Chapter Text
— Ты мне нужен так же, как я тебе.
— Ты мне не нужен. Вообще.
— Нет, нужен, чтобы развязать, когда закончим (с)
— На тебя запрыгнул! Жопу тебе рвёт! Входит сзади!.. Всё, он вошёл!..
— Ты сам себя слышишь?
— Это стихийные двусмысленности! (с)
Любовь — это страшная сила. Найдешь ее — и весь мир зацветет ароматом нарциссов (с)
- Питер, есть заказ как раз для тебя, - проговорила Мишель в трубку.
Питер всегда понимал по ее одновременно и скучающему, и виноватому голосу, что для него найдется работа - с хорошей оплатой и кучей подводных камней.
- Расскажи? – попросил он, машинально дернув плечом, с которого вечно сваливалась растянутая лямка потертого старого рюкзака.
- Мужчина, сорок два года, - принялась рассказывать Мишель. – Вроде бы белый, выглядит… пожалуй, лучше тебе это увидеть.
- Вроде бы белый? – удивился Питер. – Это как?
- Честно говоря, мужик похож на недопеченную пиццу, сложно сказать, какого он цвета, - призналась Мишель после паузы.
Питер замер прямо посередине оживленного тротуара, пробормотал извинения, когда кто-то налетел на него, больно заехав локтями в бока и оттоптав ноги. Питер знал одного человека, который был похож на пиццу, выпавшую из духовки. Но ведь не может быть…
- Клиента зовут Уэйд Уилсон, - сообщила Мишель. – Он согласился на любого мастера и… Питер?
- Да? – отозвался Питер, кое-как встроившись в людской поток. – Я тебя слушаю.
- Он подписал карт-бланш и тройную оплату, - закончила Мишель. – Я подумала, что тебе это будет интересно.
- Оу! - проговорил Питер, надеясь, что голос звучит ровно и непринужденно. – Да! Да. Спасибо. Точно.
- Ты там в порядке? – подозрительно спросила Мишель. – Питер?
- Да, я… я в порядке, - ответил он. – Просто занят. Не обращай внимания.
- Возьмешь клиента? – осведомилась Мишель. – Я подтверждаю встречу?
«Нет! – в панике подумал Питер. – Ни за что! Если Дэдпул меня узнает, - а он непременно узнает, он ведь умный, - позора не оберешься!».
Однако тут же вмешался липкий голосок жадности, зашептал о накопившихся счетах, и о новом объективе, на который Питер положил глаз, и о том, что тетя Мэй так хотела новый мобильный телефон… а тройная оплата есть тройная оплата, даже от Дэдпула.
- Питер?! – раздраженно позвала Мишель. – Что у тебя происходит?
- А! Да! – очнулся он. – Конечно. Спасибо.
Мишель несколько секунд молчала, дышала раздраженно, и Питер сообразил, что она ждет его указаний.
- Может, сегодня вечером? – спросил Питер. – Кирпичная гостиная свободна?
Защелкала клавиатура, Мишель что-то негромко и неразборчиво пробормотала.
- Да, но только после восьми, - сообщила она. – Бронируешь?
- Да, спасибо, - ответил Питер. – Можешь сделать мне одолжение?
- Какое? – заинтересовалась она.
- Не говори клиенту, кто будет его мастером, - попросил Питер.
Он инстинктивно ощущал, что лучше остаться инкогнито для Дэдпула столько, сколько это будет возможно.
- Ты что, с ним знаком? – насторожилась Мишель. – Питер, ты же знаешь правила!
- Просто хочу проверить одну теорию по психологии, - соврал Питер. – Набираю материал для дипломной работы… ну ты понимаешь…
- Хорошо, - терпеливо ответила Мишель, оборвав его блеянье.
Питеру иногда казалось, что Мишель относится к нему, как к симпатичному и убогому от рождения щенку, вроде бы и с приязнью, но куда больше было терпеливой жалости.
- Спасибо! – радостно сказал Питер. – Ты просто супер! Серьезно! Ты просто восхи…
В ухо ударили громкие резкие гудки.
-… тительная, - пробормотал Питер и сунул мобильный телефон в карман.
