Work Text:
Крис Рэдфилд, точно каменная статуя какого-то древнегреческого бога, возвышался в дверном проёме, загораживая солнечный свет ясного февральского дня своей широкой спиной, и хмуро буравил вытянувшееся от удивления лицо Леона тёмно-карими глазами, выделяющимися двумя тёмными бусинками на обросшем серовато-бурой шерстью лице. Леон хотел было гостеприимно пропустить его внутрь, но от шока, вызванного обликом мужчины, так и замер на месте, зажав в одной руке дверную ручку, а во второй лопатку, которой до раздавшегося по дому дверному звонку ворочал блины на сковороде.
— Нет, ну ты конечно говорил по телефону, что слегка изменился, но это… Господи, да ты прямо как какой-то…волчара! — прервав затянувшуюся почти до минуты тишину, воскликнул наконец Леон и, не удержавшись, улыбнулся.
— И без тебя знаю, — угрюмо проворчал в ответ Крис и, отодвинув Кеннеди со своего пути, с гордо поднятой перебинтованной головой прошёл в дом.
— Эй-эй! Снег отряхни хотя бы! — протестующе подняв лопатку к потолку, воскликнул Кеннеди, глядя на объёмные комья грязной снежной массы, осевшей на плечах и лацканах чёрного пальто Рэдфилда.
Крис смерил его взглядом ребенка, недовольного замечанием строгого родителя, но всё же покорно сделал шаг назад на узкий коврик у двери и по-собачьи передернул плечами, так что снег, успевший немного подтаять в тёплой прихожей, грязно-серыми комьями шлёпнулся на пол, разбрасывая холодные брызги в разные стороны.
— Чёрт, опять, походу, придётся запускать робот-пылесос, — рассеяно проворчал Леон, с брезгливостью разглядывая песок и какую-то чёрную слизь, растекшуюся по полу.
Крис снова недовольно поглядел на него исподлобья, и Леон, виновато поджав губы, протянул свободную от лопатки руку, помогая несчастному выбраться из промокшего насквозь пальто и стараясь при этом сильно не акцентировать своё внимание на шерсти, что обрамляла показавшиеся из-под подёрганных рукавов кисти.
— Наверно, пальто придётся выбросить, — критично осмотрев кусок ткани, который ещё совсем недавно висел на плечиках мужского магазина в ТЦ неподалеку, произнёс Леон и под усталый вздох Криса обнял того за плечи. — Наконец-то ты дома. Я соскучился, здоровяк.
Крис сдержано улыбнулся и крепко обнял его в ответ, а Леон, поведя носом, вдруг поспешил разорвать объятия.
— Что такое?
— Эм. Как бы сказать?
— Говори уже, — Крис пристально уставился на Кеннеди, что кусал губы, едва сдерживая предательски расползающуюся по лицу улыбку.
— В это трудно поверить… Но от тебя реально пахнет, как от мокрой собаки, — проговорил Леон и, прежде чем Крис успел открыть рот, чтобы вывалить на него всё своё негодование, добавил: — Я пойду, пожалуй, наберу воду в ванной.
Кеннеди стремительно скрылся в коридоре, а Крис устало скинул с ног ботинки, покрытые слоем глины и дождевой грязи, и неспеша прошествовал следом за ним. Из зеркала в ванной на него поглядело чумазое шерстяное создание, вышедшее из какого-то фильма ужасов, так что ему пришлось простить Кеннеди за его удивление и шок. Он сам бы не мало испугался, объявись такое чудище мохнатое на пороге.
— Сраные волки, — проворчал Рэдфилд, сурово разглядывая своё отражение и почесывая пальцами заросшие щёки.
— Что случилось-то? Ты по телефону нёс какую-то ахинею про вампиров и оборотней, я ни хрена не понял, — покрутив вентили крана, Кеннеди шустро настроил нужную температуру и, чуть подумав, уверенно добавил в воду пену для ванной.
Крис устало вздохнул и принялся медленно стаскивать с себя грязную и, действительно, как не прискорбно признавать, пахнущую псиной одежду. Свитер из кашемира за целых, мать их, пятьдесят баксов и брюки все в затяжках и разнокалиберных дырах всё из того же ТЦ неподалёку отправились в корзину для белья, из которой грозились перебраться прямиком в мусорный бак на улице.
