Archive of Our Own

Chapter Text

Tomorrow We Fight by Tommee Profitt-feat Svrcina

По поляне Запретного Леса пробежал холодный ветерок, цепляя выросшую до колен траву. Деревья тяжко закачали своими устрашающими ветвями, заставляя повисших на них огромных пауков, шататься и неуверенно передергивать лапами. Оборотни втянули своим обонянием очередной порыв, остро ощущая каждого находящегося рядом в радиусе мили. Орки и Великаны грузно осели позади, зализывая полученные на поле битвы раны и плотоядно поглядывая на стоящих подле них людишек, заставляя тех не выпускать из спин напряжение, а из рук палочки. Одна сторона, другая, это не имеет значения в пищевой цепи. Среди людей и нелюдей, группки волшебников столпились ближе к холму. Вроде по рангу, а вроде и кто с кем знаком. Не имело значения. Каждый неприближенный старался неслышно дышать, двигаться. Просто слиться с местностью. Нотт с тяжестью и усталостью в глазах с синими мешками смотрел в спину своего отца. Тот преклонил колени перед существом, не человеком, лебезил пред ним, целовал ему мантию. Как жалко , звучало в его голове звучным харком его любимой тетушки. Она бы смотрела на это с презрительной усмешкой, отстукивая свою позолоченный мундштук о воздух и фыркая. Она всегда говорила, что дом Нотт давно пал, давным давно отжил свои лучшие века . Сейчас, думает Нотт, он понимает это. Он наблюдает, как Беллатрисса Лестрейндж лебезит перед подобием человека, восторженно бормочет о новых пытках, поглядывая на захваченных пленников - старый смотритель, полугигант, Хагрид, Теодор не знает его так хорошо, чтобы горевать в случае смерти. Но все равно прячет глаза, не смотря на маску. Другие заложники - всего лишь школьники, учителя. Люди, которых он видел и с которыми иногда здоровался на протяжении семи лет. Он ловит взгляд Мистера Паркинсона. Тот необычайно бледен и явно нервничает, до скрипа серой перчатки сжимая свою трость-палочку. Он не успел выхватить свою дочь в пылу битвы. Наверное, думает Тео, Мистер Паркинсон не верит в милосердие светлой стороны. Теодор тоже не верит. Но Панси Паркинсон, которую знает, та еще ушлая личность. Она из тех кто всегда выживает. Хотя и не из тех, кто умеет держать свой длинный язык за зубами. Он ловит панический взгляд её отца и отворачивается. У него нет сил и желания геройствовать.

После первой волны атаки прошел почти час. Уже светало. Теодор не знает устройства солнечных часов. Он не уверен в этом. Его глаза касаются кровяной корочки на тыльной стороне правой ладони. Анзус Халагас Райдо . Он начертил это чужой кровью, когда его отец вырвал его из столпотворения и заставил драться. Он наблюдал за его ухмылкой, безумными глазами, шрами на руках и спине остро ныли, напоминая. Потом его омыло. Одному из школьников оторвало руку заклинанием и Теодор попал под всплеск крови. Он не боец, - думал он, рассматривая свои дрожащие руки не в первый раз. Но ему хочется жить, вторил он сам себе, опускаясь на колени прямо в лужу крови и ныряя туда пальцами. Он сосредоточился на намерении, повторял раз за разом на старом родном ирландском, как учила его мама. Ветвь за ветвью, кровь по крови, остуди мой разум, заколи мой дух, укрой мои глаза от ярости, ветвь за ветвью, круг на круге. Он знал, что останется шрам, кровавая татуировка, прямо на тылу ладони. Но ему было так все равно, если это дало ему возможность жить.. Пережить отца. Пережить войну. Прочитать новую книгу. Увидеть, как ему снова кто-нибудь улыбнется. Он не помнит, как потом обе стороны отступили. Не помнит, как Нарцисса Малфой, бледная, словно стала Инфери и вернулась, ходила и осматривала каждого в поисках своего сына. Не помнит, как его отец сказал ему что гордится им. Не помнит, как одна из двойняшек Керроу, вцепилась в его окровавленную руку с противной плотской усмешкой,будто пыталась подражать дрожайшей Миссис Лестрейндж. Помнит только, как очнулся, услышав буквально отчаянную мольбу самого нечеловеческого существа, что видел в своей жизни - Волдеморта, о капитуляции. Гарри Поттер должен прийти на эту поляну, сказал Темный Лорд. Теодор же не верит, что на свете существует хотя бы один человек, готовый бросить собственную жизнь ради кучки недоумков, большие из которых ему даже не знакомы. Умереть просто так..

Зеленый яркие глаза смотрели на него с высоты его небольшого роста. Глупая огромная клетчатая рубашка, висящая на тощих плечах низкого мальчика, делала его еще более маленьким. Вихрь черных волос на голове, живущий своей жизнью и слегка извивающийся от ветерка гуляющего по тамбуру. Теодор моргнул, одергивая ранее поднятый рукав и хмурясь. Его вторая рука на автомате прижимает раненую ближе к груди и прячет от чужих глаз. Хогвартс-Экспресс громко гудит о скором прибытии на станцию Хогсмида. Тео нужно вернуться в купе к Булстроуд и Энтони Голдстейну. Его отцу не понравится если пойдут ненужные слухи. Он дергается в сторону выхода, но мальчишка с зелеными глазами не двигается, упрямо поджимает губы и смотрит на него так непонятно-непонятно. Так эмоционально и открыто. Теодор не знает, что с таким делать. 

“Его нигде нет, милорд” - дрожаще протянул один из егерей. Низшие волшебники, полусквибы, выросшие на улицах Лютого и старых бродяжих таверн. Отец Теодора ненавидел их, презирал. Забавно, что сейчас они все стоят на коленях перед одним и тем же нелюдем. Теодор отчетливо улавливает свистящий вдох Темного Лорда через его змееподобные ноздри, он ощущает как по затылку пробегают холодные капли пота. Хотя его плечи невольно расслабляются - он не пришел. Еще есть шанс. Нелюдь сделал несколько шагов вперед по лестной тропе, ступая босыми ногами и мягкой поступью, словно змея поднимающаяся ввысь из любопытства. Теодор наблюдал, как Миссис Лестрейндж кралась следом, явно надеясь уловить любую перемену, любое слово своего милорда и рвануться в кровавый бой. Его собственные плечи медленно поднялись и опустились, когда где-то спереди поляны послышался шелест камней, а затем..

“Ты не ошибся”, - послышался громкий и дерзкий оклик. Теодор замер, сжимая собственную палочку в держателе. В голове что-то разбивалось. Возможно, последние надежды. Он, Гарри Поттер, этот самопожертвующий придурок, стоял там прямо перед Темным Лордом, без палочки. Снова в этих ободранных лохмотьях, худой как щепка, с впавшими щеками, ободранными локтями даже под курткой. Подбитая бровь и губа. Сейчас Теодор внезапно понимает, что никогда не видел его настолько … павшим. Не смотря на свою худобу, на раны или бинты, которые он постоянно носил. За круглыми очками-велосипедками, всегда горели зеленые глаза, губы изредка изгибались в звучной ухмылке, особенно рядом с его ближайшими друзьями. Эти глупые гриффиндорцы, думает Тео. Где же они сейчас? Неужели, они действительно просто отпустили его? Горло перехватывает, в груди холодеет. Поттер стоит ровно, его ноги не дрожат. Но плечи опущены, вместе с когда-то дерзко поднятым подбородком. На уголках рта появились морщины. У него была поза, выражение, нет.. Он просто был поникшим. Уставшим. Он сдавался. Рассматривая эти затухшие глаза, Нотт почему-то вспоминал листву деревьев. Сейчас май, но в этих зеленых глазах царила холодная зима. Как давно зелень затухла в этих глазах?
“Гарри Поттер” прошипел Темный Лорд, театрально раскидывая руки в стороны. Его красные глаза сузились, а подобие рта растянулось в довольном оскале. “Мальчик-который-выжил пришёл умереть”..

Это было одно мгновение. Казалось на поляне повисла осязаемая тишина. Протяни руку и ты схватишь ее. Теодор почувствовал, как резко вдохнул сквозь сцепленные зубы, а его отец крепко-накрепко удерживал руку на плече. Было больно. Теодор даже не знал, что он вырывался.

Вспышка зеленого света, совершенно холодного и безличного, была мимолетной. Будто просто очередной люмос в темном коридоре. Всего два слова и Поттер упал мертвым грузом в траву. Ветер зашелестел листвой, пауки зацокали своими огромными клыками. Оборотни молчали. Волшебники ликовали. Или притворялись в своем ликовании. Теодор же просто смотрел на спину мальчишки. Вставай, кричал он в своих мыслях, далеко за барьерами окклюменции. Вставай же. В ушах почему-то послышался гудок поезда. Ноги задрожали.

“ Я никому не скажу” сказал мальчишка. Его рука, такая же маленькая как и он сам, но в царапинках и ранках, так яростно тянула рукав чужой рубашки. Теодор изумился: “Как в таком малыше собралось так много силы?”. Он поднял взгляд. Зеленые глаза смотрели грустно, без сожаления или жалости. Мальчику будто было ужасно грустно. Он упрямо поджал свои розовые тонкие губы и хмурился. “Я клянусь, я никому не скажу!” Протянул он так отчаянно и Теодор задохнулся от мимолетной вспышки золотистой магии протянувшейся между ними. Этот мальчишка..

“Ты хоть знаешь, что только что сделал?!” Яростно прошипел Теодор, отдергивая руку. Он ожидал всего, упрямости, кивка, насмешки. Кроме поразительно уязвимого взгляда и слез, набежавших на этих зеленые глаза. “Ч-что за.. Ты чего ревешь?” Ошалело зашептал Нотт, отдергиваясь в сторону и оглядываясь на выход. Мальчишка шмыгнул носом и с силой потер рукой свое лицо.

“Извини! Мне жаль! Я понимаю.. я просто.. п-просто я дум-мал.. что м-могу помочь..” Под конец он уже бормотал и его мокрые глаза опустились, бегая по полу Тамбура в поисках выхода. Теодор неуверенно уставился на него. Мальчишка дернулся, словно от удара, когда Нотт протянул руку к чужому плечу и тогда они оба замерли.

“Мне жаль, что я обидел тебя”. Протянул Нотт, хотя и не чувствовал себя особо обязанным. Судя по его одежде и повадкам, мальчишка явно грязнокровка. Его отцу не понравится то, что они даже стоят так рядом. Он отвел взгляд. “Но мне не нужна помощь.”

“Я знаю,” прошептал мальчишка. Теодор удивленно поднял голову, встречая такую ярость в чужих глазах. Горячее, обжигающее зеленое пламя пылало, а магия. явно пахнущая озоном, пронизывалась в воздух. “Я знаю, что ты не примешь мою помощь. Таким как мы,она не нужна.” Прошептал он снова, заставляя чужие брови подняться. “Но я никому не скажу.”

Мальчик развернулся и уже открыл дверь тамбура, а потом обернулся и рывком протянул Теодору маленький кулачок. Нотт моргнул, неуверенно подставляя ладонь и забирая то, что мальчик хотел ему отдать. Зеленые глаза зорко сверкнули, дверь тамбура за ним захлопнулась, оставляя Теодора одного на покачивающейся площадке. Он раскрыл свою ладонь.. Если бы не его тетя, которая считала что не знать своего врага, значить унизить себя, он бы выкинул этот кусок бумаги. Но так. Он снова подтянул рукав на больной руке, рассматривая открытую нарывающую рану от сигары. Ранка по краям уже подсохла, но в середине неприятно намокала и покрывалась какой-то белой слизью. Оно жутко жгло и болело. Он знал, что когда попадет в Слизерин, профессор Снейп подлечит его, но сейчас ему нужно дотерпеть.. Неуверенным движением он сорвал одну сторону с подаренного ему пластыря и быстро закрепил на нарывающем месте. От боли на глазах выступили слезы, но он сдержался с силой прикусив губу. Пластырь быстро намок, но просто впитал в себя эту неизвестную ему гадость и будто охлаждал. Изо рта вырвался рваный облегченный выдох.

Позже он узнал, что этот мальчишка и есть тот самый Мальчик-Который-Выжил.

“... ты не примешь мою помощь. Таким как мы, она не нужна”.

 

Звучало в его голове оглушающим набатом. Нотт забыл, как дышать. Он смотрел на неподвижные плечи Поттера и не мог даже двинуться. В горле стоял ком. Этот мальчишка. Этот глупый придурок. Он опустил голову как можно ниже, упираясь подбородком в грудь и сглатывая. Глаза жгли, совсем как в тот день.

Почему ты не попросил моей помощи, Поттер? Почему никто не помог тебе? Почему ты здесь один?  Теодор задыхался, он не заметил, как его отец наложил на него силенцио , ему было плевать. Было так больно. Отрезвила только пощечина. Он открыл глаза, смаргивая слезы и оглядываясь. Процессия Темной стороны двинулась в сторону Хогвартса. На поляне остались единицы. И он с отцом. Тео встретил его взгляд и почувствовал .. ничего. Обычно, нет, всегда, когда он смотрел на него, на того, кто породил его, он чувствовал ненависть, вину, сожаление, жалость, презрение. Сейчас же. Казалось будто вместе с одной смертью, что-то в нем разбилось на осколки. Он слабо двинул рукой, отталкивая руку своего отца от ворота мантии. Тот брезгливо фыркнул.

“Ты не посмеешь опозорить меня еще раз своей истерикой, Теодор.”

Тео не ответил. Он пусто смотрел в сторону Хогвартса. Южная башня была разрушена и все еще тлела. Стеклянная крыша в часовой была разбита, огромные маятники, которые когда-то качались из стороны в сторону с глухим стуком, были сбиты на внутренний двор. В стене была огромная дыра.

…. “Знаешь, я никогда не выезжал из Англии. Я бы хотел путешествовать, просто хоть куда-нибудь. Увидеть мир. Маггловский и волшебный. Все равно.” - его губы неуверенно дернулись, он снова провел рукой по своей растрепанной шевелюре. Зеленые глаза забавно сощурились от солнца, успевшего забежать за грузную тень маятников. - “Может быть.. Там было бы место для меня? Ну знаешь.. Для Гарри, просто Гарри..”...

