Chapter Text
— Ему снится сон, — сказал Твидлди, — и как ты думаешь, что он сейчас видит во сне?
— Никто не может этого знать, — ответила Алиса.
— Представь себе, тебя! — воскликнул Твидлди, торжествующе хлопая в ладоши. — И если он перестал бы видеть тебя во сне, как ты думаешь, где бы ты оказалась?
— Там же, где и сейчас, разумеется, — сказала Алиса.
— А вот и нет! — снисходительно возразил Твидлди. — Тебя бы нигде не было. Ты ведь только кусочек его сна!
— Если бы этот Король проснулся, ты бы исчезла — пуфф! — как догоревшая свечка!
…
— Но я настоящая! — сказала Алиса и заплакала.
— Плач не сделает тебя ни капельки более настоящей, — заметил Твидлди, — да и плакать тебе совершенно не о чем.
(Л. Кэрролл «Алиса в Зазеркалье»)
Джон издали заметил красные буквы вывески «Virgin Records» и стал протискиваться сквозь предпраздничную толпу. Создавалось ощущение, что все без исключения пешеходы идут ему навстречу. Упрямо насупившись, Джон шёл вперёд, чуть расставляя по привычке носки ботинок. Оказавшись у дверей магазина, он стряхнул с плеч куртки одинокие снежинки, больше напоминавшие перхоть, машинально осмотрелся и замер.
Обычно Лестрейд ходил ссутулившись, немного втянув голову в плечи, поэтому Джон и не признал его поначалу в стройном мужчине в новом пальто, с небрежно повязанным на шее шарфом ― этой небрежности позавидовал бы даже Шерлок.
Кажется, первые мгновения, намереваясь нырнуть внутрь магазина, Лестрейд Джона упорно не замечал, но, встретившись с ним взглядом, чуть вздрогнул и торопливо улыбнулся. Приветливо, впрочем. Этой тенью дежурной улыбки они успешно обменялись, замешкавшись возле дверей. В конце концов Лестрейд махнул рукой, предлагая Джону проходить первым, и сипловатым голосом невпопад прокомментировал свой жест: «Здравствуйте, доктор Уотсон. С наступающим».
― Спасибо. И вас, инспектор, ― ответил Джон.
Лестрейд чуть склонил голову и вслед за Джоном шагнул в светлый проём. В помещении было тепло и почему-то пахло шоколадом. Сверкала мишура, подрагивали ветки искусственных ёлочек и матовые серебристые шары на них. В магазине, само собой, оказалось многолюдно, и даже мрачноватый логотип компании выглядел более праздничным, что ли.
Инспектор сразу нырнул между стеллажами с дисками, и Джон с любопытством пошёл за ним ― посмотреть, в какой именно отдел тот направился. Power-metal, black-metal, speed-metal, death-metal ― и прочие ужасы этой суб-культуры. Среди парней в косухах и цепях и девиц, жующих жвачку, Лестрейд смотрелся белой вороной. Молодёжь посмеивалась, глядя на него, но кое-кто из девушек поглядывал на странного старпёра с интересом.
― Извините, ― не выдержал Джон, пробираясь между молодыми людьми поближе к Лестрейду. ― Это вы для кого?
Лестрейд вскинул брови, выразительно взглянув на Джона, и в тёмных глазах заиграли смешливые искры:
― Для сержанта Донован.
Перехватив заинтересованный взгляд юной, но слегка перестаравшейся с единицей металлолома на квадратный фут туловища леди, Лестрейд смешался и посерьёзнел, чуть кхекнув, после чего вернулся к полкам, задумчиво просматривая названия дисков.
― Кто бы мог подумать, что Донован такое слушает.
― Ужасно, тем более, простите, доктор, такое дерьмо. Это ж разве рок? ― кажется, он нашёл нужный диск. ― Меня просто убивают их запилы.
― Мистер, ― встрял тут парень, вытянув шею и глядя на диск, ― они вообще-то с восемьдесят первого года играют!
― Вообще-то я в курсе, молодой человек! ― начал горячиться Лестрейд, а Джон прикрыл глаза ладонью и затрясся от смеха.
Краем глаза заметив реакцию Джона, Лестрейд оборвал сам себя и убрал диск на место, обречённо пробормотав:
― Из этих обложек вряд ли подобрать что-то близкое к духу Рождества, ― после чего с абсолютно серьёзным выражением лица быстро пересчитал диски, повторяя едва слышно детскую считалочку, что на некоторое время лишило Джона дара речи.
Лестрейд же всё с тем же серьёзным выражением лица извлёк выпавший по жребию диск, довольно сообщив:
― Вопрос выбора решён. Тем более что это всего лишь довесок к основному подарку. А вы для кого ищете?
― У меня всё проще ― я для дам: сестре, у неё Дженис Джоплин уже заедает. И ещё… одной девушке.
