Chapter Text
Документы на развод всё так же оставались неподписанными, как и час назад.
Тони провёл рукой по губам, ощущая призрачный вкус восемнадцатилетнего шотландского виски Chivas Regal. Вот уже десять лет как он ни капли не брал в рот, но это ощущение всегда возвращалось к нему, когда он чувствовал себя особенно уставшим или находился в состоянии стресса, и прямо сейчас он отчётливо ощущал каждую малейшую нотку косточкового плода и ванили. Он поборол порыв сглотнуть и запретил себе продолжать думать об этом. Такими темпами будет слишком просто снова вернуться к бутылке, а если и существовала ночь, когда он сорвётся, то сегодня была именно она.
Стив придёт в любую минуту, чтобы забрать оставшиеся вещи, и он ожидает, что Тони отдаст ему подписанные документы, ожидает увидеть подпись Тони рядом со своей подписью на свидетельстве, в котором говорится, что они хотят разорвать брак по обоюдному согласию.
По обоюдному согласию. Тони почувствовал, как его губы сами по себе растягиваются в уродливой улыбке. Чертовски обоюдное у них вышло согласие. Он не соглашался ни на какой развод – эта идея полностью принадлежала Стиву. “Так будет проще,” сказал он тогда, и Тони ничего не ответил на это, лишь забрал манильский конверт из рук Стива. “Проще, чем что?” не спросил тогда Тони, потому что понимал, что Стив имеет в виду, что так будет быстрее, а Стив хотел отвязаться от него именно как можно быстрее.
Но Тони не дал отделаться от себя так просто. Эти документы уже несколько недель лежали неподписанными на столе в его кабинете. Он сказал Стиву, что его адвокаты должны проверить все детали – и у Стива даже хватило наглости выглядеть обиженным этим заявлением, хотя он всё-таки придержал язык и спустил это Тони с рук – но этот предлог был уже насквозь изношен и протёрт, и теперь не существовало ничего, кроме того факта, что документы до сих пор остаются неподписанными, просто потому что Тони их не подписывает. Потому что Тони не хочет их подписывать.
Тони вообще ничего этого не хотел. Он не хотел внезапного появления этого расстояния между ними или натянутого напряжения, которое обернулось непрекращающейся руганью. Он не хотел, чтобы Стив начал спать в гостевой комнате. Он не хотел однажды проснуться с осознанием, что человек, которого он любит больше своей собственной жизни, больше не хочет быть с ним.
Но то, чего хочет Тони, всегда играло очень незначительную роль в его жизни. Он сам не понимал, почему вообще когда-то считал, что со Стивом всё обернётся по-другому.
Его телефон завибрировал на кофейном столике, экран загорелся и высветил сообщение от Хэппи, в котором говорилось, что Стив поднимается наверх.
Тони оставил документы на месте и закрыл кабинет у себя за спиной, прежде чем пойти открыть дверь.
Стив выглядел хорошо. Но опять же, Тони не мог вспомнить, чтобы было время, когда Стив не выглядел бы хорошо для него.
– Документы ещё не готовы, – сказал он вместо “привет”.
Стив не стал на это возмущаться:
– Ничего страшного. У адвокатов возникли какие-то вопросы?
– Не-а, – адвокаты сказали, что договор настолько справедлив, насколько нежеланный развод вообще может быть справедливым. Стив не просил у него ничего такого, что не принадлежало ему ещё до брака, не требовал, чтобы Тони продал какое-то совместно нажитое имущество, не хотел, чтобы Тони вернул помолвочные кольца или вообще какие-либо подарки, которые Стив вручил ему за все эти годы. Он не просил у него никаких денежных пособий, не пытался отобрать половину его имущества. Он больше вообще ни черта не хотел от Тони.
Было бы не так больно, будь этот договор несправедливым.
– Я оставил их в столе, – объяснил он, что технически являлось правдой. Не его проблема, если Стив сейчас думает о его рабочем столе в офисе. – Я попрошу Пеппер прислать их первым же делом завтра утром.