История посещения одной захолустной деревушки, которую Крис поведал с неприкрытым любопытством разглядывающему его Леону, была максимально короткая и не слишком интересная. Рэдфилд вообще, признаться честно, был рассказчиком не очень, но Леон не прерывал его глупыми вопросами, с участием на лице слушая его гневное бурчание про какую-то не убиваемую плесень.
—… и я забрался в ту пещеру. Всякого дерьма я за годы службы в B.S.A.A. повидал, но гаже вот этой херни был только Вескер! Громадная паскуда в виде эмбриона, висящая под потолком…
Леон с видом врача-психиатра кивал в нужных моментах сумбурного повествования и одним глазом поглядывал на ванную, следя, чтобы пена не вышла за её пределы. Не смотря на то, что Крис был вооружен до зубов и подготовлен к любой твари, которая могла напасть на него, одна всё же умудрилась цапнуть его.
— Пришёл волчок и укусил за бочок? — не удержавшись, ехидно уточнил Леон, помогая Крису выбраться из бронежилета, в котором то тут то там зияли углубления от застрявших наконечников стрел — Леон даже не удивился этому факту, сам когда-то спасался от вил и серпов для уборки сена — и кривые царапины от когтей.
— Иди-ка ты, мелкий. За ляжку, — фыркнул Рэдфилд и повернулся боком, демонстрируя заживающие рубцы на коже в виде очертаний чьих-то кривых зубов.
Леон хихикнул, и Крис укоризненно посмотрел на него.
— Больно вообще-то. Мог бы и пожалеть, знаешь, — Крис недвусмысленно ухмыльнулся.
— Обязательно пожалею. Но только после того, как ты избавишься от всей этой шерсти. И вообще я кошатник.
— Сучек ты бессердечный.
— Так. Постой. Выходит, что ты теперь оборотень?! — Леон опасливо уставился на сгорбившегося перед раковиной Криса, руки и ноги которого были покрыты жесткими бурыми волосками, торчащими в разные стороны.
— Нет. В лабе Миранды нашлась сыворотка против этой дряни, — отмахнулся Рэдфилд, с сомнением поглядевший на свой станок для бритья и полупустую упаковку с лезвиями. — Так что через неделю, максимум две, я приду в норму.
— А пока ты будешь серым и шерстяным?
— Надеюсь, что нет, — скривился Крис и пересчитал лезвия в пачке, прикидывая, хватит ли ему их.
Леон неуверенно кивнул и, достав из верхнего ящика шкафа полотенца, помялся немного на пороге.
— Слушай, Крис.
— А?
— А у тебя хвост есть?
— Что?! Нет! Пошёл ты!
— Ладно-ладно, не горячись. Я это так, в качестве научного интереса, — примирительно подняв руки, поспешил сказать Леон и, положив чистые полотенца на крышку унитаза, вышел из комнаты.
***
Рэдфилду потребовался почти час, вся пачка лезвий и ещё несколько литров горячей воды, чтобы привести себя в относительный порядок.
— Хоть на человека стал похож, — довольно пробормотал он, разглядывая своё «новое» отражение в зеркале.
Наконец-то все злоключения закончились, и он дома, в цивилизованном мире с санузлом, телевизором, вкусной едой и мягкой постелью. За окном ясный день и поют птицы, и Леон приготовил его любимые блинчики. Всё было прекрасно ровно до того самого момента, как внезапная вспышка боли в голове не заставила Криса согнуться пополам и зашипеть. В ушах раздался мерзкий гул, точно после большого взрыва, и Рэдфилд поспешил опереться о край раковины, чтобы не упасть. В его глазах потемнело, сердце часто-часто забухало в груди, кровь забурлила, и он по-волчьи оскалился.
После укуса волка гул и боль в голове возникли почти сразу же и заставляли Криса рычать и злиться практически по любому поводу, что было для него абсолютно не характерно. Поэтому, срывая накопившееся от вечной опасности быть убитым какой-нибудь жуткой тварью напряжение на своей команде и кучке тупых клыкастых уродов, заполонивших деревню, Крис был донельзя счастлив, обнаружив в лаборатории Миранды спасительную сыворотку. Ему повезло, и обращение было вовремя остановлено. После попадания жгучего лекарства в кровь его немного отпустило, злость на всех и вся угасла, и «Охотничьи псы» с облегчением выдохнули, узнавая наконец своего решительного и спокойного в любой ситуации, даже если та близка к полной жопе, капитана. Однако, к их сожалению и досаде Криса, лекарство действовало постепенно, так что всю следующую после «исцеления» неделю в голове Криса возникали редкие, но всегда неожиданные вспышки боли, вновь делавшие его требовательным и грубым. Иными словами, злым как волк.
