Chapter Text
Воды краденые сладки и утаенный хлеб приятен (с)
Вы самая тупая умница из всех, что я встречал! (с)
Коннор невольно оценивал новичка сразу в двух плоскостях. Даже беглый анализ показал, что новенький, - тот назвался Ричардом, - более быстрый, в нем стояло более мощное оборудование, более дорогие материалы… Он весь был «более»: стильный, крупный, улучшенный, продвинутый. Коннор заранее решил, что ненавидит его.
Он невольно оценил Ричарда и с точки зрения человеческих стандартов красоты… с точки зрения Хэнка, например: белая кожа, темные волосы, голубые глаза… какая-то долбаная Белоснежка, а не полицейский андроид. Но людям нравятся такие визуальные сочетания черт внешности.
А еще Ричард был выше, не критично, на пару сантиметров, но высокому Хэнку, наверное, было бы приятно видеть рядом с собой кого-то, к кому не надо невольно склоняться.
Коннор покосился на Хэнка. Если бы Хэнк пялился на новичка, возможно, Коннор немедленно устроил бы стрельбу, по крайней мере, он с наслаждением смоделировал ситуацию, как отправляет пулю в высокий лоб с темной кудряшкой, как у него самого. Но Хэнк даже не посмотрел на Ричарда, примитивная игрушка «Мое первое кафе» интересовала его куда больше, чем новый детектив в их отделе. Коннор незаметно прикоснулся кончиками пальцев к бедру Хэнка.
Ричард перестал оглядываться, изучая всех с легкой вежливой полуулыбкой, и к молчаливой ярости Коннора, целенаправленно подошел к Хэнку, не обращая внимания на других детективов.
- Добрый день, лейтенант, - проговорил Ричард.
Голос у него был другой, без гортанных хрипловатых ноток Коннора, более низкий и бархатный. Коннор никогда еще не испытывал такой ненависти.
Хэнк задрал голову и посмотрел на него.
- Я бы хотел работать с вами, - проговорил Ричард.
Коннор как раз вспомнил несколько мест, куда можно сдать изуродованного и расчлененного андроида и где не станут задавать вопросов.
- Надо же, как вас ко мне тянет, - развеселился Хэнк и отложил планшет, на котором играл. – Неужто магия бороды?
Ричард перевел внимательный прохладный взгляд на Коннора.
- Не надо злиться, - сказал он вдруг. – Я понимаю, что вы составляете межвидовую пару, связанную любовным интересом. Я просто пытался быть вежливым.
Хэнк вздрогнул и огляделся по сторонам.
- Ты бы не орал, - процедил он. – Личная жизнь потому и называется личной, что ее не афишируют, сечешь?
Ричард моргнул, его диод мигнул. Ничего он еще не сек, - догадался Коннор, - наверное, его только-только выпустили с конвейера, базовые знания о жизни в него загрузили, а своего социального опыта у него не было.
- Найди себе другого напарника, - прошипел Коннор на пределе человеческого слуха. – Этот занят.
Ричард поморщился и отступил.
- Бог ты мой, второго пластикового болвана прислали?! – весело проговорил Рид, стаскивая с шеи длинный зеленый шарф.
Рид посмотрел на Коннора, потом на Ричарда, потом взглянул на Хэнка и открыл свой поганый рот.
- Нет, и мне плевать, что ты там считаешь, - равнодушно оборвал его Хэнк, не слушая, и снова углубился в игрушку с конфетками.
Коннор знал, что Хэнк так разгружает разум, релаксирует, чтобы очистить и освежить мысли.
Рид перестал разглагольствовать о странном везении Хэнка, и о том, как позорно, что в почтенном возрасте тянет к сладким смазливым пластиковым жопкам, в общем, нес привычную словесную чушь. Ричард перестал смотреть на Хэнка и внимательно смотрел на Рида, изучая его, как необычное насекомое.
- Чего уставился, ведроид? – агрессивно спросил Рид, заметив его внимание. – Ко мне думаешь прибиться? Ко мне не выйдет, я с кофеварками не работаю.
