Work Text:
Арсений уже около часа неотрывно смотрит на отклеившийся уголок обоев под потолком. Каждую ночь он натыкается на него взглядом и каждую ночь думает, что надо бы подклеить, но на утро всегда об этом забывает. По комнате уже часами летает комар, раздражая своим писком, но пытаться что-то с ним сделать себе дороже. Арсений только вспотеет и взбесится еще больше, а тот так и будет продолжать жужжать над ухом.
Во втором часу ночи он сдается. Постоянно лежать в тишине наедине со своими мыслями и потихонечку сходить с ума — слишком депрессивно даже для него. Арсений берет телефон, заходит на ютуб и, следуя дурацкому совету Сережи, ищет «АСМР».
Подавляющее большинство видео, что ему попадаются, не заходит ну вот совсем. Шептунов он отметает сразу, потому что записанный на микрофон шепот режет ему уши похуже скрежета гвоздей о стекло. Всевозможные видосы, в которых можно услышать что угодно, но только не человеческий голос, не нравятся ему тоже — звук нарезания песка, может, и прикольный, только невозможно подолгу сосредотачиваться лишь на нем. Рано или поздно собственные мысли настигают и вытесняют из головы всё остальное.
Одно за другим он включает различные разговорные видео, и ничто его не цепляет, во всем находятся какие-то недочеты: микрофон слишком хороший, и Арсения мгновенно начинают раздражать влажные звуки, сопровождающие каждое слово; ему не нравится, как говорящий обращается к слушателю, не нравится тема разговора, которую тот выбирает; ему, в конце концов, неприятен чужой голос.
Арсений уже отчаивается и хочет нафиг отказаться от этой затеи, когда за окном светает и до тошноты жизнерадостно щебечут птицы, но решается посмотреть последнее видео — оно вылезло снизу в рекомендациях, и у него всего пятьсот с лишним просмотров, но Арсению и его уставшему мозгу кажется уморительным тот факт, что на превью нет ничего, кроме тарелки борща, и само видео названо не как-то замысловато или кликбейтно, а просто — «Варю борщ».
Арсений, привыкший к тому, что в интернете ничему доверять нельзя, даже немного удивляется, что на видео действительно какой-то парень готовит борщ, общаясь с камерой как со старым другом. Это не одно из тех видео, где весь процесс готовки сопровождается звуками хруста овощей и стука ножа о доску. Их, на самом деле, почти не слышно — так, совсем немного на фоне.
Парень не говорит о чем-то важном, просто рассказывает, как прошел его день, изредка комментируя свои действия — но не так, будто дает рецепт, а словно сам с собой разговаривает: «так, капусточка готова, ага», «бля, да где же у меня тут был этот нож». И его голос такой приятный и спокойный, а сам он какой-то весь… живой и непосредственный, что Арсений не замечает, как прослушивает часовое видео.
Уснуть у него, конечно, не получается, но он на это и не рассчитывал. Зато лишние мысли не беспокоят, потому что иллюзия погружения создается удивительно яркая. Он словно сам побывал вот там, на кухне у этого парня с приятным голосом, пока тот варил суп.
Арсений заинтригован и приятно удивлен. Он лезет на канал (на котором целых триста двадцать три подписчика), чтобы проверить, есть ли там что-то еще, и внутренне ликует, когда видит множество залитых видео. Смотрит на даты публикации — канал не заброшен, видео выходят примерно раз в три-четыре дня. Они очень разнятся по продолжительности (от пяти минут до полутора часов) и по содержанию. Арсений нажимает «воспроизвести все», и в получившемся плейлисте видит, что просматривает сейчас «1 видео из 134». Он этому несказанно радуется и наконец засыпает, слушая про чужой не особо удачный день — «на кроссы мои белые наступил, вот уебан, эх...»
Арсений даже не разменивается на сомнения — после той ночи он, ложась каждый вечер в кровать, заходит на канал этого парня и ставит все загруженные видео проигрываться в шаффле. Он редко смотрит, чаще только слушает с закрытыми глазами, но иногда обращает внимание на названия роликов. Они, как Арсений понял, всегда точно передают суть: «Играю в фифу», «Прополка грядок», «Про немытую вишню» — это видео Арсения непозволительно сильно смешит.
