Work Text:
— Я думал, вы попытаетесь сохранить нейтралитет, — адмирал Ян Венли налил генерал-адмиралу Виллибальду Йоахиму фон Меркатцу виски на один палец.
Тот объявился на пороге Яна поздним вечером, бледный, облаченный в военный мундир.
Меркатц поморщился.
— Откуда ты?..
— А разве есть другие варианты? — Ян сел рядом с Меркатцем.
Сад, стараниями садовника, был единственной ухоженной частью его скромного имения. Горничная, хоть и приходила дважды в неделю, битву за порядок в доме однозначно проигрывала.
— Мы знакомы не первый год, и я никогда не видел вас настолько взволнованным.
Меркатц опрокинул в себя виски. Ян налил еще.
— Герцог фон Брауншвейг пригласил меня в свою загородную резиденцию и предложил возглавить флот коалиции. Отказ не принимался.
— Даже если и так, то почему… — Ян умолк на полуслове, его лицо ожесточилось. — Он угрожал вашей семье? Этот ублюдок…
— Довольно, Ян. Вспыльчивость к лицу молодым бойцам. Или Шнайдеру. Но не тебе. Я просто хотел повидаться со старым другом, выпить стаканчик-другой.
— Выпить? — кривовато улыбнулся Ян. — И что, Брауншвейг даже не думал переманить меня на свою сторону?
— Ты один из немногих адмиралов, сохраняющих нейтралитет. Разумеется, думал.
— Я не изменю своего решения, даже если теперь вы на его стороне. Я ненавижу войны, а бессмысленные — особенно. Брауншвейг проиграет. Райнхард — гений тактики: мы с вами видели его при Астарте. Да и новый документ о социальной реформе за его авторством заслуживает внимания.
— Понимаю. Я сказал герцогу, что тебя так просто не заполучить… в отличие от меня.
— Вы могли бы встать на сторону Райнхарда, — заметил Ян, доливая виски. — Скажите маркизу, что поддерживаете герцога из-за угроз семье, он поможет. Он сможет защитить близких вам людей.
— Я уже дал свое слово герцогу фон Брауншвейгу и не откажусь от него, какими бы ни были обстоятельства, меня вынудившие. К тому же, думаешь, маркиз остановится, завоевав имперскую часть космоса? Он ненасытен. Ему нужно все. Каждая звезда в небе.
— Ну, не знаю, — сказал Ян, потирая подбородок. — Я бы сказал, что ему нужна его собственная сестра, если вы понимаете, о чем я…
Меркатц подпрыгнул на стуле.
— Ян! Как ты можешь… Я не питаю приязни к маркизу, а теперь и вовсе прихожусь ему врагом, но распространять столь гнусные слухи!..
Ян хохотнул. Его всегда забавляло, как легко было вывести Меркатца из себя, если знать, куда бить.
— Да-да. Просто глупая шутка. Прошу прощения.
— Из-за таких шуток ты и не получишь повышения.
— Мы оба знаем, почему я никогда не получу повышения. Я простолюдин из семьи торговцев, рожденный в отдаленной колонии, отказавшийся сменить имя и соответствовать имперским стандартам. Удивительно, что я дослужился до адмирала.
Меркатц будто бы протрезвел.
— Ян, за исключением маркиза, ты самый талантливый стратег, что я когда-либо встречал. Понимаю, ты хочешь остаться в стороне, но только с тобой я смогу получить тактическое превосходство. Я дам тебе звание, которое ты заслуживаешь. И достойный флот.
— С моим флотом все в порядке, — возразил Ян. — А ваше предложение звучит, как неподъемная задача. Если вы здесь, чтобы выпить со старым другом — пейте. Если же вы пришли за советом… вот что я скажу. Вы пожалеете, что согласились работать на Брауншвейга. Хватайте семью и переходите на сторону Райнхарда. Или бегите в Союз Свободных Планет.
— Снова твои шуточки, — слабо улыбнулся Меркатц. Он долил им обоим виски. — Выпьем. И давай закончим с моими проблемами. Поговорим о твоих.
— Да? И какие у меня проблемы?
— Твой дом! Ян, тебе скоро сорок. Не пора ли повзрослеть? Ты хуже, чем мой внук! Когда ты намерен жениться? Супруга нашла бы на тебя управу.
— Жениться? — Ян поежился. — Боги, нет. От людей сплошные проблемы. Я намерен оставаться холостяком.
— Это ты сейчас так говоришь, — Меркатц поднес свой бокал к бокалу Яна, чокаясь. — Выпьем! Жаль, меня не будет рядом, когда ты наконец остепенишься.
— Давайте перестанем наводить тоску. Расскажите лучше, как дела у вашего внука в школе?
***
— Ваше превосходительство, прибыл адмирал Ян Венли, — доложил часовой, дежуривший у кабинета Райнхарда фон Лоэнграма.
— Пусть проходит.
