Стайлз еле успел добраться до мусорного ведра, прежде чем он, содрогаясь всем телом, начал блевать. Когда все закончилось, он поднял голову и увидел, что весь класс тихо уставился на него. Ну, весь класс, за исключением Скотта, который сидел рядом с ним и поглаживал его рукой по спине.

— Ты в порядке? — тихо спросил он, с полными беспокойства глазами.

Стайлз кивнул. Его желудок уже немного успокоился, хотя лёгкое чувство тошноты все ещё оставалось.

— Думаю, что я отравился чем-то, — слабо сказал он, на что мисс Байер, которая уже присоединилась к ним, согласно кивнула.

— Если ты будешь здесь, лучше тебе не станет. Скотт, отведи, пожалуйста, Стайлза к медсестре, а потом возвращайся. Стайлз, ты свободен на весь день.

Скотт помог Стайлзу, и они вместе направились к выходу.

— Моя сумка, — вспомнил Стайлз. Он не хотел возвращаться за ней сам; его желудок мог быть не настолько спокоен, как он думал.

— Ты иди, я пока... — начал Скотт, но его прервала Лидия.

— Вот, — она стояла позади них, держа в руках забытый рюкзак.

— Спасибо, — поблагодарил её Стайлз, пока Скотт забирал сумку. А затем они ушли.

Скотт отвёл его к медсестре, но та не позволила Стайлзу самому ехать домой, опасаясь аварии, а отец был на смене. Нет, папа бы, конечно, обязательно его забрал, но если ему придется делать это слишком часто, то у сослуживцев могут возникнуть подозрения.

— Есть кто-нибудь, кому бы ты мог позвонить? — спросила медсестра. Что же. Вообще-то есть.

Стайлз набрал номер Дерека.

— Привет, пап. Это я.

Дерек не стал выяснять, какого хрена тот попутал номера.

— Стайлз? Что тебе нужно?

— Мне кажется, я чем-то отравился. Я облевал весь класс биологии.

Повисла тишина. А затем: 
— С тобой все в порядке?

— Да, — ответил Стайлз, почёсывая сзади шею. Фу, такое чувство, что он вспотел. Он сделал жалостное лицо специально для медсестры. — Просто я сейчас в кабинете медсестры. Она не позволяет мне самому ехать домой. Как думаешь, ты сможешь меня забрать?

— Я напишу тебе с парковки, — после ещё одной, но более короткой паузы, сказал Дерек.

Слава Богу. Стайлз посмотрел на медсестру и несчастно ей улыбнулся. Ему нужно было стараться получше — обычно родители должны приходить и самолично забирать своих детей. Так что он взялся за тяжёлую артиллерию: — Люблю тебя, пап, — и сбросил звонок.

Ну, это должно быть интересно. Стайлз добавил "достичь восемнадцати" в список текущих дел. Он не сможет много раз обманывать медсестёр. Может быть, Денни сможет помочь ему взломать школьные отчёты.

Конечно, ему, скорее всего, придётся объяснить, откуда у него волшебный "пробирочный" ребёнок от Дерека. Денни был хорошо осведомлен об оборотнях - а так же, к счастью, о том, что Дерек вовсе не кузен Мигель, - но Стайлз заметил, что он больше не тусуется с ними, как раньше. И Стайлз не мог винить его в этом, так как его друг фактически оказался убийцей. Возможно, он решил для себя, что с оборотнями слишком много драмы.

Если бы Стайлз в прошлом году принял бы такое же решение, сейчас бы он не был оборотническим вариантом Девы Марии. Хорошая мысль всегда приходит не вовремя.

Прошла примерно вечность, и телефон Стайлза начал трезвонить.

На парковке.

Стайлз посмотрел на медсестру. Все ещё создавалось впечатление, что в желудке собралась целая куча очень злых змей, но он не знал, сколько у него в запасе времени, перед тем, как его вывернет снова. Он заставил себя выглядеть максимально жалким и как бы подавил фальшивый рвотный позыв, который почти превратился в реальный.