Видеорядом иногда служит запись самого процесса, например, с борщом и фифой, но никогда не показано лицо, только изредка мелькает тощая фигура и, чаще всего, руки. В некоторых видео нет ничего, кроме аудио и статичной картинки — у ролика с вишней это фото цветущей сакуры, явно из Японии, что отвечает за как минимум половину его комедийной ценности.
Имени своего парень тоже никогда не говорит, а в названии канала Арсений видит только бессвязный набор букв и цифр, поэтому в своей голове начинает называть того Поваром — просто потому, что первое просмотренное видео было именно о готовке, а еще потому, что Арсений от этого каждый раз глупо хихикает.
В какой-то момент он открывает для себя видео с пометкой «[ролевая]» и сначала смотрит на это слово скептически, а потом втягивается. На канале есть такие видео, как: «[ролевая] Помогаю убить таракана на кухне», «[ролевая] Выпекаем торт». Арсений и по простым разговорным видео понял, что их автор хороший рассказчик, но вот эти «ролевые» раскрывают его талант в полной мере. Он действительно отыгрывает ситуацию, полностью погружая в нее слушателя. Парень настолько в этом хорош, что столкновение с реальностью становится для Арсения небольшим шоком, когда он заканчивает слушать первый такой ролик и вновь осознает, что лежит один у себя в кровати.
Из-за видео с тортом Арсений даже сам загорается желанием что-нибудь испечь, но всё как всегда идет по пизде. Возможно, он полчаса ревет над сгоревшим бисквитом (или над собственным одиночеством), сидя рядом с противнем на холодном кафеле кухни, но этого никто не докажет.
Кулинарное фиаско никак не отбивает у Арсения желание продолжать смотреть, точнее, скорее, слушать. Даже наоборот — он окончательно убеждается, что дело не в самих историях и сценариях, а в том, кто и как их рассказывает.
Он продолжает слушать исключительно по ночам, потому что днем ему это делать мешает реальная жизнь, а еще потому, что хочется… растянуть удовольствие, что ли. Арсению всё еще безумно нравится чужой голос и манера подачи информации, но с каждым новым роликом он также узнает этого парня немного ближе и понимает, что хотел бы иметь такого друга и в жизни.
Примерно через две недели после того, как Арсений нашел этот канал, и около сорока роликов спустя, ему всё тем же шаффлом включается «[ролевая] Лежу с тобой в обнимку». Он тянется к телефону, чтобы проверить название ролика, как только он начинается, а потом лежит все пятнадцать минут неподвижно и, затаив дыхание, слушает.
«Как ты сегодня? Как прошел твой день? … Я тоже устал жутко. Так рад побыть наконец с тобой». «Ты так вкусно пахнешь». «Я так соскучился». «Мне как-то прохладно, прижмись покрепче». «Хей, дай руку… Я так люблю твои руки». «Совсем засыпаешь, да? … Спи, я побуду рядом… Ага, буду охранять твой сон».
Арсений всё ждет подвоха — ждет, когда что-нибудь разрушит иллюзию, ждет этого злосчастного родового окончания, которое вернет его в жестокую реальность, но ни разу его не слышит. Все слова подобраны так, что невозможно определить, обращается говорящий к девушке или… к парню.
И, быть может, эта привычка у него развита из-за прочих роликов, потому что в них слушателю тоже никогда не приписывается определенный пол, и всё же этот факт заставляет всю грудную клетку на секунду как-то болезненно сжаться.
Арсений проигрывает ролик еще раз. И еще раз. Сначала говорит себе, что это только для того, чтобы убедиться насчет окончаний — может быть, он что-то пропустил? Но глупо врать самому себе — одно неверное слово моментально резануло бы слух еще в первый раз.
Арсений не хочет ни о чем думать, когда добавляет это видео в избранные на своем аккаунте. Не хочет ни о чем думать, когда слушает его всю оставшуюся ночь, поставив на репит. Не думает об этом в течение всего следующего дня и не думает ни о чем, когда ночью возвращается к тому же ролику.
Потому что если Арсений задумается, даже на секундочку, о своих действиях и о том, что это всё значит, осознание того, какой он несчастный, одинокий неудачник, и ненависть к себе сожрут его с потрохами.
Арсений продолжает потихоньку пробираться через остальные ролики на канале, но этот конкретный слушает каждую ночь хотя бы раз.
На задворках сознания колышется мысль, что, слушая о том, как прошел чужой день, или покатываясь со смеху от нелепых историй и неловких ситуаций, а также лежа каждую ночь (пусть и в собственном воображении) в обнимку с этим парнем, Арсений начинает влюбляться.