Он остановился, сообразив, что во время разговора отмахал лишний квартал, повернулся и поплелся обратно.
- Черт, во что я ввязался? – буркнул Питер, мельком взглянув в зеркальную витрину, отразившую его бледное растерянное лицо.
***
До последней минуты Питер был уверен, что затея отвратительная и попросту опасная. Он привычно готовился, но в глубине души не мог поверить, что всерьез собирается войти в комнату, где его ждет связанный и подписавший гребаную кучу бумажек Уэйд Уилсон. Тот самый смертельно опасный и неуравновешенный чувак, который неплохо знал Пи… Человека-Паука. Питер не представлял, как сможет посмотреть Дэдпулу в глаза. Ему казалось, что у него на лбу загорится огненными буквами «Паучок - это я».
Питер побрил ноги, аккуратно натянул тонкие прозрачные чулки, с тяжелым вздохом забрался в туфли с жуткой острейшей шпилькой, которая у него вызывала дрожь, ассистентка затянула ему корсет и помогла тщательно растереть тональник по лицу и шее… но каждую секунду Питеру становилось все страшнее. Никогда еще он настолько не жалел о неразумных решениях.
Уэйд ждал в Кирпичной гостиной. Техники и ассистенты позаботились о нем – Питер застыл в дверях, рассматривая обнаженного Уэйда, пристегнутого цепью к толстой стальной балке, Уэйд с трудом балансировал на цыпочках. На нем и клочка ткани не оставили, Питер никогда еще не видел Уэйда настолько обнаженным. Он примерно представлял, что скрывается под красным костюмом, но увидеть и осознать полностью чужое отталкивающее уродство было… сложно.
Питер залип взглядом на тугих мускулах и красивых очертаниях мощной фигуры… и на изувеченной, жуткой пятнистой коже, покрытой рубцами, шишками, мокрыми и сухими язвочками.
Уэйд, особо не напрягаясь, подтянулся на цепи и сумел повернуться к Питеру – его глаза расширились, а рот приоткрылся от удивления, он медленно опустился, упираясь кончиками больших пальцев в холодный бетон. Он таращился на Питера таким странным взглядом, что Питер облился потом сверху донизу
- Очуметь! – наконец выдохнул Дэдпул. – Неужели сегодня Рождество? Конфетка, только не говори, что ошибся дверью! Ты серьезно… ты моя домина? Уж прости, у меня язык не повернется назвать тебя «доминатором», ты такой сладкий, что у меня наверняка разовьется диабет! Кстати, а я разве не указывал, что предпочитаю леди в латексе?
Питер невольно улыбнулся – связанный или нет, Уэйд всегда в своем репертуаре.
- Добрый вечер, мистер Уилсон, - кашлянув, проговорил Питер, надеясь, что Уэйд не узнает его по голосу, все-таки, обычно они слышали друг друга через два костюма. – Нет, вы не указывали, что предпочитаете леди в латексе.
Уэйд облизнулся.
- Если это проблема… - начал было Питер, но Уэйд отчаянно замотал головой.
- Нет-нет! – завопил он, дергаясь и звеня цепью. - Не бросай меня здесь, тыковка! Я полностью удовлетворен. Целиком! Я ведь даже и мечтать не смел…
Он осекся и прикусил язык, опустил взгляд.
Питер воспрянул духом, подошел поближе и осторожно прикоснулся к длинному припухшему шву на груди, который белел и выцветал буквально на глазах.
- Неужели такая очаровательная конфетка добровольно согласилась на… это? – осведомился Уэйд, имея в виду себя. – Тебя заставили, тыковка? У тебя отобрали документы? Твоего котенка держат в заложниках? Ты проспорил желание ужасным злым дядям? Только моргни, и я тебя спасу!
Питер закатил глаза.
- Помолчите, - строго сказал он.
Уэйд перевел дыхание и снова открыл рот, но Питер больно схватил его за подбородок, сжав пальцы так, что Уэйд тихо выдохнул.