— Я, эм, мой папа... — он замолк, прикрыв рот рукой. — Я могу идти?

Видимо, медсестра очень беспокоилась о том, чтобы его не вытошнило прямо там, так что согласно кивнула, игнорируя устав. Замечательно.

Дерек подъехал на своей Тойоте прямо к входной двери. Стайлз измученно залез на пассажирское сиденье.

— Спасибо.

— Выпей это, — Дерек кивнул в сторону подстаканника и завёл машину.

Нахмурившись, Стайлз взял в руки стакан; он был из кафе, которое находилось прямо напротив дома Дерека.

— Что это?

— Ромашковый чай, — ответил Дерек, не спуская глаз с дороги. — Я спросил у девушки за прилавком, что лучше подойдёт при токсикозе.

Стайлз широко открыл рот и посмотрел более внимательно. Он был вполне уверен, что Дерек избегает его пристального взгляда, потому что его щеки вспыхнули снова. Уверенно напоминая себе, что проявление обычной человеческой доброты не делало Дерека милым, Стайлз вздохнул и снял со стакана крышку. Чай... ладно, чай определённо не то, что ему больше всего нравилось. Но, что если это реально сможет успокоить гидру в его желудке? Да, черт возьми! Стайлз выпьет это.

Он сделал глоток. Неплохо. Определённо не настолько плохо, как то дерьмо, которое заставила его выпить мисс Блейк. Гарпия. И от этого запаха действительно становилось лучше.

— Я забираю назад, — сказал он после третьего глотка.

— Что забираешь? — нахмурился Дерек.

— Ты не самый непригодный к роли родителя человек в Бикон Хиллс.

Кора была бы определённо хуже. Но Стайлз не сказал это вслух.

Дерек все так же не смотрел на него. Или это Стайлз так думал, потому что тоже не смотрел на Дерека. Он уставился прямо в лобовое стекло.

Наконец, Дерек спросил: 
— Так куда мне тебя отвезти?

— Домой, если ты не против, — Стайлз закрыл глаза и откинул назад голову. — Я просто хочу лечь спать.

— Твой отец на смене. Я отвезу тебя к себе, — Стайлз представил, как Дерек изогнул бровь.

— У него дневная смена, — согласился Стайлз. — В любом случае, мне почти восемнадцать лет. Я могу поболеть дома один.

— Не можешь, — возразил Дерек. — И ты не болен.

Стайлз вновь ошарашенно открыл рот, растеряв все слова. Кто этот парень и что он сделал с Дереком Хейлом?

Когда они приехали к Стайлзу домой, Дерек зашёл вместе с ним. Стайлз не удивился. Серьёзно. Дерек - величайшая курица наседка в мире. Это отчасти было забавно.

Стайлз завалился на диван с чаем в руках. Напиток помогал, но Стайлз не мог его так быстро выпить. Дерек потянулся к спинке дивана и немного опустил её, прежде чем отправиться на кухню.

Стайлз не стал спорить. Он был слишком измучен. Он задумался ненадолго, зависнув на стакане с чаем, но тут же отвлёкся от своих мыслей, когда Дерек поставил перед ним тарелку с крекерами.

— Я ничего не буду. Какая часть из "я блевал" заставляет тебя думать, что я хочу есть?

— Во многих книгах указано, что если есть целый день понемногу, то это может помочь справиться с тошнотой.

— О, Боже. Ты один из тех людей, не так ли? — изумлённо спросил Стайлз. Дерек открыл рот, видимо, чтобы спросить, что означало «те люди», но Стайлз отмахнулся. — Ты ходил в колледж? Обучение возвращается? Поэтому твои слова звучат, как научно-исследовательская статья?

— Я изучал Английскую Литературу, — сказал Дерек. Он снова ушёл на кухню, и Стайлз услышал его возню.

— Ха, очень забавно! — крикнул Стайлз.