Мысль совершенно нелепая и невозможная — ему неизвестны даже лицо или хотя бы имя. Но звук чужого голоса теперь неизменно вызывает у Арсения улыбку, а объятия с каждым разом кажутся всё более материальными и заставляют тепло разливаться в груди вместе с щемящим ощущением безнадежности и жалости к самому себе.
Он беспокоится из-за парасоциальной природы этих «отношений», а потом забивает — лучше уж так, чем каждую ночь съедать себя изнутри.
Арсений даже находит на канале ссылку на твиттер, в котором так же нет ни имени, ни лица — он проверяет, — но решает для себя, что читать не будет. Он и так по своим же меркам достаточно стремно себя ведет — добавить к этому сталкерство последние крохи чувства собственного достоинства ему не позволяют. По той же причине он отказывает себе в возможности оставлять комментарии, хотя видит, что большинство из них получают ответ — или, может, как раз поэтому.
Ночь, когда Арсений почти верит, что сошел наконец с ума, наступает неожиданно скоро. Он в очередной раз включает видео проигрываться в рандомном порядке, но после захватывающей дыхание истории о схватке с уличным голубем случается что-то странное. Сначала кажется, что не происходит вообще ничего. Арсений уже думает потянуться за телефоном и проверить, всё ли в порядке, когда улавливает какое-то тихое, ритмичное… шуршание?
Любопытство захлестывает — Арсений лежит неподвижно в предвкушении того, что будет дальше. В какой-то момент становятся слышны звуки дыхания, но он всё еще находится в замешательстве. Ситуация начинает проясняться, когда Арсений слышит щелчок (колпачок, крышка?), после которого звук резко становится влажным, даже хлюпающим. Первый тихий стон подтверждает кажущиеся нелепыми догадки, и Арсений парализован.
С одной стороны, оглядываясь назад, заподозрить что-то неладное можно было сразу же, с другой — невозможно было подобного ожидать. Он думает даже, что произошел сбой, и включилось какое-то левое видео, а потом прислушивается получше и понимает — нет. Арсений настолько привык к этому голосу, изучил его, что узнает даже так.
Становится жарко, и это явно не вина погоды. Несмотря на условный культурный шок, Арсений понимает, что эта конкретная запись действует на него вполне однозначно, но возбуждение борется со стыдом и совестью, потому что ну как так-то?! Он чувствует себя неправильно, словно это не для него, он не должен был подобное услышать. Будто подглядывание.
Но разум напоминает — это видео находится в интернете, в открытом доступе. Тот, кто его записал и выложил, определенно точно знал, на что идет.
Арсений смотрит на стену перед собой и впервые не видит ее изъянов. Он вообще не видит ничего, кроме тощего силуэта и больших рук с красивыми, длинными пальцами. И, возможно, этот парень очень хороший актер, но скулеж и редкие тонкие почти-всхлипы звучат одуряюще правдоподобно.
Арсений дослушивает до конца, лежит еще пару минут, охуевши от жизни, а затем тянется к телефону. Он смотрит на название и чуть не давится воздухом — «Погоня за колобком». Какой ужас. Спасибо, что всё видео сопровождается просто черным экраном, а не картинкой с изображением колобка. Сквозь стыд, смех и возбуждение Арсений сохраняет и это видео в избранные, а после минутного спора с собственной совестью включает его по-новой и позволяет себе засунуть руку в трусы.
Его хватает лишь на треть ролика — настолько сильно звуки чужого удовольствия будоражат сознание и тело, а вскоре после оргазма накрывает волна отвращения к себе, и Арсений вымученно засыпает, заплакав всю подушку.
Следующие несколько суток он ходит угрюмый и думает, что это всё уже какая-то нездоровая хуйня, и надо с этими видосами завязывать, но все размышления приводят его в итоге к одному: он в любом случае ебанутый и при любом раскладе сам себя бесит — и совсем неважно, каким именно способом он справляется с бессонными ночами.
За два месяца Арсений просматривает все выложенные на канал видео, включая те, которые выходили за последнее время, потому что он начинает узнавать всё, что попадается ему в шаффле. Это немного печалит, но новые видео продолжают выходить регулярно, а переслушивать старые вовсе не так плохо, как могло бы показаться. Всё равно семьдесят процентов внимания Арсения прикованы к голосу, и только оставшиеся тридцать к содержанию.