- Мистер Уилсон, в нашем заведении действуют строгие правила, - терпеливо проговорил Питер, чуть было не брякнув «мистер Дэдпул». – Эти правила устанавливаю я, вы подписали согласие, а значит, согласились подчиняться, так?
Уэйд кивнул, заметно морщась от боли.
Питер прекрасно знал, что Уэйду можно отрезать руку или вырвать пару ребер – и он будет идиотски шутить и скалить зубы в усмешке. То, что Уэйд открыто показывал боль, означало, что он доверился, временно сбросив свои маски, и то, что Питера он все-таки не узнал.
- Вы будете держать язык за зубами, пока я не разрешу вам открыть рот, - сказал Питер, задумчиво поглаживая горячую кожу, даже сквозь перчатку ощущал прущий от Уэйда жар. – Если вообще разрешу.
- Такой маленький, а такой злобный, - пожаловался Уэйд и осекся, заметив холодный взгляд Питера.
- Вы здесь по собственной воле, - ответил Питер. – Вы пришли за помощью, мистер Уилсон… но если вас не устраивают условия или мои методы – что ж, давайте распрощаемся.
Питер ощутил одновременно облегчение, что все закончилось так быстро, но и какое-то глубинное сожаление - он бы хотел поработать над Уэйдом, это был бы интересный опыт.
- Я вызову техников, через пару минут вас освободят, - сказал Питер.
Он повернулся, но не успел даже шага сделать, как за спиной зазвенела натянутая цепь.
- Нет, не надо! – выдохнул Уэйд удивительно нормальным и искренним голосом. – Я буду молчать! Не уходи… те.
Питер обернулся. Уэйд выглядел совершенно серьезным, глумливое шутовство и шелуха пустого трепа слетели, обнажив сердцевину – уязвимого, усталого и порядком огорченного мужика.
- Хорошо, - медленно проговорил Питер. – Рад, что мы поняли друг друга.
Он не спеша прошелся по гостиной, зная, что Уэйд вовсю пялится на него - на ноги в чулках, тугую шнуровку корсета, выпирающие лопатки и, конечно же, жопу в узких коротких шортах. Уэйд молчал и шумно сглатывал.
Питер подтянул стул и уселся напротив висящего Уэйда, закинув ногу на ногу. С любопытством читал анкету, машинально поигрывая расстегнутой туфлей.
- А почему вы отметили абсолютно все практики, мистер Уилсон? – спросил Питер, когда дочитал. – Вы совсем не боитесь боли?
Уэйд молча помотал головой, бросая опасливые взгляды. Кажется, он боялся снова рассердить Питера, не очень понимал, что ему можно делать.
- Можете отвечать, - улыбнулся Питер. – Подробно, мне очень интересно.
- Я не боюсь боли, - сказал Уэйд каким-то неживым голосом и отвел взгляд. – Я просто не рассчитывал…
Он замолчал.
- Вы думали, что для вас не найдется мастера, – догадался Питер. – Вы не верили, что за вас кто-нибудь возьмется?
Уэйд посмотрел на него злобным и беспомощным взглядом. Питер лишь усмехнулся ему в лицо.
- Здесь говорят только правду, даже если она ранит, - заметил он. – Привыкайте, мистер Уилсон.
- Я вот реально не понимаю, как можно быть таким мелким и кудряшным, и таким стервецом при этом! – взорвался Уэйд, ненадолго хватило его терпения и послушания. – При всем уважении, конечно… госпожа в чулочках!
Питер улыбнулся и демонстративно перекинул ногу на ногу, не настолько демонстративно, конечно, как это делала старушка Шэрон Стоун, но достаточно, чтобы Уэйд растерялся. Наверное, он ждал, что Питер рассердится и теперь уж наверняка от него откажется, но Питер по-настоящему заинтересовался.
Он знал Дэдпула лишь с одной стороны, а теперь узнал, что Уэйд Уилсон пришел в подобное место, потому что нуждался в помощи, и платил за это просто по-царски… Но Питеру, даже без оплаты, захотелось ему помочь, узнать что мучает отчаянного и безбашенного Дэдпула. Это было не очень честно, но так уж вышло, а Питер не знал как это тактично поправить. Он мог только умалчивать. В конце концов, он ведь не врал откровенно, ведь так? Вот если бы Уэйд прямо спросил: «Ты Человек-Паук?!! Признавайся!», то Питер бы тут же признался, но Уэйд ничего такого не спрашивал.