Дерек не вернулся, но все же ответил: 

Это было... ладно, Стайлз понятия не имел, что это было. 

— Что?

Дерек вернулся со стаканом воды и тарелкой куриного супа с лапшой. Он сел так близко, как только мог, учитывая то, что Стайлз раскинул конечности в стороны, и аккуратно поставил перед ним тарелку.

— Ешь.

Стайлз взял тарелку, но есть не стал. Вместо этого он внимательно посмотрел на Дерека.

— Серьёзно, что это было?

— Ешь, — видимо Стайлзу так и не удастся из него что-нибудь выудить, пока он это не сделает.

— Властный оборотень.

Дерек подождал, пока Стайлз не съест хотя бы несколько ложек, а затем сказал: 
— Т. С. Элиот. "Пустошь"

— Что? — рука Стайлза замерла на полпути ко рту.

— Доказательство того, что я изучал Английскую Литературу, — пожал плечами Дерек.

Стайлз, хоть и неохотно, но почувствовал к нему какую-то теплоту. Даже можно сказать, что он впечатлен.

— Мне показалось, что это подойдет. Ты забеременел в апреле и все такое, — продолжил Дерек.

— Нет, ты не забавный, — сощурился Стайлз. — Я не знаю, кто сказал тебе, что ты забавный, но этот человек лгал.

Дерек улыбнулся, попивая воду из стакана.

Стайлз всё-таки доел свой суп и крекеры, хоть на это и понадобилось несколько серий Звёздных врат. Когда папа вернулся домой, Стайлз и Дерек сидели на противоположных сторонах дивана, что не помешало Стайлзу сложить свои ноги на Дерека. Тот не гладил их, но его правая рука лежала сверху вот уже пол серии.

Папа Стайлза выгнул брови, но оставил их позу без комментариев. Вместо этого он устроился в своём кресле.

— Как дела? — он посмотрел на пустую посуду - стакан и две тарелки - и одеяло, коим были накрыты плечи Стайлза.

— Я болен, — ответил Стайлз и сильнее укутался в одеяло.

— А разве ты не под защитой заклинания?

— Ха. А кстати. Эй, Дерек, как думаешь, я могу заразиться гриппом?

— Откуда я знаю? — спросил Дерек, приподнимая бровь. — И ты не болен. Ну, не вирусом. Я же сказал, это – токсикоз. Обычное утреннее недомогание.

Стайлз высунул язык.

— Токси... ха. А я об этом не подумал, — сказал его папа. Затем добавил нечто шокирующее: — У твоей мамы был ужасный токсикоз, когда она была беременна тобой.

Стайлз переварил эти слова, а затем: 
— Дерек. Дерек, скажи мне, что во всех твоих книгах говорится, что токсикоз не передаётся по наследству. Дерек, скажи мне!

— Ну, наука ничего конкретного по этому поводу сказать не может, но... — Дерек с извиняющимся взглядом пожал плечами.

— Прекрасно, — такие новости трудно было назвать хорошими. Стайлз вздохнул и посмотрел на часы. — Блин, надо, наверно, позвонить Скотту и выяснить, что задали на дом. Мне нужно, как минимум восемьдесят по биологии, чтобы получить стипендию, а я сегодня пропустил одну из важнейших лабораторных работ, — просто три недели назад, он выяснил, что Беркли предлагает ему полную стипендию, а Стайлз слишком умён, чтобы упустить такую...

Вашу мать.

— Ты можешь получить отсрочку на год, — спокойно сказал Дерек, сжимая ладонь вокруг правой лодыжки Стайлза. — Лора так сделала.

Стайлз кивнул, пытаясь сглотнуть комок в горле. Долг Дерека - тонко намекнуть, что проблемы Стайлза явно не дотягивают до индекса дерьмовости жизни Дерека Хейла.