Только ролик с объятиями Арсений включает чаще, чем видео с «колобком» — единственное на канале подобного рода. К собственному ужасу он в какой-то момент осознает, что полностью запомнил его, словно стих или песню. Он знает и ожидает каждый звук — каждый стон, каждый всхлип, даже изменения в скорости и качестве хлюпающих звуков смазки.
Этот факт в его голове отправляется к другим таким же, о которых он предпочитает просто не думать.
Арсений постепенно смиряется с собственной судьбой. Бывает же такое, что люди влюбляются в вымышленных персонажей? Он своего «Повара» научился воспринимать именно так — как там это еще сейчас называют? Как комфортного персонажа.
Только эта иллюзия скоро рушится.
Арсений особенно радуется новому ролику, который выходит именно в день, когда он наконец выступает на студенческой конференции, которая занимала всё его время, не проведенное погрязши в жалости к себе, с самого начала учебного года. Видео записано в формате «как прошел мой день», и это именно то, что Арсению сейчас нужно.
Он откидывается на кровати и, вымотанный сегодняшним днем и подготовкой к нему, расслабляется так, что почти засыпает, но чужие слова цепляют внимание: «...видел парня сегодня, красивый такой, что отвал жопы, на таких только слюни пускать и в музеях показывать, но у него носки были — уссаться можно. Всё бы ничего, но он еще и вместе с деловым костюмом их напялил. Просто, картина: белоснежная рубашечка, галстук, пиджак, брюки — всё чистое, выглаженное, ну с иголочки просто, и… розовые носки. С птичками еще какими-то, кажется, сложно было издалека разглядеть. Он еще про серьезные какие-то вещи говорил, а я ни на чем, кроме носков этих дурацких, сосредоточиться не мог. Вся моя выдержка уходила на то, чтобы не заржать там — вот че я за дурак?»
И Арсений сначала думает — о, как забавно, у него ведь есть такие же носки, как у того парня. А потом получше вникает в смысл сказанного, и глаза сами собой распахиваются от удивления. Какова вероятность того, что кто-то еще сегодня где-то что-то серьезное рассказывал в костюме и таких носках, кроме него? Собственные мысли кажутся бредом.
Арсений переслушивает этот отрывок, чтобы убедиться, что всё понял правильно — он до последнего не исключает возможность, что его уставший мозг решил вот так выдать желаемое за действительное, но нет — речь наверняка идет о нем. Мысль о том, что это всё идиотское совпадение, и такое бывает только в сказках и романтических комедиях, вцепляется в него и не собирается отпускать, но Арсений всё равно почему-то решает, что это знак.
Он впервые с тех самых пор, как нашел ссылку на профиль, открывает чужой твиттер и, долго не раздумывая, чтобы не упустить прилив небывалой отваги (и слабоумия), пишет сообщение.
«Красивый, что отвал жопы?» А если я скажу, что твоя жопа нам особо не понадобится, пойдешь со мной на свидание?"
Потому что Арсений сейчас отчаяннее любой домохозяйки, и терять ему, по собственным ощущениям, уже нечего. У него, в отличие от дорогого загадочного «Повара», собственное лицо постоянно мелькает во всех соцсетях, поэтому Арсений верит и надеется, что тот быстро сообразит, что к чему.
И он не разочаровывает. Арсений наконец узнает имя — Антон. Узнает, что Антон удивительно красив — на него и самого такого грех слюни не попускать. Узнает, что видео тот начал снимать в качестве блога, а затем, по совету знакомых, решил поэкспериментировать с разными форматами, потому что люди делали комплименты его голосу, а также в качестве своеобразной тренировки — Антон пытается заниматься одновременно стендапом, импровизацией и вообще любит и хочет быть на сцене.
(Именно так Арсений узнает, что «видео с колобком», как он уже привык его про себя называть, было «упражнением на раскрепощение». Он поначалу не уверен, тупо это или гениально, и приходит в итоге к выводу, что и то, и то.)
Антон подклеивает уголок обоев под потолком в его комнате.
И несмотря на то что Арсений всё еще мучается бессонницей, ставшие уже родными объятия, теперь сто процентов материальные (пусть и совсем не натуральные), отпугивают большинство плохих мыслей. А в моменты, когда те всё же настигают, Арсений может позволить себе роскошь поплакать в теплоту Антоновой груди и послушать утешения вживую — обращенные конкретно к нему, а не переданные безликому слушателю через интернет.