Райнхард бросил быстрый взгляд в сторону. Его рыжеволосый друг детства, генерал-адмирал Кирхайс, улыбнулся, однако ненавязчиво опустил руку поближе к кобуре на бедре.
Ян небрежно прошествовал по кабинету, безучастный к богатому убранству. Адмирал ничуть не изменился, со времен битвы при Астарте, разве что в волосах прибавилось серебра. Но тёплый честный взгляд и легкая улыбка — словно вселенная была шуткой, понятной ему одному — остались прежними.
Ян единственный из адмиралов старой гвардии безоговорочно поддержал Райнхарда при Астарте, даже Меркатц сомневался. Ян всегда выделялся, если дело касалось Райнхарда. И события на Вестерланде не стали исключением.
— Маркиз… или вы теперь герцог, верно? — приветствовал его Ян. — Рад за вас. Я говорил Меркатцу, что рано или поздно это случится, но он такой упрямый.
— Адмирал Меркатц дезертировал в Союз Свободных Планет вместе со своим флотом, — Кирхайс смерил Яна внимательным взглядом. — Удивительно, что вы не последовали за ним.
— Дезертировать? Что за глупость, — ответил Ян. — У моего флота семьи по всей империи.
— Я не думал, что Меркатц сбежит, — сказал Райнхард, не глядя на Кирхайса. — Наоборот, думал, вы с ним объединитесь и попытаетесь удержать Вестерланд.
После бунта на Вестерланде, Брауншвейг приказал расстрелять планету ядерными зарядами. Оберштайн посоветовал Райнхарду позволить случиться бойне, чтобы фракция Брауншвейга потеряла народную поддержку. Райнхард согласился, Кирхайс — нет. Они здорово повздорили, а потом флот Яна появился из ниоткуда и остановил бомбардировку. Флот занял орбиту планеты и находился там по сей день.
— Зачем? Брауншвейг мертв, и, даже объединившись, мы ощутимо проигрываем вам. К тому же управлять планетой такая головная боль. Я едва справляюсь со своим флотом.
— Поэтому вы здесь? — поинтересовался Райнхард. — Просить меня о союзе?
— Я здесь, чтобы сдать суверенитет Вестерланда империи, — ответил Ян.
Кирхайс удивленно моргнул. Райнхард подался вперед.
— А что об этом думает правительство Вестерланда? Я слышал, они гордятся новым статусом независимой территории. Теперь, после вашего вмешательства, они не принадлежат ни мне, ни Брауншвейгу.
— Они не рады. Но я не могу оставаться на орбите Вестерланда вечно. А вы, рано или поздно, захотите вернуть контроль над планетой и обрушитесь на них всей своей мощью. Все это приведет лишь к ненужным жертвам.
Ян двинулся к столу, сунув руку за пазуху. Кирхайс встал у него на пути.
— Это условия сдачи, — Ян протянул толстый конверт. — Я безоружен.
Кирхайс заглянул в конверт, достал из него кипу бумаг и передал Райнхарду. Прочитав первые страницы, тот отметил:
— Это не безоговорочная капитуляция.
— Планета в плачевном состоянии. Ресурсы на исходе. Я упразднил налоги, введенные Брауншвейгом, и назначил гражданское правительство, просто потому, что не хотел заниматься делами целой планеты. И все же я понимаю, это может выглядеть, как открытый бунт. Мне бы не хотелось, чтобы планету показательно наказали лишь за то, что я решил их спасти.
Райнхард быстро проглядел оставшийся документ и передал его Кирхайсу.
— В соглашении ничего не говорится о вас, — заметил Райнхард.
— Говорится. Одностороннее разоружение флота…
— Флота, да. Но что насчет вас? Вы присоединитесь ко мне? Я знаю о вашей ситуации. Вы не хуже Миттермайера и Ройенталя, может быть, даже лучше. Я не смогу повысить вас сразу, но со временем…
— Благодарю за предложение, но я предпочту подать в отставку, — ответил Ян, тонко улыбнувшись.
— Почему? Служить у меня лучше, чем у кайзера, вот увидите, — удивленно заверил Райнхард. — Мне безразличны ваши происхождение и имя.
— Меркатц бежал. Я не хочу сражаться против старого друга. Да и служба у вас — сплошные хлопоты. Бесконечная война… — Ян передернул плечами. — Нет, спасибо.
— Что ж, очень жаль.
— Кроме того, — Ян стал серьезнее, — я слышал, что люди Вестерланда пытались с вами связаться, Ваше Превосходительство. Они сообщили о готовящейся бомбардировке. Это так?
— Да, — ответил Райнхард. Кирхайс оторвался от чтения документа и замер.
— И вы не ответили на их призыв. Поэтому Вестерланд обратился ко мне, я был их запасным вариантом. Сравните сами: какой-то адмирал с самым слабым флотом против красивого молодого маркиза, у которого в руках власть над половиной империи, — с каждым словом голос Яна становился все менее выразительным. — Вы знали?
