Chapter Text
Стайлз с неприкрытым разочарованием во взгляде смотрел на фамилию своего нового подопечного, и мысленно приближался к окончанию карьеры Ангела-хранителя. Еще один промах — и 'прощайте' крылышки, 'здравствуйте' Падшие. Нет, такие перспективы не для Стайлза. Одно лишь упоминание о запертых на Земле неудачниках вызывало у него стремительный рвотный позыв и мелкую дрожь. В конце концов, он четыре месяца пробивался обратно в Отдел Сверхъестественных Сил, разнося личные дела потенциальных подопечных их будущим Хранителям, и делал это с одной единственной целью — вновь стать штатным сотрудником Высшего Департамента. И ведь Стайлз добился своего. Стайлз смог. А что мы имеем на выходе? Контрольное задание, словно контрольный выстрел в голову. Харрис его точно за что-то ненавидит… подлый, ехидный очкарик. И как он очутился в начальниках такого крупного отдела, да еще и в поднебесной? Стайлз до кончиков пальцев был уверен в том, что по нему плачет персональный котел в Низшем Департаменте: там есть плетки, адское пламя и много-много чертят, что спляшут вокруг него приветственный хоровод. Харрису обязательно понравилось бы. Стайлз в этом не сомневался.
— Стилински! Ты заснул что ли? — окрикнули его за спиной, и парень резко обернулся, выныривая из досадных размышлений. Вышеупомянутый босс восседал на своем офисном кресле, как на божественном троне, издевательски приподнимал бровь и еле слышно усмехался. Нет, ну точно сволочь. — Если хочешь вернуться на прежнюю должность, изволь видеть сны в другом, более подходящем для этого процесса месте, а не на рабочем столе. Почему ты еще не на задании?
— Но, сэр, здесь какая-то ошибка, — промямлил Стайлз и нервно сглотнул от напряженного, съедающего с потрохами взгляда. — Это же Дерек. Тот самый. Который Хейл.
Ядовитая змея привстала с кожаного трона и мелкими крадущимися шагами направилась к своей жертве. Стайлз решил не представлять, как его проглатывают целиком, не пережёвывая, а потом медленно переваривают в желудочном соке. Стайлзу оказалось достаточно этого хищного взгляда, сверкающего за прозрачными стеклами очков.
— Здесь нет никакой ошибки, Стилински, — Харрис покачал головой и положил свою ладонь на спинку стула, в которую так беспомощно вжался Стайлз. — Твой новый подопечный — Дерек Хейл, и это не обсуждается. Срок до следующего полнолуния. По нашим расчетам, срыв произойдет именно тогда. Надеюсь, тебе не понадобилось много времени, чтобы ознакомиться с материалами дела?
— Нет, сэр, не понадобилось. К сожалению, моя память не дает мне таких поблажек, как провалы в воспоминаниях, — Стайлз недовольно скривился и отвел в сторону виноватый взгляд. Да уж, ближайшие две недели обещали быть весьма интересными.
— Тогда приступай. И чтобы первый отчет лежал на моем столе уже через два дня, — босс развернулся и пошел обратно к своему столу, демонстрируя, что разговор окончен. Вот ведь сука.
Стайлз обреченно вздохнул и повел плечами в попытке расправить длинные белые крылья, но вовремя опомнился. Одно из внутренних правил Высшего Департамента: не занимай лишнее пространство своими перьями. Так себе правило, как считал Стайлз, но выполнять приходилось беспрекословно. Он ведь образцовый Ангел-хранитель. Он никогда не сказал бы вслух, что их уставы полный отстой: личные разговоры — запрещены; бранные слова… И, да ладно? Порой без их участия Стайлз не мог выразить ни одной своей мысли. Но, к великому сожалению, они тоже были запрещены. Что уж говорить об отношениях между сотрудниками? Правильно. Говорить тут не о чем, ибо они запрещены трижды. А жаль, Лидия из Кризисного Отдела очень бы подошла на роль подружки для Стайлза. По крайней мере, в этом был уверен сам Стайлз, а мнение Лидии, извольте, спрашивать никто не собирался.
Подхватив все необходимые бумаги, Стайлз сложил их в общую папку и вынырнул из кабинета в просторы длинных, светлых коридоров. Вокруг царили спокойствие и умиротворение. А еще скучная, невыносимо скучная тишина. Мимо шныряли, быстро кивая в приветствии, рядовые служащие Департамента и улыбались скорее по привычке, нежели по желанию. Выйдя на свежий воздух, Стайлз прикрыл глаза, вдохнул полной грудью теплый воздух и чуть не получил сердечный приступ от навалившегося на него Скотта. При том условии, конечно, что сердечный приступ вообще был возможен в отношении ангела, но проверять это на практике как-то не прельщало. Молодой парень с коротко стрижеными волосами, в белой футболке и с такими же белыми крыльями за плечами, отпрял назад и выжидающе уставился на Стайлза.