Ричард неприятно улыбнулся, Коннор запомнил его усмешку, пригодится когда-нибудь, неприятная такая ухмылка, очень красноречивая.
- Я работаю только с лучшими, детектив, - прохладно сказал Ричард. – У вас нет шансов.
- Чего-о-о? – ошеломленно спросил Рид, округлив глаза.
Коннор решил, что не так уж сильно ненавидит Ричарда, за потрясенную физиономию Рида можно было и простить Ричарду его совершенство.
- Вы бесперспективны, - пояснил Ричард с безжалостной прямотой. – Результаты вашей работы слишком неудовлетворительны для моего уровня.
Рид молчал несколько секунд, багровея все гуще и ярче, загорелись уши, запылал шрам на переносице, краской залило шею. Коннор приготовился к воплям и скандалу, но Рид взял себя в руки.
- Да что ты говоришь, - прохрипел он. – Это я не работаю с жестянками, понял?!
- Конечно, детектив, - с издевательской вежливостью проговорил Ричард. – Как скажете.
Он отошел, не обращая на Рида больше никакого внимания, потеряв к тому всякий интерес. Рид следил за ним немигающим злющим взглядом, обещая беспощадную месть и кары небесные.
Когда Ричард ушел в стеклянный аквариум Фаулера, Рид обернулся и схватил Коннора за рукав так неожиданно, что Коннор дернулся.
- Лапы убрал, - спокойно проговорил Хэнк, не отрываясь от игрушки. – Выдерну нахуй.
Рид немедленно убрал руки.
- Это что за кукла? – спросил он у Коннора с тихим бешенством. – Откуда взялся? Ты привел?!
Коннор помотал головой.
- Мне он тоже не нравится, - хмуро сказал он.
- Мудак такой, - процедил Рид, кося в сторону кабинета Фаулера. – Результаты мои не удовлетворяют… вот сука!
Коннор промолчал, хотя у него буквально на языке зудели злые слова.
Хэнк, который, оказывается, молча наблюдал за ними, громко хмыкнул и поднялся.
- Пошли, - сказал он и бесцеремонно прихватил Коннора за загривок.
Никому другому Коннор бы не позволил такой хват, дружеский, но слишком уж медвежий и покровительственный. Хэнк был исключением, так что Коннор спокойно подладился под его широкий шаг, а Хэнк перехватил его менее собственническим жестом, положив руку на плечо, более равноправно и доверительно.
До самой машины Хэнк помалкивал и мусолил незажженную сигарету, Коннор то и дело кивал знакомым – никто их не останавливал, понятно было, что полицейские в разгар рабочего дня направляются на вызов или задержание.
- У нас дело? – спросил Коннор, устроившись на переднем сиденье.
- Ага, - ответил Хэнк. – Но сперва поясни мне…
Он повернулся к Коннору, который невольно вжался в кресло, навис над ним, всматриваясь в лицо голубыми, умными и внимательными глазами.
- Это что за кошачий концерт? – спросил Хэнк.
- А чего он?! – агрессивно буркнул Коннор, который так и не сумел подобрать слов, чтобы выразить свое негодование.
Хэнк ухмыльнулся, в добрых голубых глазах засветились едва заметные серые крапинки.
- Как взросло, Коннор, - сказал он и отодвинулся, защелкнул ремень безопасности на груди.
- Если он не перестанет на вас пялиться, лейтенант, я вырву ему глаза и подам вам на завтрак, - кровожадно проговорил Коннор.
Он уже понял, что Хэнк не злится, распознав собственническое отношение Коннора, Хэнка скорее забавляло и умиляло, у него было такое специфическое выражение лица, которое Коннор идентифицировал как «какая прелесть, мой котеночек показал коготки», что-то вроде тщательно подавленного веселья.
- Я такое не ем, - безразлично проговорил Хэнк. – Как думаешь, куда его прикомандируют?
- Я могу точно сказать – куда не прикомандируют, - прошипел Коннор. – К вам, лейтенант… или, может, вы хотите с ним поработать?