— Я знал о планах Брауншвейга, — ответил Райнхард. Он не мог солгать. — Мне посоветовали подождать, и в тот момент я согласился.
— На Вестерланде проживает двадцать один миллион человек, Ваше Превосходительство. Неужели спасти их было так сложно? Или просто политически невыгодно? — Ян потряс головой. — Вы, герцоги, кайзер. Все вы одинаковые.
Кирхайс подался вперед, крепко сжав кулаки:
— Как вы смеете?..
— Зиг, — Райнхард примирительно поднял руку. — Адмирал Ян, ваше предложение о сдаче отклонено.
Ян уставился на него в недоумении.
— Только потому, что я не польстил вашему самолюбию и не стал врать? Когда я выступал под вашим командованием при Астарте, вы не показались мне столь мелочным.
— Ваше Превосходительство, — с недоверием вмешался Кирхайс, — это прекрасно составленное соглашение.
— Помолчи, Зиг. Адмирал Ян, я готов принять капитуляцию только при одном условии: вы не уйдете в отставку. Вы будете служить мне, — Райнхард пристально посмотрел на Яна.
— Прежде я не соглашался, когда вас называли избалованным мальчишкой, — негромко проговорил Ян, нарушая затянувшуюся паузу. — Кажется, я ошибался. Я могу идти?
— Вы отказываетесь? — резко спросил Райнхард.
— А почему бы и нет? Вы отклонили мои условия. Я должен уведомить об этом Вестерланд и мой флот. С вашего позволения, Ваше Превосходительство.
Стоило двери захлопнуться за спиной Яна, Кирхайс повернулся к Райнхарду. Его губы были плотно сжаты.
— Райн… Ваше Превосходительство…
— Это было настолько плохо? — пробормотал Райнхард, еще не придя в себя после столь резкого отказа. Он рассчитывал, что Ян хотя бы попытается поторговаться.
— Адмирал Ян — человек чести, — проговорил Кирхайс, тщательно подбирая слова. — Его ненависть к войне широко известна. Если бы не это, он наверняка объединился бы с адмиралом Меркатцем, и гражданская война шла бы до сих пор.
— Я знаю. — Ян хорошо проявил себя при Астарте, но Райнхард и не думал ставить его в один ряд с Ройенталем или Миттермайером, не говоря уже о себе с Кирхайсом. Военная карьера Яна была безупречной, но ничем не примечательной. И только когда Ян занял Вестерланд, сумев противостоять своим крохотным флотом и Брауншвейгу, и Райнхарду, его тактический гений раскрылся в полной мере.
— Несомненно, с таким потенциалом надо быть осторожнее, чтобы он не решил присоединиться к Меркатцу и Союзу Свободных Планет.
— Его не стоит сбрасывать со счетов, даже в случае отставки. Что помешает ему прийти на выручку Меркатцу, когда мы вторгнемся в Союз? Поэтому я и хочу, чтобы он служил у меня, — Ян был слишком благороден, чтобы ударить в спину.
Кирхайс положил бумаги с условиями сдачи Райнхарду на стол.
— Стоит поговорить с ним еще раз, если вам интересно мое мнение.
Райнхард поморщился. Кирхайс отдалился от него с самого начала Вестерландской кампании, еще до истории с ядерным ударом. Ничего непоправимого, более того, их отношения потеплели после предотвращенного покушения: только Кирхайсу было позволено носить оружие в присутствие Райнхарда, и он смог застрелить нападавшего. Но теперь, кажется, ситуация снова обострилась.
— Ты знаешь, что надо делать. Действуй от моего лица. Договорись до условий, которые сочтешь приемлемыми, и пришли их мне на утверждение.
— Я… — Кирхайс моргнул. — Конечно, Ваше Превосходительство. Сделаю все возможное.
***
Ян с удивлением осматривал свой дом. Горы мусора исчезли, ковровое покрытие будто бы обновили, и даже стены выглядели свежепокрашенными. Он переходил из комнаты в комнату, проверяя шкафы. Свежие продукты в холодильнике, дорогой алкоголь в винном баре. Одежда только что из чистки.
От зачарованного созерцания аккуратной стопки полотенец, Яна отвлек звонок в дверь. На пороге неловко переминался Райнхард с подарочной коробкой в руках. За его спиной улыбался Кирхайс. Автомобиль, на котором они приехали, был припаркован на обочине.
— Чем могу помочь? — спросил Ян, стараясь не пялиться. На фоне его скромного сада эти двое выглядели чужеродно.
— Просто визит вежливости, — ответил Кирхайс. — Можно зайти?
Он пару раз подтолкнул Райнхарда, чтобы тот отдал подарок.
— Ничего особенного, безделушка, но надеемся, вам понравится.
— Спасибо. Чай? Кофе? Может быть, что-нибудь покрепче?