— Да, Да, конечно, в смысле, мне придётся. Ибо мне совсем не хочется быть известным всему кампусу, как беременный парень, — не то, чтобы кому-то здравомыслящему было до этого дело, но... Стайлз провёл большую часть жизни, будучи странным ребёнком. Ему просто хотелось, чтобы жизнь в колледже была другой, вот и все.

— Ты мог бы взять какие-нибудь онлайн курсы, — продолжил Дерек. Стайлз закрыл глаза и сосредоточился на звуке его голоса. Он не... ему почти восемнадцать лет. Он не будет плакать из-за этого. Не снова, и особенно не перед его отцом.

Только когда ему удалось открыть глаза снова, он обнаружил, что в какой-то момент его небольшого кризиса, папа спокойно встал и оставил их с Дереком наедине. Видимо, он подумал, что им нужно было немного уединения или что-то типа того.

Это было странно, но, что ещё более странно? Стайлз не уверен, что тот был неправ.

— Ты подумаешь кое о чем? — наконец спросил Стайлз, когда закончил жалеть себя.

— Хорошо, — поёжился Дерек под его ногами.

Это доверие со стороны Дерека было очень хорошим знаком. Стайлз прекрасно знал, что собирается просить не о мелочи. Он глубоко вздохнул и сказал: 
— Ты должен пройти психиатра.

Даже не глядя можно было сказать, что Дерек застыл. Он чувствовал, как напряглось все тело под его ногами.

— Это не из-за какого-то расстройства, ясно? — добавил Стайлз, потому что ему было очень нужно, чтобы Дерек все правильно понял. — Я не... Я не буду скрывать от тебя твоего ребёнка. Я не хочу этого делать. Но, — в этой сердечной гонке он попытался не потерять нить мысли. — Но, я знаю, что произошло с тобой и Айзеком, и я не хочу, чтобы то же самое случилось с моим ребёнком. Так что тебе придётся об этом подумать.

Дерек ничего не ответил, хотя Стайлз думал, что тот мог бы хоть чуточку кивнуть. Тем не менее, он так и не расслабился до тех пор, пока Стайлз не толкнул его в ногу и не попросил включить сноваЗвёздные врата.



________


*Томас Стернз Элиот. Пустошь (1922)в переводе А. Сергеева.

Жизнь Стайлза уж точно нельзя было назвать нормальной, особенно последние два года. Но те недели, что прошли с момента его похищения учительницей английского, определённо были самыми странными, хоть и не самыми опасными в физическом плане.

Большую часть жизни были только он и Скотт, и Стайлза это устраивало. Он никогда не был из тех людей, что легко привязываются к другим. Но сейчас у него появился почётный караул из оборотней, ибо, если в классе не было Скотта, то обязательно был Айзек. Парта Стайлза в математическом классе стояла под кондиционером; он однажды задрожал, и пять секунд спустя Айзек выудил откуда-то шарф и робко передал ему.

А в своём желании ворковать он винит гормоны.

Когда эта новая забавная химия в его теле вновь начала бурлить, Лидия недовольно, но без особого осуждения пожурила его и познакомила с совершенно новым для него миром средств по уходу за кожей. На третьей неделе приехала Кора с книжкой детских стишков для оборотней и пакетом всяких травяных чаёв от Дитона, который она пихнула ему с меньшей злобой, чем обычно. Скотт приводил его в кабинет медсестры ещё четыре раза, узнавал его домашнюю работу и — стеснительно — объяснял ему все темы, которые он пропустил. 

А Дерек? Дерек кормил его, забирал из школы, обнимался с ним на диване и смотрел с ним Зов Крови. Для Стайлза это был момент предельной умственной отключки, который лишь усиливался, когда он думал, как должно быть заёбно для Дерека смотреть сериал о сверхъестественном существе, которое убивает случайных людей, блуждая в одиночку по стране.

С другой стороны, Бо никогда не оставалась одна надолго. Возможно, Дерек находил в этом успокоение. Стайлз не спрашивал.