— Что? — недоуменно спросил Стайлз и спрятал ладони в карманы зауженных бежевых штанов. — Слушай, чувак, я конечно не сомневаюсь в своем интеллекте, но до чтения мыслей мне еще далеко. Очень далеко. Примерно как тебе до отношений с очаровательной Эллисон.
Друг сначала обиженно нахмурил брови, но следом тут же расплылся в улыбке, вызывая в мозгу Стайлза странное замыкание. Иногда он не понимал МакКолла. Как можно так быстро обидеться и простить, укладывая весь этот процесс в несколько секунд? Вот и Стайлз не понимал, как? Наверно, врожденная особенность моментального перегорания эмоций. Ого, кажется, он только что придумал для своего незаменимого 'бро' четкий диагноз. Главное, теперь не проговориться об этом самому Скотту.
— Я слышал, тебя снова приняли на прежнее место. Мои поздравления, дружище! — он опять сгреб Стайлза в крепкое, очень крепкое для хрупких ребер объятие, и пару раз хлопнул по спине. — Задание уже дали? Кто он? Или это она?
— Это Дерек Хейл, — только и ответил Стилински, демонстративно замолчав после сказанных трех слов. Этого было достаточно, чтобы объяснить другу всю прискорбность сложившейся ситуации.
— Черт возьми, Харрис — бессердечная скотина. Ты как? — прищур обеспокоенных глаз заставил живот Стайлза скрутиться болезненным спазмом. Давно ему не было так паршиво, точнее, так паршиво не было вообще никогда.
— Надо приступать к работе, — было вместо ответа на, казалось бы, бессмысленный вопрос. — Времени слишком мало.
МакКолл понимающе кивнул и положил руку на плечо друга, чуть сжав пальцы.
— Ты только не сильно откровенничай с ним, хорошо? А то не видать тебе Отдела Сверхъестественных Сил, как и своих крыльев.
— Не видать, чувак, не видать… — отзеркалил Стилински и, наконец-то, расправил крылья, чувствуя блаженную тяжесть за спиной. Белые перья переливались на солнце серебристыми бликами, и Стайлзу не нужно было это видеть. Достаточно всего лишь знать. А еще ему просто необходима уверенность в том, что эти крылья останутся с ним и впредь.
***
Дерек смотрел на водную гладь и молчаливо купался… нет, в своих мыслях, конечно же. Та самая гладь открывалась ему с высоты Манхэттенского моста и была слишком далеко, чтобы искупаться в ней по-настоящему. Темнота уже давно опустилась на ночной Нью-Йорк, за спиной шумели проезжающие машины, а небо заволокли тяжелые грозовые тучи. Воздух пропитался свежестью и пах озоном в преддверие дождя, но окружающая вонь от выхлопных газов заглушала мимолетное наслаждение разряженным кислородом. Раньше Дерек любил жить в старом фамильном особняке за чертой города и выбирался в мегаполис только по острой необходимости: поездка в супермаркет, редкие развлечения в ночных клубах или проверка документации в небольшом магазинчике мотоциклетной экипировки, которым они заведовали вместе с Лорой. Теперь же Дерек под дулом пистолета не вернется в тот дом, окруженный со всех сторон лесными дебрями. Слишком больно. Слишком много воспоминаний.
Маленькая квартирка в тихом районе Нью-Йорка стала для него убежищем и прикрытием. Дерек не знал, от чего именно он скрывался в ней. Наверно, от прошлого, а возможно и от будущего. По крайней мере, оправдание в виде частых поездок в больницу к дяде Питеру, что пребывал в коме после нападения обратившегося в монстра альфа-оборотня, срабатывало безупречно. Питер не был связан со своей семьей крепкими узами, но встал на ее защиту, когда оказался рядом, и эта храбрость обернулась для него серьезной травмой. Дерека же рядом не оказалось и неизвестно, какой бы вышел итог, останься он дома в тот кровавый вечер. Только, разве это может волновать, если ты позволил умереть своей матери и двум сестрам, а дяде стать бессознательным овощем? Нет. Это не волновало. Это заставляло чувствовать себя обязанным перед Питером и неважно, какие разногласия были между ними прежде. Их шансы на спасение семьи изначально стремились к нулю — двухметровый монстр, с кровавыми глазами и полным отсутствием контроля, встретил своих жертв и не спешил отпускать живыми. Дерек упустил возможность повлиять на эти шансы, а Питер повлиять на них не смог.
— Готов поспорить на двадцать баксов, что не спрыгнешь, — Хейл едва заметно вздрогнул от неожиданно появившегося рядом с ним парня; тот сделал вид, что смотрит в глубину темноты перед собой и ехидно улыбнулся. — Не твой вариант.
— Оцениваешь мою жизнь в двадцать долларов? — фирменно изогнутая бровь показывала самое обычное непонимание, и Дерек точно не хотел обращать внимание на мимолетный укол обиды в груди, что его приняли за суицидника. Неужели он выглядит как человек, способный броситься с моста? Или, постойте, а как вообще должны выглядеть такие люди? Пожалуй, так же, как и все остальные.