Они расположились с кофе на веранде, с которой открывался прекрасный вид на свежепрополотый сад.
— Я позаботился, чтобы к вашему приезду дом привели в порядок, — участливо сообщил Кирхайс. — Надеюсь, ничего не пропало? Я не смог связаться с вашей горничной, только с садовником.
— Все отлично, спасибо. — Ян глянул на непривычно притихшего юного герцога. — Не думаю, что такие занятые люди, как вы, нашли время для пустой болтовни со стариком.
Это вывело Райнхарда из оцепенения. Он удивленно уставился на Яна:
— Вы не старик.
— Не стоит меня щадить, — ответил Ян, вытянув ноги. — Я, может, и моложе Меркатца, но повидал достаточно. Кстати, его семья навещала меня на днях.
— И? — искренне заинтересовался Райнхард. Ему удивительно шло это выражение лица, ему — человеку, под командованием которого только при Астарте погибло более миллиона солдат. Пазл никак не складывался.
Ян отвернулся.
— Вы хорошо потрудились. У них нет никаких претензий, никаких обид. Маршал Кирхайс лично заверил их в хорошем отношении: они оценили заботу.
— Но вам, кажется, не угодил, — заметил Райнхард.
— Вы уже показали, что ваши цели оправдывают любые средства, даже человеческие жертвы. Если однажды Меркатц начнет представлять угрозу, разве его семья не станет оружием в ваших руках? — недобро улыбнулся Ян.
— Если они пожелают, то смогут отправиться в Союз Свободных Планет вслед за ним, — ответил Райнхард, уязвленный обвинениями. — Что бы ни случилось, я не намерен использовать их подобным образом.
— Об этом я и говорю. Отличная работа. Я попытался убедить их не оставаться здесь, но они почему-то вам верят. — Ян кивнул в сторону Кирхайса. — Они и правда верят, что вы намерены реформировать империю. Жена Меркатца просила, чтобы я уговорил его вернуться и уповать на вашу милость.
Ян безрадостно рассмеялся и провел рукой по лицу:
— После такого мне пришлось выпить.
Он заметил, как Кирхайс с Райнхардом переглянулись, и как последний махнул рукой, отсылая. Кирхайс замялся, но последовал еще один жест, и он неохотно кивнул, поднялся на ноги и, отдав честь, покинул веранду.
— У вас нет причин мне доверять, — проговорил Райнхард, когда они остались одни. — Но мне бы этого хотелось. Разве я не согласился с вашими условиями? Вестерланд вновь входит в состав империи на выгодных условиях, ваш флот под амнистией, а вам позволено жить в свое удовольствие.
— Вам не стоило бы доверять мне, — заметил Ян. — Близкий друг самого титулованного дезертира, известный нарушитель порядка…
— Который популярен не меньше, чем я, по крайней мере среди не аристократов. Более чем заслуженно.
— По вашей вине. Эта популярность принадлежала бы вам, реши вы спасти Вестерланд. Но я понимаю, почему вы так поступили. Популярность непостоянна, дурная слава вечна. Человеческое сострадание не безгранично. Смерть одного-двух — это беда, сотни — трагедия, миллиона — уже статистика.
Райнхард поправил рукав. Юный герцог был известен своим взрывным характером, но не спешил его проявлять. Он выглядел виноватым.
— Поэтому я и хочу, чтобы вы работали на меня. Зиг… маршал Кирхайс старается изо всех сил, но иногда его почтение мешает. Вы сказали, что я как старый кайзер. Я не хочу быть таким же.
— Тогда бросьте это все. Ваша сестра свободна, так? Вы сделали, что было нужно. Нет смысла завоевывать Союз Свободных Планет. Ограничьте свою власть и упраздните монархию.
— Упразднить, чтобы что?.. Вы видели Союз. Считаете, демократия лучше?
— Прошли тысячи лет, а люди так и не придумали, чем же можно оправдать насилие и коррупцию. — Ян не отрывал взгляда от своих рук. — Но разве можно их винить? Каждый, кто заполучил власть, будет стараться ее удержать, снова и снова. Поэтому я ненавижу войну. Бессмысленное зверство. Мне жаль. Я не могу доверять человеку, который готов объявить войну всей галактике.
Ян думал, это выведет Райнхарда из себя, по крайней мере заставит проявить характер.
Райнхард решительно схватил Яна за руку:
— Я докажу, что вы ошибаетесь.
— В этом нет необходимости, — ответил Ян, но Райнхард, отрывисто попрощавшись, умчался прочь. Вскоре автомобиль отъехал от дома.
— Ох, — пробормотал Ян, беспомощно улыбнувшись. — Это было бы даже мило, будь на его месте кто угодно другой.
***
— Кстати, об адмирале Яне… — заговорила Аннероза, когда Райнхард присоединился к ее чаепитию. Тот застонал, а она рассмеялась, прикрыв рот бледными пальцами. — Все настолько плохо?