Пеппер может заставить его их подписать. Он должен был догадаться об этом уже давно.
– Спасибо, – сказал Стив немного неуверенно. Его оставшиеся вещи были упакованы в коробки и составлены на тележку, которая стояла прямо у входной двери. – Тебе не стоило так заморачиваться из-за вещей.
– Так проще, – сказал Тони, и его слова прозвучали язвительно даже для его собственных ушей.
Стив ответил ему лишь натянутой улыбкой:
– Наверное.
Тони сделал это всё за эту ночь. Он проснулся в три часа ночи с тошнотворным, тяжёлым чувством от какого-то подсознательного осознания, что ему придётся стоять и смотреть, как Стив упаковывает свои последние вещи, забирает с собой последние несколько доказательств, что они вели совместную жизнь. Когда он проблевался, он отправился на генеральную уборку, упаковывая вещи Стива в коробки, чтобы ему не пришлось на них больше смотреть. Может, было проще сделать это самому, Тони понятия не имел. Но с него хватит откладывать уход Стива – если он не мог ничего сделать, чтобы остановить это, то тогда он, по крайней мере, может перестать растягивать этот процесс. Сорвать пластырь, вырвать больной зуб, вытащить нож из раны.
Стив вывез тележку к лифту, пока Тони стоял в дверном проёме. Ему казалось, что он должен сделать что-то, но не имел ни малейшего понятия, что именно. Он пережил предостаточно некрасивых расставаний, но развод стал для него новым опытом, так что он просто ждал, каким будет следующий шаг Стива. В конце концов, он следовал за этим человеком больше десяти лет.
С тем же успехом можно последовать его примеру в самый последний раз.
Стив завёз тележку в кабину лифта и обернулся. Он зацепился взглядом с Тони на один долгий момент, и они просто стояли на месте, пока вес взгляда Стива не стал слишком тяжёлым, и Тони не пришлось отвернуться.
– Если я что-то забыл, то просто сообщи Хэппи, и мы разберёмся, где это найти. Но я думаю, я ничего не забыл.
Стив вновь улыбнулся, и на этот раз его улыбка не была натянутой, только лишь слегка печальной.
– Ты чертовски досконально подходишь к любой задаче, за которую берёшься. Я уверен, что ты ничего не забыл.
Тони трижды перевернул всю квартиру вверх дном в поисках любой малейшей детали, которую Стив мог бы посчитать своей, и затем начал заново, собирая все вещи, на которые он больше не мог смотреть, не думая при этом о Стиве, и упаковал их тоже, не заморачиваясь, кому эти вещи принадлежат.
– Да, я тоже так думаю, – сказал Тони. – Тебе помочь спустить это всё?
– Нет, я справлюсь, – на лице Стива снова появилась эта полунатянутая улыбка. – Я… – он остановился на секунду, затем слегка качнул головой. – Мне пора идти. Ещё раз спасибо, – он протянул руку.
Каким-то образом Тони сохранил нейтральное выражение лица, когда вышел из дверного проёма и ответил на рукопожатие. Это даже не было рукопожатием, скорее настоящей хваткой. Ладонь Стива была тёплой, а рукопожатие крепким. Это было бледной грёбаной имитацией объятия Стива, но придётся довольствоваться ею.
Вдруг Стив чуть ли не болезненно сжал его ладонь.
– Это, что… ты носишь мои армейские жетоны?
Сердце Тони пропустило удар и затем медленно упало куда-то в пятки.
– Да. Это… Прости, я даже не подумал… – пальцами свободной руки он схватился за цепочку и вытащил её из-под рубашки. – Я верну их тебе.
Стив ничего не отвечал долгие несколько секунд, его взгляд был неотрывно прикован к жетонам, висящим на цепочке. Слишком запоздало Тони осознал, что он повесил своё брачное кольцо на эту цепь, платиновый металл ярко сиял по соседству с нержавеющей сталью жетонов.
– Нет, – наконец сказал Стив. Он отпустил руку Тони и сделал шаг назад. Затем ещё один. – Нет. Я не хочу, чтобы ты их возвращал.