На четвёртой неделе, его "утреннее" недомогание — смешно, ей богу; Стайлза могло вырвать в любое время суток — ухудшилось, и он провёл два жалких дня перед туалетом, всеми силами стараясь удержать в себе тост и ромашковый чай. Все болело от непрекращающихся рвотных позывов, и даже когда он был вполне уверен, что все закончилось, сама идея оторвать тушку от пола и доползти до кровати, изнуряла его.

Похоже, что почётные обязанности караула так же распространялись и на людей стаи, потому что, когда Эллисон приехала, чтобы оставить ему домашнее задание — у Скотта и Айзека в тот день была практика — она зашла и сразу же обнаружила его.

— Пускай для тебя это будет уроком, — слабо сказал Стайлз. —Предохраняйся.

— Учту, — натянуто улыбнулась Эллисон и сложила пачку бумаг на тумбочку в ванной. — Пошли, я помогу дойти до кровати.

Эллисон улеглась рядом с ним, поглаживала живот и гладила по волосам. Стайлз заснул от её успокаивающих прикосновений.

Спустя некоторое время он проснулся и, почувствовав, что желудок вновь взбунтовался, убежал в ванную. Эллисон рядом больше не было, но на этот раз его нашёл Дерек, тяжело дышащим и плачущим над унитазом. Стайлз чувствовал себя таким жалким, что даже не стал протестовать, когда Дерек подхватил его и унёс вниз. Он усадил Стайлза на диван, вручил ему его любимый ромашковый чай и цукаты из имбиря, и свернулся рядом, поглаживая его живот.

Стайлз начал мириться с тем, что животики чешут только беременным. Он мог бы, конечно, обидеться, если бы это не было так приятно.

— Ты самый лучший, — пробубнил он, с кусочком имбиря во рту.

Дерек ничего не ответил, лишь потёрся щекой о макушку Стайлза. Стайлз обязательно бы это прокомментировал, будь ему хоть немного лучше, но вместо этого лишь прижался ближе.

Когда отец вернулся с работы, Стайлз уже практически не чувствовал тошноту. И то, что папа совершенно не выглядел удивлённым, застав их обнимающимися на диване, говорило очень много о жизни Стайлза в те дни.

— Ребенок, ты сегодня как-то особенно плохо выглядишь, — сказал отец, поприветствовав обоих. — Тяжёлый день?

— Впервые за сегодняшний день, я почти не чувствую себя ужасно. Где-нибудь через час или около того, я, наверно, даже смогу почувствовать себя лишь немного несчастным.

— Мой бедный мальчик, — папа провёл рукой по его голове. — Просто помни, что это все стоит того.

Стайлз не знал, что на это ответить. На самом деле, он вообще старался не думать о том, что ему придётся взять ответственность за живого человека. Так что он ничего не ответил, лишь уклончиво что-то пробубнив.

— У меня сегодня появилась вакансия эксперта-криминалиста, — его отец поудобнее устроился в кресле. — Всего лишь работа в офисе, Стайлз. Не делай таких взволнованных взглядов. Мне кажется, что это нормально, но я вдруг понял, что не знаю, как отличить, где обычное преступление, а где сверхъестественное.

Дерек ничего не сказал, но Стайлзу показалось, что его отец ждал ответа. Повисла долгая пауза. Папа пристально смотрел на Дерека, а тот, по-видимому, отвечал тем же. Стайлз на самом деле этого не видел, хоть и пытался немного извернуться, чтобы увидеть лицо Дерека.

— Я подумал: чтобы быть хорошо подготовленными ко всяким сверхъестественным делам, нам нужен эксперт, чтобы сообщить нам, когда мы с этим столкнёмся. А потом мне пришло в голову, что у меня есть прекрасный кандидат, который сможет помочь мне во всем разобраться.

Стайлз был поражен. Он, кажется, догадывался, к чему все идёт, и это ожидание заставляло его ёрзать на месте.