Лестрейд внимательно на него посмотрел, и Джон опустил глаза. Он не хотел упоминать Джанетт лишний раз.
― А миссис Хадсон?
― Да, конечно… Ей что-нибудь мелодичное и романтическое.
Они прошли два ряда, Джон замешкался, глядя на менее вызывающие, но всё ещё малознакомые названия на обложках, после чего Лестрейд осторожно указал:
― Направо, вот там, я вижу The Who, сейчас отыщется и Дженис.
После чего подошёл к одной из полок, уже с большим интересом рассматривая разноцветные упаковки.
Там они застряли. Сначала Джон вспоминал, какие диски нужны Гарри ― а сама не купит: лень, Дженис идёт только под определённое «настроение», а когда настроение проходит, то Гарри о ней и не думает. Потом они зачем-то прослушали фрагментарно на пару один диск, нацепив наушники. Джон увидел, что губы инспектора шевелятся, и приоткрыл ухо. Застигнутый врасплох за мурлыканьем «Trust in me baby, trust in me baby, trust in my love, in my heart», Лестрейд, как-то очень резво и хорошо ориентируясь, набрал ему сборников, а потом поспорил, изуродовала ли Джоплин Гершвина или нет.
То, что оставшиеся диски они пошли разыскивать вместе, получилось само собой. По дороге Лестрейд перехватил с полки Creedence Clearwater Revival, пробормотав что-то про «ничего так парни поют», хотя Джон его ни о чём не спрашивал.
С пакетами они вышли на улицу.
― Странно, ваш телефон молчит, ― сказал Лестрейд. ― Он включён?
Джон усмехнулся.
― Шерлок на пару дней улетел в Глазго, а меня оставил готовиться к Рождеству.
― Один улетел, без вас?
― Не на улице об этом говорить.
― А может быть, мы где-нибудь… ― начал Лестрейд.
― … может, посидим…
― … и выпьем пива.
Они сказали это одновременно и рассмеялись.
Найти это «где-нибудь» оказалось непростым делом, и вскоре они уже ехали к инспектору, у которого имелся в холодильнике запас пива.
Войдя в квартиру, Джон с интересом осмотрелся. За всё то время, что он знал инспектора, бывать у него в гостях не доводилось. Женской руки тут не ощущалось совсем, но вроде бы инспектор всё ещё был женат, а вообще-то по гостиной можно было сделать вывод, что хозяин скорее живёт на работе, чем дома.
Предложив Джону сесть, инспектор сходил на кухню за пивом и стаканами.
― Извините, доктор Уотсон, как вы относитесь к полуфабрикатам?
― Это пиво – полуфабрикат?
― Нет, но вы же с работы. Я могу что-нибудь сообразить на скорую руку ― перекусить.
― Спасибо, не откажусь. Давайте я помогу. По первой выпьем на кухне.
Выпили по первой, по второй, вспомнили, что микроволновка давно уже выключилась, выгрузили мясо на тарелки и вернулись в гостиную. Говорили больше о работе, вспоминали забавные случаи во время расследований. Джон блаженствовал, сидя на диване в не очень-то уютной комнате, попивал пиво, заедая мясом и ужасными чипсами. Мясо с чипсами? Но ведь никто же не видит.
После третьего стакана они решили перевести общение в дружеское русло. Джон выяснил, что инспектора зовут Грег, и они решили отметить данное обстоятельство четвёртой порцией.
― И всё-таки почему ты не поехал с Шерлоком? ― спросил Лестрейд.
― Потому что… в общем, это такое дело… Ты знаешь, что у Шерлока есть старший брат?
― Разумеется.
― Он, в общем…
― … большая шишка, я в курсе.
― Ха! ― и Джон рассказал, как его в первый день знакомства с Шерлоком похищали.
― Надо же… А меня он просто вызвал к себе, без всяких представлений. Он пасёт Шерлока.
― Я всё не пойму, чего они не ладят?
― Кто их знает. Значит, Шерлок расследует что-то по просьбе брата…
― Я этого не говорил!
― Конечно, не говорил, не волнуйся. ― Лестрейд долил в стаканы пива.
― Слушай, я до дома не доберусь так.
― На такси доедешь... Да можешь вообще у меня переночевать.
― А… ― Джон открыл рот и тут же закрыл. ― А жена… ты…
― Она уехала на праздники в пансионат.
Лестрейд сказал это совершенно бесстрастным тоном, и Джон решился спросить:
― У тебя как… ну… проблемы в браке? Ты давно женат, кстати?
― Я женился, когда мне было двадцать три.
― Ничего себе! А детей у вас же нет?
― Как ты видишь, ― Лестрейд обвёл рукой комнату, словно предлагая Джону блеснуть дедукцией, ― нет.