Спустя полминуты гул в ушах чуть притих, и Рэдфилд выпрямился. Обычно эти «волчьи» эпизоды проходили быстро, но в этот раз что-то было не так. Все чувства обострились, а мышцы напряглись, как перед смертельной схваткой. Он облизал мигом пересохшие губы и принюхался, как никогда остро чувствуя запахи блинов, собственного одеколона, зубной пасты и ещё чего-то. Чего-то сладкого и едва уловимого в ванной комнате. Крис потянул носом, стараясь выделить этот потрясающий запах из всех витающих вокруг него. Лаванда и мята. Крис не сомневался, что это были именно они. Ниже живота всё заинтересованно напряглось, во рту скопилась слюна, зрачки расширились, и Крис сжал пальцами полотенце, обмотанное вокруг бёдер. Что за хрень с ним творится? Зверь внутри него, практически полностью уничтоженный лекарством, яростно зарычал и голодно завыл, требуя немедленно добраться до источника учуянного аромата. И Крис, не в состоянии переждать необычное ухудшение своего состояния в ванной, вышел в коридор.
Леон пил кофе и без интереса смотрел в окно, когда Рэдфилд, придерживая полотенце, крадучись зашёл на кухню. Ведомый запахами лаванды и мяты, Крис едва не сошел с ума, поняв, от кого именно они исходят. Лаванда и мята. Запах Леона. Его Леона. В ушах Криса снова раздался гул, заставивший его на миг оглохнуть, и он сжал зубы, стараясь унять возникшую в теле дрожь. Ниже живота всё сплелось в тугой узел, и Крису захотелось немедленно нагнуть Леона на стол, вжимаясь в его упругие ягодицы своими бёдрами, вцепиться зубами в его нежную шею, заставить скулить от желания, точно щенок, и драть. Да, чёрт побери, драть его глубоко и так долго, насколько только хватит сил. Прямо на этом столе. Прямо сейчас.
Крис втянул разогревшийся вокруг него воздух, не понимая, откуда в нём возникло столько желания и откровенной похоти. Да, они чертовски давно не виделись, но он всегда мог себя контролировать. Всегда до того бляцкого волчьего укуса, из-за которого выебать Кеннеди стало самой важной целью на данный момент.
Леон дёрнулся от неожиданности, когда крепкое тело внезапно прижалось к нему со спины, вжимая в край стола, но тут же расслабился, охотно поддаваясь чужим рукам. Крис носом зарылся в волосы на его макушке, яростно вдыхая дурманящий запах лаванды и мяты, руками забрался под старую разношенную футболку, с нажимом оглаживая пальцами накаченный живот.
— Ты так потрясающе пахнешь.
— Правда? Оу, я чувствую, ты очень скучал, — явственно ощущая твёрдый стояк, уткнувшийся ему между ягодиц, улыбнулся Леон и предусмотрительно поставил чашку.
— Очень скучал, — дурея от запаха Леона, щекочущего чувствительный нос, подтвердил Крис и, крепко обхватив его одной рукой за шею, облизал пальцы на второй и ловко забрался под резинку его домашних штанов. Тягучее желание, растекшееся от паха по всему телу, подгоняло его, и он хотел как можно скорее уже войти в жаркую потрясающую узость чужого тела.
— Чёрт, Крис, полегче, — Кеннеди охнул и, оперевшись ладонями о край стола, рефлекторно приподнялся на цыпочки, ощутив, как сразу два пальца бесцеремонно проникли в него, растягивая тугие мышцы. Они не занимались сексом почти два месяца, что Крис путешествовал по Европе в поиске Миранды, и пальцы внутри приносили ощутимый дискомфорт. Но не смотря на это, Леон со стыдом понял, что уже возбудился от непривычно грубых ласк Рэдфилда. В домашних штанах стало тесно. И как он только жил эти два месяца? — Крис…
Крис сильнее сжал ладонь на его шее и, надавив большим пальцем на нижнюю челюсть, заставил запрокинуть голову, а затем, не давая больше ничего сказать, смял его губы в требовательном поцелуе. Леон немного опешил от такого напора, но всё же охотно ответил на поцелуй, и Крис, воспользовавшись небольшой заминкой с его стороны, резко двинул пальцами внутри него. Леон вскрикнул и, схватившись за запястье руки, сжимающей ему шею, выгнулся.