- То есть, вы согласны на всё-всё? – спросил Питер. – А если я захочу… например, отхлестать вас кнутом по яйцам?
Уэйд невнятно угукнул. Питер прищурился.
- Судя по вашему согласию, мистер Уилсон, я могу взять скальпель и срезать вам мышцу с ноги, - сказал Питер так непринужденно, словно обсуждал десерт, а не отвратительную расчлененку.
Уэйд шокировано посмотрел на него - видать, в его неглупой голове пока еще не уложилось, что вполне можно быть мелким и, как он выразился, кудряшным, и при этом злым. Он видел в Питере смазливую куклу в корсете, и не видел острых коготков.
- А вдруг я захочу обоссать вам лицо? – с ехидством предположил Питер, похлопывая себя по колену сложенными листами. – Или оскопить? Формально, вы дали согласие даже на это, мистер Уилсон.
Уэйд громко сглотнул и машинально попытался сдвинуть колени, идея лишиться члена его явно не порадовала.
- Вы очень удивитесь, госпожа в чулочках, - тихо сказал он. – Я полон сюрпризов.
«Я в курсе, чувак!» - едва не ляпнул Питер, но прикусил язык до крови.
- Не сомневаюсь, - наконец сказал он, когда сумел справиться с голосом. – Поэтому, знаете, я не буду делать ничего. Мы с вами поговорим. О вас и вашей жизни.
- Почему? – заволновался Уэйд. – Я не хочу говорить! Я хочу кнутом по яйцам! И… и всего остального тоже!
Питер рассмеялся.
- Мистер Уилсон, здесь вам не бордель, - сказал он. – Антураж, конечно, несолидный, но мы мало отличаемся от психоаналитиков. Здесь редко трахаются и много разговаривают… только без дипломов.
- И в чулках! – заметил Уэйд.
Он немного успокоился, перестал смотреть на Питера с настороженностью и опаской.
- Как вы узнали про это место? – спросил Питер, не утерпев. – Люди с улицы сюда не попадают.
- Друг дал визитку, - признался Уэйд. – Он мутил с одним из ваших…
- Логан? – брякнул Питер и как никогда сильно захотел постучать головой о стол. Надо же было так спалиться!
Как он и опасался, взгляд Уэйда моментально стал цепким и серьезным. Уэйд перестал болтаться на цепи, как забитая туша, и с легкостью обрел равновесие, под кожей проступили напряженные каменные мышцы. Питер знал, что при желании Дэдпул порвет цепь, словно бумажную.
- Знаешь Логана, тыковка? – небрежно спросил Уэйд.
- К счастью, лично не знаю, - сказал Питер. – Я дружил с тем парнем, которого он… в общем, лучше вам не упоминать Логана, если не хотите, чтобы вас отсюда вышвырнули, мистер Уилсон.
Острый и недоверчивый взгляд Уэйда смягчился, Уэйд усмехнулся и снова расслабился, позволил себе быть беспомощным, и с таким Уэйдом было куда приятнее иметь дело.
- У вас отмечено так много интересного… кроме поцелуев, – заметил Питер, свернув бумаги в трубочку. – Почему?
Взгляд Уэйда сделался болезненным и растерянным, и Питер сразу все понял, и пожалел, что спросил так легкомысленно, почти с насмешкой.
- Думаешь, найдется много желающих меня целовать? – тихо спросил Уэйд. – Шлюху-то я могу снять, даже в чулках, но поцелуи… это ведь личное.
- Шлюху в чулках? – поинтересовался Питер с вежливой улыбкой. – На кого это вы намекаете?
Уэйд усмехнулся и окинул Питера бесстыжим взглядом. У него не хватило нахальства заявить, мол, тебя и имею в виду, сладенький, но по жадному взгляду и так было понятно.
- Предлагаю уговор, мистер Уилсон! - заявил Питер, до глубины души поражаясь своей безбашенности. – Если будете хорошо себя вести - я вас поцелую!