— Итак, Дерек. Как тебе звучит «Специальный Эксперт Полицейского Департамента Бикон Хиллс»?

Некоторое время Дерек просто сидел и молчал. Когда же он всё-таки ответил, голос звучал смущённо: 
— Вы... как вы собираетесь объяснять всё своим людям или обычным налогоплательщикам? У меня диплом по Английской Литературе.

— Я знаю, — понимающе кивнул отец. — Хоть у нас и небольшой город, не думаю, что кто-то знает о твоей специальности. Ты мог бы знать, скажем, науку поведения, или, возможно, твой отец обучил тебя части своего старого ремесла, — перед тем, как жениться, отец Дерека был кем-то вроде калифорнийской легенды охотников за головами. — Или, если хочешь, можешь пройти какой-нибудь курс, — он пожал плечами. — Слушай, нам просто нужна причина, чтобы взять тебя. Как только ты докажешь свою пользу, никто не будет поднимать шум.

— Дерек Хейл - Эксперт Оборотень. Мне нравится, как это звучит. Очень респектабельно, — произнёс Стайлз. Он немного наклонился, чтобы увидеть лицо Дерека. — Кроме того, ты можешь быть хоть тысячу раз богат, но какой пример это подаст маленькому Иисусу, когда ты будешь просто бездельничать и не работать? Ты должен учить его трудовой этике, Дерек.

В тот день, Дерек так и не дал своего ответа, и Стайлз даже забыл об этом. Не то, чтобы ему это не казалось хорошей идеей или что ему было не интересно. Просто быть беременным - отстой.

После двух этих адских дней у него начала болеть грудь. Ну, не столько грудь, сколько соски.

Внезапно, они стали сверхчувствительными, и совершенно не в сексуальном плане. Потому что свободные рубашки совершенно его не заводили, а причиняли пиздецкую боль, и появлялось такое чувство, что по соскам тёрли мешковиной.

А ещё, боль в спине. Она хоть и появлялась короткими вспышками, но от того было не менее отстойно - встать со стула и внезапно схватиться за поясницу, как старик.

Но хуже всего было то, что теперь некоторые продукты воняли ещё более мерзко, чем самый ужасный сортир или гниющая выгребная яма. Скотт и Айзек объявили запрет на зелёные перцы после того, как Стайлза почти рвало на всем протяжении обеда у Эллисон. Стайлз никогда не любил перцы, так что он был не против, но если бы только они! До кучи, у него появились проблемы с Читос, Поп-тартс и луковыми кольцами. Луковыми кольцами!

Это всё было очень печально. Стайлз смиряется с этим, да и выбора у него особого не было, но им с Иисусом придётся очень серьёзно поговорить, если этот его "новый" слабый желудок когда-нибудь попытается отнять у него спиральную картошку фри. Ему уже приходилось жить без кофе и газировки - согласно магическому барьеру, содовая без кофеина ему тоже вредна. Он не намерен расставаться со спиральной картошкой фри!

И говорить о разочаровании.

Да.

Стайлз - подросток. Он знал, что такое сексуальное возбуждение. Но у него столько не стояло с тех самых пор, как он узнал, для чего ему вообще нужен член. Чтобы выяснить, нормально ли это - ну, кроме того, что у него вообще стоит, - он обратился к одной из книг о беременности, что нескончаемым потоком, приносил Дерек.

На странице, где содержался ответ, был настолько смят угол, будто кто-то полчаса не мог решить, стоит ли его вообще загибать, и выбрал этого не делать.

Стайлз твердо уверял себя, что эту книгу до Дерека уже кто-то читал, и что он никоим образом не должен туда лезть. Член его не слушал, и Стайлз все равно продолжил читать. Оказалось, некоторые женщины испытывают повышенное сексуальное влечение уже с первого триместра, хотя большая часть из тех, кому приходится страдать от переутомления и токсикоза, не испытывают такого влечения до третьего или четвертого месяца или около этого.

