Work Text:
Все началось с палочек для еды.
Стая нагрянула в отремонтированный дом Хейлов, вооруженная до зубов разной едой и ужасными фильмами, и каким-то образом соорудила в гостиной огромный кокон из одеял, подушек и торчащих конечностей. Когда Джексон наклонился и стащил последний рулет в кляре, не обращая внимания на громко протестующего Стайлза, Дерек не вмешался, хотя и вздохнул, с удивлением вспоминая, как он весь прошлый семестр скучал по стае.
— Приятно знать, что колледж не изменил твое феноменальное мудачество, — вздохнул Стайлз.
— Я забил жрачку первым, — проговорил Джексон, прежде чем за один раз откусил три четверти рулета. На Дерека это обязательно произвело бы впечатление, если бы он не видел, как Стайлз заглатывает такие рулеты по два за раз.
Дерек посмотрел, как Стайлз закатил глаза и показным жестом разломал деревянные палочки для еды. Наклонившись, Дерек успел взять кусочек курицы под лимонным соусом, прежде чем его заграбастала себе Эрика, положив на тарелку щедрую порцию, как внезапно раздалось постукивание.
Стайлз выбивал дробь на кофейном столике, свободно и удобно держа палочки для еды между длинными пальцами. Ритм еще, конечно, оставлял желать лучшего, и Дерек думал выразить недовольство, но только после того как сможет сфокусироваться на чем-то другом, кроме движений блядской палочки вокруг указательного пальца правой руки Стайлза.
— О, кстати, — произнес Скотт, набив рот курицей с кешью. — Как музыканты проделывают эти штуки?
Стайлз усмехнулся и кивнул, и боже, даже это он сделал в ритм.
— Скажи, классно, — сказал он. — Я потратил много времени... И теперь мне просто нужно поработать над техникой.
— И на что техника влияет? — спросил Джексон, постукивая своей палочкой по столу, когда Стайлз сменил ритм. — Ты ведь даже не ускорился.
Стайлз пожал плечами, и Дерек едва заметил, что он вывернул запястье, а его средний палец заскользил вниз по одной из палочек, и блядь. Дерек вспыхнул, когда понял, что не может не пялиться.
— Всего лишь нужно держать палочки спокойно, но постоянно контролировать все движения, — объяснил он, а Дерек сглотнул. Тяжело. — Скорость приходит с хорошей техникой, а не наоборот.
Мозг Дерека услужливо подбросил ему пищу для размышления, для чего еще могла пригодиться техника Стайлза, и он почти выронил коробку с едой из рук.
— О, курица в лимонном соусе, — воскликнул Стайлз, сделав паузу в своей импровизированной тренировке, и стащил еду прямо из рук Дерека.
Дерек так удивился, что безропотно позволил себя обокрасть.
***
Стайлз начал приносить на стайные собрания барабанные палочки. Он любил садиться на край дивана и неустанно постукивать ими по своим коленям в ритме, сводящем с ума даже оборотней. В первый раз, когда он вытащил палочки, эффектно вращая одну между пальцами, Дерек вообще-то даже слегка завис, споткнулся и очнулся только тогда, когда сверкнул на всех глазами, а особенно на гребанного Джексона.
Хорошее настроение этих засранцев стоило им трех часов тренировки, а также несметного количества ударов и синяков.
Когда палочки не мелькали между пальцев Стайлза, они торчали из задних карманов его джинсов. И Дерек варился в отношении любви-ненависти к ним, потому что они, как правило, цеплялись за рубашку Стайлза, когда он двигался, комично задирая ткань над поясом, что очень, очень отвлекало. Серьезно, Дерек как-то привык жить всю свою долбаную жизнь без чертового знания, что у Стайлза есть три неравномерно рассыпанных по пояснице родинки.
Дерек также мог жить всю долбаную жизнь без Стайлза, узнавшего о его небольшой фиксации.
Они смотрели фильм. И это означало, что Скотт с Лидией смотрели фильм, Джексон, Бойд, Айзек и Эрика были увлечены карточной игрой, а Стайлз... отвлекал Дерека.
Он снова выстукивал ритм на своих коленях, так как после попытки атаковать ранее журнальный стол Джексон забросал его крендельками. Дерек не знал, что хуже: то, что Стайлз время от времени касался его ног, и складки на джинсах, определенно, были в хейтерском списке Дерека, или то, что мускулы его предплечий двигались и перекатывались, когда он отбивал ритм.
Дерек даже не знал, какой фильм они смотрят, так как каждую секунду он отвлекался и наблюдал краем глаза за Стайлзом. Было удивительно, что Стайлз за это время ничего не заметил.
Это случилось во время одного из умопомрачительных взмахов запястий в уже отработанной последовательности движений. Стайлз дважды коснулся палочки, прежде чем раскрутил ее, как гимнастки в цирке, жонглирующие жезлами, и это было меньше похоже на музыкальный элемент, а больше — на сексуальное действие по версии предательского влечения Дерека. Дерек немного отодвинулся, облизнув губы, а Стайлз... Стайлз выронил свою палочку.