Нет. Прошептал он, делая несколько шагов в сторону замка. Оттуда послышался взрыв и громкий знакомый визг.

… Он удивленно дернулся, когда над ним повисла тень. Поднимая голову и открывая рот, чтобы сразу послать неизвестного, Теодор замер, встречая знакомые зеленые глаза Поттера. Этот глупый мальчишка свесился со своей метлы и разглядывал его. Тео нахмурился. Поттер только ухмыльнулся. Этот придурок.
-”Это не похоже на Арифмантику, Нотт.” Проговорил Поттер и уши Тео залились румянцем. Он с диким хлопком закрыл книгу и поднялся на ноги, стремительно перебирая ими и стараясь не споткнуться о мантию. Всего один день, думал он. Он хотел побыть в одиночестве и почитать эту глупую книгу, всего один день. “Я никому не скажу!” Проговорил Поттер уже громче, явно надеясь остановить его. Это сработало. На запястье дернулась знакомая нить старой клятвы и Тео порывисто выдохнул, напряженно поворачивая голову поверх плеча. Поттер, этот гриффиндорский дурак, стоял там, неуверенно покручивая в руках свою метлу и поглядывая на него своими глупыми, глупыми зелеными глазами. Тео заставил себя выдохнуть и расслабиться. Он усмехнулся именно так, как учил его отец. Прямо на его глазах лицо Гарри потеряло всякий цвет и эмоциональность, он скрылся и снова спрятал глаза за длинной челкой.
“Как будто тебе кто-то поверит, Поттер”. Выплюнул он, стараясь не обращать внимания на то, как дернулись плечи мальчишки и как он крепче перехватил рукоять метлы. Теодор хотел уйти первым, но Поттер уже успел запрыгнуть на метлу и стремительно улететь прочь. Далеко в небо. Теодор рвано выдохнул, похлопывая себя по груди и недовольно поджимая губы. Прости, Поттер, подумал он, всматриваясь в нескольких старшекурсников Слизерина, сидящих на соседних трибунах чуть повыше. Но ты не можешь общаться, не со мной…

Теодор бежал. Он знал, что где-то порвал собственную рубашку и упал, подворачивая себе лодыжку. Он не спортсмен и единственный раз, когда он бегал был от пьяного отца, который решил показать ему на явном примере какой была когда-то Охота на Белтейне. Теодор добежал до моста, останавливаясь в порыве одышки и оглядываясь постоянные вспышки и трески аппараций. Пожиратели Смерти.. бежали с поля боя. Он удивленно раскрыл рот на мгновение, но затем снова огляделся. Он успел поймать взглядом платиновый блонд и рванулся вперед. Малфой, думает он, всегда был одержим Поттером. Но не так, как он сам.

..” О-о-о, вы слышали это? Оказывается Поттер слаб до Дементоров. Мой отец говорит, что в обморок падают только те, кто пережил Азкабан. Интересно, может быть наш Святой Поттер не такой святой, каким хочет казаться, ха?” протяжно бредил блондин, растянувшись на софе перед камином и подкидывая вверх и вниз яблоко. В этом году он ими одержим. Теодору нужно будет проверить, существует ли какое-нибудь зелье вызывающее аллергию на определенные продукты. Его уже так достали эти яблоки. Он напряженно сжал собственное перо, стараясь дописать очередную строчку эссе по ЗОТИ. В этом году, слава Моргане, у них был достаточно квалифицированный преподаватель. Даже если он чертов оборотень. Шлеп-ввих. Шлеп-ввих. Шлеп-ввих. Теодор раздраженно дернул челюстью. А Малфой всё продолжал: “Я слышал, что в маггловском мире существуют тюрьмы и пыточные камеры. Возможно, летом Поттера постоянно отправляют туда? Каждый сентябрь и каждый раз он все более сумасшедший и идиотский. Пхах!”

“Малфой, заткнись уже.” - Рявкнул Блейз, откидывая его яблоко в камин. “Хочешь поныть о Поттере, вали в Гриффиндорский фанклуб! Мы пытаемся учиться и не завалить свои оценки! У некоторых из нас нет мамочки и папочки, которые могут подлизать зад Совету Управления за оценки их ребенка!”

Лицо Малфоя залилось яростным румянцем. Он издал противный горловой рык. С его ломающимся голосом это звучало совершенно жалко. Теодор наклонил голову поближе к пергаменту.

“Как ты смеешь, Забини! …” он подорвался на ноги, встречаясь носом с темнокожим итальянцем и отталкивая его обеими руками. Правда с комплекцией Забини это вышло опять же не очень удачно. Он на мгновение выдохнул, замечая зрителей по всей гостиной. А затем насмешливо ухмыльнулся. Теодор устало достал палочку, уже зная, что произойдет. Губы Малфоя изогнулись, а затем он протянул: “Не уверен зачем тебе учиться, Забини. Ведь твоя любимая мамочка всегда может выйти за кого-нибудь в Правлении и..”

Палочки Блейза и Малфоя вылетели в его руку, в то время как Дафна очень вовремя охватила первого в легкое Инкарцеро. Теодор устало потер переносицу.

“Я устал от вас.” Прошептал он в повисшей напряженной тишине, закрывая учебник с пергаментом и поднимаясь на ноги. Малфой что-то несвязно пискнул. “Посидите тут у камина вдвоем, связанные. Я читал, что если связать мышь и льва в одной клетке, они научатся жить во взаимовыручке”. Протянул он, откидывая чужие палочки в руки второгодки и щелкая дверью за собой. Он потянулся, раскачивая напряженной спиной. А потом застыл, удивленно уставившись на висящую с парапета ногу. Без тела. Его брови нахмурились и он огляделся. Стягивая мантию невидимку и встречая спящее лицо никого иного как Поттера, Теодор беззвучно выругался. Только этого ему не хватало. Конечно, именно в тот момент когда на него охотится массовый убийца, Поттер будет спать где-то в подобном месте. Он раздраженно потянулся к чужому плечу, собираясь посильнее дернуть этого недоумка, чтобы больше не думал спать в неположенных местах. Когда его зоркий глаз уловил отблеск света, которого там быть не должно. Теодор уже достаточно давно привык к светло-карамельному оттенку кожи Мальчика-который-выжил. Он приметил это как опознавательную черту, вместе с его живой шевелюрой, чтобы находить в толпе и уходить в другую сторону подальше. Поэтому зеленовато-черный был новым. И неправильном. Он неуверенно оглянулся на чужое лицо, уверяясь, что парень спит крепким сном, и легким движением подцепил ворот чужой рубашки. Огромный синяк с красным подтеком уходящим на спину, тянущийся по его плечу и заходящий прямо на шею. Похоже на ремень. Теодор снова отодвинул руку, оглядывая мальчика теперь уже более внимательно: опухшая губа, явно недавно зажившая и покрывшаяся новой кожицей. Неправильное положение запястья, даже в расслабленном состоянии. Вечные царапины и мозоли на раскрытых сейчас ладонях. Слишком большая одежда, из под футболки даже выглядывает .. веревка? Брови недовольно опустились. Неужели его родственники не могли купить ему пояс? Или это какая-то маггловская мода? Его прервал хриплый стон. Он испуганно дернулся назад, лишь потом прислушиваясь. “Нет.. Мама.. Нет.. Не надо.. Джинни.. Рон.. Нет.. Я не хочу. Пожалуйста, я не..” По худым впалым щекам покатились сверкающие слезы, а его руки задергались в поисках чего-то за что можно было бы ухватиться. Теодор поджал губы, отворачиваясь, неуверенный что он должен был это видеть. В конце-концов, они не друзья. Даже не знакомые. Они просто.. “Нет! Дядя Вернон! Нет, пожалуйста, это не я! Это не я!”

“Поттер, проснись!” зашипел Тео, попутно накладывая на коридор заглушающие и отводящие чары. Их не должны заметить вместе. Нотт неловко дернулся от резкого захвата чужой руки на собственной. У Поттера, вспоминает он, очень крепкая хватка. Он снова дернулся чужое плечо, в этот раз мягче и осторожнее. Он помнит, как страшно просыпаться после кошмара перед незнакомцев. “Эй..”

No Time To Die by Billie Eilish

“Нотт?” Сонно пробормотал Поттер, смаргивая слезы с глаз и хрипло откашливаясь. Он неловко огляделся вокруг, явно пытаясь вспомнить где именно он. Однако, когда он проснулся он не дернулся в сторону, как ожидал Тео, просто подвинулся немного и отпустил его рубашку, спрятал взгляд. “Я кричал?” Тихо уточнил он. Теодор промолчал, внимательно наблюдая за ним. Гарри слабо кивнул, будто получил ожидаемый ответ. Он каким-то унылым и таким уставшим взглядом посмотрел в сторону замыленного зеленого стекла. “Ты знаешь, что в Подземелье всего десять таких окон? И все они находятся около подьема на верхние этажи.” Тихо пробормотал Поттер, водя кривым пальцем по стеклу. Он тоже был сломан, подметил Тео, оглядывая чужую руку. Словно почувствовав его взгляд, Гарри спрятал руку в длинный рукав рубашки и поджал к себе колени. Верно, думает он. Они ведь не друзья. Он невольно поджал губы и спрыгнул с парапета,щелкая каблуками туфель.

“Почему ты не в Гриффиндорской Башне?” выдал он вопрос совершенно случайно, тут же прикусывая язык и отворачиваясь. Мерлин, он ведь должен был просто уйти. Он разбудил его, выполнил свой должок. Теперь он может уйти.

Поттер ненадолго замолчал.

“Я узнал, что Сириус Блэк предал моих родителей”. Протянул он бесцветно. Безжизненно. Почти горько. Тео кинул на него изучающий короткий взгляд, но Поттер не смотрел на него. Он смотрел в окно, явно недовольный. В тихой ярости. “Я хочу его убить.” Прошептал он еще более хрипло, на этот раз встречаясь с ним взглядом. Его глаза обычно похожие на яркие летние листья, сейчас горели собственным пламенем отмщения. Пламенем известного смертельного проклятия. Теодор замер, невольно завороженный. Черное озеро отдавало лунными тусклыми бликами через бутылочно-зеленое стекло, освещая их незаметный для чужих взоров уголок. Внезапно с лица Поттера пропало это чарующее пламя ненависти, уступая неуверенности и страху. Он напряженно сжал губы и ближе подтянул к себе колени, оглядываясь на Теодора. Он.. боится его? Почему-то это ужалило, пока Поттер не прошептал так же сломано, как когда-то в первый день. “Ты.. понимаешь?”

Он боялся не его, пораженно понял Теодор. Он боялся его осуждения и отчуждения. Но.. Но что такого в Тео, что Поттеру так важно его мнение? Почему именно он? Теодор хотел спросить об этом, но с каждой секундой взгляд Поттера становился все более отстраненным и пустым. Он ждал его отказа. Он уже принял его отказ, удивленно понял Тео. Он даже не ожидает, что я могу принять его, болезненно горько шептало ему сознание. В каком-то неясном порыве, Нотт сделал пару шагов обратно, кладя свою слишком широкую руку в сравнении с чужой, на его колено (и тут же мимолетно вновь поражаясь его хрупкости). Он наклонился чуть ближе, словно знал, знал на какой-то далекой подкорке, что нужно быть тише. Это важно. Лично. Только для них.
“Я понимаю” прошептал он, наблюдая как черты лица другого мальчика изменяются в мягкое удивление. Зеленые глаза слегка дергаются и расширяются. Теодор сам для себя отмечает небольшую тень, которую отдают длинные поттеровские ресницы. “И я никому не скажу”. Нить магии между ними знакомо натягивается, в этот раз более крепко. Осознанно. И Теодор действительно теперь никому не скажет. Особенно то, как глаза Поттера загораются новым оттенком зелени, его губы дергаются в слабой улыбке, а по щекам растекается здоровый румянец.. Теодор еще не придумал с чем его сравнить. Но он думает что наверное таким цветом они горят, когда он счастлив. Он очень надеется. Возможно, ему придется понаблюдать еще немного… Совсем капельку..

“Малфой!” Рявкает он, дергая худую руку блондина. Тот пятится, а Люциус Малфой вместе с Нарциссой вытягивают в его сторону палочки. Правильно. Они думают, что он пришел по их души. Перебежчики. Трусы. Так бы сказал его отец. Но он не он. “Где он?” Пробормотал Тео, наблюдая как взрослые переглядываются и хмурятся. Они наверняка считают что это об отце. Но Драко понимает. Он видит это по тому, как дергаются уголки его глаз, как появляется морщинка между бровей и приоткрывается рот. Теодор не выдерживает. “Скажи мне. Прошу”.

“Наследник Нотт, ваш отец..”

“Он сражается, с ним .” Прервал своего отца Драко. Его голос хриплый, едва слышный посреди громких взрывов заклинаний и продолжающихся тресков. Тео чувствует, как внутри него осколки громко звенят. Жив . Он жил . Он кидает порывистый взгляд на замок, в глупой надежде увидеть. Заметить. Оборачиваясь он натыкается на палочку прямо у своего лба. Он сглатывает. “Леди Малфой”, вырывается у него.

“Ты всегда звал меня Тетя Цисса, Тео.” Фыркнула его крестная, совершенно не женственно и невоспитанно. Его губы слабо дернулись в улыбке. Он чувствует как его омывают самые стандартные целительные чары, его лодыжку охватывает холодом, а затем он резко встает на место. Кровь и ожог от руны пропадают, оставляя черный отпечаток. Он прикрывает глаза, рассматривая его, кивает сам себе и разворачивается в сторону замка, на ходу доставая палочку.

“Тео!” Послышался окрик. Он обернулся. Малфой выглядел неуверенным и задумчивым. Он понял, прошептало его сознание. Тео кивнул сам себе. Сейчас Ему необычайно плевать. “Не умри там, плевать за кого”, выплюнул его крестный брат и Тео не удалось сдержать смешок. Он отмахнулся и побежал. В этот раз было легче. Казалось осколки медленно вставали на место и гудели, будто в предчувствии. Быстрее , шептали они. Тео перепрыгнул через чье-то тело, тут же оказываясь в главном Холле Хогвартса и выставляя щит против пролетевшего в него Станнера. Он оглянулся - Дин Томас. По его виску скатился холодный пот, он тяжело оперся на ногу, опуская палочку, но не опуская щит. Они не были близки с Томасом. Но возможно.. Медленно, очень медленно, под прицелом палочки одноклассника, Тео закатил собственные рукава, демонстрируя чистые запястья. Глаза бывшего гриффиндорца на мгновение сузились, а затем он жестко кивнул и опустил палочку, разворачиваясь и давая подмогу своим коллегам в битве против очередного Пожирателя. Тео выдохнул, перехватывая собственную палочку и оглядывая свои предплечья. Они были пусты только по одной причине. И из-за него, он должен идти дальше..