— Это Зиг тебя попросил?.. Что б его!
Кирхайс отсутствовал, занятый подготовкой вторжения в Союз Свободных Планет. Он должен был возглавить кампанию в Изерлонском коридоре.
— Нет, но я ведь не совсем закрылась от мира. Я читаю новости время от времени, особенно если они касаются моего любимого брата, — улыбнулась Аннероза. — А учитывая твою привычку навещать его каждый раз, когда ты Одине, то есть каждую неделю, слухи о ваших взаимоотношениях ходят не первый месяц. Очень увлекательно. Может быть, и мне стоит навестить адмирала?
— Пожалуйста, не надо, — попросил Райнхард, излишне усердно размешивая чай. — Это… все не так, как пытаются представить. Я просто стараюсь завоевать его доверие. Я хочу, чтобы он работал на меня.
— Говорят, ты подарил ему котенка, — улыбнулась Аннероза. — У тебя есть фотографии? Он, должно быть, очень милый!
— Нет, я не делал фото. Ян упомянул однажды, что любит кошек, и я взял котенка из приюта, — со вздохом признался Райнхард, пристально изучая свою чашку чая.
И даже не смотря на это Ян оставался неприступен. Котенок оказался единственным подарком, который адмирал согласился принять от Райнхарда, если не считать самого первого, на новоселье.
— Он назвал его Адмиралом, только чтобы посмеяться надо мной.
— Ты уверен?
— А есть еще причина, кроме напоминания, что Ян не мой адмирал? Ничего не помогает, его неприязнь ко мне слишком велика. Я даже предложил помиловать дезертира Меркатца, но он меня отговорил. Прочитал целую лекцию о бессмысленных жестах.
Впрочем, в этом Райнхард был согласен с Яном. Меркатц был слишком горд, чтобы вернуться в империю, а это означало, что любое предложение амнистии в лучшем случае было бы расценено, как бессмысленное. В худшем, как ловушка.
Аннероза рассмеялась.
— Никогда тебя таким не видела, — проговорила она, нежно улыбаясь. — Я рада.
— Рада?
— Вы так много взяли на себя… ты и Зиг… Столько ночей я боялась, что это не пройдет бесследно. Что ты изменишься, потеряешь что-то важное, человечное. Теперь же мое сердце спокойно за тебя.
— Неужели? — озадаченно произнес Райнхард. — Я не понимаю.
— Райнхард, — сказала Аннероза, взяв его за руку. — Ты наконец-то влюбился. Я очень рада.
— Что?
***
— Ян, ты ненавидишь Райнхарда? — спросил Ройенталь, разливая вино по бокалам.
— Ненависть — очень сильно слово, — заметил Ян, подняв свой бокал и поболтав вино в нем. — Нет такого человека, которого бы я ненавидел.
— Значит, просто недолюбливаешь? — предположил Миттермайер, отпивая из бокала без лишних церемоний. В последнее время Миттермайер и Ройенталь не так часто оказывались одновременно на одной планете, и, если такое все же случалось, предпочитали выпивать в доме Яна. В барах они привлекали к себе слишком много внимания, особняк Ройенталя Ян считал слишком депрессивным, а близкое присутствие жены Миттермайера не позволяло расслабиться Ройенталю.
— А должен? — Ян отсалютовал бокалом собравшимся за столом адмиралам.
Ройенталь лишь хмыкнул, Миттермайер же вздохнул:
— Ох уж эта твоя привычка отвечать вопросом на вопрос. Раздражает.
— Ладно, ладно. Оставлю свое мнение при себе, — ответ Яна не понравился Миттермайеру. — К тому же, если однажды Оскар решит поднять бунт, моя участь окажется незавидна. Нельзя симпатизировать обеим сторонам, верно?
— Верно, — усмехнулся Ройенталь. — Когда этот день настанет, лучше бы тебе быть на моей стороне.
Ян демонстративно изучил бутылку вина, принесенную Роейнталем.
— Несомненно. В конце концов, в алкоголе ты разбираешься отменно.
Миттермайер побледнел:
— Не смейте даже шутить об этом, вы оба.
— Кто, если не мы? За исключением Кирхайса вы самые ценные члены администрации Райнхарда. Я же — никто, счастливчик в отставке, — сказал Ян, рассеянно кивнув на сад.
— Ты знаешь, что это не так, — отозвался Миттермайер.
— Да, точно, еще есть Оберштайн. Знаете, он заезжал недавно. Думаю, он хотел меня припугнуть, но вместо завуалированных угроз наш разговор свелся к терраистам.
Генерал-адмирал Оберштайн вызывал у Яна смешанные чувства, но собеседником был интересным.
— Завуалированных угроз? — возмутился Миттермайер.
— Не меняй тему, — Ройенталь был одним из немногих, кого не так-то просто сбить с толку. — Если тебе не нравится общество Райнхарда, просто скажи ему об этом.
