Work Text:
сонхва знал хонджуна всю свою жизнь. буквально, они выросли в одном дворе, вместе пошли в школу, вместе выпустились и даже поступили в итоге в один университет (единственное, специальности выбрали разные – хонджун поступил на дизайн, сонхва же предпочел журналистику, но даже это не мешало им практически никогда не расставаться).
сонхва знал о хонджуне все, знал его наизусть от и до. знал о его привычке поправлять волосы и кусать губы, когда он нервничал, с абсолютной точностью мог показать на себе каждый прокол в его ушах и подробно рассказать о каждом цвете волос младшего, ни разу не ошибившись с порядком окрашиваний, и мог с закрытыми глазами нарисовать любую из его татуировок. знал о любви кима уходить в себя и не появляться на людях сутками каждый раз, когда на него накатывало вдохновение, и такой же сильной нелюбви к излишним прикосновениям, математике и мятному шоколаду.
сонхва не знал только одного.
момент, когда он влюбился в своего лучшего друга, был безвозвратно упущен самим паком. возможно, это произошло еще в детстве, возможно, что даже в его 16 лет – как раз в тот момент, когда он осознал, что его привлекают парни. он не знал, когда это произошло, но точно знал, что его чувства лишь становились сильнее день ото дня.
первое “я люблю тебя” прозвучало в двадцатый день рождения старшего, когда хонджун провел с ним целый день, сводив его в картинную галерею (которые они оба так сильно любили, но так редко могли посещать) и на недавно вышедший фильм, который сам пак уже давно хотел посмотреть, а после, уже находясь вместе со старшим в его комнате, традиционно придя на ночевку, и подарив маленькую полароидную камеру, о которой сонхва на тот момент мечтал уже около четырех лет. сонхва в тот момент почувствовал себя настолько особенным, что не смог удержать слова в себе.
но хонджун… в тот момент сонхва понял, что младший абсолютно не понимает прямых намеков. тот на признание лишь ярко улыбнулся, вероятно, посчитав его просто дружеским, ответил простым “я тебя тоже” и крепко обнял старшего.
пак смирился с тем, что, возможно, так никогда и не сможет признается ему.
второе “я люблю тебя” было сказано, когда хонджун наконец показал ему, над чем он работал на тот момент впервые. обучаясь дизайну, он постоянно что-то рисовал, особо не ограничивая себя в поверхностях – у самого сонхва в гардеробе уже даже было несколько футболок, разрисованных младшим. в тот раз ким решил попробовать поработать маслом на холсте, и на весь процесс ушли добрых месяца два, и все это время он не делился своей работой ни с кем.
пак был первым, кому хонджун позволил увидеть конечный результат. он тогда жутко волновался, надеясь, что старшему правда понравится то, что у него получилось. (и, будем честны, сонхва абсолютно по уши влюблен как в самого хонджуна, так и в его творчество.) и, стоя перед картиной с раскрытым ртом, он не переставал осыпать и ее, и самого младшего комплиментами. в какой-то момент его рот начал опережать его мысли, и в тишине комнаты, нарушаемой только самим паком, вдруг звучит “я люблю тебя”.
сонхва осознает, что он только что сказал буквально через секунду, тут же прикрывая рот рукой и одновременно краснея от растущего смущения. но хонджун словно этого не замечает, удивляясь всего на мгновение, явно не ожидая услышать подобного в потоке восхищения, но сразу же облегченно и как-то слишком солнечно улыбается и обнимает старшего.
– я тебя тоже, хва. спасибо тебе, ты самый лучший друг, который у меня есть.
сонхва кажется, что его сердце перестает биться.
третье “я люблю тебя” сонхва наконец-то произносит осознанно. и кто же знал, что оно окажется не последним, как думал сам сонхва.
они с хонджуном постоянно проводили время друг у друга дома с самого детства. и увлечения, пусть и менялись с возрастом, не влияли на комфорт, который они чувствовали в присутствии друг друга. сейчас они могли абсолютно спокойно находиться в одной комнате, занимаясь своими делами, не чувствуя потребности обсуждать все на свете. в последнее время нахождение в тишине было наиболее комфортным для обоих – учеба отнимала силы у каждого, и часто бывало, что хонджун приходил к сонхва порисовать что-то свое, в то время как сонхва писал очередную статью.