..”Я не верю, что ты не можешь избежать этого!” Закричал Поттера. В очередной раз. Теодор сидел прямо подле стены, угрюмо наблюдая за шатающимся маятником. Тик-так.Тик-так.Тик-так. Волосы Поттера в ярости живо шевелились. Глаза снова метали зеленые молнии. “Возможно, если ты сыграешь слабого.. Или..”
“Мой отец убьет меня, если усомнится в дезертирстве, Поттер. Он сам тренировал меня, он знает на что я способен. Он растил меня для этого.” Последнее он прошептал едва слышно, отвернув голову в сторону. Говорить не хотелось. Турнир окончен. Сегодня предпоследний день учебного года. Поттер только успел выбраться из Больничного крыла, явно горящий желанием пожаловаться. Поначалу Тео был обеспокоен и даже слегка разбит надеждой на то, что у глупого гриффиндорца проснется мозг и он сможет догадаться держаться от Нотта подальше. Ведь его собственный отец мучал и смеялся на его пытками там, на кладбище. Его затошнило. Но, это ведь Гарри Чертов Поттер, он никогда не бросает.. никого. Кем бы Тео ему не был. Хотя возможно это будет до того, как его кожу украсят проклятые на рабство чернила.
Он почувствовал, как Поттер мягко положил ладонь ему на подбородок, поворачивая к себе. Невольно вырвался смешок. Его руки все еще были слишком маленькими. Словно читая его мысли, Поттер слабо улыбнулся, опуская руку теперь уже ему на щеку, а другой облокачиваясь на его колено. Улыбку стерла серьезность и между бровей появилась неприятная морщинка. Тео вздохнул.
“Ты не получишь метку, я обещаю тебе.” Прошептал он и глаза Тео снова удивленно дернулись, как вокруг них завязался очередной узел магии. Он оттолкнул Поттера с такой невиданной до селе яростью и рыком, запрыгивая сверху и стукая чужую голову о пол.
“Ты хренов идиот! Ты хоть понимаешь, что нельзя просто так раскидываться магическими клятвами! Ты лишишься магии из-за этого! Чертов придурок! ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ?” С каждым предложением он сильнее и сильнее бил в чужую грудь. Гарри смотрел больно, зажмурившись, но в его глазах сияло то самое знакомое упрямство. Оно же застряло и в угрюмом наклоне его губ. Он притянул его ближе прямо за трещащий по швам ворот, почти выплевывая в чужое лицо: “Зачем ты это сделал? Я не просил тебя!”
“ПОТОМУ ЧТО ОН НЕ ЗАБЕРЕТ ТЕБЯ! Я СДЕЛАЮ ВСЕ ЧТО УГОДНО, НО ОН НЕ ПОЛУЧИТ ТЕБЯ!” закричал Поттер, раня собственные губы в уголках от того, как резко он открыл их. Тео пораженно замер. Его сердце громко застучало в ушах. На Поттеровском лице ярко горел румянец. Не смотря на выражение чистейшей ярости и отчаяния, он выглядел искренне смущенным. Неуверенным. Уязвимым. Тео сглотнул. “Я.. знаю, что мы никогда не попросим помощи, но даже без нее.. Я не отдам тебя ему. Он забрал слишком много. Только не тебя.” Шептал он так бессвязно, с каждым словом отдаляясь и закрываясь. Тео встал, неуверенно отходя в сторону. Он отвернулся. Его кулак сжался. Это зашло слишком далеко, думает он. Это слишком опасно теперь. Они должны прекратить это, пока.. не стало еще хуже. Он сжался внутри, отстраняясь за выстроенные барьеры оклюменции, в жизни заставляя себя выдавить насмешку. Правильно, остро и жестоко, как и учил отец.
“Ты кажется забылся, Поттер. Мы никто друг другу.” Он сглотнул, стараясь игнорировать больной потухший взгляд этих зеленых глаз. В боли они становятся серыми, давно отметил он для себя. То как дернулись чужие пальцы и плечи. Он игнорировал это. “Разбирайся со своей клятвой сам, Чемпион”. Добавил он горько.

Через неделю от начала школьных каникул, прямо перед семейным завтраком, Тео нашла серая сова. В посылке была завернута библиотечная книга Хогвартса, из Запретной секции, и прикрепленный к обложке “Древние Рода и Прародители. Великобритания” белый стикер с надписью: “стр 278, параграф 3”.

… Наследник Благородного Дома не может принимать участие в каких либо политических или антиполитических группах, до достижения совершеннолетия ради благополучного завершения собственного образования и принятия полностью самостоятельного решения, с учетом влияния собственных действий на будущую линию Благородного Дома…

Теодор сорвался вниз, укрываясь за разрушенной колонной. Дальше по коридору раздался до ужаса знакомый звук скрежета когтей по полу. Он пригнулся чуть ближе к полу, оставляя свой центр тяжести на пятках, готовый в любой момент.. Стоило только утробному рычанию раздаться чуть левее и он прыгнул в сторону, уворачиваясь снова и снова от острых и грязных когтей оборотня. Это был Спайкс, один из ближайших к Сивому, его любимчик за его дикость. Спайкс был невысок ростом и телосжением, в стае считался щенком-недорослем, но когда приходило время охоты волк Спайкса просыпался в бешенстве. Словно дикий зверь не мог поверить самой луне что она усадила его в это презренное слабое тело. После полнолуний Спайкс обыкновенно не могу шевельнуть даже пальцем, настолько сильно и больно проходила обратная регенерация. Теодор цокнул, ставя перед собой протего и одновременно поднимая руки в кресте, скрывая собственные глаза от пыли и обломлоков, полетевших в него от разрыва чужой рукой колонны. Он не стал стоять на месте, выпуская в оборотня несколько парализирующих чар в промежутке на пару секунду между ними. И развернулся, пускаясь в бег. Он знал, что его догонят, но ему нужно более открытое пространство, чтобы он мог сражаться. Теодор не боец и привык скорее использовать свой мозг и тактику, чем первородные инстинкты и эмоциональные всплески, как у того же Гарри. Он завернул за угол, тут же запрыгивая на уезжающую лестницу и пробегая по ней вверх, перепрыгивая через привычно исчезающую ступеньку. Позади послышался разьяренный рык - очевидно, чары не продержались слишком долго, но Тео благодарен и за ту фору, что ему предоставили. Он огляделся, ища нужный портрет и ухмыльнулся, когда встретился глазами с холодными зеленым взором прекраснейшей Анны Болейн. Она взмахнула веером и отвернулась, снова обращая внимание лишь на собственное отражение в зеркале.

Мало кто знал об этой хитрости лестничного холла Хогвартса: Мисс Болейн, печально известная сгоревшая ведьма, была ответственна за движение лестниц и регистрацию несчастных случаев. Лестницы после стольких лет поглощения магии в стенах замка, были едва ли не живым самостоятельным организмом. Совсем, как Пивз. Они слушали и пресмыкались, обижались и проявляли симпатию. И только бывший когда-то "пылающий" темперамент Мисс Болейн был способен усмирить разыгравшуюся магию. Такова была легенда. На деле же, позади портрета находился рунный щит для управления чарами перемещения лестниц. И любое изменение позы Болейн являлось свойственным генератором для запуска определенных… темпов изменения. Именно поэтому большинство учеников считают ее портрет единственным маггловским на весь коридор: Мисс Болейн почти никогда не двигается. Теодор, запрыгнул на верхнюю ступеньку, останавливаясь перед пустым портретом Полной Дамы и оборачиваясь. Стоило ему слезть с лестниц, как они пустились в дикий пляс. Каждая ступень бесилась в своем собственном ритме, где-то исчезали камни, где-то падали перила от столкновения. Переходные выступы твердо стояли на своем месте, пока весь зал поражался громадным грохотом и тресками. Тео успел увидеть полу-изменившегося Спайкса, прежде чем нырнуть на приехавшую лестницу. Никто никогда не пользовался ей ни для чего особенного кроме быстрых переходов, поэтому Тео точно знал что об этом месте известно единицам. Казалось бы тупик, просто очередной выступ для лестничного перехода, заканчивающийся неожиданным для портретного зала натюрмортом, на деле являлся одним из четырех неизменных "островков", чьи лестницы меняли направление лишь в одну сторону. На самом деле, проходя по этим лестницам семь лет подряд, только идиот бы не заметил закономерности. На пример то, что лестницы с подбитыми перилами на правом краю, чаще всего разворачиваются резко в право, стоило на ним опуститься грузу свыше сто килограмм и только с пятой ступени. Если студенты ступают по той же лестницы, но не умудряются одновременно наступить на пятую ступень, лестница останется на месте. Как и большинство подобных ей. Тео перепрыгнул через три исчезнувшие ступеньки и с силой вцепился в перила, пригибаясь, когда оборотень пролетел со всей силой прыжка прямо над его головой, врезаясь прямо в дико-летящую в его сторону лестницу. Лестница же Тео в таком же бешеном ритме отправилась к левому островку, позволяя ему подняться и быстрой перебежкой спрыгнуть без оглядки вниз. Четко, словно по таймеру, его подхватили очередные перила. Правда немного неправильно приземлился. Он захрипел, цепляясь рукой за стрельнувшую судорогой ногу. "Блять!" ругнулся он, слыша очередной скрежет когтей и поднимаясь на ноги. Он подобрался внизу, к самому краю, который как раз сдвинулся, оборачиваясь и находя взглядом зависшего на обороте лестницы выше оборотня. Слюна бешенства капала прямо по клыкам, в то время как подбитый глаз слегка опух. Тео гордился этими увечьями. Но этого было мало, чтобы добраться до Гарри. Он раскрыл руки, вытягивая на лицо насмешливую ухмылку. Гарри так ее ненавидел . Зверь захрипел, царапая поверхность лестницы и опираясь на задние ноги для прыжка. Да, давай, подумал Тео, делая еще один шаг назад и слыша как камни стремительно падают вниз. Он кинул легкий взгляд за спину обращая внимание на собственный расчет времени и расход лестниц вокруг. Он сглотнул. Только бы не промахнуться. 

Секунда, зверь прыгнул с яростным лаем, раскрывая пасть, явно готовясь вцепиться клыками в чужую глотку. Тео развернул стопу в сторону, наклоняя голову вниз. 

Вторая, легкий толчок ногой и Тео пропадает прямо между двумя пропавшими ступеньками, в то время как Спайкс летит точно в образовавшийся промежуток, пролетая ровно два проема. 

Четвертая, две лестницы встречаются, сдавливая оборотня между собой. Слышится жалкое скуление. Тео тяжело выдыхает, не в силах стоять, опускается на колени, подползая к краю парапета и всматриваясь вниз. Оборотень жив. Спайкс жив. Просто.. 

-"Хренов НОТТ! Я РАЗОРВУ ТЕБЯ НА КУСКИ ЖАЛКИЙ ПРЕДАТЕЛЬ!" - рявкал обратившийся Спайкс, пытаясь выдернуть зажатые в тиски ноги и размахивая руками в стороны. Он проезжался когтями прямо по мраморному покрытию, распространяя ужасный скрежет. Лестницы тяжко стонали, все еще стараясь довести цель чар до конца - сойтись вместе. Тео успел только издать смешок. Он сделал это. Он победил, никого не убивая. Руки отчаянно вцепились в перила, пытаясь поднять тело полностью…

Только чтобы замереть от ощущения палочки, упирающейся ему прямо в затылок. Он сглотнул, поднимая руки вверх, в зону видимости, показывая, что он безоружен. Кто бы не стоял позади него, он или она молчали. Тео слегка повернул голову, чтобы дать себе возможность рассмотреть противника, когда палочка сдвинулась, больно тыкаясь ему прямо в висок. Он зашипел: висок был разбит еще с поляны. Будь проклят этот ублюдок. 

Тео попытался.

-"Эй, я.. Я Тео, Теодор Нотт", - произнес он, в попытке. Слабой и безнадежной, но было несколько сценариев и он очень надеялся на них. Пожиратели знают Ноттов и они бы отпустили его, а люди со стороны Света.. если бы это были близкие к Гарри, возможно, они бы и отпустили. Он поджал губы, когда рука только дрогнула и уперлась в рану казалось с новой силой. "Позвольте мне увидеть, кто мне угрожает?" Прошептал он, вдруг четко осознавая каждую конечность свободную для движения. Его пальцы слабо дернулись, для любого мимолетного взгляда это было бы не больше нервного тика, но на самом деле. Еще когда он вбежал в этот проем, дабы не сломать собственную палочку при беге и немягких приземлениях, он спрятал палочку в раме одной из картин около Мисс Болейн. И сейчас.. он бродил глазами по сторонам, поджимая губы. Благодаря Поттеру он обучился бессловестному Акцио еще на четвертом курсе. Будь он не ладен. Противник за спиной явно не торопился, что ж этим уже можно вычеркнуть Пожирателей. Невольно его плечи расслабились, все таки драка со школьниками не драка с опытным волшебником. Он улышал свист, позволяя собственным губам изогнуться в усмешке, когда чужая рука дрогнула вновь. Не его вина, подумал он, резко разворачиваясь и ударяя тыльной стороной ладони прямо по предплечью, чтобы выбить чужую палочку, тут же вцепляясь в запястье, а свободной рукой перехватывая собственную, так вовремя подоспевшую. Он уже раскрыл рот, чтобы прошептал Ступефай, но замер, пораженный. Голубые глаза младшей Уизли горели гневом и ненавистью, смотрели на него прямо из под ржавой челки, будто бы он убил кого-то близкого ей. Он сжал челюсть. 