— Почему тебя это так беспокоит? — поинтересовался Ян.
— Опять он за свое, — пробормотал Миттермайер.
— Шутки шутками, но таблоиды только об этом и пишут. Такое внимание вредит репутации Райнхарда, — сказал Ройенталь, опустошив бокал. — Мы не хотим постоянно напоминать публике, что ему едва исполнилось двадцать.
— Какая разница? — голос Яна сквозил разочарованием. — Таблоиды под контролем империи. Если статьи покажутся Райнхарду неуместными, то одного слова Оберштайну хватит, чтобы все решилось. Редакторов уволят, журналистов, если, конечно, их можно так назвать — никто никогда больше не увидит. О! Ему стоит жениться, — блестящая мысль как всегда пришла последней. — Это совершенно изменит настроения публики. Как насчет Хильды? Она мне нравится.
— Графиня фон Мариендорф? — возмущенно воскликнул Миттермайер.
— Хотел бы я на это взглянуть, — ухмыльнулся Ройенталь. — Уверен, они оба девственники.
— Пожалуй, с вас хватит, — Миттермайер предпринял безуспешную попытку забрать вино. Ройенталь и Ян убрали свои бокалы подальше от его рук.
— Лучше бы ему жениться на тебе, — заявил Ройенталь Яну, выливая себе остатки вина.
— Оскар! — возмутился Миттермайер.
— Ха! Ему придется всерьез постараться, — ответил Ян, примериваясь к прозвучавшей мысли. — Учитывая мои вкусы, он даже не в первой тройке.
— Учитывая сколько вина я в тебя влил, первое место должно быть моим, — Ройенталь кивнул на пустую бутылку.
— Второе. Это всего лишь вино, — пренебрежительно отозвался Ян.
— Графиня фон Мариендорф? — предположил Миттермайер, невольно увлекшись абсурдным разговором.
— Нет. Фриц. На прошлой неделе он принес мне бутылку отличнейшего бренди, — Ян уже собрался от души посмеяться над недовольством Ройенталя, как раздался дверной звонок. — Прошу прощения.
Он поставил бокал, обошел веранду и, немного пошатываясь, направился к главным воротам через сад.
За решеткой стоял раскрасневшийся Райнхард и прожигал Яна яростным взглядом. Ян моргнул, наскоро перебирая в памяти, что из его слов могли вызвать у Райнхарда такую реакцию.
— Ваше Превосходительство, — проговорил Ян, открывая ворота. — Не знал, что вы вернулись на Один.
— Только приземлился, — Райнхард сделал было шаг вперед, но, замявшись, остановился. Покраснев еще сильнее, он сунул букет цветов, который держал, Яну в руки и прошипел: — Я не собираюсь проигрывать Биттенфельду!
После чего резко развернулся и стремительно направился к машине.
Ян все стоял и чесал затылок, когда с веранды подтянулись Ройенталь с Миттермайером.
— Кажется, он принял все услышанное всерьез, — протянул Ян. — Неудачно вышло.
— Так это было не всерьез?! — воскликнул Миттермайер.
— Иногда я не понимаю, как мы вообще смогли стать друзьями, — заметил Ройенталь, похлопывая Миттермайера по плечу.
***
После пяти бутылок бренди, доставленных на дом лично, Ян не выдержал:
— Вы же понимаете, что это была шутка? Про список?
— Я догадался, — Райнхард сидел с прямой спиной в кресле Яна, очень юный и упрямый. — Ты мил со всеми, кто привозит тебе выпивку, даже с Оберштайном, но не со мной. Моя сестра привезла тебе зеленый чай. Она сказала, что вы провели целый день за приятной беседой о классической поэзии. Но я же знаю, что ты не пьешь зеленый чай!
— А что мне было делать? Плеснуть ей его в лицо? — улыбнулся Ян. — Она хотела как лучше.
— Я тоже!
— Ладно, ладно, — сдался Ян с усмешкой. — Теперь вы мой любимчик, договорились? Вы привезли для этого бренди более, чем достаточно.
Райнхард слегка порозовел.
— Ты серьезно или опять дурачишься?
Шутить над Райнхардом отчего-то расхотелось, когда он подался вперед в ожидании ответа, с отчаянными тоской и надеждой в глазах. Яркие золотые волосы отросли до плеч, смягчая точеные черты лица.
— Разве стал бы я шутить о таком? — спросил Ян, неуверенно улыбнувшись.
— С тобой никогда не знаешь наверняка.
Райнхард потянулся к Яну и схватил за запястье. Держа его руку в ладонях, он сказал:
— Я хочу, чтобы мы поженились.
— Что-о? — Ян вырвал руку.