Он уставился на Хэнка с прищуром.
- Может, и хочу, - ответил Хэнк, глядя на дорогу.
Коннор сжался. Он не испытывал боль в том понимании, как ее испытывали органические существа, но ему стало дискомфортно, словно тириум в трубках разом заменили на отработанное машинное масло. Коннор за миллисекунду ощутил себя устаревшим, отсталым, потертым и потрепанным по сравнению с новеньким сияющим Ричардом.
- Тихо, тихо, чего засемафорил? - обеспокоенно сказал Хэнк и мельком погладил Коннора по пульсирующему красному диоду. – Нахер мне не сдался этот новенький, никуда я от тебя не денусь.
Коннор постарался улыбнуться, заставил себя раздвинуть губы в подобии человеческой веселой улыбки, но, наверное, у него что-то не получилось, потому что Хэнк стремительно припарковался на обочине, включив аварийки, повернулся к Коннору, - ремень поперек груди аж затрещал, - обхватил здоровенными теплыми ладонями за скулы.
- Лейтенант… Хэнк, - выдохнул Коннор и закрыл глаза.
Он мог и не закрывать, он и не закрывал поначалу, но, во-первых, во всех романтических комедиях и порнофильмах, которые он изучал, глаза всегда закрывали, во-вторых, Хэнк однажды сам открыл глаза и вздрогнул, а потом сказал, что это довольно крипово.
Жмуриться во время поцелуев было очень приятно – частичная депривация зрительных сенсоров компенсировалась обострениями тактильных сенсоров во рту. Проще говоря, у Коннора почему-то начинали дрожать колени, а тириумный насос разгонялся до двойной скорости.
- Нормально? – тихо спросил Хэнк, прижимаясь лбом к его лбу. – Не психуешь?
- Не психую, - сказал Коннор и потерся щекой о его щеку. – Вы ведь пошутили, правда?
- Правда, - сказал Хэнк. – Мне другого напарника не надо.
Коннор улыбнулся – теперь без всяких усилий, широко и счастливо, Хэнк тоже усмехнулся, поглядывая на него.
- Ну, ну, засиял, аж слепит, - проворчал Хэнк, мельком погладил Коннора по щеке с невыразимой нежностью, и снова взялся за руль.
***
- Подъем, жестянка! – сказал Рид. – Мне нужна твоя лаборатория.
Ричард даже не пошевелился, он и взгляда не отвел от монитора, по которому с бешеной скоростью бежали строки и менялись страницы, только голубой диод раздраженно вспыхнул красным.
Рид звонко пощелкал пальцами перед носом у Ричарда.
- Прием, алло? – сказал он. – Чего сидим?
Ричард медленно посмотрел на него – лицо у него по-прежнему было каменное и очень красивое. На лбу лежала темная кудряшка, голубые глаза сверкали в обрамлении длинных темных ресниц.
- Я не слышал, что вы меня звали, детектив, - спокойно проговорил Ричард. – Кажется, вы обращались к какой-то «жестянке». Меня зовут не так.
- Жопу поднимай, - раздраженно сказал Рид. – Мне позарез нужна полевая лаборатория.
- Отправьте запрос через капитана, - равнодушно ответил Ричард. – Я займусь вами, когда освобожусь.
- Когда?! – рявкнул Рид. – Скоро?
Он подрагивал от нетерпения, как натасканная гончая, кажется, он едва сдерживался, чтобы не схватить Ричарда за шкирку и не потащить за собой.
- Вечером, - ответил Ричард, подумав секунду. – Или завтра. Я занят.
Рид начал багроветь.
- Я же извинился, - прошипел он едва слышно.
- Я не в обиде на вас, детектив, - произнес Ричард максимально лживым тоном. – Просто не вижу смысла тратить ресурсы.
Рид отшатнулся и выругался сквозь зубы, глубокий шрам на его переносице стал бурым, на скулах вздулись желваки.