"Какого хрена, Уизли?" - зарычал он, отталкивая ее и не спуская с чужого подбородка палочки. Он сузил глаза на ее показушную дрожь. "Ты что пыталась меня убить?" 

Джиневра снова вздрогнула, сжимая кулаки и цокая сквозь зубы. Голубые глаза сверкнули. 

"Хотела вернуть должок". Процедила она и Тео в шоке раскрыл глаза. 

"Ты шутишь что ли.. Прошло.. три года.. сейчас хренова война! Что ты вообще здесь забыла!" Зарычал он по началу тихо и шокированно, переходя в истерический тон. Рон убьет его и ее саму за то, что она даже высунулась на поле боя. Эта мелкая, наивная, самонадеянная.. Дрянь. "Все ради той глупой дуэли? Ты издеваешься?" 

Внезапно ее губы скривились в хамской ухмылке, подобной той, что Тео постоянно наблюдал у ее братьев, когда они задумывали разрушить школу. Она отпихнула его палочку в сторону и пихнула в плечо, заставляя опереться на перила. 

"Это был должок за то, что ты обидел Гарри, Нотт.  А вот это.. " Протянула девчонка-Уизли, откидывая руку назад. Глаза Тео расширились и он успел только прикрыть глаза и дернуть руки немного вверх, когда маленький, но хлесткий кулак ударил его прямо в челюсть, откидывая голову на бок. Он застонал. "За дуэль. Хренов аристократишка." 

"Я прибью тебя, Джиневра!" Зашипел он, сплевывая кровь со рта и прикладывая чары охлаждения на правую часть подбородка. Девчонка лишь засмеялась, откидывая рыжие патлы за плечо и спускаясь вниз по ступеням. 

"Ну, Гарри явно нравится твоя "острая челюсть", вот я и решила ее слегка поправить..Ты ведь не в обиде?" Хмыкнула она, не обращая внимания на его шипение. Они остановились прямо перед входом в коридор, когда оттуда послышался девчачий визг знакомого голоса и громкий жестокий смех. Рабочая рука Джинни покрепче перехватила палочку, а ранее игривые голубые глаза стали стальными. Тео выпрямился следом, ощущая как его обожгла собственная руна. "Ты ищешь его, не так ли?" 

Прошептала Джиневра, не отводя взгляда от темноты коридора перед ними. Тео не удостоил ее словесным ответом, просто пошел вперед. Он не будет драться за светлую сторону, он не боец. Но он будет сражаться за Гарри, ради него. Видимо, это отразилось на нем, потому что следующее что.он услышал было: "Он повел Волдеморта к Астрономической башне. И судя по взрывам.." 

"Астрономическая башня?" - усмехнулся он, слыша громкий фырк сзади. Они единогласно ускоряли собственный ход, медленно, но верно переходя на бег. Впереди виднелись разбитая дверь бывшего когда-то Класса Трансфигурации. Прямо в дыре стены играли тени. Видимо Пожиратели загнали учеников в угол. Послышался новый крик. "У Гарри действительно есть романтическая нотка. Это такой символизм". Притворно вздохнул он, мысленно просчитывая самые краткие пути до места назначения. Это находилось совершенно в другом крыле, с раздражением понял он, прыгая через кусок упавшей стены и закидывая в комнату первые заклинания что пришли ему на ум. Это оказалось Инсендио Санкти Дуо. Белое пламя пробежалось по всему пространству комнаты, задевая мантии вражеских фигур и ослепляя на мгновение своей яркостью. Джинни запрыгнула прямиком в класс, игнорируя пламя и проносясь на своей привычной стратегии охотницы прямо через паникующих темных колдунов к третьегодкам хафлпафа. Он запрыгнул следом, тут же приседая и уворачиваясь от сглазов пролетевших над головой. Щит перед ним перелился своей синевой, давая ему знать что он крепок и останется стоять на месте следуя его воле. Тео позволил себе оглядеться, оценивая противников. Нет масок, лишь черные капюшоны и никакого сохранения конфиденциальности личностей. Просто мелкие сошки, думает Тео, разрезая палочкой воздух и отправляя в сторону явно недавно выпустившихся парней столб разрушенных камней. Один падает без сознания от силы столкновения со стеной позади себя, а другой умело уворачивается, только для того чтобы упасть обездвиженным заклятьем стынущей крови от Уизли. Он встречается с ней взглядом и кивает в благодарность. Она лишь отворачивается и помогает подняться на ноги детям. Тео поднимает голову от очередного взрыва пронесшемуся по потолку замка и щурится. Астрономическая башня…

..Тео с раннего детства участвовал в дуэлях. Это было условием его отца на то, чтобы он получал свою порцию еды. Он должен был быть приличным наследником. Уметь постоять за свой дом или же просто умереть красиво. Поэтому Тео быстро учился и использовал свои недостатки себе в угоду. Он знал, что он не спортивный, поэтому пользовался своей ловкостью и навыком зоркого наблюдения. Осознавал обстановку вокруг себя. Он был тем, кто растворяется в стратегии и окружающем пространстве, а не полагается на грубую силу или количество заклинаний в своем рукаве. А в рукаве у него было многое. Все-таки чтобы выстоять против взрослого Пожирателя Смерти в одиннадцать нужно было знать действительно многое. И Тео никогда не стремился победить. Ему нужно было выстоять и выжить, отдать себе должное и научиться новому. Он сражался раз за разом, давал противнику (своему отцу) выкладываться в своей злости на полную, наблюдал за его шагами, неловкими движениями и предпосылками к различным отклонениям, чтобы потом, когда ему исполнилось тринадцать опустить его на колени простым заклинанием желейным ног и воткнуть в его руку с палочкой раскаленную кочергу. Он действительно умеет драться на дуэлях.
Поэтому когда его вызывает какая-то маленькая девчонка с рыжими волосами, такими же рыжими щеками и такой яростью в глазах, что он на мгновение задается вопросом, останется ли она там после того как она погибнет. Иногда у него бывают темные мысли. Он этого не скрывает. Но и не тонет в них. Его вызвала на дуэль третьекурсница. Джинни Уизли. Она маленькая. Но в то же время такая высокая и воинственная, ее магия раздраженно щелкает вокруг, а маленькие кулаки сжаты вокруг ее палочки. Коридор вокруг них пораженно замер и затих. Они были посреди той череды коридоров, которые выводили во внутренний дворик с фонтаном. Там где собиралось действительно много людей. Свидетели, думает Тео, оглядывая девчонку перед собой и наклоняя голову вперед. Блейз рядом задумчиво мычит, когда к Уизли подбегает одна из её однокурсниц и пытается отдернуть ее. Все, кто вырос в волшебном мире, знают, что повисшая в воздухе неподвижность это магия, ожидающая подтверждения, согласия и начала дуэли.

“Что я получу от этого?” скучающе тянет Теодор. Дафна позади него фыркает, прикрывая рот рукой и Блейз понимающе ухмыляется. Эта маленькая отважная гриффиндорка не может дать ему ничего. У нее нет даже денег. А у него есть всё.. Так думает Тео, до того, как на передние ряды студентов вырывается известная всем Золотая Троица и Поттер выглядит озадаченным столпотворением. Джинни кидает на него горький взгляд, а потом возвращает глаза к Тео. Они горят убеждением. Вызовом. Как будто она кричит ему: ты его не заслуживаешь. Ты его не получишь.

И Тео, Тео не слабовольный человек, думает он. Он всегда гордился собой за то, что мог приручить свои эмоции и отстраниться от них. А Поттер, Поттер ему никто, тихо думает он. Убеждает себя, отталкивая от себя взволнованный взгляд зеленых глаз, который сейчас прожигает ему профиль. Он никто ему, умоляет он себя, четко ощущая покалывание старого шрама от сигары и чистого левого предплечья. Его плечи распрямляются и он откидывает свою сумку в сторону Блейза, невольно скрывая взгляд челкой.

Он не получит его. Он не может иметь его. Но.. думает он с усмешкой, закатывая рукава и игнорируя удивленный ропот. Это не дает никому возможности вытирать об него ноги.

“Сражаемся пять минут,” твердо произносит Тео, отходя от толпы и давая себе полный обзор на площадь. Голубые глаза Уизли горят перед ним и ее спина выпрямляется. Она не открывает свой раздражающий рот со спором. Хорошо, думает Тео. Она видит как сильно она его бесит. “Побеждает тот, кто остается на ногах и в сознании.”

“Никаких непростительных! И темной магии!” Выплевывает она и Тео дергает бровь, уводя обе руки за спину. Его осанка прямая, но расслабленная. Плечи разведены и опущены, давая свободу возможностям. Пространство на земле вокруг него свободно от кочек и ям. Он подмечает все, позволяя своим глазами скользить.

“Нотт! Не смей!” Рычит Уизли, когда Грейнджер отдергивает его обратно. Очевидно, хоть кто-то из них понимает что такое магическая дуэль. Тео не смотрит на них, все еще ощущая зеленый взор на себе. Его профиль горит. Но это не то, что его волнует. Сильнее его волнует внутренняя ярость на эту девчонку перед ним. Он задается вопросом: что именно такого в том, что она задирает нос в его сторону? Почему именно она задела его? Он прожил с игнорированием ситуации и отошел в сторону от Поттера и его компании уже почти целый год. Что же изменилось сейчас? Почему она вызвала его? В чем ее причина?

Блейз становится его секундантом автоматически. У Уизли это Лавгуд, которая выглядит на удивление трезвой и осознанной. Она смотрит на свою подругу этим грустным разочарованным взглядом, будто точно знает исход всех решений. Тео не будет удивлен этим. Он знает, что эта маленькая кукольная блондинка родилась с даром Провидения и совершенно не развивала его. Он презирал ее за то, что она отстранилась. И молчала.

Блейз, выступил, как холодный голос разума, которым он почти всегда являлся.

“Уизли, ты еще можешь отозвать свой вызов и разрешить всё разговором.” Предлагает он. Девчонка даже не соизволила ответить, что вызывает у его друга нервный тик и Тео позволяет слабой улыбке скользнуть по губам.

“Дуэль начнется на Третий счет.” Отчитался Забини, выпрямляясь и накладывая на окружающее их пространство купол, чтобы никто не смог вмешаться. И не зря. Именно в это момент, Уизли вырвался из хватки Грейнджер и рванулся вперед, упираясь руками прямо в стеклянный купол. Его лицо покраснело больше, чем его рыжие волосы. Тео не позволил своему взгляду задерживаться, всё еще наблюдая за девушкой перед собой. Противник. Цель. Вот кем она теперь являлась.

“Три.. Два..”

Её хватка на палочке сжалась и плечо слегка дернулось, правая нога выдвинута вперед. Тео выдохнул, расслабляя ноги на земле.

“Один!”

Летучемышиный сглаз полетел в него быстрым отточенным движением, но он легко отстранился в сторону, легко передвигая ногу назад и позволяя своему весу уйти на носок. Палочка по-прежнему было убрана. Девчонка Уизли раздраженно покраснела и рванула палочкой. Снова так грубо и не аккуратно расходуя свою магию и физическую силу. Из тисовой палочки вылетел Ступефай и Тео позволил себе сделать шаг назади три в сторону, рассчитывая примерное расстояние и ширину обзора ее заклинания. Оно пролетело мимо не зацепив даже его волоска. Врезалось в стену барьера в громким взрывом, пугая студентов стоящих за ним. Тео даже не дрогнул, изучая ее выражение лица. Теперь она выглядела серьезной, подумал Тео, наблюдая как она слегка приседает, словно перед прыжком и расслабляет хватку на палочке. 

Сейчас, думает он, выхватывая свою и проводя ей красивую дугу, повторяющую движение его ног в сторону. Щит выстраивается перед ним ровно в тот момент, когда перед его лицом вырастает стена обжигающего пламени, которая возвышается над его головой примерно высоты верхушки фонтана. Кто-то в толпе вскрикивает. Тео только щурится, смахивая щит и тут же скрещивая руки в щите, позволяя им принять на себя сильный удар кулаком. Его колено летит вверх, отталкивая чужое бедро, а свободная рука с палочкой чертит Отталкивающее заклинание, точно вовремя встречаясь с еще одним мышиным сглазом.

Они оба отскакивают друг от друга посредством ударной волны. Он мягко скользит по земле на носках, в то время как Уизли позволяет себе неаккуратно проехаться коленями. Они оба встречаются взглядом буквально на мгновение, когда она снова бросается на него. Тео раздраженно выдыхает, уворачиваясь от полетевших в него сосулек и тут же выставляя очередной щит. Он оглядывается вокруг, примечая обстановку.

Они оба не говорят. Почему-то, думает Тео, что только он один помнит условия победы поединка. Когда ловит ее за лодыжку, оставляя в подвешенном состоянии, он хмурится, наблюдая за ее горящим взглядом. Она смотрит прямо за.. Он шипит, отталкивая ее и уворачиваясь от очередной волны летучих мышей, в этот раз используя столб Инсендио, чтобы спалить их. Зачарованные мыши пищат так же убито и больно, как живые. Но Тео лишь поджимает губы, смотря на обоженную руку и не успевает вовремя увернуться от влетевшего в его нос кулака.

“Тео!” Вскрикивает знакомый голос в толпе. Тео знает кто это. От этого что-то в груди согревается и сжимается.

Он поднимает руку, утирая кровь скатившуюся по его подбородку. Смотрит на свои пальцы. И внезапно злится. Так сильно злится. Перед глазами стоит его отец, который поднял его за волосы, после того как его Лорд пытал его около часа за то, что он не примет метку. Стоит упрямый взгляд его тетки, когда она отказалась склонить колени перед чудовищем и ее же пустой взгляд, когда ее рот раскрылся от собственного крика. В ушах зазвенело. Он порывисто выдыхает.

“Теперь ты будешь драться со мной серьезно, Нотт?” Сплевывает девчонка в нескольких шагах от него. Тео моргает, возвращаясь к ней взглядом. Его хватка на палочке расслабилась. Он поигрывает плечами, хрустя шеей и поднимает палочку ровно направляя ее в сторону фонтана.