Питер сам не знал, что ему взбрело в голову. Это же Дэдпул! Он мудак. Плохой парень. Плохой человек… которого никто не хочет целовать, как знать, может, в этом и кроется корень бед?
Уэйд дернулся всем телом.
- В губы? – взволнованно спросил он. – С языком?
- Может быть, - улыбнулся Питер.
Уэйд закивал.
- Что нужно делать? – спросил он. – Я буду самым хорошим мальчиком в этом полушарии! Полизать ваши туфли, госпожа в чулочках? Или отсосать? Не то чтобы у меня был опыт, но я могу постараться! Могу даже проглотить!
Питер поморщился, застегнул ремешок туфли, встал и зажал ему рот ладонью.
- Никаких отсосов, - строго сказал Питер. – Вы еще не заслужили.
Уэйд сверкнул глазами и неуклюже поцеловал в ладонь, всем собой показывая, что будет очень-очень стараться заслужить. Питер улыбнулся.
Ему понравилось, как Уэйд пахнет – свежим одеколоном, легким запахом пота и едва уловимой примесью медикаментов и пороха, человек бы не вычленил этот запашок, но Питер мог. Питера немного позабавило, что Уэйд вроде как готовился, хотя бы удосужился принять душ, потому что обычно от него разило кровью, помойкой и специями мексиканской кухни.
- Расскажите о себе, мистер Уилсон, - предложил Питер.
Он обошел Уэйда, прикасаясь кончиками пальцев к его литым мышцам под изувеченной кожей. Питеру такая мускулатура и не снилась; она была ему и не нужна, но все равно на мгновение стало завидно. Он погладил широкие плечи, провел ладонью по горячему шершавому боку. Уэйд громко выдохнул, подставляясь под прикосновения.
- Я жду, - напомнил Питер, положив руку на его бедро.
Крепкий стоящий член так и напрашивался, чтобы его взяли в руку, с мокрой головки сочились прозрачные тягучие капли. Питер обхватил ладонью упругую поджатую мошонку и пару секунд ласкал ее, временно игнорируя истеричные внутренние вопли «я трогаю Дэдпула за хуй!!!».
- Я… - неуверенно сказал Уэйд. – Я не знаю, что о себе рассказать.
Питер уперся лбом ему в спину, не сумев сдержать ухмылку - человек, который болтал без умолку, который доводил всех окружающих до белого каления своим безудержным трепом, в кои-то веки не знал, что сказать.
- Вы хороший человек? – спросил Питер, которому стало действительно интересно, что ответит Дэдпул.
- Нет, - без паузы сказал Уэйд. – Я та еще мразь.
Питер вскинул бровь.
- Ладно, - сказал он, поглаживая Уэйда по бокам. – Давайте начнем с простого… кем вы работаете, мистер Уилсон?
Уэйд тихо застонал, видимо, ему нравилось, что Питер его трогает и гладит, и хотелось, чтобы еще потрогал за яйца.
- Я… я булочник! – выдохнул он. – Булки пеку!
Питер едва не откусил язык, пытаясь сдержать смех. Ему захотелось шлепнуть Уэйда по затылку и рявкнуть: «Что ты пиздишь, чучело!», но приходилось сдерживаться, он ведь не мог показать, что знает правду. Питер даже обрадовался, что Уэйд сейчас не видит его лица, он бы точно что-то заподозрил.
- Серьезно? – спросил Питер, когда сумел справиться с голосом. – А я думал, что сейчас этим занимаются машины… хлебопечки всякие.
- А вот и нет! – обиженно сказал Уэйд. – Ну, то есть да, но все-таки нет!
Питер убрал руки – Уэйд жалобно застонал, дернулся за ускользающей ладонью, пытаясь вернуть нежные прикосновения.
- И как же вы это делаете? – вкрадчиво спросил Питер. – Расскажите, мне очень интересно.
Уэйд покосился на него через плечо, улыбнулся растерянно.
