Work Text:
...Проснулся утром, сразу ощупал голову. Венца нет, короновать не успели. Ещё не король. Хорошо!
В постели посторонних не обнаружил, за портьерами никто не прятался, за окном нашелся на дереве один любопытный с подзорной трубой, но свалился сам сразу, стоило разок пальнуть поверх головы.
За дверью поклонников нет, букетов тоже не прибавилось. Никого и вовсе не видно, только юноша в коридоре, тихо, спокойно. Пожалуй, день удался...
...Юноша?!
***
...Сижу в кабинете, нервно глотаю Черную Кровь, закусываю Девичьей Слезой. Ричард Окделл, сын мятежного Эгмонта - подумать только, ну конечно, я ведь никак не мог пройти мимо. Уже и смотрит на меня, как юный Моро, только без копыт.
Оправившись от изумления, я затащил юношу в кабинет, а то он глядел, как будто ожидает от меня страшного - например, ответственности. И разъяснил ему, что обязанностей у него нет и не будет, а оруженосец мне и даром не сдался (поскорее, пока он не опомнился и не вспомнил о таких вещах, как обязанности эра). Юноша попался вежливый и не поинтересовался, какого Леворукого я тогда взял его в оруженосцы на площади. Хорошо, а то пришлось бы придумывать что-нибудь презрительное или таинственное, я же не могу признаться, что ни кошек не помню, потому что был тогда совершенно, мертвецки трезв?!
Юноша со всем согласился и тут же попытался рухнуть на мой ковер.
Я так и знал!!! Моро, Хуан, а теперь этот! Готов поспорить, когда я, невыносимо трезвый и омерзительно добродетельный, сидел вчера на площади, я сказал мне: Рокэ, вот это несчастное, никому не нужное, глубоко ненавидящее нас существо готово свалиться с копыт, мы никак не можем просто так этого допустить, Рокэ!!
И вот результат! Вместо того, чтобы мирно скончаться на пути в Надор, юноша вознамерился сделать это в моем кабинете!!!
Пришлось тащить его в кресло и лечить ему руку. Как следует, дабы подобное безобразие не повторилось. Юноша так ошалел от подобного поворота, что даже не орал - думаю, он скорее ожидал, что я съем его с потрохами. Пожалуй, оставлю его всё-таки себе. Такие, как Моро, как Хуан, если не прикончат тебя сразу, то становятся такими преданными, что скакать на них - одно удовольствие...
***
...Спросил Лионеля, не знает ли он, каких кошек я решился взять себе оруженосца. Лионель умно подвигал бровями и выдал мне целую конструкцию: я-де думал, что на юношу будут покушаться ради Надора, а впрочем, может, и не будут, и поэтому я решил предложить ему место, чтобы он смог отказаться, а затем кто-нибудь точно уговорит его ехать в Торку, где опального герцога и сына мятежника, только что публично оскорбившего главнокомандующего королевства, наверняка примут с распростертыми объятиями.
Я что, настолько похож на идиота?! Да если бы я взялся делать людям предложения, от которых, как я уверенно полагаю, они точно откажутся, я бы уже был женат, как минимум, трижды!
Теперь терзаюсь, с чего бы Лионель стал предлагать мне подобные объяснения - уж не сам ли он меня, из каких-то своих побуждений, уговорил взять Окделла?! Или то была Катарина? Смутно припоминаю что-то блондинистое на уровне моего пояса...
***
...Пришлось отправляться во дворец на день рождения королевы, вспомнил, что нужно бы прихватить с собой оруженосца. А то какие-то подозрительные личности взялись заглядывать за забор на заднем дворе в поисках могильного холмика. Юноша плохо на меня влияет - я пригрозил маркизу Фарнэби спустить его с лестницы, вместо того, чтобы сразу с этого начать, как обычно.
Подарил Катарине алую ройю - в цвет её чудных глазок, когда проснется поутру слишком рано. Королева скривилась, но промолчала: она меня знает, если что, три наряда на столе вне очереди.
Скучища была страшная, пока наконец, как луч света, не заявился Штанцлер. Обожаю эра Августа. Только с ним можно как следует сцепиться языками. Старый больной человек отлично знает, что я не вызову его на дуэль, поэтому ведет себя как нормальный, в отличие от тех нервных придворных лизоблюдов, что начинают дрожать при виде кончика моей шпаги. Мы с наслаждением нахамили друг другу, прежде чем расстались, целиком довольные. В наше время так трудно найти партнера не только для спарринга, но и для риторики.
