Chapter Text
Сидя перед подсвеченным со всех сторон для удобства визажистов зеркалом, Инуи пытался расслабиться и настроить себя на показ. Этот второй за сегодня, все происходящее начинало понемногу раздражать. Крутящиеся вокруг него визажистки всегда верно подмечали, когда у Инуи возникало воинственно-раздраженное настроение, и старались перевести его в нужное русло разговорами на отвлеченные темы. Слегка сжимая кулаки на щекочущие движения кисточек, профессионально накладывающих макияж, который будет эффектно подчеркивать естественные линии лица, Инуи думал, что прошлая жизнь была несколько интереснее. Да, в тоже время более травматичной, но тогда было веселее. Коко называл их гопничество ничем иным, как "юношеским максимализмом", особенно идеологию Свастонов с их девизом - мир, дружба, и пиздиловки с несогласными. Коконой не любил то, на чем нельзя было строить бизнес, хотя Инуи знал, что внутри он так же трепетно относится к этим воспоминаниям, как и он сам.
В зеркале напротив сидел красивый молодой человек с безобразным шрамом через верхнюю половину лица. Инуи не помнил, насколько больно было его получать, однако хорошо помнил все этапы заживления. Все равно никакая боль не сравниться с от потерей Акане. Однажды, после показа, он попросил здешнего гримера скрыть его шрам полностью или сделать его незаметным настолько, насколько это возможно. В тот вечер Сейшю долго не мог отойти от зеркала, рассматривая свое необезобженное лицо. К сожалению, грим, сделанный на скорую руку, не был идеальным, что рушило ощущение правдоподобности отсутствия бывшего ожога, но это не мешало ему эстетически наслаждаться результатом. За пару минут, Инуи смог воссоздать в голове параллельную реальность, на название которой фантазии не хватило - "Без пожара". Она наполнена счастливыми лицами родителей, сестрой в белом платье и другими сыро прописанными образами. Но ни Инуи, ни Коконой не вписывались в эту реальность, им не было в ней места - почему-то он не мог представить их без произошедших за последние двенадцать лет в их жизни событий. Инуи не стал бы таким собой, а Коконой... Кем бы был тогда Коко? Странные размышления, вызванные наплывом деперсонализации, прервали руки с крупными украшениями, мягко опустившись на плечи.
- Ты долго. - Коко приблизился к виску и поцеловал его, немного морщась правой половиной лица, столкнувшейся с жёсткими от лака волосами. Инуи позволил себе немного помолчать, расслабляясь под начавшими сминать горбину руками. Прикрыв глаза и постепенно опуская голову для увеличения площади прикосновений, Сейшю наслаждался массажем. После показов спина, держащая по несколько утомительных часов осанку, нестерпимо ныла, словно в Инуи всадили кол вдоль позвоночника. Сейшю предполагал, что массаж будет непродолжительным: он и так сильно задержался, а дома обоих ждала удобная кровать с недавно постеленным бельем, на котором будет так удобно развалиться и вновь таять под уверенными и сильными движениями рук... - Продолжим дома, хорошо? Собирайся. - снова кинув взгляд в зеркало, Инуи встретился не со своим отражением, а с человеком из выдуманной Сейшю альтернативной вселенной, так похожим на него. Раньше он никогда не задумывался о столь щепетильном моменте красоты. Своего представления о прекрасном хватало лишь на скромную оценку окружающих его людей, которая по неизвестным причинам останавливалась на Коко. Его волосы, разрез и цвет глаз, телосложение, вкус в одежде - все это Инуи считал идеально недостижим, цельнособранным кем-то высшим из самого дорогого, эксклюзивного вида деталей. Сейчас же наблюдая за ложным собой, Сейшю мог сказать также и про себя, но только зеркального. Думал ли Коконой о его довольно заметном изъяне, Инуи не знал. Они никогда не разговаривали об этом, да и в принципе их разговоры были больше о насущном. О прошлом никто не любил вспоминать.
- Я красивый? - вопрос вырвался изо рта сам собой. Инуи даже подумать не успел, о чем спрашивает. Эмоции переполнили чашу терпения, которая никогда не была особо глубокой, и дали волю словам. Коконой тоже был несколько растерян данным вопросом. Оторвавшись от телефона, так часто крадущего его у Инуи, Коко посмотрел сначала в зеркало, а затем на самого Сейшю с мягкой улыбкой.
- Без этой бурды - да. - и, еще раз поцеловав Инуи, но уже в щеку, сказал, что ждёт его в машине.
***
На подиуме Инуи выглядел настолько же родным, как и в подворотне, с разницей только в том, что его каблуки не будут разбивать ничье лицо. Коконой долго не мог выбрать, на каком ряду выгоднее сесть: тот, что выше, давал лучший обзор на Сейшю, на ряд ниже давал возможность полностью ощутить величественность и силу, исходящую от Инуи. От этой мощи пробегали приятные мурашки по коже и все внутри нагревалось до запредельных температур, мышцы нервно подергивались в такт его энергии в желании прикоснуться к ней. В итоге, выбрав тот, что ниже, Коко замер в ожидании, периодически перекидываясь фразами с модельерами и владельцами топовых журналов Токио, мягко направляя их внимание в сторону Инуи. Что что, а заниматься менеджментом у Коко получалось также хорошо, как и получать деньги практически из воздуха. Общий свет резко потух, и, под сумрак софитов, модели строго один за другим, начали свое шествие к концу зала и обратно, позволяя рассмотреть свое облачение со всех сторон. Долгое время Коко без интереса наблюдал за отточенной до идеала походкой безымянных молодых людей, пока не появился тот, кого он ждал с самого начала. Инуи, одетого в костюм кремового цвета, состоящий из жилетки на голое тело, широких брюк и пиджака, красиво подчеркивающего ширину и мощность его плеч. Открытые выступающие ключицы обрамляло холодное серебро цепочек, а на ногах... На ногах были надеты темные туфли с острым носом, от которых шла тонкая шлейка кожи, кругом охватывающая щиколотку и закрепляющаяся сбоку на маленькую металлическую пряжку. Коко, не прерывая непринужденного разговора с владельцем одного из известных модельных агентств Токио, неотрывно смотрел на то, как Инуи, словно в замедленной съемке, проходит через зал. Сейшю холодно смотрел вперед так, словно в конце его ждет очередное быдло, вставшее на пути к долгожданной цели. Каждый шаг сопровождался звонким цоканьем тонкой шпильки, звучание которой не прерывала играющая на фоне музыка. Казалось, еще секунда и Инуи занесет кулак в своем собственном стиле, который не способен передать ни один человек в целой вселенной, но он спокойно доходит до конца, излучая свою исключительную энергию победителя, разворачивается и со временем скрывается в другом конце зала. Все это время Коконой неотрывно смотрел ему вслед.