“Я был серьезен с момента, когда начался отсчет. Мне жаль, что тебе не удовлетворила моя серьезность, Уизли.” Говорит он достаточно громко. “Давай попробуем добавить еще немного..” и по направлению однома маха палочкой вода из фонтана преобразилась в стаю диких волков, которые прыгнули следом на острием прямо на Уизли. Она взвизгнула, ставя щит, но даже если эти твари созданы из стихии, они все еще живые - думает Тео, наблюдая как пара волков в один апорт проскользили девчонке за спину и вцепились в ее руки, заставляя ее уронить палочку. Тео спокойно наблюдал. Именно поэтому он успел пригнуться от чего-то прилетевшего со спины, присаживаясь на пятки. Он прищурился, разглядывая воткнувшиеся в землю осколки льда. Видимо она запустила их в небо еще тогда, думает он, поднимая взгляд и встречая ее яростные голубые глаза. Отвратительный цвет, вздохнул он, морща нос, но отдавая ей должное. Её атаки хватило, чтобы сбить его концентрацию.

“Умно”, отрезал он, дергая рукой и выставляя перед собой обе руки в крест. Он прокрутил палочку до нужного положения, словно бы держал перо и прищурился, когда Джиневра глубоко вдохнула, явно собирая свою магию и концентрацию. У нее уже была отдышка и это ее промах. Он успел подняться, как раз вовремя, чтобы отпрыгнуть от Взрывного проклятия направленного ему в ноги. Ученики позади защитного барьера тревожно зашептались - это явно не походило на дуэль без тяжелого урона. Тео было все равно. Он успел прочертить несколько нужных ему рун и активировать их, оставляя под собой опорную точку, прежде чем в него влетел очередной хук Уизли и он раздраженно цокнул. “Тебе стоит следить за своими ногами!” Рявкнул он ей, активируя получившуюся ловушку и отпрыгивая в сторону, как раз вовремя, чтобы увидеть как девушку окружило кольцо пламени. Возможно, она была умнее, чем он предполагал, потому что через буквально несколько секунд он почувствовал как одна из рун была сломана и на него повалила огромная стена из левитируемых мелких камней.

Он выстрелил Эверте Статум и тут же направил свою палочку в Землю, поднимая в воздух те же самые камни и раскалив обыкновенным инсендио - отправил в девчонку. Та уже умудрилась подняться от отталкивающего и пыталась сконцентрировать магию на очередном взрывном проклятии. Очевидно последние сгустки и потуги. А Тео даже не вспотел. Он выпрямился, отводя руку назад и уже чертя следующее заклинание - обыкновенный ступефай, зная что ее взрывное проклятие уткнется в его маленький метеоритный дождь. Но он замер с занесенной светящейся на кончике палочкой, когда на его пути, рядом с девчонкой появился Поттер. Чертов Поттер , нарушивший все законы дуэли, просто прервал их, разрушив защитный барьер вокруг. Как раздражает. Гриффиндорец дернул за ее руку, ставя четкий щит и позволяя всем огненным камням столкнуться с ним. Девушка явно раздраженно пыталась что-то сказать, но ее отрезали. А Тео.. Опустил палочку, наблюдая за Поттером. Он вырос за лето, подумал Тео, разглядывая ширину чужих плеч и то какой более твердой стала чужая осанка. Он все еще был более худой, чем Тео считал здоровым. И в его зеленых глазах появилась незнакомая с детства горькая нотка неизбежности. Тео убрал палочку, когда Джинни подняла свою и на ее кончике вспыхнула белая искра.

Люди подходили ближе. Забини подошёл к нему, подавая ему его мантию и сумку, пока Дафна недовольно нависла над его плечом, рассматривая каждую царапину. Наседка. Тео же попрежнему смотрел на Гарри. Смотрел как тот хмуро наблюдал за облокотившейся на Лавгуд девчонкой-Уизли и молчал, пока ее брат ругал ее так, что слышно было даже на другой стороне двора. Люди ворчали и задавали вопросы. И Блейз сделал то, что было необходимо сделать секунданту победителя.

“Дуэль окончена. Нотт победил. И получает выигрыш.” Заключает он, а потом фыркает себе под нос и смотрит на него. “Хотя черт его знает, что это за выигрыш, ради которого ты чуть не разнес половину двора нашей школы.”

Тео пожимает плечами, определенно игнорируя взгляд окружающих и смотрит на Уизли, которая явно недовольна. Он позволил себе наглость. Потому что внутри него горело яростное пламя, зеленое, противное и склизкое, которое его друзья назвали бы ревностью и завистью. Он ухмыльнулся одним уголком губ и наклонил голову на бок, шепча одними губами: “Не твой”.

И наблюдать, как девчонка вздрагивает и кидает убитый взгляд на мальчика с зелеными как морская глубина глазами, было настоящим наслаждением. Пока Тео сам не столкнулся с этой зеленью. Он видел , тревожно понимает Тео, не отводя взгляда и наблюдая за малейшим изменением чужой мимики. Маленькие морщинки в уголках глаз, дернувшаяся нижняя губа и жесткость челюсти. Голые запястье сейчас ощущались как никогда.

  Я не отдам тебя ему. Он забрал слишком много. Только не тебя.

Тео никогда не думал, что способен бежать так много и так быстро. Он сталкивался с поперечными битвами, знакомыми с обоих сторон, кидал проклятия, сглазы. Но больше не привлекал к себе особое внимание. Только бы не задержаться. Его плечо врезалось в стену, когда казалось бы из ниоткуда взявшийся Пожиратель, ударил его чем-то. И он явно был простаком, подумалось ему, потому что ветераны всегда кидают либо пыточное либо что-то заранее смертельное. Тео оттолкнул его от себя и просто кинул в его чертово заклятие разжижающее кости. Спасибо, Локхарт, пригодился в чем-то, фыркает он, вспоминая как Гарри раздраженно чесал свою руку, каждый раз когда менялась погода. И это воспоминание наполняет его вторым или третьем дыханием, позволяя быстрее перебирать ногами. Ожог в легких давно стал таким привычным.

Он поворачивает и успевает только оттолкнуть себя обратно в стену, прежде чем соскользнуть в глубокую бездну скал, которая простиралась на месте где раньше было соединение центрального и восточного крыла замка в виде подвесного моста. Раздается визг и взрыв и его сердце обрывается, когда она подняв голову наблюдает как там, на другой стороне, из окна прямо в темень бездны скал, к горным троллям, упал какой-то студент. Явно уже мертвый. Он не позволяет себе задумываться, поднимается на дрожащие ноги и разворачивается. У него нет времени, думает он, рассчитывая примерное расстояние дыры. Мост всё еще был и он стоял камнем, как и должен. Просто слегка подорванный. Он мог бы что-нибудь трансфигурировать, но у него нет на это времени. Совершенно нет, понимает он, наблюдая как в Астрономической башне раздается громадный вззрыв и крыша, целый купол , отваливается и с мертвой тишиной обваливается прямо в тот же обрыв. Гарри не должен сражаться с этим чудовищем один. Он делает глубокий вдох и бежит. Его шаги на удивление легки и пружинисты, поэтому он прыгает со свободой которой у него никогда не было в воздухе и физических упражнениях. Его каблуки на туфлях издают звончий щелчок, плотно соприкасаясь с камнем и Тео тут же отталкивается вперед, начиная новый бег. Черт возьми, думает он, не смей умирать!

Тео не пошел на седьмой год в Хогвартс. Его отец считал это небрежностью и глупостью. Он решил положить всё свое свободное время на то, что в этот раз Тео не удастся уклониться от получения Метки. Его тренировки были яростны и порой Тео даже не добирался до постели. Единственное за что он был благодарен, так это чуткость собственного отца к его эго. Он бы не позволил Тео посетить собрание будущих Пожирателей Смерти, не удостоверившись в том, что он не будет там лучшим. Тео был затворником около полтора года. Мерлин, ему даже не позволяли выходить на улицу. Он поглощал заклинания и книги семейной библиотеки с такой скоростью, что был поражен сам себе. Но. Но, яростно шептало ему сознание, каждый раз когда его глаза уставали настолько что давление в висках становилось невозможным. Но он должен был выбраться из этого, выжить и пережить это. Его голое запястье и небольшой шрам, один из немногих который заросли мягко без инфекций, были обжигающим напоминанием посреди этого затянувшегося дня сурка. Каждый раз проверять свою еду и напитки, ставить тревожные чары на дверь комнаты и каждого угла места где он оставался более чем на пару часов. Все это он должен был делать. Чтобы выжить. Чтобы отплатить этому глупому-глупому дураку за то, что он ему подарил. Он не может так просто потерять свою свободу, думал он, каждый раз поднимаясь на ноги после очередного занятия с отцом или его приятелем Розье - дядей Тео по матери.

Иногда, в темноте ночи, он смотрел в полог своей кровати, который светился от количества наложенных на него чар, была бы его мать горда от того что он боролся за свою свободу и жизнь? Чтобы она подумала о том, что Тео больше ученый, чем боевой маг, коим являются оба его родителя? Чтобы она подумала если бы.. Если бы она когда-нибудь встретила Гарри? Она бы поняла его? Нашла его таким же забавным и интересным? Или презирала бы за его кровь и выбор стороны? Его мать была темной волшебницей. Она не была Пожирательницей смерти. Ванеско Нотт, урожденная Розье, из Немецкой ветки Розье. Она была гордой, сильной и ужасающе умной женщиной, так говорил о ней ему его дедушка. “ Твой отец на заслуживал даже лизать ее сапоги ” с презрением смеялась его покойная тетка. “ Он всегда ненавидел ее,” рассказывала она ему, отряхивая пепел со своей длинной сигареты. “Она была идеальной Темной чистокровной наследницей, почти королевских кровей. Одна из лучших выпускниц Дурмстранга, Королева дуэльной сцены. Еще и красотка! Конечно, он ненавидел её. Мерзкий мальчишка, который убил своего брата, чтобы стать наследником и стал на свое место в министерстве, только благодаря связям нашего отца.” Фыркала она, сгибая свои тонкие тонкие окрашенные в бледно коричневый цвет губы. “Наш отец заключил брачный контракт с матерье Ванеско по счастливой случайности. Твоя мать приняла это просто. Она угрожала твоему отцу отрезать ему все его конечности, если он попробует принудить ее к тому чего она действительно не хочет или забрать ее имя и свободу. Огненная девчонка, скажу я тебе! О, какая она была.. Это когда она стала беременна тобой, она притихла. В ее семье, в Германии, женщин учат отдавать большую часть своей магии ребенку. Она любила тебя, дитя. Так сильно, что даже зная, что твой отец убьет ее сразу после родов, она отдавала всю себя тебе. Ты должен нести ее дух через времена. Отдай ей должное, не будь хлюпиком! Будь наследником семьи Нотт и Своей матери!”

Эти слова звучали в его голове раньше в детстве. Он делал усилие в том, чтобы быть лучшим. И именно так скоро понял, что глупые игры с Малфоем или шуточки над грязнокровками и полукровками были ему безразличны. Он скорее всех начал задаваться вопросами: А почему они действительно отличаются? Чем они отличаются? Почему мы так сильно это презираем? Обязательно ли это? Он был до жути любознательным, но это не меняло того кем он стремился стать. Лучшим наследником и сыном для своей умершей матери. Поэтому, даже терпя неудачу за неудачей в искусстве дуэлей, Тео старался. Он думал и думал, учился и учился. И так пока он не выработал свой стиль боя. Не поставил своего отца на колени и не стал тем кандидатом на которого Темный Лорд смотрел с должным уважением и довольством. Как будто Тео когда-либо склонит свою шею перед таким как он . В такие моменты, когда он четко знал что Темный Лорд искал что-то в его голове, за что можно зацепиться, Тео думал о своей матери. Женщине, которая умерла за то, чтобы он жил, за то, чтобы дать своему духу следующую жизнь. Женщине, которая продвигала Темные пути без темной метки рабства на запястье. И каждый раз когда Тео обращал внимание, красные кровоточины глаз Лорда вспыхивали яростью, но его палочка даже не дрожала в попытке проклятия. Тео оставался победителем.

Тео шаркаюше проехался подошвой по полу,  в попытке затормозить на повороте к самой башне, когда позади раздался громкий крик.

“Берегись!” И на него налетело чье-то тело, падая вместе с ним на земле и прикрывая головы. Тео зажмурился на мгновение, но в следующее он уже перевернулся и уткнул палочку в чужой подбородок. Никогда не знаешь, что следующим сделает тот кто спас тебя секунду назад! Звенит звонкий голос в ушах, как не горько, похожий на Барти Крауча-Младшего. Но его хватка ослабла, когда он уперся взглядом в одного из близнецов Уизли. Кажется..

“Джордж? Теперь можешь встать с меня.” Протянул Тео с опасной ноткой в голосе. Уизли фыркнул, поднимаясь и оглядываясь на рухнувшую часть крыши со стеной. Он горбился, заметил Тео, и хромал. А еще.. Тео огляделся вокруг, поджимая губы и почти раскрывая рот, чтобы спросить, но его прервал сам парень.

“Кингсли на той стороне двора сражается с Макнейром, а здесь за стеной Макгонагалл бьется с Кэрроу и Селвин. Будь осторожнее”. Кинул ему Джордж, прежде чем повернуться в сторону коридора на север. К Классу Трансфигурации.

“Куда ты?”

“Мне нужно отнести тело моего брата к Помфри. Прости, что не могу составить компанию.” Отрезал Джордж, заставляя Тео вяло моргнуть.

Значит, Фред Уизли мертв.

Тео крикнул ему вслед: “Ты позаботился?”

Джордж даже не обернулся. Его палочка в руке издала обжигающе красный фейерверк.

“Август Руквуд больше не угроза.” проговорил он так твердо, как Тео никогда не слышал от него. Он кивнул в ответ и оттолкнулся, чтобы пробежать обвал стены.

Это был кажется один из последних дней пятого года. Сразу после экзамена. Макгонагалл задержала его прямо посреди коридора. Он был выдающимся студентом с прекрасным послужным списком и попадал в задержания настолько редко, что эти дни преподаватели обводили красным. Он замер, повернувшись и вытащив руки из карманов. Его общение с профессором Макгонагалл всегда строилось на взаимоуважении и понимания собственной роли. Тео всегда был восхищен точной наукой Трансфигурации, хотя ему и было сложно плыть по течению правил данной стези, он не переставал изучать и читать об этом. Вести разговоры и дискуссии, спрашивать о новой литературе, приносить дополнительные эссе просто ради того, чтобы получить другой взгляд со стороны. Они редко пересекались вне её класса. И Теодор был очень доволен этим. Поэтому когда его окликнуло знакомое: “Мистер Нотт, минуточку”.