Питер обошел его, погладил по широкой груди, потом по щеке, потом позволил Уэйду поймать себя зубами за перчатку. Уэйд пару минут старательно посасывал его пальцы, потом неохотно выпустил и облизнулся. Питер демонстративно вытер мокрую от слюны перчатку о его щеку, зная, что Уэйду это понравится, и тот действительно содрогнулся от возбуждения.
Питер отступил назад и снова уселся на стульчик, закинув ногу на ногу. Уэйд встревоженно смотрел на него, не замечая, что тянется всем телом, как цветок к солнцу.
- Я задал вопрос, а вы не хотите отвечать, - попенял Питер. – Боюсь, вы не заслужили контакта, мистер Уилсон, вы не стараетесь.
Он покачал ногой. Уэйд шумно сглотнул.
- Ну, я замешиваю тесто, - сказал он срывающимся голосом. – Иногда приходится месить целый день!
Питер закусил губу.
- Как интересно, - проговорил он, проглотив смешок. – А как делают тесто, мистер Уилсон?
Он думал, что Уэйд сейчас сломается и признается, что бессовестно врет, но тот лишь пожал плечами, звякнув цепью.
- Как и всегда, - сказал Уэйд. – Надо смешать муку и воду, добавить соль и разрыхлитель, пригоршню изюма и дрожжи, а потом как следует поработать ручками.
Он окинул Питера многообещающим взглядом, намекая, что готов старательно поработать ручками, если ему позволят.
- А еще? – спросил Питер, не обращая внимания на проникновенные взгляды.
- А потом я беру здоровенную скалку и раскатываю, - непринужденно сказал Уэйд. – Я называю ее Беа. Это моя любимая.
- Целыми днями месите и раскатываете, - подытожил Питер.
Уэйд закивал. Питеру было смешно не только от того, с каким дерзким нахальством Уэйд врал прямо в глаза, но и от того, что Уэйд смеялся сам над собой. Он-то не знал, что Питер оценит иронию, но Питер оценил.
Питер встал со стула, сжалившись. Погладил Уэйда по животу, приласкал плоские чувствительные соски, Уэйд вздыхал и подставлялся под его руки.
- Почему мне кажется, что это сплошное вранье? – задумчиво спросил Питер.
- Это правда! – оскорбился Уэйд так искренне, что Питер чуть было не поверил.
То есть, если бы он не знал, кто такой Уэйд Уилсон на самом деле.
- Предположим, я поверю, - сказал Питер и отошел. Уэйд потянулся за ним всем телом, потерял равновесие и тяжело повис на наручниках. – Может, еще что-нибудь хотите рассказать, мистер Уилсон?
- Меня зовут Уэйд, - пропыхтел тот, пытаясь вернуть баланс.
Питер выдвинул ящик со всякими полезными штуками, которые хранились как раз для таких вот Уэйдов, и задумчиво пробежался взглядом по ассортименту: пороть бессмысленно, для Дэдпула это как щекотка, а делать что-то серьезное Питер не хотел - он инстинктивно ощущал, что Уэйд приперся сюда, со своими комплексами и страхами, не для того, чтобы его выебали, а скорее для того, чтобы выслушали.
- Чего вы боитесь, мистер Уилсон? – спросил Питер, не особо рассчитывая на честный ответ.
- Конкретно сейчас, что ты достанешь какой-нибудь конский хуище, госпожа в чулочках, - ответил Уэйд. – Я к такому не очень готов.
Питер фыркнул.
- А вообще?
Уэйд молчал несколько секунд, покусывая нижнюю губу.
- Коров, - наконец, неохотно ответил он.
- Звучит как пиздеж, - сказал Питер.
- А вот и нет! – возмутился Уэйд. – У каждого свои слабости! Должен же я как-то компенсировать свой огромный, толстый…
- Я понял, мистер Уилсон! – перебил его Питер. – Можете не продолжать, я уловил вашу мысль.
- Уэйд, - поправил тот. – Ты можешь называть меня по имени, госпожа в чулочках, думаю, мы уже настолько близки.
«Хотел бы, да не могу», - с сожалением подумал Питер. К несчастью, он неоднократно называл Дэдпула по имени; Уэйд пока что не узнал Человека-Паука, но рисковать Питер не хотел.