совсем недавно сонхва перебрался в собственную квартиру, и пусть она была далековато от университета, именно в ней он чувствовал себя дома. и может она была совсем небольшой – самая обычная студия, в которой были только комната, совмещенная с кухней, и ванная комната – пак влюбился в нее с первого взгляда. в квартире был лаконичный ремонт в светлых оттенках и такая же светлая мебель, и панорамные окна, выходившие на сторону закатного солнца. единственным недостатком, пожалуй, была близость к аэропорту – всего 10 или 15 минут езды на машине, из-за чего довольно часто было шумновато, но учитывая стоимость, по которой ее сдавали, он не жаловался. к тому же, он мог наблюдать за тем, как самолеты взлетали и садились прямо из своего окна. хонджун, словно кот, уже даже успел облюбовать место на диване старшего, занимая его в каждый свой приход. а приходить в гости он, кстати, стал намного чаще – летнюю сессию оба успешно сдали, и свободного времени было более, чем достаточно.
сонхва уже довольно давно думал над тем, чтобы нормально признаться младшему, успев даже продумать целую речь. он думал о том, что, возможно может потерять ту связь, которую они успели выстроить за все те годы, что знали друг друга, и действительно боялся потерять самого кима, но с другой стороны… он все же не считал честным по отношению к хонджуну то, что он буквально скрывал свои чувства на протяжении такого долгого времени. они никогда друг другу не врали и ничего не утаивали (ну, кроме, получается, сонхва, который все никак не мог решиться на признание).
это произошло в один из вечеров, когда хонджун пришел к старшему в гости, по привычке заняв диван и оставив сонхва на кровати рядом. диван стоял спинкой к окнам, и прямо сейчас сонхва, отвлекшись от своей книги, зачарованно смотрел на хонджуна, сосредоточенно рисующего что-то в своем скетчбуке. вообще, виной всему был незаметно начавшийся закат солнца, окрасивший и небо, и саму студию в нежно-розовый и оранжевый оттенки. обычно в такие посиделки они мало общались, но в полной тишине все же находиться было не всегда комфортно, поэтому в такие моменты они делили одну пару наушников на двоих и оставляли телефон на равном расстоянии друг от друга.
# now playing – when you love someone by day6 & late nights by mxmtoon.
сонхва не знает, сколько времени на самом деле прошло, пока он наблюдал за таким младшим, но в какой-то момент вдруг осознает, что если не признается прямо сейчас, то потом вряд ли сможет решиться снова. они всегда слушают музыку не очень громко, и пак знает, что хонджун прекрасно его слышит. поэтому он набирает побольше воздуха в легкие и нарушает уже такое привычное для них молчание.
– я люблю тебя.
хонджун слегка вздрагивает, переводя взгляд от своего скетчбука на старшего, заставляя его в буквальном смысле забыть, как дышать.
– я тебя тоже, глупыш, ты чего, – он улыбается ослепляюще, возвращаясь обратно к своей работе, но замирает в ту же секунду, когда сонхва продолжает.