— Крис! — крик потонул в несдержанном стоне, когда один из пальцев прошёлся подушечкой по простате. На кухне тут же стало на пару градусов жарче. Леон задышал чаще. Дискомфорт в сочетании с почти болезненным наслаждением заставил его неуверенно сжаться и обмякнуть в сильных руках Рэдфилда, который, тут же поняв, что попал в «яблочко», задвигал пальцами в нужном направлении. Хватая ртом воздух, Леон в беззвучном стоне откинул голову на его плечо, старательно ловя каждую сладкую вспышку удовольствия от двигающихся пальцев внутри себя.
— Да ты чёртов снайпер, Рэдфилд, — пробормотал он и вздрогнул от касания неприятно холодного носа к своему виску.
— Хочу тебя, детка.
— Я же просил не называть меня так, — сердито прошипел Леон и безуспешно попытался оторвать крепкую ладонь от своей шеи. — Я тебе не баба.
— Тогда не зажимайся, — хмыкнул Крис и согнул пальцы, заставив Леона болезненно застонать и слабо задёргаться. Рэдфилд удовлетворённо рыкнул сквозь зубы, провёл языком по его виску, слизав скатившуюся по нему солёную капельку пота, затем лизнул кончик носа, губы, щеку, усыпанную по-юношески очаровательными родинками. Ох, при желании он мог вылизать свою сучку полностью. Но только после того, как отымеет на этом столе.
От возбуждения голова шла кругом, и Крис, нетерпеливо потираясь своими бёдрами о чужие, жадно впился в приоткрытый рот, ловя губами судорожные вздохи и разводя между тем пальцы в разные стороны. Леон ахнул и сильнее прогнулся в пояснице. Оставив на бледной коже следы от пальцев, Рэдфилд отпустил его шею и освободившейся рукой грубо потянул за край футболки, стремясь сорвать ненужную сейчас тряпку. Леон с готовностью поднял руки, и Крис стянул её с него, после отбросив на пол к полотенцу, которое уже давным-давно спало с его бёдер. Контакт кожи к коже распалил обоих ещё сильнее. Оперевшись рукой о стол, Леон запрокинул вторую руку за голову и обнял Криса за шею, прижимаясь губами к уголку рта того в смазанном поцелуе. Крис почти невесомо провёл ладонью по его животу и сквозь ткань домашних штанов обхватил его член, отчего Кеннеди застонал и несдержанно задвигал бедрами, самостоятельно насаживаясь на пальцы.
— Ну же, Рэдфилд, хорош тянуть! Хочу тебя… внутри себя. Сейчас же!
Крис нахмурился и, размахнувшись, хорошенько шлепнул его по ягодице, заставив покраснеть от возмущения. Сучка ведёт себя слишком нагло и нетерпеливо. Но, хорошо, Крис сейчас покажет, кто тут главный. Под разочарованный стон Леона, он вынул пальцы и с силой нажал на его плечи, заставляя улечься грудью на стол. Прижавшись щекой к грубой деревянной поверхности, Кеннеди с предвкушением облизал губы и двинул бёдрами, помогая Крису стянуть с себя штаны вместе с нижним бельем. Он вздрогнул, когда вязкая субстанция потекла между его ягодиц, и, повернув голову на бок, узнал масло, на котором всего час назад жарил блины. От мысли, что теперь Крис с помощью этого же масла собирается отжарить его, Леон нервно усмехнулся, а затем вскрикнул, когда Рэдфилд, пристроившись к нему сзади поудобнее, толкнулся в него. Леон сжал пальцами край стола, а Рэдфилд довольно оскалился. На миг Кеннеди даже показалось, что глаза его сверкнули золотым в свете потолочной лампы, как у самого настоящего волка. Или не показалось? Леон подозрительно сощурился.