Питер вытащил из ящика длинную цепочку с зажимами и подошел к Уэйду, ласково погладил по бокам, потом не удержался и положил ладонь на крепкую задницу. Уэйд возбужденно выдохнул и попытался прижаться пахом. Питер, даже на здоровенных каблуках, был чуть ли не на голову ниже, - а сейчас Уэйд вообще висел на руках, балансируя на кончиках пальцев, - и его это порядком раздражало на самом деле, не так-то просто быть супергероем, если ты мелкий и тощий. Всякий, кто выше, считает, что может тобой помыкать… а выше, - сука! - оказываются практически все.
- Собираешься посадить меня на цепь? – спросил Уэйд, не делая никаких попыток увернуться.
- Если убедительно попросишь, - невозмутимо сказал Питер.
Уэйд усмехнулся.
- За этим сладким личиком скрываются демоны? - развеселился он. – Такой душка, а внутри злючка, да?
- Мистер Уилсон, мы здесь не затем, чтобы обсуждать меня - вкрадчиво проговорил Питер. - Мы здесь ради вас.
Он потянулся к Уэйду, приоткрыв рот для поцелуя, но когда Уэйд, облизнув губы, с готовностью и пылом наклонил голову к нему, Питер нацепил тугой зажим ему на сосок и отстранился. Уэйд выругался от неожиданности.
- Вы же не думали, что будет так просто? – сладко проговорил Питер.
Уэйд смотрел на него потемневшими глазами.
- Знаешь, крошка, если бы не эти ебучие цепи…
- То что? – осведомился Питер, растирая пальцами второй сосок, твердый и возбужденный. – Что бы вы сделали, мистер Уилсон?
Тот громко сглотнул, ощущая, что Питер заманивает его в западню.
- Скажи мне, - прошелестел Питер, уткнувшись носом ему под ухо. – Скажи мне, Уэйд.
Уэйд содрогнулся.
- Я бы…
Он окинул Питера жарким взглядом, в котором плясали черти, как будто мысленно уже опрокинул Питера на пол и развел ему ноги, порвал чулки и трахал, захлестнув цепь вокруг горла, как озверевшая похотливая тварь. Питер лениво улыбнулся.
- Я бы целовал твои прелестные пальчики, маленькая госпожа, - зашептал Уэйд. – Я бы вылизал тебя во всех местах, я бы так тебе сосал, как никто и никогда, я бы все для тебя сделал, только скажи…
Питер, неожиданно смутившись, снова зажал ему рот ладонью, Уэйд принялся горячечно целовать пальцы сквозь шелковую перчатку. Питер ловко нацепил второй зажим на сосок и потянул за цепочку. Уэйд хрипло выдохнул.
Питер отступил на шажок и присел – крупный, толстый член подрагивал у него прямо перед лицом, твердый, мокрый, перевитый лиловыми венами и розовыми шрамами. Из уретры вытекла тягучая капля, повисла на кончике - Питер смахнул ее пальцем и слизнул с перчатки. Он обычно так не делал, но Уэйд заскулил от восторга, у него заметно тряслись колени. Вкус был… нормальный, приятный даже, соленый, ничего ужасного или противного.
Питер поднялся и закусил цепочку, заставив звенья натянуться. Уэйд пошатывался. Питер поразился, что такой большой и сильный Уэйд, - Питер ведь отлично знал, насколько Дэдпул сильный, ловкий и живучий, какой он выносливый и цепкий, - стал таким беспомощным, мокрым от пота, послушным и податливым.
Питер потянулся к нему, придерживая руками мускулистые бока, чтобы не грохнуться на каблуках, Уэйд наклонил к нему голову – и на секунду они соприкоснулись губами. Питер ощутил прикосновение скользкого языка, передал Уэйду цепочку и отстранился. Уэйд тихо выдохнул что-то до боли похожее на «пожалуйста».
Питер потрогал его оскаленный рот, сжалился и крепко обхватил ладонью напряженный член. Уэйд стонал и грыз цепочку, у него подкашивались ноги и закатывались глаза.