— Нет, чувак, я оцениваю в двадцать долларов свое финансовое состояние и лишь собирался его удвоить. Только и всего, — незнакомец повернулся к нему боком и облокотился на перила моста. Широкая улыбка медленно расплылась по лицу, открывая идеально белую, ровную линию зубов. — Итак, я выиграл? Или ты лишишь меня последних денег?
Дерек сразу почувствовал подвох; странный запах, хоть и довольно привлекательный для внутреннего зверя: ягодная смесь с четким ароматом… солнечного тепла, что ли? Странные эмоции: коктейль из любопытства, волнения и страха. Странное поведение: уверенность в словах и позе, несмотря на одолевавшие ощущения внутри. Чтобы догадаться о том, кто предстал его взору, потребовалось всего несколько секунд.
— Хм, наживаться на заранее известных фактах… — Хейл достал из заднего кармана джинс сложенную вдвое стопку купюр и, вытащив нужную сумму, протянул ее парню в белой футболке. Как только тонкие пальцы коснулись заветного выигрыша, Дерек обхватил чужое запястье и дернул собеседника на себя, хватая за шиворот. — Я думал, это не по-ангельски. Да и психолог из тебя так себе.
С последним словом, зарвавшийся мальчишка полетел с моста, перегнувшись через перила и не успев даже пискнуть в ответ. Что ожидало его в конце полета, Хейла абсолютно не волновало.
— Да они издеваются надо мной, — Дерек покачал головой и отряхнул ладони, словно прикоснулся к чему-то мерзкому и противному как, например, слюням старого мастифа, а затем спокойным шагом направился к припаркованной поблизости машине.
— Эй! Ты же мог меня убить?! — за спиной послышался не то крик, не то визг и, не получив никакой реакции, взъерошенный парень воплотился перед лицом оборотня прямо из воздуха. — Тебя разве в детстве не учили, что нельзя вот так просто взять, и скинуть невинного человека с моста? Это, как минимум, не вежливо.
Румянец, что заливал щеки ангела, выделяя россыпь маленьких родинок на бледной коже, показался Хейлу достойной платой. Вывести из равновесия создание, которое по своей сути обязано поддерживать равновесие в других — верх блаженства. Дерек улыбнулся одними уголками губ и спрятал руки в карманах кожаной куртки.
— Ты не человек. По отношению к тебе, это правило не работает.
— Но я мог бы им быть или… постой, — мальчишка прищурился, изображая на своем лице слаженную и кропотливую работу мозга. — Я ведь замаскировал запах, какого черта?
Наблюдать за тем, как кто-то принюхивается к своей коже, не входило в вечерние планы Дерека, так что, он молча отодвинул преграду на своем пути в сторону и продолжил знакомый маршрут.
— Стоило хотя бы извиниться, — снова бросили в спину. — Или тебя этому тоже не учили?
— Мне не нужен Хранитель, — последовал короткий ответ, отрубающий дальнейшие вопросы. — Считай, что ты свободен.
— А мне не нужен такой подопечный, только разве Стайлза кто-нибудь спрашивал? Ага, если бы!
Дерек уселся на водительское сидение Камаро, завел мотор и посмотрел в зеркало заднего вида. Парень стоял на прежнем месте и растерянно смотрел по сторонам. Ну что за невезение? Чем Дерек заслужил столько внимания сверху? Лучше бы сказания об Ангелах-хранителях для сверхъестественных существ, которые в детстве рассказывали всем оборотням, так и оставались на страницах книг. Нет же, надо было свалиться одному из них на голову Хейла в самый паршивый период его жизни. Он совсем не хотел признавать, что описанные в древней литературе причины появления Хранителей имели к нему непременное отношение. Теория гласила, что оборотень нуждался в помощи только в двух случаях: когда волк подавлял человеческую сущность или когда обращенный человек не принимал своего волка. Ни то, ни другое Дерека не заботило. Он не мог похвастаться тотальным контролем, но жил со своим волком в согласии, достаточном для спокойной жизни. Он никого не обращал, чтобы нести за них ответственность. Так с чего бы к нему приставлять Хранителя? Дерек не понимал.
Машина тронулась, оставляя после себя визг шин, но внутреннюю тишину снова нарушил надоедливый ангел с не менее странным именем, чем сам его обладатель:
— Знаешь, я тут подумал, — незваный гость развалился на пассажирском кресле, но почему-то Дерека сие появление совсем не удивило, — хрен тебе, а не отказ. Мне крылья дороже, поэтому, ты либо прислушиваешься к своему новому Ангелу-хранителю, либо имеешь дело с Ликвидаторами в следующее полнолуние.
Стайлз сидел в пол-оборота и смотрел на Дерека глазами цвета темного гречишного меда. Взгляд говорил сам за себя: без вариантов, Хейл. Без вариантов.