Крис рыкнул от вновь шандарахнувшей по голове боли. Гул в ушах на краткий миг оглушил его, в ноздри ударил дурманящий запах лаванды, исходящий от его сучки, и он одним сильным толчком полностью вошёл в распластанное под ним податливое тело. Леон охнул и громко застонал. Всё-таки Крис Рэдфилд — чёртов снайпер. Головка члена ударила прямиком по его простате, отчего в глазах потемнело, а ноги подкосились. Леон закатил глаза и, прикусив губу, замер. Он бы солгал самому себе, если бы сказал, что не скучал по этому потрясающему чувству заполненности, тяжести крепкого тела сверху, по тому, как Крис опаляет своим горячим дыханием его затылок и сжимает его бока пальцами, буквально приковывая его ягодицы к своему паху. Леон довольно зажмурился, всецело отдаваясь ощущениям. Крис тем временем склонился над его шеей и, не выдержав, прикусил за загривок, после чего, крайне довольный собой, размашисто двинул бёдрами, так что Леон громко выдохнул, а стол под ним заскрипел, и чашка упала на бок, разливая по деревянной поверхности уже порядком успевший остыть кофе.
— Мать твою, Крис, — протянул Леон, чувствуя, как капли от брызг неприятно стекают по его коже. — Ты чего такой дикий?
Крис что-то неразборчиво пробормотал и, не дав ему больше времени на то, чтобы привыкнуть, быстро задвигался, глубокими толчками выбивая из Кеннеди полузадушенные стоны. Как и всегда, сначала было неприятно. Леон заскрёб ногтями стол и попытался отстранится, двинувшись грудью по поверхности стола вперёд, но Крис держал его крепко, не позволяя уползти, и спустя ещё немного Леон уже сам жадно двигался навстречу мощным толчкам, кусал костяшки пальцев и изгибался дугой, елозя по скрипящему и пошатывающемуся из стороны в сторону столу. В какой-то момент Крис остановился и, выйдя из него, подхватил под животом, переворачивая на спину, а затем, одним резвым толчком снова войдя в него, поднял, без труда удерживая на весу. Боясь рухнуть на пол, Леон ухватился за Криса, и тот с грохотом прижал его к холодильнику, отчего с того градом посыпались на пол немногочисленные магниты.
— Так и знал, что тебе трудно выбрать между мной и едой, — со сдавленным смешком произнес Леон, крепче обхватывая Криса ногами за поясницу.
— Ты лучше всякой еды, Кеннеди, — ухмыльнулся Рэдфилд и чуть отошел от прохладной дверцы, отчего Леон соскользнул по гладкой поверхности ниже, буквально насаживаясь на его член.
— Ай, блять! — ругнулся он и болезненно зашипел, сжав плечи Криса и стараясь вскарабкаться повыше. Ниже спины итак всё горело огнем, но теперь его будто проткнуло насквозь. Леон обидчиво нахмурил брови, понимая, что Рэдфилд сделал так специально. — Больно же!
— Ты ж моя нежная сучка, — снова вжав его в дверцу, благоговейно улыбнулся Крис, прижимаясь своим холодным носом к его лбу и глубоко вдыхая его запах. — Блин, я уже говорил, что ты потрясающе пахнешь?
Леон покраснел от негодования и смущения, а Крис тем временем подхватил его под ягодицы поудобнее и снова задвигал бёдрами в быстром ровном ритме, как всегда нравилось им обоим. Перед глазами Леона тут же возникла пелена, но тем не менее сквозь вырывающиеся изо рта полустоны-полувздохи он сумел пролепетать:
— Сучка? Ты не прихерел, Рэдфилд?
Крис хмыкнул и облизал его щёку, отчего Леон поморщился и попытался увернуться, отвернувшись от него. Нисколько не расстроившись, Крис прикусил его за подбородок, а затем вцепился зубами в изгиб шеи, и голову Леона вдруг посетила ужасная догадка.
— Блять, я понял. У тебя гон!
Крис задумчиво склонил голову, при этом не переставая двигать бедрами в такт сбившемуся дыханию. Леон вытаращился на него, как будто видел впервые в своей жизни, и Рэдфилду ничего не оставалось кроме как с кивком согласиться с ним.
— Походу, ты прав.
Теперь ему стало понятно, почему этот «волчий» эпизод так затянулся. Волк внутри него, наверное, не угомонится, пока Крис не кончит, прежде тем понаставляя на коже Леона добрую сотню своих меток. Крис виновато поцеловал недавнее место укуса на шее Кеннеди и, никак не удержавшись, проговорил:
— И ты, выходит, действительно, моя сучка.
— Ах, ты…! — покрасневший до кончиков ушей Леон даже не смог подобрать нужного слова, чтобы правильно охарактеризовать Рэдфилда, который со смешком прижался к нему теснее, целуя и кусая его итак уже истерзанные губы.