У Рида всегда были какие-то тяжелые дела, вызывающие тоску и отвращение даже у Коннора – похищенные и убитые дети, маньяки с подпольными пыточными, жестокие извращенные изнасилования… Коннор долго думал, что с Ридом что-то не так, раз того тянет к подобной грязи, но потом до него дошло, что детектив Рид незаметно для всех взвалил на свои плечи самую неблагодарную ношу. У Хэнка в анамнезе был погибший ребенок, у Миллера подрастали близняшки, офицер Чень была самой младшей в отделе. Рид, с его стальными нервами и полевым военным прошлым, лучше всех подходил для подобных мерзких дел…
- Детектив, я вам помогу, - сказал Коннор и поднялся.
Рид с удивлением обернулся к нему. Коннор старался не смотреть на Хэнка, зато поймал ледяной оценивающий взгляд Ричарда. Обычно Ричард на него вообще не смотрел, стараясь свести общение до минимума, Коннор тоже не рвался с ним дружить, но сейчас Ричард посмотрел с такой вежливой ненавистью, что Коннор даже растерялся.
- Хэнк, ты не против? – спросил Рид.
- Он же не моя собственность, - ответил Хэнк, пожав плечами.
Коннор виновато покосился на него.
- Верну в сохранности, - сказал Рид, повеселев. – Погнали, Коннор, время поджимает!
Ого! - подумал Коннор, который большую часть времени тоже был «жестянкой» и «ведроидом».
Ричард проводил его немигающим взглядом, Коннор с трудом сдержал порыв оглянуться на пороге… еще чего.
- Вот ведь мудак, - расстроенно сказал Рид, без пререканий пустив его за руль.
Он весь как-то сдулся, нахохлился и затих, завернувшись в куртку, огорчился сильнее, чем показывал в отделе. Коннор промолчал.
- Я ведь извинялся, - пробормотал Рид.
Коннор с наслаждением прокрутил перед глазами бесценные воспоминания: детектив Рид раздобыл где-то перманентный маркер и дождался, когда продвинутому Ричарду тоже потребуется стазис и зарядка. Пышными мексиканскими усами Рид не ограничился, видимо увлёкшись, дорисовал довольно аккуратные стрелки на глазах - Коннор даже не представлял, что детектив неплохо рисует… Кто ж знал, что после зарядки Ричард очнется и, ничего не заметив, немедленно умчится в центральный офис Киберлайф решать какие-то срочные вопросы, и никто не успеет его остановить? Возможно, Коннор и мог бы… но не хотел.
Ричард вернулся через полчаса - чистый, спокойный, но с раскаленным диодом. Детектив Рид сосредоточенно работал, погрузившись в планшет по уши, всем видом демонстрируя, что страшно занят и никаких усов никому не рисовал. Ричард так резко развернул его вместе с креслом, что Коннор и Хэнк одновременно вскочили с мест, испугавшись, что Ричард сейчас убьет детектива.
- О, буэнос диас! – сказал Рид, ухмыляясь. – Как дела, амиго?
Ричард прищурился. У него не тряслись губы, внешне он казался совершенно невозмутимым, но Коннор ощущал, что Ричард в холодном бешенстве.
- Детектив, вы навредили не персонально мне, а имиджу всего нашего отделения, - процедил Ричард. – Я могу терпеть вашу бесполезность, но вредительство недопустимо.
Ухмылка Рида превратилась в зубастый злобный оскал.
- Я написал заявление о произошедшем капитану Фаулеру, - заявил Ричард. – Вы возместите мне моральный ущерб, а что касается чести нашего отдела…
- Откуда у тебя моральный ущерб?! – рассердился Рид. – Откуда у тебя мораль, жестянка?! Ты же гребаный робот!
Хэнк поморщился и покачал головой: по новым поправкам Рид себя закапывал с головой.
- Великолепно, - с удовольствием проговорил Ричард. – Это я тоже приобщу к заявлению. Вам дорого обойдется ваш расизм, детектив.
Рид побагровел, открыл рот, но тут же захлопнулся и посмотрел на Ричарда с какой-то странной тоской. Наверное, жалел, что не может попросту застрелить.