“Да, мэм”.

“Мистер Нотт, вы один из тех учеников, кем я необычайно горжусь. Я уверена, вы знаете это.” Процедила она с четко выраженным акцентом на последнем предложении. Тео просто смотрел. “Так же, я уверена, вы знаете, что вы один из немногих наших учеников, который сможет получить работу в любом месте, так же как и любое из всех возможных вариантов мастерства. Вы знаете, что я и весь педагогический состав гордимся вами.. не так ли?”
“Да, мэм,” протянул он, опустив голову и взгляд. Это были ожидания, с которыми он мирился. Которые приклеились к нему после того, как он просто пытался расти и выбраться из лап своего отца. Она цокнула, как иногда делала в благом раздражении, пока их дискуссии и разговоры прерывали буйные новости о каком-то гриффиндорце или очередном чп. Строго, чопорно, но с невыносимой нежностью. Тео никогда не получал подобного от нее в свою сторону. Он удивленно поднял взгляд на этот звук. На губах профессора всё еще не было никакого выражения, но ее глаза светились невыразимой мягкостью и сочувствием.
“Я наблюдала за ростом и жизнью многих гениев, мистер Нотт. Это не просто так называется школой, не так ли?” Он хмыкнула над собственной шуткой, как порой делала, когда он заходил к ней после очень долгого дня на чашку чая. Она отвернулась от него, переводя своё внимание на окно, выходящее во внутренний двор и медленно вздохнула, казалось даже ее плечи медленно осели. Солнце приятно оседало на стенах замка, помогая ему накапливать тепло на холодную ночь. Дети, только сбежавшие из под давления экзаменаторов и преподавателей почти все решили отдохнуть на свежем воздухе. Это повторялось ежегодно. И всё же, каждый год для жителей замка был немного другим. “Я много лет преподаю, Мистер Нотт. Каждый день наблюдаю за тем, как развиваются чужие жизни, как дети превращаются в взрослых детей, делают первые шаги в суровую жизнь за этими стенами. Сентиментально, не правда ли?”
“В вашем возрасте это нормально” сухо ответил Тео и позволил себе слабо улыбнуться, когда профессор хохотнула, поворачиваясь к нему с привычным изгибом губ - то что для нее является улыбкой “я одобряю, хотя не должна”.
“Я это к тому Мистер Нотт..” хмыкнула она, поправляя рукава отутюженной мантии.” Я бы не хотела, чтобы двое из моих любимых учеников стали героями с трагической концовкой. Даже гениям и воинам нужны друзья и близкие. Прошу вас помнить только о..”
“Я не понимаю, какое вы имеете к этому отношение, мэм” резко отрезал Тео. Он сжал кулаки до боли ощущая как ногти впиваются ему в ладони.  Он злился. Так злился. Не понимал, почему этот вопрос снова поднялся. Он пережил целый год без этих воспоминаний. Отключил их с помощью окклюменции и был доволен этим, это помогло ему отстраниться от проблем и просто продолжать жить. Надеяться так тихо и незаметно, где-то в уголочке своих мыслей. И в остальное время забывать и не думать. Быть отдельным человеком. “Возможно, вам не стоит влезать в личную жизнь студентов”.
“Мистер Нотт..”
“Это невозможно, мэм. Просто невозможно, поэтому не следует более поднимать эту тему”.

После этого Тео бросил Трансфигурацию и не собирался сдавать ее на уровне Тритон. Он перестал заходить на чай. Просто отстранился, как делал всегда. Сейчас это кажется таким детским поведением. Он подтянул рукава рубашки выше локтя, прокручивая палочку в руках и прислоняясь ближе к стене. Наклонился, чтобы выглянуть из-за боковой колонны, тут же щурясь от летящих рядом осколков камней. Профессор Макгонагалл была устрашающе сильна на дуэльной арене, так говорил о ней профессор Флитвик, когда порой оставался на рождественский ужин в замке. Она использовала законы Трансфигурации, алхимии и сочетала их так, словно они были не более чем дольки овощей в ее салате на завтрак. Чертовски гениально и быстро. В свои почти семьдесят лет она справлялась с ударными волшебниками типа Кэрроу и Селвина сразу с двумя. Это превосходило любые ожидания, но всё же. . Теодор знал, что Профессор хоть и умела драться грязно, предпочитала выигрывать битвы заставляя противников просто упасть без сознания. Не доводя до тяжелых травм и увечий. Это был ее шотландский принцип. Но дело в том, что ни Кэрроу, ни Селвин не собирались мириться с подобным принципом.
И тот и другой учились драться на дуэлях в разные времена и предпочитают совершенно разные подходы, но у них есть одно неразделимое общее качество. 

Жестокость. 

Иногда, на общих тренировках новобранцев Пожирателей Смерти, Тео задумывался, не дается ли жестокость и упивание насилием всем этим подросткам с молоком матери. Но потом он вспоминал, что большинство из них воспитали их домовые эльфы и становилось намного легче не пытаться оправдать чьи-то странные садисткие наклонности. Он просто с ними мирился, пока они не падали на его голову. Кэрроу выделялся тем, что в попытках быть отличным от своей такой же садисткой ублюдочной сестры, он стал еще большим монстром. Его изюменкой были отточенные заклинания боли. Множество разновидностей. Заклинание чтобы выкрутить кости наизнанку и свернуть обратно, заклинание кипящей крови, заклинание которое будет пускать по нервам жертвы ток вместе с сильнейшим токсином который будет реагировать на адреналин в крови и распространяться еще быстрее, отравляя. Так много. И каждое не имело обратного контр-очарования. Однажды в тренировочном зале он убил одного из них, потому что щит не выдержал. Тео прекрасно помнит этот момент, потому что кровь в его жилах застыла и каждая клеточка в нем кричала об опасности. Единственная реакция, которую выразил Кэрроу была слабая хмурость. Раздражение на себя самого за плохую меткость и.. “ Слишком медленно. Оно должно работать без задержки”. Сказал он. После этого он стал тренироваться в отдельной комнате, вместе с особо жестокими “избранными”.
Селвин был там с ним. Хотя он и настоящий наследник возраста Тео, казалось бы который должен был вырасти в тепличных условиях, Селвин был сломан. Изучив некоторую маггловскую литературу этим летом, Тео может однозначно сказать что у парня проблемы с истерией и психопатией. Однако из-за магии и сильнейшей оклюменции это становится своего рода отдельным состоянием, в которое он погружается, каждый раз когда его мозг не успевает сосредоточиться на поддержании блока и подпитки магией каждого заклинания. Сначала он всегда улыбается, но когда Селвин начинает смеяться.. Тео вздрогнул, слыша громкое хихиканье прямо за стеной и резкий удар сырой, гнилой темной магией прямо в сверкающий алый щит на стороне профессора. Щит рассыпался и следующий хлыст угодил прямо в женщину, откидывая ее в стену коридора. Это было его позывом для действия. Он шагнул вперед к Макгонагалл, одновременно поднимая широкий огненный щит. Еще один хлыст был безмятежно впитан новым щитом и отправлен обратно в полет к хозяину с удвоенной силой. Профессор откашлялась, облокачиваясь на его плечо и заставляя его волноваться. Она подняла свою голову. Волосы так непривычно растрепаны из обычного пучка. Несколько седых прядей просто выбиты из общей группы прядей и торчат во все стороны. Раньше он не замечал, что ее лицо покрыто морщинами. Боже, она выглядит так устало. Тео обеспокоенно нахмурился, вызывая огонек веселья в узких глазах профессора. Она мягко оттолкнула его и выпрямилась, поправляя свою осанку и хватку на палочке. Её мантия совершенно разорвалась, просто в тряпки. Длинные рукава, когда-то убранные наручниками в аккуратном виде, сейчас были порваны и оторваны до локтя, а из двух кожаных нарукавников остался один. Её величавый подол так же изорван в клочья и теперь прямо под его краями отчетливо виднелись длинные сапоги из драконьей зеленой кожи. Крепкие, дуэльные, как и следовало ожидать. Он выпрямился следом за ней, ступая рядом и слегка приседая в коленях. Его глаза уже нашли своего противника - Кэрроу раздраженно раскидывался в их стороны самыми разными заклинаниями, явно недовольный невозможностью достать их. Селвин стоял позади, сосредоточив всё своё внимание на нем и задумчиво разглядывая их щит. Тео знал, что осталось немного. Селвин всегда был наблюдателен. Он резко дернул запястьем и прыгнул в сторону, наблюдая боковым зрением, как Макгонагалл удачно отпрыгивает в ту же сторону, когда щит разбивается из-за одного четкого удара Селвина прямо в слабое место. И он бы поймал их, вместе с Кэрроу, если бы они работали командой. Но Пожиратели никогда не работали вместе. Они соревновались за место каждого своего сотоварища, кидали проклятия в спину в пылу боя, чтобы освободить место выше в ранге и иметь возможность подняться. Это была их первая слабость. И Профессор явно знала об этом, именно поэтому когда Кэрроу сориентировался и наконец ударил в них со стороны Профессора, они плавно скользнули вперед на несколько шагов, а затем переглянувшись отпрыгнули друг от друга, становясь лицом к своим противникам. Тео разрезал воздух палочкой и наложил простое режущее, затем снова и снова. Селвин самодовольно хихикнул, когда увернулся от каждого. Тео только изогнул бровь и сделал пару шагов вправо, наблюдая как огромное и толстое стекло из витражного окна падало цельным слоем прямо на голову его противнику. Яркая цветастая тень двигающаяся вдоль пола дала Селвину знать о приближающейся угрозы и пока он пытался сориентироваться и наложить вокруг себя защитные чары, Тео успел кинуть в него несколько запрещенных проклятий вроде выворот наизнанку и кипящей крови. Селвин раздраженно зарычал, поворачиваясь боком и позволяя первому проклятию пролететь мимо, а затем принял себе на нерабочую руку второе проклятие и тут же закричал от боли, когда сверху на него одним сильным ударом рухнуло огромное стекло. Глаза Тео расширились и он сделал несколько шагов обратно, на мгновение теряя хватку в бдительности и ловя на себе пролетающее мимо режущее проклятие от Кэрроу. Он зашипел, тут же прикрывая резаную рану ладонью и возвращая бдительность. Профессор успешно справлялась, загоняя своего бывшего студента в угол, прикрывая свои боковые тылы, поняв его тактику ударов в слабые места.

Затем он услышал это. Стоны боли и шипение со стороны прямо перед ним прекратились и переросло сначала в тихое, затем в более громкое и жуткое хихиканье. Прерывистые всхлипывания всё еще доносились, изредка прерываясь на громкое истеричное хихиканье или аханье. По коже Тео побежали мурашки. Внезапно его внимание стало до микроскопической точности сосредоточено только на его противнике. Противнике, Селвине, который медленно поднимался с колен и смотрел на свою поврежденную проклятием руку, наблюдая как кровь под кожей кипит и вызывает волдыри, а те в свою очередь противно лопаются и кожа медленно расходится под давлением кипятка. Тео было тошно от одного дальнего вида, но Селвин. Селвин поднял на него свои серые-серые, почти белые глаза и внезапно его лицо пересекла жестокая ухмылка. От уха до уха. Такая неподходящая под его состояние, что волосы на затылке у Тео зашевелились. “ Опасность. ”

Мужчина поднял свою здоровую руку с палочкой и разрезал воздух слишком знакомым движением. Обыкновенное и краткое “ Секо ”, раненая конечность с глухим стуком упала на землю, а затем в воздухе запахло паленой плотью. Тео с силой втянул воздух через зубы, щурясь и тут же выстреливая рядом заклинаний. Остолбеней, Взрывное проклятие, Проклятие кипящей крови, даже парочку Инсендио Дуо. Селвин захохотал, старательно уворачиваясь от одного, другого, попадая мантией прямо под огонь и тут же откидывая ее с себя. Когда Тео на мгновение остановился, чтобы выдохнуть, Пожиратель смерти наклонился чуть вперед, перенося свой опорный вес на переднюю ногу и кровожадно ухмыльнулся.

“Теперь моя очередь, школота!” Довольно заурчал он, поднимая здоровую руку и одновременно делая прыжок в его сторону. Тео постарался увернуться и снова увеличить расстояние между ними, но тот сразу же сокращал его, пресекая ему путь отступления опасными смертоносными проклятиями и поджидая его с другой стороны с физическими атаками. Тео не слишком хорош в ближнем бою, его воспитывали с мыслью что драться на кулаках - слишком магловское занятие для таких высших чистокровных, как они. Но сейчас, думает, уворачиваясь в сторону от летящего в него заклятья и натыкаясь тут же на жесткий удар коленом прямо в живот, сейчас когда его колени слабеют от одного удара, ему очень сильно хочется плюнуть в лицо собственному отцу. Он задерживает дыхание, ощущая как здоровая лаптя Селвина схватила его за затылок и резко дернула вниз - носом прямо об каменное колено. Тео упал с резким потемнением в глазах. Он дернулся, пытаясь подняться на ноги, когда на его спину упало очередное Секо , заставляя его кричать. Мерлин. Это было так больно. Снова и снова. Одно режущее за другим рассекало его спину, словно он был куском мяса на столе домашнего эльфа. Он чувствовал, как ткань его рубашки пропитывается кровью, а ткань неприятно липла к открытым ранам. Это было больно. Так сильно. Он закашлялся, сплевывая сгустки крови и крича истошным воплем, когда прямо на разрезанную спину ему кинули чертов Инсендио . Это не драка, думает Тео. Он наслаждается этим. Этот чертов монстр.. Они все просто монстры. Тео не такой. Он не может бороться наравне с ними, но..Всегда есть те, кто может, вспоминая одну пару ярко зелёных глаз, подумал он. Кто-то всегда дерется до последнего. 