«И чего не разведётся? Красивый мужик, молодой ещё. Что это за жена, которая уезжает на праздники чёрт-те куда?»
― Слушай, Грег, а приходи к нам на Рождество.
― К вам? Ты не шутишь?
― Приходи, правда. Миссис Хадсон обещала приготовить что-нибудь вкусное, так что она отмечает с нами. А я… в общем, я хочу пригласить свою девушку, и…
― Ты меня приглашаешь, чтобы Шерлоку было нескучно? ― рассмеялся Лестрейд.
― Нее… ― хмельной Джон погрозил пальцем, ― гости на Рождество ― это просто хорошо. И всё. Приходи.
А про себя подумал: «Надо пригласить Молли. Чем чёрт не шутит?»
― Как же тебя угораздило так рано жениться, если она не… ну ты понял?
― Только Шерлоку… ни-ни.
Джон поднял руки и растопырил пятерни. Пиво в него уже не лезло ― точнее требовалось поддержать круговорот жидкостей в природе.
― Момент, ― пробормотал он и метнулся на поиски «белого друга».
Вернувшись, он взял стакан и восполнил баланс.
― Я… сейчас… ― Лестрейд повторил его манёвр. Он не сразу сел на своё место, пошарил в шкафу, достал альбом и вытащил из него фотографию. ― Вот, погляди.
― О… ничего себе.
Джон невольно заулыбался, глядя на снимок молоденького Лестрейда. И почему-то хихикнул.
― Вот именно. ― Грег плюхнулся в кресло. ― Я не знал, куда себя деть. Ко мне просто нагло приставали… все…
― И парни?
― Ага. А я был мальчик скромный.
Джон расплылся в улыбке.
― Так что девушки решили, что я точно гей. А я не гей!
Джон вытянул губы трубочкой и сочувственно покивал.
― Вот… дело было на одной вечеринке, меня туда затащили, в общем. И Мэгги положила на меня глаз. ― Лестрейд привалился к спинке кресла, отхлебнул пива и задумчиво посмотрел на стакан. ― Она на меня так смотрела… я пригласил её потанцевать… потом смотрю: подруги ей что-то шепчут на ухо, показывают в мою сторону. Она мне потом сказала, что они ей рассказывали про мою якобы не ту ориентацию. И она… решила проверить.
― И как?
― Успешно, как видишь.
― Но разве после этого обязательно жениться?
― Так я влюбился. Потом женился.
― А потом понял… ну, что поспешил… наверное…
― Не сразу, конечно. Лет через шесть-семь. Но я домой прихожу поздно вечером, в выходные отсыпаюсь, Мэгги тоже работает в своей школе…
― Она у тебя учительница? ― удивился Джон.
― А что такого?
― Ничего, я просто… моя девушка учительница.
― А… ― протянул Лестрейд.
― Обидно, это же столько лет. Ты бы мог полюбить кого-нибудь.
― Если бы полюбил, то развёлся бы. Если я к кому-то привыкаю, мне сложно прекратить отношения. И потом… мы всё ещё живём как муж и жена. А ты почему расстался со своей девушкой? Бывшей. Такая рыженькая. Вы же вроде даже в Новую Зеландию вместе летали?
― Да так… Значит, ты читаешь мой блог?
― Само собой. Только я там не понял замечание насчёт Шерлока. Вы же нашли время побыть вместе, и Шерлок не мешал.
― Сара хотела, чтобы я переехал к ней, когда вернёмся. И не надо на меня так смотреть. Я не влюблён в Шерлока Холмса. Просто… я в Сару не был влюблён по-настоящему.
― Да? А чего же ты в блоге писал с таким сожалением, как будто это Шерлок не даёт тебе завести прочные отношения с кем-то? Как будто перед тобой выбор стоял.
― Он мой друг. ― Джон не понял, куда клонит Лестрейд, но почему-то не решился уточнять. ― Просто вот сейчас… для меня это важнее романов. Но если я встречу женщину, которая… словом, пока не встретил. Так… несерьёзно это всё.
― Это называется «чтобы было», ― усмехнулся Грег.
― Может быть…
― А зачем? Ты с ними спишь?..
― Когда как… ― Джон замялся, не понимая, куда клонит Грег.
― Я знаю Шерлока дольше, чем ты. Он по-своему хорошо ко мне относится ― насколько вообще на это способен, хотя я даже не уверен, что он знает моё имя. Я ни разу не замечал до того, как ты появился в его жизни, чтобы он к кому-то так привязывался. Мне кажется, для него это очень смелый шаг.
Джон не заметил, как с обоих почти слетел хмель ― хотя бы внешне, но вряд ли бы решился на трезвую голову задать свой вопрос:
― Ты бы хотел быть на моём месте?