- Коннор, а ты с ним ладишь? – вдруг спросил Рид, отвлекая от воспоминаний.
Коннор свернул файл с видеозаписью – шикарные усы были, пышные, роскошные… очень смешные.
- Нет, - лаконично ответил он. – Ричард мне не нравится.
Рид невесело ухмыльнулся.
- А тебе он что прищемил?
- Он проявляет к Хэнку слишком много внимания, - признался Коннор.
Рид помрачнел и задумался.
- Слушай, о вас сплетничают в курилке, что вы с Хэнком… - осторожно проговорил он после долгой паузы; дома за окнами машины становились все беднее и обшарпанней.
- Кто сплетничает? – прохладно спросил Коннор.
- Разные люди, - уклончиво ответил Рид, достаточно бессовестный, чтобы не покраснеть. – Так вы с Хэнком…
- Мы с лейтенантом Андерсоном - напарники, - строго сказал Коннор, Рид заметно поскучнел. – Мы живем вместе, потому что моей зарплаты не хватает на отдельное проживание.
- А-а-а, - протянул Рид.
- А трахаемся, потому что любим друг друга, - не удержался Коннор и насладился вытянувшейся физиономией Рида.
Тот поперхнулся собственным языком и долго молчал.
- А тебя что, есть куда? – наконец, спросил Рид. – Я думал, что вы как пупсики.
- Показать? – осведомился Коннор.
Рид только отмахнулся, пробормотав, что Хэнк за это закопает его живьем под землю. Коннор ухмыльнулся.
- Нет, серьезно, ты же не Трейси, - продолжил допытываться Рид. – Куда тебе? Зачем?
- Детектив, а вы не способны выносить новую жизнь, но вас при желании тоже можно пенетрировать, - ответил Коннор.
Рид скривился.
- На дорогу смотри, пенетратор с вибрацией, - огрызнулся он.
- Детектив, я уже давно не управляю машиной, - развеселился Коннор. – Вы только сейчас заметили?
Он убрал руки от руля, но автомобиль продолжил двигаться по маршруту, самостоятельно сворачивая в нужных местах.
Рид покусал губу.
- А Ричард? - вдруг спросил он торопливым, грубоватым и странно ломким голосом. – Он такой же?
Коннор повернул голову и внимательно посмотрел на Рида – у него сложились все воображаемые шестеренки, теперь ему стало понятно, почему детектив Рид задирал Ричарда, почему он все время того подначивал, почему настойчиво старался с ним поработать, хотя Ричард был настроен пассивно-агрессивно.
- Чего уставился? – рассердился Рид.
У него покраснели уши, небритая физиономия занялась румянцем, как рассвет над заливом – шрам на носу побелел, на щеках проступили малозаметные веснушки. Коннор сладко улыбнулся, но он не успел ничего сказать и как-нибудь съязвить, Рид нахмурился и буркнул, все еще пламенея:
- Так говоришь, жестянке Хэнк нравится? У него что, борода медом намазана?
У Коннора тут же испортилось настроение.
Ему перехотелось дразнить Рида, он невольно забеспокоился – оставил ведь доверчивого и беззащитного Хэнка с этим ублюдочным Ричардом, таким красивым, высоким и новеньким, с вкрадчивым бархатным голосом и голубыми глазами. Вдруг Ричард что-нибудь предпримет?! Предложит, например, проанализировать для Хэнка какие-нибудь зацепки! Скажет, мол, лейтенант, Коннор плохо постарался, Коннор устаревший, по нему свалка плачет, а я молодец, давайте я вам лизну как надо…
- А это нормально, что у тебя диод такой красный? – обеспокоенно спросил Рид. – Кряхтишь чего-то… ты не перегрелся, случаем?
- Нет, - процедил Коннор. – Приехали, детектив, живо выметайтесь из машины, быстро проверим и поедем обратно.
- Забыл утюг выключить? – поддразнил его Рид.
- Ага, - кровожадно сказал Коннор. – Выключить и разобрать!