Но, естественно, Стайлзу так повезти не могло. О, нет. Стайлз постоянно был возбуждён недели с третьей, а на четвёртой он уже реально заебался дрочить. Что привело к резкому всплеску мокрых снов, подобно которому у него не было лет с тринадцати. Серьёзно, Стайлзу в классе еле удавалось держать глаза открытыми. Без Аддерала, домашняя работа занимала вдвое больше времени. У него не хватало сил стирать простыни три раза в неделю, и он умрёт, прежде чем попросит у кого-то о помощи.

Ну, он умер бы, если бы заклинание позволило.

Так что Стайлз решил сделать с этим хоть что-нибудь. И просить отца, да ещё и шерифа, нанять проститутку - не вариант.

Так что Стайлз взял пример со своей любимой вымышленной героини и решил направиться в библиотеку, или, по крайней мере, онлайн-каталог. Но если Гермиона Грейнджер когда-то и лазила в порно для мамочек, то Дж. К. Роулинг никогда об этом не писала. Он подумал, что если его мозг получит хоть немного удовлетворения, он прекратит посылать бесконечные сны о неизвестных, безликих и лапающих его людях.

Но, между стиркой, учёбой и крепкими объятиями Дерека - или Скотта, или Айзека, или Эллисон, или кого бы то ни было, на кого на тот момент возложена обязанность почесать животик, - у Стайлза не находилось достаточно времени на «Пятьдесят Оттенков Серого». Наверное, будет неприлично читать эту книгу в компании.

Если бы Лидия его поймала, то она обязательно провела с ним разъяснительную беседу, а затем заставила бы прочитать это все вслух. Это непременно взволновало бы его когда-то давно, прежде чем он сделал её своим сверхъестественным Джоном Ватсоном - что? Стайлз всю свою жизнь был Робином. Настал и его черед обзавестись помощником. Все честно. Вместо этого он попытался сосредоточиться, пока она объясняла ему материал, что он пропустил, когда спал в классе или блевал дома. Потом она ушла и пришёл Скотт, чтобы заняться с ним предродовой йогой.

Вообще, складывалось такое ощущение, что Скотт был очень увлечён всей этой «здоровой» беременной фигней. Если бы Скотт по жизни не был таким фантастическим, Стайлз бы подумал, что это уловка, потому что у Эллисон каждый раз вспыхивали глаза, когда она на него смотрела. Но Скотт этого, кажется, не замечал.

Стайлз готов был поставить двадцатку, что Скотт и Эллисон снова сойдутся после вручения дипломов.

Из-за этого чертового токсикоза к концу первого триместра Стайлз не набрал достаточно веса перед его великим днём, несмотря на всё более явные попытки Дерека подкупить его десертом на здоровую еду. В любом случае, ему накануне даже удалось немного выспаться, что означало, что он не запнётся прямо посреди прощальной речи или по дороге, когда настанет его черед подниматься на сцену. Хотя, он практически потерял ход мысли, когда увидел сидящего в зале Дерека. Но в этом не было ничего такого, ведь он проводил много времени со Стайлзом, а Айзек был частью его стаи.

Что совершенно не объясняло, почему он сидел рядом с папой Стайлза и миссис МакКолл.

Школьный бал, что не удивительно, проходил печально. Стайлз был возбуждён и опустошён отсутствием надежды заняться сексом с его парой - он пришёл с Айзеком, который тоже остался без пары и слишком волновался о безопасности Стайлза, чтобы позволить ему пойти одному - и неспособностью банально выпить. Стайлз сидел за столом, наблюдая, как его друзья пили и танцевали, и оплакивал отсутствие возможности напиться в хлам. 

Однако были и хорошие моменты: его не тошнило уже неделю. Согласно Мелиссе, это могла быть просто отсрочка — токсикоз иногда возвращается — но прямо сейчас он был слишком занят, наслаждаясь жизнью без тошноты.