― Возможно, хотел бы, ― Грег широко улыбнулся, ― но не смог бы. Погоди… ― Он прервал Джона, который уже отрыл было рот: ― Хотел бы для себя. Хочется, чтобы рядом был человек, ради которого стоило бы жить. А не смог бы, потому что я тоже женат на работе. Она очень важна для меня. Не карьера ― само дело. Я приглашаю Шерлока на расследования не потому, что он раскрывает за меня преступления, а начальство гладит меня по голове ― чаще наоборот как раз. Потому что Шерлок восстанавливает справедливость.
― Знаешь, я тебе завидую, ― сказал Джон после пары минут молчания. ― Я люблю свою профессию, но не могу разорваться между ней и Шерлоком.
― Вот поэтому рядом с ним ты. Ты выбрал его в конечном итоге. Знаешь, он может быть каким угодно засранцем в быту, но он определённо готов ради тебя на всё, если потребуется. Он тебя любит…
В такие моменты у Джона пропадал дар речи, а если появлялся, получалось сказать какую-нибудь глупость.
― Слушай… ну… и ты туда же. Да не пара мы!
― Болван ты, ― незлобиво усмехнулся Грег. ― Я тебе про любовь, а ты мне про ориентацию.
Логика в его словах проскальзывала. Во всяком случае, Джон её улавливал и не мог не признать, что и сам он любит Шерлока. Как друга, естественно. Правда, опыт подсказывал ему, что отношения с друзьями с течением времени меняются. Люди меняют интересы, женятся, уезжают, общаются всё реже. Он такое не мог представить себе — пока, во всяком случае. Это точно не про них с Шерлоком. Но кто знает, как дальше сложится? Джон для себя решил, что если уж он и найдёт себе пару, то эта женщина должна будет относиться к их с Шерлоком тандему с пониманием.
Дальше они говорили с Лестрейдом о чём угодно, кроме личного. Когда Шерлок вернулся, Джон огорошил его предложением устроить настоящее Рождество, пригласить гостей.
— Тебе мало меня и миссис Хадсон?
— Понимаешь, или мы кого-то приглашаем к себе, или мне придётся уходить самому.
— Вот как…
Шерлок понял намёк и сдался. Лестрейд казался ему вполне терпимым кандидатом, способным удержать его от непоправимой попытки сделать что-нибудь с очередной пассией Джона в первые же минуты вечеринки.
— Ладно, зови инспектора.
Если бы Лестрейда спросили потом, как всё прошло, он вынужден был бы признать, что это было не лучшее Рождество в его жизни, но и не худшее. Он даже сказал бы, что Шерлок продержался в роли радушного хозяина рекордно долго. Девушку Джона стоически терпел, ублажал миссис Хадсон игрой на скрипке, даже неуместная его дедукция не слишком шокировала Лестрейда. Он и раньше предполагал, что жена не просто так уехала на праздники. Вот Молли было жалко, но Шерлок извинился, в конце концов. Что дальше случились за неприятности, Грег прочитал только из блога Джона. Он не лез в это дело, там были замешаны спецслужбы, а Майкрофт Холмс никак Грега не привлекал.
Жизнь покатилась своим чередом. Грег иногда встречался с Джоном в пабах, чтобы пропустить стаканчик и поболтать. В марте случился отпуск. Давно хотелось поехать куда-нибудь, где жарко, просто валяться в шезлонге, жариться на солнце и ни о чём не думать. Интрижка на работе вышла жене боком, она вынуждена была уволиться, новое место пока не нашла, и Грег, в очередной раз наступая на одни и те же грабли, настоял, чтобы она поехала с ним в отпуск.
Поначалу всё шло просто замечательно. Смена обстановки даже как-то оживила почти заглохшие отношения, Мэгги одобрительно поглядывала на мужа в плавках, Грег старательно загорал, и ему даже нравилось то, что он видел в зеркале в номере. Но когда ты связан по жизни с ходячим вирусом по имени Шерлок Холмс, никогда не следует расслабляться. Внезапный звонок от Майкрофта заставил Грега бросить всё, оставить жену на курорте и ринуться в какую-то отечественную глушь — с секретной базой, собакой-призраком и прочей чертовщиной. Кое-как придя в себя после всех перипетий, Грег полетел обратно, к жене…
Вышел классический анекдот: прилетает муж из командировки… Грег никогда раньше не заставал жену в постели с кем-то. Он знал, что она слаба на передок, знал, что супруги они давно уже формально, и, видимо, ему просто нужен был какой-то толчок, чтобы решиться поставить точку. Он постоял на пороге номера с чемоданом в руке, посмотрел на жену, прикрывшуюся простынёй, на мечущегося по номеру какого-то типа. Посмотрел, потом нервно рассмеялся, развернулся и ушёл. Тут же взял такси, уехал в аэропорт и по возвращении домой сразу подал на развод.