– нет, джун, ты не понял, – сонхва жмурится и отводит взгляд, продолжая стараться дышать глубже в попытке расслабиться. сейчас или никогда, верно? – я люблю тебя. не как друга. я.. давно собирался сказать, на самом деле. боже, – он вдруг нервно смеется. – я даже не знаю, когда это на самом деле произошло, представляешь? я не могу сказать, что ты мне нравишься, потому что это совсем не то, что я к тебе чувствую. мы знакомы с тобой всю жизнь, и я даже не помню, в какой момент я в тебя влюбился. я просто осознал это в какой-то момент, как данность, – он жмет плечами, все еще не решаясь повернуть голову и посмотреть на младшего. – это, честно говоря, не мешало мне довольно долго. я имею в виду, я чувствовал себя довольно комфортно с ними, но в последнее время что-то.. что-то совсем не так. помнишь мой день рождения и свою первую картину на холсте? – и пусть он не видит, он уверен, что тот кивнул. он только сейчас понимает, что музыка уже давно не звучит в его наушнике. – тогда я впервые признался тебе, но тогда я сказал это быстрее, чем успел даже подумать, а сегодня.., – он закусывает губу, вздрагивая от всех накрывающих его эмоций. – я просто решил, что пора наконец-то перестать тянуть, наверно. я знаю, что мы обещали никогда друг другу не врать и ничего не скрывать, просто это, ну, знаешь, не совсем то, что ты побежишь рассказывать, как только осознаешь. прости, что не говорил раньше. я просто боялся потерять все, что между нами вообще есть, а никого ближе тебя у меня так и не получилось найти-
он замирает, когда чужая рука вдруг касается его щеки и вытирает слезы (слезы? он успел заплакать? боже, он не заметил вообще ничего из того, что произошло, пока он говорил.)
– солнце, почему ты извиняешься? – до него доносится успокаивающий шепот младшего, который в следующую секунду обнимает его. и когда он только успел встать с дивана и сесть рядом? – я не злюсь на тебя, ты же знаешь? и я бы никогда не смог разозлиться на тебя. ты не потеряешь меня, никогда в жизни, правда. я никуда не уйду, солнце, я обещаю, как ты вообще мог допустить такую мысль? – он мягко улыбается. – ты самое дорогое, что у меня есть. ты всегда был рядом со мной, даже когда отворачивались остальные. я даже представить не могу свою жизнь, в которой не будет тебя, и я не знаю, что может повлиять на то, что мы с тобой успели построить за эти годы. твои чувства.., – он мягко отстранился, посмотрев старшему прямо в глаза (а сердце сонхва в этот момент, кажется, совсем перестало биться). – я рад, что ты сказал о них первым. когда я услышал твои слова в первый раз, я, если честно, так испугался, что растолковал их неправильно, поэтому не предпринял ничего, и продолжил относиться к тебе, как к другу, – сонхва вдруг понимает, что все еще плачет, потому что пальцы кима так и не покидают его щек, продолжая практически невесомо вытирать слезы. – на самом деле, я.. тоже не знаю, в какой момент сам влюбился в тебя. кажется, это было, когда ты единственный поддержал меня, когда я выбрал дизайн как специальность, а может, как и ты, жил с этими чувствами с самого детства, – хонджун все так же ярко улыбается, не переставая смотреть ему в глаза, а сонхва чувствует, как задыхается. – я не знаю, когда сказал бы тебе, если бы ты этого не сделал, но я тоже люблю тебя, сонхва.
сонхва целует его первым.
поцелуй выходит немного неаккуратным и влажным из-за слез уже их обоих, но это не помешало им вложить в него всю нежность и чувства, которые они испытывали друг к другу. эмоции выплескиваются через край, а с каждыми глотками воздуха поцелуи выходят все более уверенными, и мысль нормально продышаться уходит куда-то в самый дальний ящик. они не успевают понять кто и кого мягко толкает на кровать, но отстраняются уже только лежа друг на друге.
спустя несколько минут тишины, в которые оба приходили в себя и осознавали только что произошедшее, хонджун вдруг тихо смеется, и под недоумевающий взгляд лежащего рядом старшего произносит:
– поверить не могу, – он прикрывает лицо руками, пряча наступающее смущение. – впервые пришел к тебе, чтобы порисовать тебя же, а мы начали встречаться в этот же день.
сонхва вдруг осознает, что видит скетчбук, оставленный кимом на диване, в первый раз.
– у тебя есть целый скетчбук, посвященный только мне? – с ухмылкой догадывается пак, заставляя младшего покраснеть еще больше.
– да покажу я тебе все, куда теперь денешься, – бурчит тот себе под нос, но в тишине квартиры ее хозяин прекрасно его слышит.
сонхва вдруг тянет хонджуна за руки на себя и дарит ему мягкие поцелуи в лоб, в нос, в щеки.
– я люблю тебя, – шепчет он в самые губы и утягивает в еще один поцелуй.