Пошлю-ка, пожалуй, юношу к Штанцлеру, пусть поучится как следует. Будет и дома, наконец, кое-что интересное. Он-то меня не боится, волком умеет смотреть с самой первой минуты, уже заявил "как вы смеете", давеча обозвал не "эром Рокэ", а "хером" - говорит, это особый надорский диалект...
***
...Встретил Сильвестра, тот внимательно на меня поглядел и вопросил в очередной раз, не желаю ли я примерить на плечи мантию, а на голову - корону? Я, как обычно, сделал вид, что ничего не понимаю, и отговорился - в мантии, дескать, слишком жарко, а в короне, наоборот, уши замерзают. Да и вообще - королю приходится соблюдать законы и казнить подданных только после честного суда, а я, если надо, просто прикончу кого угодно и доволен.
Сильвестр никак не поймет, что скучные дворцовые приемы я ещё как-нибудь переживу, но как королю мне, прости Леворукий, придется жениться!!
Подумал об этом, содрогнулся, поскорее залил в себя три пинты Черной Крови. А то, чего доброго, протрезвею, увижу какую уродливую вдову с пятью детьми, да решу взять ее в супруги, ведь никто другой, кроме меня, этого не сделает...
***
...А юноша не безнадежен. Не знаю, кому он успел наступить на хвост в столице, но его уже попытались прикончить. Я чуть не прослезился - моя школа! Но и завидно немного, на меня-то стали покушаться только с девятнадцати...
***
...Оруженосец оказался кровожаден - вызвал сразу семерых. Такое даже мне не удавалось. Я поспешил к месту схватки, хотел показать, как это делается - ведь юность так тороплива, что готова откусить кусок больший, чем сумеет проглотить. Надо всё-таки немного растягивать это удовольствие. Да чуть увлекся - один лёг, остальные убежали.
Оруженосец так озверел, что ему никого не досталось, что вызвал меня. Хорошо, хоть на месте не убил. Я поскорее сообщил, что с детьми не воюю, а драться мы будем только после срока службы - чтобы три года жить спокойно.
Верные у юноши задатки, надобно обучить его теперь смертоубийству, да Штанцлер в чем-то постарается, осталось лишь образовать в науке любви - и будет готовый придворный кавалер. Тут, пожалуй, Марианна поможет, да и Катарина в качестве наглядного пособия, как делать, тоже неплохо сгодится...
***
...Дорогой дневничок, давно в тебя не писал. Война!
Я на радостях так набрался, что всю дорогу был пьян без просыпа, даже не знаю, что творил. Покрасил козлов, переспал с бакранкой, потоптал ызаргов... или наоборот?
Под конец зачем-то убил Адгемара, поверженного и готового к любым условиям. Хорошо, что у меня на это дело отлично язык подвешен - что ни сотворю, отболтаюсь какой-то необходимостью.
Юноша к концу попривык, и глаза стали не такие квадратные. Из пушки палит - любо-дорого, только говорит, не можете вы, эр Рокэ, просто так людей расстреливать. Да я ещё сдерживался, как мог, обычно-то я сразу стреляю...
***
...А оруженосец-то стал молодец: дерзит, не стесняется, "как вы смеете" цедит с воистину герцогской надменностью. Жажда убийства у него в глазах имеется, как ни посмотрю. Пожалуй, скоро будем проводить практические занятия прямо на месте, в Олларии...
***
...Пью седьмую бутылку Крови, никак не успокоюсь. Он меня отравил! Да что же это творится?
Мне-то, конечно, как слону дробина. Я, после того, как отец все детство приучал меня к ядам, а потом об этом забыл и отправил с той же целью к Савиньякам, могу съесть фунт бордонского пургена. Но, во-первых, надо бы ему объяснить, что яд - совершенно не метод истинного дворянина. Шпагой в горло - вот это дело, и сразу видишь результат. А то еще ждешь, волнуешься, да порой ничего и не выходит.
А во-вторых, кто так травит? Ну кто так травит? Если травишь, надо действовать естественно, заметных колец не надевать, рукам дрожать не давать. Отвратительно, никакого профессионализма.
Штанцлер себя как учитель совершенно не оправдал. Я ему - перспективного юношу, а он мне - неудачливого отравителя. Ничего, завтра поеду к нему, проведу курс достойного отравления. А Окделлу следует найти более качественных учителей. Вот, я слышал, Альдо Ракан подает большие надежды. Да и Робер на многое сгодится - вон что в Варасте устроил. Отправлю его, пожалуй, на стажировку.
И сам немного душу отведу. Кто-нибудь из дворян мне подсобит, кто под руку попадется. Да, кто-нибудь точно поможет.