Переполняемый слишком большим количеством эмоций, Леон задрожал, предчувствуя скорую разрядку, и Крис, навалился на него, придавливая к дверце всем своим немалым весом. Некогда ровный ритм окончательно сбился, и теперь Крис двигался хаотично, то выходя полностью, то резко врываясь внутрь до самого основания. Леон недовольно зарычал сквозь зубы, когда Рэдфилд, дернувшись в предоргазменной судороге, резко замер внутри него, и нетерпеливо заерзал, шире раздвигая ноги и крепче обхватывая ими того за талию. Ему самому надо было совсем не много, чтобы догнать Рэдфилда.
— Почему остано…? — обвиняюще начал было Леон и громко ахнул, почувствовав, что член внутри него вдруг ощутимо увеличился. Крис, конечно, всегда был большим, но это было уже чересчур. — Что за херня?!
— Не хочу тебя пугать, но кажется мы сцепились, — неуверенно предположил Крис, вжавшись своим лбом в лоб Леона, который от такой неожиданной новости сначала замер, а затем дёрнулся под ним, не достигнув этим впрочем никакого результата.
— Сцепились?! Что, блять, как волки, что ли? — яростно вскрикнул Кеннеди и несдержанно простонал, ощущая, как член внутри него неотвратимо увеличивается в размерах, с такой силой давя на простату, что у него буквально темнеет в глазах.
— Похоже на то, — нервно усмехнувшись, протянул Рэдфилд, наблюдая за тем, как щёки обычно не стеснительного Леона окрашиваются в ярко-розовый цвет и как тот отчаянно выгибается и ёрзает, как уж на сковородке, едва сдерживая громкие стоны, от которых у Криса по спине бегут мурашки. Он никогда бы не подумал, что Леон умеет издавать настолько пошлые звуки. Просто музыка. Что-то чужое, волчье, внутри него довольно оскалилось. Да, чёрт возьми, Леон теперь только его сучка! Он будет им помечен со всех сторон и заполнен им до отказа. Крис жадно прижался к изгибу его шеи губами, а затем прикусил один раз, второй и третий, оставляя на нежной коже яркие метки.
— Нет, Рэдфилд, этого не может… — не закончив фразу, Леон гортанно простонал и снова попытался расцепиться. И снова неудачно. На этот раз от неудавшейся попытки где-то глубоко внутри него стрельнула жгучая боль. Он всхлипнул и испуганно задрожал, а Крис яростно зашипел и, прикусив его за плечо, всем телом вжал его в холодильник, не давая больше пошевелиться. Леон закатил глаза и, до крови впившись зубами в нижнюю губу, постарался расслабиться. Выходило это крайне скверно. Узел рос внутри него, и если в первые мгновения это было до одури приятно, то сейчас стало больше больно. Мышцы неохотно растягивались, а от пульсации члена внутри вкупе с вибрацией холодильника за спиной Леон, жалобно постанывая, то и дело улетал куда-то из этой реальности, болезненно щурясь и морща лоб.
Наконец, узел перестал расти, и Леон обессилено выдохнул, облегчённо прикрывая глаза. Крис великодушно отцепился от его плеча и, аккуратно мазнув кончиком холодного носа по его щеке, мягко провёл языком по его губам. Леон сильнее обхватил его руками за шею и дёрнул за волосы за затылке. Крис нахмурился, крепче сжал его ягодицы, оставляя на коже бледные полосы от пальцев, а затем Леон резко распахнул глаза, почувствовав, как палец Рэдфилда обвёл напряжённое колечко мышц и кончиком погрузился внутрь.
— Ты так охеренно растянут моим членом.
— Крис, замолчи. И пальцы свои оттуда убери. Мне неприятно, — прошептал Леон.
— Прости, — Крис выполнил его просьбу, но долго молчать не смог: — Внутри тебя так горячо, я просто схожу с ума.
Леон облизал губы. Он и не сомневался, что Крис сошёл с ума. Леон и сам, кажется, сейчас сойдёт с ума. Происходящее в данный миг казалось просто каким-то нереальным.
— Все нормально, детка? — осторожно спросил Крис спустя долгую минуту тишины, заполненную лишь тихим сопением Леона перед ним.