«Я дрочу Дэдпулу, - подумал Питер с удивлением. – И мне это нравится».
В коротких шортах-трусиках сделалось тесно, хотя Питер редко возбуждался во время подобных сеансов. Ему приходилось слишком много внимания уделять другому человеку, чтобы заботиться еще и о себе, да и вообще… Пьетро вот поддался зову плоти, и чем все закончилось.
Питер отобрал у Уэйда цепочку и медленно потянул, позволяя зажимам соскользнуть с сосков – Уэйд заорал от боли, задергался, но член у него стоял по-прежнему крепко. Цепочка звякнула, упав на пол, Питер переступил через нее, прижался к Уэйду всем телом, поймал его обеими руками за затылок и властно надавил, заставляя склонить голову. Ему даже не пришлось двигаться, Уэйд сам терся о него и так жадно целовался, что у Питера закружилась голова.
Он никогда бы не подумал, что кто-то, вроде Дэдпула, может так классно целоваться – страстно и глубоко, но без лишней слюны, без желания сожрать челюсть. Питер даже пожалел, что у Уэйда скованы руки – он бы не отказался ощутить его здоровенные мозолистые лапищи на плечах или пояснице.
Уэйд посасывал его нижнюю губу, целовал в уголки рта, давая подышать, и снова жадно целовал, не пытаясь пропихнуть язык Питеру в глотку.
Питер сжал ладонь на его подтянутой мошонке, потом провел кончиками пальцев по длине члена, пока не обхватил головку.
- Кончай, Уэйд, - шепнул он между поцелуями. – Сейчас.
Он не ждал, что Уэйд послушается, - мало кто может кончать по приказу, - но Уэйд всхлипнул ему в рот, содрогнулся всем своим большим телом, и на перчатку брызнули белые капли. Питер кончиком языка очерчивал контуры его рта, целовал в горячую бугристую кожу щек и подбородка.
Уэйд хрипло дышал, но потихоньку его дыхание успокоилось, помутневшие глаза прояснились. Он посмотрел на Питера таким странным взглядом, что Питер смутился и отступил.
- А как тебя зовут, тыковка? – спросил Уэйд после минутного молчания.
Питер лишь улыбнулся, поднял цепочку и бросил ее в коробку для использованных игрушек. Не очень-то много он использовал на Уэйде, конечно.
- Я могу для тебя что-нибудь сделать? – позвал Уэйд, который заметил выпуклость в шортах.
- Нет, мистер Уилсон, - мягко ответил Питер. – В этом нет необходимости.
- Я хочу еще раз тебя увидеть, - сказал Уэйд. – Я буду твоим постоянным клиентом!
- У меня довольно плотное расписание, - заметил Питер.
Он подошел к Уэйду, быстро поцеловал его в щеку и отступил.
- Спасибо, что воспользовались нашими услугами, мистер Уилсон, - сказал он. – Сейчас техники вас освободят, вами займется массажист.
- Подожди! – позвал Уэйд. – Сладкий, как мне тебя найти? Детка! Подожди!
Питер остановился на пороге и полуобернулся.
- Вам ведь стало легче, мистер Уилсон?
Уэйд задумался, прислушиваясь к себе, потом кивнул.
- Вот и славненько, - сказал Питер. - До свидания, Уэйд.
Он вышел и закрыл дверь, отсекая вопль «Подожди-и-и-и».
- Ну и как? – поинтересовалась Мишель, когда уставший Питер, переодетый в ветровку и джинсы, остановился возле нее.
Питер принял теплый душ, но все равно ощущал себя вымотанным, ему хотелось побыстрее вернуться домой, сожрать что-нибудь максимально жирное и сочное, завернуться в одеяло и поспать часиков шесть, как минимум.
- Никак, - равнодушно ответил Питер. – Мужик как мужик. Ласковый.
Мишель окинула его непроницаемым взглядом и кивнула. Питер достал пискнувший мобильный и увидел смс о зачислении средств на кредитку.
- Спасибо, - вежливо сказал он. – До свидания, ЭмДжей.
Она дернула углом рта в подобии улыбки.
- Заработал, - сказала она. – До свидания, Питер.