Какое же это блаженство, когда на следующее утро не хочется блевать - и не важно, от токсикоза или похмелья. Особенно, когда с самого утра к нему пришёл Дерек и сказал собираться в поездку. Стайлз понятия не имел, куда они поедут, а Дерек рассказать не спешил. В общем-то, как и отец, который точно знал, потому что совершенно не бесился. Они просто смотрели друг на друга, будто это какое-то испытание, а ни разу не подарок. Стайлз поделился с ними своими переживаниями, но они оба закатили глаза, и папа выпихнул их за дверь.

Как оказалось, Дерек вёз его в Окленд, чтобы погреться на солнышке и посмотреть, как Доджерс разгромят Атлетикс. Он взял билеты на очень хорошие места и купил Стайлзу хот-дог, начос - последнее он потом отобрал, чтобы купить начос без лука, из-за новой проблемы Стайлза - и самый большой апельсиновый сок, который только там продавали. А еще, он не ругался на то, что Стайлз бегал отлить минимум раз в иннинг*.

Дерек даже не отказал, когда Стайлз попросил сводить его в Театр Фокс* и накормил его после этого ужином. В Бикон Хиллс они вернулись уже поздним вечером. Дерек разбудил Стайлза и помог ему выбраться из машины.

Несколько дней спустя в Бикон Хиллс вернулся Джексон. Он решил провести лето в городе, прежде чем осенью начать обучение в Гарварде. Он продолжал произносить это название небрежно, будто хвастался, но Стайлз знал главную причину: он был рад пойти в Гарвард больше из-за Лидии и её поступления в МТИ*, чем из-за радости быть в Лиге Плюща.

— Что, черт возьми, за запах? — все собрались у Дерека, тусовались и праздновали возвращение Джексона. Он вернулся в Бикон Хиллс днём ранее, а на его вечеринку - если это можно так назвать... она очень маленькая и на ней только стая, - приехал несколько часов назад, но только сейчас до него дошло.

Все оборотни фыркнули.

— Какой запах? — состроив щенячью мордочку, спросил Скотт.

— Пахнет... — Джексон издал раздражённый звук. Затем скинул ноги с журнального столика - ну, что за гость, - встал и начал принюхиваться, очевидно, решив руководствоваться чутьём.

Джексон повёл носом, и запах привёл его прямиком к двухместному дивану, на котором уютно устроились Дерек и Стайлз.

— Это вы, — предъявил Джексон. — Почему вы так странно пахнете? Вы пахнете, как женщина и Дерек!

Окей, Стайлз понятия не имел, что с этим делать.

— И что это за объятия вообще? Ты сидишь в обнимку с Дереком с того самого момента, как я пришёл, — сощурился Джексон. — Вы двое, наконец, начали трахаться?

— Нет, — очень медленно сказал Стайлз, потому что с сумасшедшими людьми нужно общаться именно так. По телевизору говорили. — Но я - беременный его ребёнком. Сюрприз! — это - та новость, которую нужно сообщать лично. Стайлз и Лидия приняли такое решение несколько недель назад.

Джексон моргнул и фыркнул:
— Не остроумно, Стилински. Как всегда.

— Нет, он на самом деле беременный, — подтвердила Эллисон.

— Волшебным способом, — добавил Айзек.

— Это сделала наша учительница Английского, — объяснил Скотт.

— Он на третьем месяце. Дерек - биологический отец, спасибо магии, — сказала Лидия так мягко, как только могла.

Джексон ещё раз моргнул и сказал: 
— Какого хрена. Я был в Лондоне всего ничего, а вы, уроды, уже умудрились нарушить долбаные законы природы!

Реакция Джексона вне конкуренции.



________



*Иннинг - Один игровой период в бейсболе. Заканчивается, когда из каждой команды выбывают по три игрока. Игра состоит из 9 иннингов.

*Театр Фокс - серия роскошных и очень старых кинотеатров Fox Theatres принадлежащих Fox Film Corporation.

*МТИ - Массачусетский технологический институт.