— Смотря, что для тебя «нормально», — приоткрыв один глаз, не без ехидства произнёс Кеннеди. У него не было ни желания, ни сил ругаться из-за того, что Крис снова назвал его «деткой». Кеннеди только благодарил бога за то, что Крис никогда не жалел денег на тренажерку, систематически употреблял в пищу белок и теперь способен удерживать его, не давая соскользнуть вниз снова. Иначе бы его попросту разорвало пополам. Возможно ли вообще сдохнуть от члена внутри? Леон не хотел это проверять. Тянущая боль в то время, что они замерли на месте, как в какой-то дурацкой игре, незаметно отступила, пульсация внутри успокаивала, и теперь Леон чувствовал себя максимально растянутым и заполненным до предела, а от этого снова дико возбудился. По щекам расползся предательский румянец, пальцы на ногах судорожно поджались, и Леон, чувствуя себя самой настоящей похотливой сучкой, уже не мог с уверенностью заявить, что происходящее ему совсем не нравится. Заметив его вернувшуюся эрекцию, Крис перехватил его одной рукой, а другой потянулся к нему, мягко обхватывая его член в кольцо. Чувствуя каждой клеточкой своего тела распирающее его изнутри естество Криса, Леон громко выдохнул и осторожно двинул бёдрами навстречу ласке, и Крис накрыл его губы своими, прерывая его охрипшие стоны. Леон не отказал себе в удовольствии прикусить его за язык, мстя таким образом за неудобное положение, в котором оба оказались, а он в первую очередь.
— Эй! За что?
— За то, что не успел вовремя высунуть, волчара, — сузив глаза, прошипел Кеннеди, глядя на него исподлобья.
— Откуда ж я знал? — Крис чуть двинулся внутри него, отчего перед глазами у Леона взорвались разноцветные искры и рот судорожно распахнулся в немом стоне.
— Блять, Рэдфилд, не смей шевелиться, — взмолился он.
Крис мгновение внимательно смотрел на него, а затем нехорошо улыбнулся. Леон расширил глаза.
— Ты не сделаешь этого, — уверенно сказал он и тут же поперхнулся собственным хриплым стоном. Крис не спеша качнул бёдрами снова, и Леон от души врезался короткими ногтями в его плечи от хлыстом ударившего по его нервам удовольствия. Это было чересчур хорошо. Просто нереально. Леон запрокинул голову, вжимаясь затылком в холодильник, и заскулил. Рэдфилд же по-звериному рыкнул от крышесносного ощущения крепко обхвативших его со всех сторон мышц и повторил движение вновь, стремясь продлить его.
— Твою-то ма-а-ать, — задрожав, простонал Леон и выгнулся, прикрывая глаза, кухня перед которыми вместе с Крисом то и дело плыла куда-то. Пульсация внутри вдруг стократно усилилась, заставив его по-волчьи взвыть и, сжав чужие плечи до боли в пальцах, отчаянно задёргаться в мощнейшем оргазме. Последнее, что он почувствовал, как Крис с толчками изливается в него. Перед глазами в последний раз взорвались разноцветные искры, и он, потеряв сознание, рухнул в темноту.
Леон открыл глаза менее чем через минуту и сразу же понял, что лежит на диване в гостиной, укутанный в плед и крепко прижатый к теплой мускулистой груди Рэдфилда, который, сыто скалясь, наблюдает за ним своими светящимися в наступившей полутьме вечера золотистыми глазами. Поясница болела, ниже спины тянуло, и Леон густо покраснел от ощущения медленно вытекающей из него спермы. На его животе также растеклись белёсые брызги, а он даже не помнил, когда в ходе последних умопомрачительных событий успел кончить сам.
— Оу, с возвращением. Ты меня немного напугал, — прошептал Крис ему на ухо и ласково прикоснулся к его лбу губами.
— Серьёзно? Это я напугал тебя? — стараясь унять смущение и одновременно спрятать ладонями пылающие щёки, взвился Леон. Даже находясь один в кишащем ужасающими тварями полицейском участке Ракун-Сити, он умудрился ни разу не потерять сознание от страха или усталости, а тут бахнулся без чувств… от члена внутри себя! — Что это такое было?!
— Видимо, лекарство ещё не до конца подействовало, — неловко признался Крис и виновато нахмурился. Волк внутри него, наконец-то, умолк.
— И что, когда оно подействует… такого больше не будет? — неуверенно уточнил Леон.
— Скорее всего, нет.
На минуту-другую замолчали.
— Прекрасно. Тогда до этого момента ты не прикоснешься ко мне.
— Уверен?
— Нет.