— Мне постоянно говорят о женитьбе, — Райнхард пошел в наступление, подался к Яну и уложил ладонь ему на бедро. — Подумав, я понял, что ты мой лучший, нет, мой единственный вариант. Я люблю тебя и восторгаюсь, я…
— Погодите минутку, — дернулся Ян. — Это.. это слишком неожиданно. Я на двадцать лет старше! Кроме того, разве вам не нужен наследник?
— В процессах искусственного суррогатного материнства наметился прогресс, — очень серьезно ответил Райнхард. — В любом случае, ребенок не обязателен. Я хочу передать трон достойному. Лучше я сам выберу наследника.
— …у вас продумано все до мелочей. — Яну срочно надо было выпить. — Не то что у меня. Я бы лучше… — Он покачал головой беспомощно смеясь.
Райнхард поймал его ладони.
— Ты мне отказываешь?
Загнанный в угол, Ян сам не понял, как произнес:
— Это слишком… вы слишком торопитесь. Мы даже не были близки.
Вопреки ожиданиям Райнхард не смутился и не отпрянул, даже наоборот преисполнился решимостью.
— Значит, мы должны сделать это прямо сейчас.
— Ваше Превосходительство…
— Зови меня Райнхард. Ты ко всем обращаешься по имени, кроме меня!
— Сядь. Сделай глубокий вдох. — Ян оторвал от себя Райнхарда и усадил рядом. — Что-то случилось?
Райнхард отвернулся.
— Я случайно подслушал разговор Ройенталя и Миттермайера с Биттенфельдом в военном министерстве. Они рассказывали ему о твоем списке.
О боги.
— Это была просто шутка.
— Биттенфельд ответил, что в таком случае сделает тебе предложение завтра же, чтобы ты служил с ним на борту «Королевского тигра». — Райнхард прожег Яна взглядом. — Я запрещаю тебе соглашаться.
Стараясь не смеяться и поглаживая его костяшки пальцев, Ян спросил:
— Ты же понимаешь, что это тоже была шутка?
— Ройенталь в свою очередь сказал, что поторопится и сделает предложение первым, чтобы ты сидел дома и не составлял ему конкуренции, — выдавил Райнхард, не слыша ничего от злости.
— Даже не думал, что я настолько популярен, — отозвался Ян, будто бы взвешивая в уме варианты. — Может, мне пойти в мужья на час? Или начать коллекционировать адмиралов?
— Нет, — вскинулся Райнхард и, уперевшись коленом в диван, встал напротив Яна.
Тот больше не мог контролировать смех. Он все смеялся и смеялся, пока не заболел живот, а Райнхард от ревности не запылал яростью. Вцепившись в рубашку Яна обеими руками, Райнхард притянул его к себе и неловко поцеловал. Ян вмиг протрезвел, от веселья не осталось и следа. Он ответил на поцелуй, нежно огладил бока, успокаивая, и усадил Райнхарда к себе на колени. Целоваться Райнхард не умел, но быстро учился, желая угодить.
— Хорошо, — сказал Ян, когда они оторвались друг от друга, чтобы перевести дыхание. Райнхард резко втянул воздух и притерся к бедру Яна. У него что, только что встал от?..
— Мне нравится, — прошептал он, ткнувшись носом Яну в висок, — когда ты говоришь мне приятные вещи.
— Я заметил, — Ян игриво поцеловал его в губы и накрыл ладонью возбужденный член. — Если ты каждый раз будешь так реагировать на похвалу, мне придется держать рот на замке. Только представь, какой разразится скандал, все будут шокированы.
— Не при всех. Здесь. — Вскинув бедра Райнхард толкнулся в ладонь. — Когда мы только вдвоем.
Он уставился Яну в глаза:
— Скажи, что я лучше остальных.
— Мне кажется, у тебя какие-то комплексы, — сказал Ян, мягко поглаживая Райнхарда по бедру.
— Я хочу это услышать.
— …давай переберемся в спальню.
***
Райнхард метался по темному дому в поисках Яна. Тот спал на кровати, раскрытая книга покоилась на его лице.
Райнхард включил свет.
— Почему ты не был на коронации? — требовательно поинтересовался он.
Ян проснулся, вскрикнув. Сел на постели, медленно проморгался, потер глаза.
— Терпеть не могу званые вечера.
— И это единственное твое оправдание? — Райхард скинул плащ, подбитый мехом, и принялся за расшитый китель. — Это была очень скромная церемония!
— Все и так знали, что рано или поздно ты станешь кайзером, — отозвался Ян, наблюдая за ним. — Стоило просто отдать тебе корону без лишних церемоний.
— Ты сейчас специально меня злишь.
— Ты все равно не любишь протокольные части, — улыбнулся Ян.
Райнхард отбросил ремень, стянул сапоги и кое-как скинул остальную одежду. Похоть и ярость свились в животе в тугой узел еще на церемонии, когда он снова и снова вглядывался в толпу и не находил лица Яна. Сейчас стало хуже — Ян совершенно не выглядел раскаивающимся.