Поэтому собираясь с силами и дергая себя так, чтобы весь вес его тела перелился в захват на чужую ногу, он закричал, ощущая как каждая его мышца и нерв протестовали от боли. Но он сжал зубы. Его глаза слезились, мир казался размазанным, но он пытался осмотреться. Ему нужно было немного. Всего одно.. Совсем как когда-то, прямо перед ногами его отца. Ты ничтожество , сплевывал эти слова отец ему прямо в лицо, пока маленький Тео пытался подняться на ноги после очередного избиения. Но сейчас. Он всегда был внимателен к деталям. Именно поэтому он сейчас жив. Именно поэтому он увидит его . Я буду стоять рядом с ним . Его глаза сверкнули, найдя собственную цель и он сделал настолько глубокий вдох, насколько ему позволяло его положение. Сверху, на его спину, вновь полился дождь из противных заклятий, но он отстранился. Было так больно. И он просто должен выдержать. Он сможет пожаловаться потом. Сейчас, закричал он в мыслях и дернулся всем телом на бок, перетягивая за собой своего противника. Одно маленькое усилие, одна маленькая мысль и сила воли. Именно они заставили осколки стекла прямо позади них подняться над землей, поворачиваясь острым краем прямо вверх. Это было как в замедленной сьемку. Вот в одно мгновение перед глазами Тео стоит слабая улыбка Гарри, когда он неуверенно делился с ним секретом о том, как он достиг беспалочковой магии, а в следующее - ему на глаза брызнула река крови, когда один из осколков попал прямо в яремную вену. Еще один вошел прямо в затылок через череп, другой проколол шею прямо через кадык, еще несколько наверняка просто впились посреди тела. Тео поднялся, опираясь на локти и колени и оглядел труп прямо перед собой. Странно, думает он, что он не испытывает ни капли жалости. Возможно, он просто перерос это дерьмо.

Как раз в этот момент позади раздался еще один яростный вопль и он резко повернул голову в сторону звука. Только чтобы встретить еще более жестокую и творческую битву своего Профессора. Он прищурился, разглядывая движение за движением ее палочки и то, как она мастерски уворачивалась от тяжелых выпадов противника, при этом умудряясь делать это после стольких часов бойни и заниматься трансфигурацией. Тео пораженно выдохнул, наблюдая, как пожилая женщина подняла специально позволила атаке отрезать подол ее мантии и пряди волос, только чтобы превратить второе в сотни острейших игл и послать их в полет сильнейшим ударом ветра, а кусок ткани преобразовать в чертову жидкую лаву и направить ее следом ударом пламени. Мужчина подпрыгнул на ближайший стол, уворачиваясь от обоих атак и отправил ряд заклинаний, которые Минерва успешно накрыла своим Протего, а затем вновь использовала трансфигурацию, только для того чтобы превратить собственную опору противника в раздраженную химеру. Раздался вопль ужаса, после которого последовал кошачий рык и сразу же взмах когтей. Возможно это была жестокость присущая запалу или Минерва действительно не любила неоконченных дел, но когда ее противник просил о пощаде, единственное что она сделала это призвала к себе чужую палочку и разломала ее на части.Химера присела для прыжка. И кинулась. А Тео отвернулся от действительно кровавого зрелища.. но, увы, вместо человеческого крика, послышался визг боли чудовища. Кэрроу поднялся на ноги, довольно рассекая воздух клинком.. Клинком? Тео пригляделся, только чтобы отшатнуться. Этот идиот использовал Трансфигурацию на самом себе, нарушая законы и пытаясь себя усилить. Он жестоко ухмыльнулся, бросаясь вперед и очаровывая лаву под его ногами в жидкий лед, чтобы ускорить собственное движение. Рывок и Макгонагалл приходится уворачиваться в сторону от обоюдоострого клинка.
“Вы всегда были креативны, Мистер Кэрроу…” Проворчала Профессор, кидая себе в ноги заклинание отталкивания и подлетая в воздух, чтобы увеличить дальность их боя. Она грациозно приземлилась  на теперь открытый от стекла подоконник, взмахивая палочкой над собой и произнося неизвестное заклинание. “Но, вы забываете, что я была вашим профессором.”
Остатки её мантии вспыхнули ярким светом, а затем потухли. Тео понятия не имел, что произошло, но очевидно… Он с тяжестью поднялся, усаживаясь и облокачиваясь боком на стену, вовремя выставляя против себя щит, когда Кэрроу раздраженно выслал в него взрывное проклятие. Он встретился с ним взглядом и хмыкнул, кивая на него самого. Они с Профессором знали, что когда этот мальчишка слишком увлечется и Профессор будет для него слишком далеко для близкой атаки, он кинется на него. Именно поэтому он двинулся, меняя позу и привлекая к себе больше внимания. Одного этого момента им обоим хватило, чтобы Макгонагалл обошла их противника сзади и ударить.. Только чтобы встретиться запястьем с трансфигурированным клинком. Раздался лязг металла об металл, когда лезвие проскользило прямо по мантии профессора создавая свою волну искр. Глаза Кэрроу расширились и он испуганно отшатнулся, открываясь для удачной атаки с обеих сторон. Тео поднял палочку и быстро, настолько насколько мог, прочертил нужное движение, отправляя в замершую спину сильное Остолбеней , в то время как с другой стороны Профессор ударила своего бывшего ученика еще одним станнером. Кэрроу замер в воздухе, неподвижной фигурой, опадая на пол класса совсем как статуя, которую недавно он так яростно крошил в Главном Холле. Макгонагалл тяжко вздохнула, нависая над мужчиной и наставляя палочку ему в лоб. 

“ Сомнус статум ”.

Когда вокруг них опала тишина, Тео позволил себе потерять ощущение своего окружения, полностью заваливаясь вперед и укладываясь полубоком на прохладный грязный пол. Он тяжко выдохнул. Он сделал это снова. Он надеялся, что его мать гордится. А отец переворачивается в земле. На плечо Тео мягко приземлилась мозолистая рука его бывшего Профессора и он дернул головой, признавая ее. Он слышал, как она что-то обеспокоенно бормотала, оглядывая его раны, но ему было всё равно на них. Сейчас главное..

“Я не смогу так сражаться. Ты сможешь это вылечить?” спросил он, не ожидая ничего кроме правды в ответ. Была долгая минута размышлений, а затем он почувствовал как к его спине прижался холодный сгусток целительной магии и он пораженно выдохнул. Его кожа буквально срасталась вместе, а инфекции которые он уже успел занести вместе с грязью и пылью обломков растворялись, словно кусочки льда в холодной воде. Это было мучительно. Но он всё еще должен был встретиться с Гарри. Даже если тот его не признает. И только это держало его на твердой почве и не позволяло Тео сомневаться в собственных действиях. Что он делал довольно часто до их с Гарри знакомства.
“Мистер Нотт..” позвала его Макгонагалл. Тео замычал, давая понять что слушает. Мир был размытым. Это действительно было сложно. “Вы выросли прекрасным молодым человеком”.
Тео хмыкнул, усмехаясь: “Спасибо, мэм”. 

Когда Тео мог стоять на ногах, всё ещё очень четко ощущая каждый новый лист ткани на своей исполосованной спине, они снова разделились. Профессор Макгонагалл отправилась дальше по коридорам замка, собирать выживших, раненых и способных к бою, чтобы передать им поручение собираться в Главном Зале. А Тео решил идти туда напрямик. Он не был уверен, что доберется туда вовремя, чтобы помочь Гарри. Но кое-что он мог сделать даже на расстоянии. Ему нужна лишь точка контакта. Тео глубоко вдохнул и выдохнул, успокаиваясь и отпуская свою палочку на ладони. Он запустил простое “Укажи мне, Гарри Поттер” . Его палочка прокрутилась на месте,  а затем поднялась, упираясь в его ладонь и указывая кончиком прямо.. “Крыша?” Подумал он, тут же оглядываясь вокруг, чтобы лучше понять своё окружение. Он был в третьем коридоре рядом с Залом Трансфигурации. Ему нужно быть выше. Самая ближайшая высшая точка с доступом наружу это.. “Северная Башня”, подумал он. Обычно она закрыта для посещения, но если понадобится, он выбьет дверь к черту. Его ноги уже завернули направо, прямо на лестницу вниз. Он подпрыгнул, уворачиваясь от вспышки магии и вслепую отправляя себе за спину обыкновенный Орбис. Ступенька за ступенькой, перепрыгивая через одну или две, только чтобы сразу отскочить в сторону от бросившегося на него оборотня прямо на дне лестницы. Он зарычал, чертя в воздухе комбинацию рун и отправляя их под ноги врагу, а затем тут же отправляясь дальше по площадке. Теперь крученая лестница и он на месте. Еще немного, подумал он. Прямо над их головами раздалось несколько взрывов и до боли знакомый голос издал полу-рык, полу-крик, пуская по затылку Тео холодные мурашки. Он невольно ускорился, перепрыгивая сразу через несколько ступеней и выбивая взрывом дверь с петель. У него нет времени быть более тонким. Он остановился прямо посреди заброшенного класса астрономии. Раньше, еще в сороковых, из-за того что эта башня была на ветренной стороне замка и не была огорожена достаточно высокими перилами и парапетами, отсюда падало много учеников. Конечно, снизу стояли страхующие чары, но это не изменяло опасности. Именно поэтому сегодня Астрономической башней величают ту, что находится по соседству с Главной. Он рванулся к краю широких арок, только чтобы отшатнуться от силы бушующего ветра. Он цыкнул: это было невероятно высоко. Его глаза быстро пробежались по открытой территории, только чтобы зацепиться за .. Он ахнул, наблюдая за “комком” постоянной аппарации прямо в воздухе, они петляли из стороны в сторону, цепляясь за ветви или стены замка. Видимо, кто-то неустанно аппарировал, пока другой схватился за него так сильно.. Тео нахмурился, делая шаг еще ближе и поднимая кулак с палочкой в виде маркера для цели. Он сделал несколько глубоких вдохов, позволяя собственной дрожи исчезнуть и следовать собственным прицелом за сгустком волшебников. Он еще не был до конца уверен, но тем не менее.. Если бы он смог подобраться еще хотя бы на несколько сантиметров. Он сжал зубы, отрываясь взглядом от сражающихся, чтобы сделать еще один осторожный шаг ближе к краю. Словно зная о его слабости, именно в этот момент ветер решил ударить, почти сталкивая его с вершины. Он зарычал, накладывая на свои ботинки приклеивающие чары. Это не продержится долго, да и магии у него осталось не так много. “Хватит только на один удар”, протянул он себе под нос, снова успокаивая собственное сердцебиение и устанавливая зрительный контакт с целью. Они стали двигаться более медленно и вихрево. Очевидно, кто бы не был инициаторов постоянной аппарации был вымотан и скоро приземлится. И тогда у Тео будет один шанс. Но сейчас он должен успокоиться и сосредоточиться. Он кивнул сам себе, вытягивая рабочую правую руку перед собой вместе с палочкой зажатой в кулаке. Прямо на. Еще один рваный выдох через рот, позволяя себе сосредоточиться на задуманном, а не на колющем и обжигающем ощущении того, как его магия медленно вытекает из его ног и они начинают дрожать в сторону ближе к краю. Спокойствие, подумал он. Он прищурился, когда пара в воздухе видимо начала разделяться. Кто еще это мог бы быть , мысленно фыркнул он, примечая очертания знакомого затылка. Еще один резкий подьём в аппарации. А затем.. Вниз! Рука Тео дернулась точно следом, мгновенно чертя знакомые символы рун, которые он выучил совершенно случайно.

“А правда что рунами можно колдовать в бою?” протянул Гарри, совершенно невинным и любопытным тоном. Тео только кивнул, не отрывая взгляда от учебника перед ним. Это было только начало третьего курса, но черт возьми почему им задали такое большое Эссе по рунам и кучу прописей? Его рука просто не выдержит. На улице как назло шёл проливной ливень, иногда даже где-то прорывалась молния. Близилась середина сентября. Листья на деревьях уже давно отдавали желтизной. Тео ненавидел это. В то время, как многие деятели искусства видели в осени новую пору для музы и вдохновения, Тео разочаровывался во всех сферах и успехах, пересматривал собственную философию и стремления, а порой устремлялся к котлу, чтобы сварить несколько зелий Глотка Мира и добавлять по паре капель в свой тыквенный сок. В общем, пока у кого-то бывали творческие прорывы, Тео каждую осень переживал тяжелый кризис личности и психической устойчивости. Он был необычайно благодарен за то, что их школу окружали в основном хвойные леса. Если бы вокруг всё внезапно пожелтело и осыпалось, он бы наверняка упрашивал собственную тетку перейти в Дурмстранг. Его рука дрогнула, делая некрасивую кляксу на свежей строчке и он раздраженно цокнул. Гарри тем временем продолжал, как всегда сияющий как солнце в ночной тьме. Необычайная устойчивость к окружающим его настроениям. Хотя Тео мог это понять в связи со всеми историями и подробностями, которые Гарри рассказывал ему.

“Тогда почему нельзя просто наколдовать усиление для своего напарника и он просто ну.. Бум! И выигрывает!” Вдумчиво с улыбкой спросил Поттер. Его предложение было настолько невозможно, что заставило Тео фыркнуть. Он оторвал взгляд от учебника и покачал головой.

“Не говори ерунды.”

“Но, Тео!”

“Я не буду этого делать!” отрезал Тео, предрекая подобные настроения его знакомого.

“Ну, пожалуйста, Тео-”

Губы Нотта изогнулись в слабой улыбке, когда последняя руна была закончена и рунный массив засветился в воздухе перед ним. Было мгновение, когда он перечеркнул треугольник поперек и.. Его нога соскользнула, от очередного порыва ветра и он чувствовал что падает. Двигайся! Закричал он своему телу. Ты должен! И его руки двинулись вперед перед ним, отправляя в затухающий массив сгусток собственной магии. Крохотных остатков магии. Но этого было достаточно.. Треугольник из рун ярко вспыхнул, а затем устремился к Гарри. Прямо туда, на поле битвы. Руны окружили его со всех сторон, кружась и оседая на его силуэте словно золотая пыль. Тео не знал, что Гарри понял. Он не смел надеяться. Но на его лице была широкая ухмылка, когда поза Гарри выровнялась в более уверенную и следующая атака ( чертов экспелиармус!) ударила с такой взрывной волной, что поначалу Темного Лорда унесло немного назад, прежде чем их палочки начали собственную битву. Только тогда Тео позволил себе осознать своё положение и закрыл глаза, чтобы приготовиться к быстрой смерти. Он разобьется в лепешку! Это должно быть мгновенно! Его ребра болели от учащенного дыхания, а затем… Его спина больно столкнулась с чем-то..
Глаза Тео распахнулись вместе с взрывом по ту сторону битвы Гарри. Он почувствовал как его тело покачнулось, словно он тонул в огромном облаке. Он завис буквально в нескольких метрах от земли. Чары . Видимо, не смотря на переход уроков в нынешний кабинет, профессора не решились убирать страхующие чары. На всякий случай. И сейчас, откидываясь на пористую невидимую поверхность, совершенно без сил, Тео был им как никогда благодарен. Он не уверен, что двинется хотя бы ближайший час. Его глаза тяжко закрылись, пока чары медленно пропускали его через себя, словно огромный сгусток ваты, опуская его на холодную заросшую местность.