— Теперь, когда мой лев получил корону, будет ли он хорошо вести себя? — прошептал Ян, притянув его для поцелуя.
Райнхард задрожал. Гнев испарился, осталось только возбуждение. Он принялся нетерпеливо целовать Яна, расстегивая пуговицы на его пижаме.
— Вскоре мы должны сыграть свадьбу, — Райнхард стянул с Яна одежду. — Я уже уведомил адмиралов о своем выборе.
— Решил застолбить местечко? — ухмыльнулся Ян. — Не рановато? Я еще не ответил «Да».
Стоило Райнхарду заговорить о браке, Ян шутя менял тему. С каждым разом Райнхард становился все нетерпеливее, впрочем, Яна его злость только веселила.
— Ты согласишься, — ответил Райнхард, потянувшись к прикроватной тумбочке. Он был постоянным гостем в доме Яна последние несколько недель, и необходимости в должной подготовке не было. Смазав пальцы, он принялся себя растягивать, тяжело дыша. Как обычно, Ян не пытался помочь, только гладил его бедра.
— У тебя получается все лучше, — заметил Ян и улыбнулся, когда Райнхард дернулся, застонав.
Первое время он избегал разговоров даже в постели, заявляя, что это слишком странно, лишняя суета. Но теперь Ян не скупился на похвалу, ему понравилось, как реагирует на его слова Райнхард.
— Вот так, — прошептал Ян. Райнхард надел ему презерватив и несколько раз провел ладонью по члену, заставляя его сильнее окрепнуть. — Ты уже такой возбужденный. Признайся, думал о нас во время своей «скромной» церемонии?
У Райнхарда покраснели уши.
— Какой позор, — усмехнулся Ян.
— Тебя там все равно не было, — огрызнулся Райнхард. Впрочем, он и так знал, что на коронацию Яна удалось бы затащить только под конвоем. — Дело ведь не в церемонии, да? А в том, что она означает.
Ян серьезно посмотрел на Райнхарда.
— Мой кайзер, — произнес он без привычной теплоты.
Райнхард застыл, но Ян снова знакомо улыбнулся. Он нежно поцеловал Райнхарда в нос и двинул бедрами. Поняв намек, Райнхард принял Яна в себя и, откинув голову, застонал. Он разберется со странным настроением Яна потом, сейчас он слишком возбужден, чтобы разгадывать загадки.
— Боги, — ахнул Ян, когда Райнхард опустился сверху. Он сжал пальцы на бедрах Райнхарда, попытавшись его остановить. — Ох… Райнхард…
— Хорошо? — прошептал тот, притираясь бедрами, пока не насадился до самого основания. Немного саднило — стоило растянуть себя получше — но Рейнхарду было все равно. Ему нравилось это ощущение наполненности, когда они были с Яном вот так, вместе против всего остального мира. — Скажи мне.
Ян молча усмехнулся, разглядывая Райнхарда. Разозленный Райнхард комкал простыни, дожидаясь, пока пройдут неприятные ощущения.
— Ты злишься на меня? — спросил он.
Мотнув головой Ян сплюнул на ладонь и сжал в пальцах член Райнхарда.
— Тише… тише, подожди, — сказал Райнхард, отбросив его запястье. — Не торопись.
— Разве ты не хочешь быть хорошим? — спросил Ян. Райнхард вздрогнул и снова впился пальцами в простыни. Его член дернулся в пальцах Яна. — Вот так. Двигайся.
Гортанно застонав от облегчения, Райнхард послушно начал двигаться между ладонью и членом, распирающим его изнутри.
Кровать натужно скрипела. Райнхард объезжал бедра Яна так быстро, как только мог, тяжело дыша, пока его собственные мышцы не свело напряжением и сперма не запачкала живот Яна. Тот вытер ладонь о кровать и потянулся за поцелуем. Райнхард, подрагивая, приходил в себя. Ян придержал его за бедро, толкнулся раз, другой, прижался к виску, прошептав на ухо:
— Райн… ты такой хороший… такой тугой, и… — Ян, ахнув, замер, и Райнхард сжался, пережидая его оргазм.
Уже после того, как они привели себя в порядок и вернулись в постель, Райнхард объявил:
— Я переношу столицу империи на Феззан. И хочу, чтобы ты отправился со мной.
— Переезд? Ну уж нет, это так сложно. Мне нравится здесь. Тут все мои любимые бары.
— Их я тоже перенесу, — Райнхард положил ладонь Яну на щеку. — Если ты не поедешь со мной на Феззан, я перенесу туда все, что тебе нравится. И тебе все равно придется лететь на Феззан.
— Всего лишь час после коронации, а ты уже становишься тираном, — отметил Ян, но улыбнулся и позволил себя обнять.
— Итак? Ты переедешь?
— Нет. Я брошу пить, приму обет безбрачия и уйду в монастырь.
Райнхард скрипнул зубами.
— Я запрещаю.