Первое о чем подумал Теодор, когда увидел Гарри посреди Большого Зала с опущенной палочкой, это то насколько он еще мальчишка. Такой же потерянный и побитый жизнью мальчишка с зелеными глазами, которым он был семь лет назад в Хогвартс экспрессе. Он сделал к нему первые шаги, не обращая внимания на вечных Грейнджер и Уизли, спешащих к лучшему другу. 

Второй мыслью было то, что они победили. Оставшиеся Пожиратели как-то шокировано пялились на кучку пепла, которой стал их Лорд, пока более сознательные взрослые вязали их. Теодор даже пару раз услышал, как его позвали. Видимо, это привлекло к нему внимание, потому что следующее что он помнил это то как он с яростью оттолкнул от себя кого-то, увернулся от чьих-то рук и просто побежал. 

Поттер, этот дурак, наконец заметил весь шум и только удивленно уставился на него, словно он был из другого мира. Теодор не знал и вообще не думал, как Поттер относится к нему после их последней встречи. Прошло так много времени. Он действительно и не верит, что возможно, только возможно.. у него есть хотя бы шанс. Но его челюсть все еще болела от левого хука мелкой Джиневры, а в голове звучала фраза Макгонагалл о воинах и гениях. И, опять же, возможно, он почти полтора года тонул в собственной никчемности и отрицании чертовой тоски, только для того чтобы выжить. Но, Мерлин и Моргана… Как же он соскучился. 

Он оттолкнулся от земли, на полной скорости влетая в вялое тело Гарри и крепко прижимая к себе. Они с глухим стуком упали на пол, поднимая огромный веток пыли и шума посреди толпы. Точно, подумал Нотт, мало кто знает, что он не Пожиратель. Но если честно, так плевать. Он уткнулся носом в точку пульса на гарриной шее и глубоко вдохнул. От Поттера несло потом, сыростью, кровью и совсем немного, где-то под всей этой неправильной гадостью, проглядывались нотки хвои и морской соли. От его загривка тянуло водорослями и костром. Странное сочетание. Но Тео так плевать. Его волнует только точка пульса прямо под его носом, которая учащенно бьется. Тудун-тудун-тудун-тудун. Быстро-быстро. Наконец, найдя в себе хоть какие то силы, он открыл рот: "Ты умер." 

Единственное что вырвалось из него. Поттер вздрогнул в его руках и неуверенно опустил руки ему на плечи. Он как всегда, промычал что-то невнятное, но после хмыкнув видимо для себя добавил: "Умер." 

И они замолчали на долгие полминуты. Тео поднял голову чуть повыше, упираясь губами в ту же точку и боковым зрением обращая внимание на румянец ползущий по грязной коже парня. Поттер только неуверенно передвинул он руку ему на шею и оставил там, словно прося остаться на месте. Его голова же опустилась слегка на бок. Наверняка, они выглядели нелепо, разлеглись посреди поля Боя, прямо после Битвы и просто молчат. Но это все еще было неважно. 

"Гарри.." позвал он его, обращая внимание на мурашки по чужой коже, но на мгновение игнорируя их. Он приподнялся, вглядываясь в лицо парня под собой. Его рука на затылке медленно и неуверенно сползла обратно на плечо, а зеленые глаза слеповато щурились. Этот Герой умудрился где-то потерять свой неизменный символ - дурацкие очки. Голый лоб, покрытый потом и грязью теперь украшал слабая бороздка белого шрама, когда то создавшего столько проблем. Губа все еще была рассечена, как и правая бровь. На щеке виднелся новый синяк. Тео медленно наклонился к нему поближе, замечая как расширяются чужие зрачки и ясность в них. Давая себя рассмотреть. Нотт не из тех людей, кто умеет читать эмоции по глазам. Но сейчас ему бы очень хотелось чтобы нежность, которую он там видел, не была выдуманной. 

"Тео.." позвал его Гарри, слабо растягивая уголки губ в наивной улыбке. Его пальцы дернулись на плече мальчика, но остались на месте. 

"Тебе не больно?" Едва слышно прошептал он, но Гарри услышал. Его брови нахмурились, как будто он пытался не засмеяться, а глаза стали такими светлыми и теплыми, как трава под летним солнцем. Его рука таки дернулась и легла на щеку мальчика с мягкой лаской. В восторге от позволения. 

"Совсем нет, я в порядке, теперь даже лучше.." прошептал от таким же тоном, не отводя взгляда от лица Тео. Тот почувствовал, как его уши загорелись румянцем и фыркнул. Он уже открыл рот для своего саркастического комментария, когда позади них раздалось покашливание.. 

"Извините, что прерываю.. чтобы это не было." Брезгливо подала голос какая-то школьница. Тео с Гарри моргнули, не сводя с нее глаз. Она сморщила нос, оглядывая руки одного на другом и гордо задрав подбородок повыше продолжила: "Но нам нужно задержать всех Пожирателей Смерти" вяло добавила она, кидая на Нотта косой взгляд. "Чтобы разобрать весь этот упадок, который некоторые натворили и теперь имеют наглость просто.." 

" Эй, ты что делаешь?" Послышался громкий возглас неизменной Грейнджер, которая заметила непонятную ситуацию рядом с другом. Девчонка смутилась, нахмурившись и скривив нос. Тео и Гарри переглянулись, снова кидая взгляд на надвигающуюся на них Гермиону и явно решившую стоять на своем девчонку и … единогласно решили скрыться под отводящими глаз чарами и спрятаться где-нибудь подальше от этой суеты. Уходя из дверей Большого Зала, они со смешками услышали звонкие ругательства Гермионы, которая явно и без тени сомнений стыдила явно потерявшую любой здравый смысл девчонку. Они держались за руки, чтобы не потерять друг друга и просто бежали в сторону внутреннего двора. По коридорам бродили группы людей, разбирающие завалы и собирающие раненых или трупы. Возможно, они немного ожестились за несколько битв, но ни один из парней не обращал на это особого внимания. Они как раз собирались повернуть, когда услышали шорох. Оглядевшись, поняли, что находятся прямо перед входом в гостиную Хаффлпафа и что прямо сейчас вход в нее все еще пытались починить от взрыва. Но общежития все еще были целые,подумали они наверное единовременно, потому что оба потянулись в ту сторону. На полу около разожженного камина и на мягких плетеных диванах валялись студенты, видимо совершенно выдохшиеся вовремя битвы. В спальни вела небольшая круглая арка с лестницей еще ниже. Они пробрались в первую попавшуюся комнату, закры́вая за собой дверь и со смешками снимая с себя чары разочарования. Тео не верилось, что он убегал от обязанностей. 

"Это было так неимоверно глупо и .." Он прервал свою возмущеннаю речь, замирая с раскрытым ртом, когда поймал взгляд Гарри. Тот неловко растянул губы в улыбке, без стеснения рассматривая его. Тео к своему глубокому сожалению вновь почувствовал, как его уши яростно краснеют. Он откашлялся. "Почему ты так смотришь на меня?" 

"Я скучал за тобой" прошептал он в ответ, срывая чужое дыхание и все еще не отводя взгляда. А у Тео.. у Тео серце до горла подпрыгнуло. Это было впервые, подумал он. Впервые с тех пор как они поругались после четвертого курса. Они не говорили, даже не здоровались друг с другом с тех пор. Тео лишь изредка ловил его взгляды, но и то это было настолько случайно и мимолетно, что он не тешил себя надеждой на сохранение хотя бы какой нибудь теплоты. Видимо его недоверие было принято и понято как неуверенность и совершенно неправильно, потому что в следующее мгновение лицо Поттера озарилось паникой и побелело. Нервные руки взлетели к буйным волосам, откидывая их и дергая. "Я.. точнее.. я хотел сказать, что тебе не обязательно.. точнее.. я не жду, что ты.. примешь.. просто.. это.. я.. не то чтобы много думал об этом, но знаешь.. вся эта война и .."

Он все блеял и блеял, с каждым словом становясь все более несчастным и расстроенным. Покинутым. Брошенным. А Тео все смотрел и не верил. 

"Поцелуй меня" Прошептал он, резко прерывая все отговорки и любые мысли Поттера. Тот, совсем как и Тео несколько мгновений назад, комично застыл. На дрожащих ногах он сделал пару шагов вперед, слегка пошатываясь и глупо запинаясь на пустом месте. Тео уверенно подхватил его, не давая упасть и слабо фыркнул. Гарри засмеялся, хрипло, краснея своими испачканными щеками. Тео прищурился, наконец разглядывая слабые веснушки на впалых от лесных похождений щеках. Небольшой новый шрам прямо в уголке губ, белая метка словно от глубокого пореза. Потрескавшиеся бледно-розовые губы выделяются особенно на слабо загорелой коже. Тео выдохнул, опуская руки прямо вниз по жилистым предплечьям Гарри. Мягко касаясь пальцами выпирающих косточек на запястьях , дернувшихся в ответ мизинцев и отстраняясь. 

"Ты теперь герой, знаешь.." Прошептал Тео, упираясь своим лбом в его. Гарри недоверчиво фыркнул, уже открывая рот для спора и наверняка новой попытки доказать что нет, он не такой уж особенный и "я дрался не один". Тео нахмурился, дергая руки обратно и цепляясь железной, но аккуратно-нежной хваткой в чужие ладони. "Не спорь со мной. Ты был там один, это твое заклинание и палочка победили его. Ты держался на дуэли с ним, в очередной раз. И выиграл. Ты герой, Гарри Поттер". 

Гарри доверчиво прикрыл глаза, порывисто выдыхая и облизывая губы. Его пальцы снова дернулись в руках Тео, на этот раз крепко обхватывая его в ответ. 

"Так значит… я могу.." все так же дрожаще прошептал Гарри, чуть сильнее сжимая его руки и наклоняя голову немного на бок, потираясь носом о его. Если бы Тео был менее сдержанным человеком, он был бы готов довольно рокотать от этого жеста. Настолько нежного, уязвимого.. Он сделал глубокий вдох и рванулся вперед, встречая его губы на пол пути. Мягкое соприкосновение по-началу даже мимолетно не намекало на что-то большее. Просто трепетное прикосновение, пускающее мурашки прямо по коже на руках, спине, затылку. Тео даже не заметил когда прикрыл глаза, через несколько секунд отстраняясь и медленно открывая глаза. Взгляд напротив был совсем ярким, теплым, как корочка свежайшего лайма, с задорной кислинкой. Гарри выдохнул и, отпустив его руки, поднял свои, укладывая их на пухлые щеки Тео и притягивая его к себе вновь и встречаясь в очередном поцелуе. Не в силах себе отказать, Нотт мягко и осторожно коснулся чужой талии, слегка сжимая большими пальцами и невольно касаясь оголенной кожи из под слишком маленькой футболки. У Поттера явно была возможность обновить гардероб. Или он просто украл их.. Гарри отстранился, чтобы порывисто выдохнуть через зубы и уже следующий поцелуй вышел невольно.. более обжигающим. Они оба жались друг другу, изголодавшиеся по ласке, тоскующие друг по другу так давно. Тело Гарри напротив его казалось одновременно хрупким и мощным, будто самому мальчику в руках хотелось стать более невесомым, в отличие от того кем он является. Возможно, думает Тео, прикусывая уже припухшую нижнюю губу Гарри, это действительно так. После сегодняшнего подвига Гарри наверняка будет желать стать невидимым и нормальным еще больше. До невозможного абсурдно и так по-поттеровски. Гарри вздрогнул, опуская свои ладони с щек прямо вниз по шее, на ключицу и плечи, нервно потягивая и поигрывая воротником испачканной черной рубашки. Меж их губ раздавались смущающе громкие чмоки, но это было не так уж важно. По-крайней мере сейчас. 

Из-за двери послышались чужие голоса, нарушившие их покой. Тео ненадолго оторвался от чужих губ, позволяя Гарри уткнуться себе губами в щеку. Слушая его бессвязное милое бормотание и совершенно нежелательные голоса остальным студентов, явно спускающихся к спальням и невольно решившие их прервать. Совсем не дело, подумал он, вытаскивая палочку и разворачиваясь вместе с Гарри в своих обьятиях. Поттер слегка вздрогнул, мягко облокачиваясь на дверь и дрожа от прошедшей по дереву волне волшебства. Тео неуверенно ухмыльнулся, убирая свою палочку обратно в ножны. Его рука тут же нежно баюкала на себе гаррину щеку, а губы оставляли легкие, едва ощущаемые поцелуи по подбородку и шее, прямо там где бился чужой пульс. 

"Мне очень жаль," протянул он в полный хриплый голос, обращая на себя полное внимание Гарри. Как и ожидалось, парень встревоженно нахмурился, его рука моментально рванула вперед, хватая Тео за рубашку до треска и притягивая еще ближе. Немое "не отпущу" было сказано слишком ясно. Тео усмехнулся, ударяя горячим дыханием по ушной раковине и продолжая: "Но остальному миру придется подождать. Я еще не готов тебя отпустить, Гарри." 

Медленно и недоверчиво хватка ослабла. В зеленых глазах читалось явное удивление, скорее даже небольшой шок. Тео снова позволил себе поцеловать его, на этот раз довольно мыча, когда парень мгновенно пустил его язык дальше. Неуверенно, неловко и ломанно их языки нашли собственный ритм, а им самим было совершенно не до того, что происходило за стенами в которых они себя заперли.