Дерек широко раскрыл глаза и замер. Как и Стайлз, который, шокировано распахнув рот, перевел взгляд от губ Дерека к его глазам. Близился неизбежный провал. Они оба посмотрели на упавшую на пол палочку, и Дерек отчетливо осознал, что Стайлз всё понял. Конечно, он понял. Стайлз никогда ничего не упускал, и Дерек привык думать, что это очень хорошо, так как помогало спасать их жизни не один раз. Но прямо сейчас осознавать это было тяжело.
Он повернулся к экрану и заставил себя непринужденно развалиться в кресле. На экране шел мультфильм "Леди и бродяга", что стало вторым плачевным событием за сегодня.
***
Дерек решил, что хуже уже быть не может.
— Здесь трюк в том, чтобы оставаться расслабленным, насколько это возможно, — медленно проговорил Стайлз Скотту, пока Дерек очень неудачно старался сосредоточиться на возне Эрики и Бойда, которые дрались на палках прямо напротив него.
Он скосил глаза и наткнулся на взгляд Стайлза — как и во все остальные, блядь, дни — и решил прогуляться на крыльцо дома.
— Инстинктивно возникает желание напрячься, — проговорил Стайлз, не отрывая взгляда от выходящего Дерека, в то время как Скотт кивнул, глядя на палочки. Дереку очень захотелось впиться во что-нибудь зубами. — Но нужно максимально расслабиться, прежде чем начать.
Раздался треск, и Дерек, опустив глаза, с удивлением понял, что разломал напополам палку, которую держал в руках.
Совершенно точно издевательский смех Стайлза сделал еще хуже, и, когда Скотт непонимающе нахмурился и перевел взгляд с одного на другого, Дерек, не выдержав, прорычал, чтобы они все шли домой.
Стайлз, конечно, пропустил его слова мимо ушей. Как делал это всегда.
— Сваливай, Стайлз, — произнес Дерек, стряхнув остатки палки с колен, разламывая их еще напополам, чтобы они поместились в мусор.
— Ооо, запугивание, — фыркнул Стайлз. — Повторишь еще раз? Только помедленнее.
Господи, он этого не заслуживал.
— Я сказал, свали, пока не перекусил пополам уже тебя, — рявкнул Дерек.
Он повернулся и увидел, что Стайлз дерзко ухмыляется, засунув руки — слава всем богам — в карманы, и перекатывается с пяток на носки.
— Обещаешь?
Пиздец-как-не-заслуживал. Дерек помрачнел и обогнул Стайлза, направившись к лестнице. Во всяком случае, попытался, так как было тяжело пройти мимо Стайлза, схватившего его за футболку и потянувшего на себя.
— Да, боже мой, ты же не можешь быть таким тормозом, — буркнул Стайлз без напускной бравады в голосе. Чем весьма удивил Дерека, которому потребовалось несколько секунд, чтобы перевести взгляд с пальцев Стайлза, вцепившихся в футболку, на его лицо. Лицо Стайлза...
— Пожалуйста, ты не мог бы просто уже что-то сделать, — продолжил он, и Дерек мог сказать, что в его голосе прозвучали нотки отчаяния. Стайлз еще шире раскрыл глаза, и хватка его пальцев ослабла. — То есть, если я, конечно, все понял правильно, потому что так оно и было и... думаю...
Дерек отцепил пальцы Стайлза от своей футболки и, увидев, как в его глазах на несколько секунд — вот жеж черт — мелькнуло разочарование, осознал — боже, неужели он реально это сделал? — что прижимает пальцы Стайлза к своему рту.
Стайлз подавился вздохом, когда Дерек приоткрыл губы и поцеловал его ладонь. А после медленно погрузил в свой рот два пальца, и через тело Стайлза прокатилась дрожь. Дерек только наполовину оценил стон, сопровождавший дрожь, ведь он чувствовал на своем языке длинные, изящные пальцы и, блядь…
— Ох, бл… Ладно, ах, — пробормотал Стайлз.
Дерек хмыкнул и переместил одну свою руку так, чтобы большим пальцем чувствовать пульс Стайлза — пульс, который сейчас сходил с ума — и зубами легко прикусил костяшки пальцев, еще глубже погружаясь в свою проклятую одержимость последних трех недель.
Он ощущал резкий привкус чипсов, которые Стайлз, вероятно, ел утром, но проигнорировал желание избавиться от привкуса, так как был не в состоянии остановиться.
— О, боже, — простонал Стайлз после того, как Дерек облизал его пальцы и выпустил изо рта с самым непристойным звуком. — Блядь, — он отчаянно потянулся к губам Дерека, врываясь в его рот влажным горячим языком.
Поцелуй был небрежным, неслаженным, пока Дерек не наклонил голову и не углубил его, издавая громкий стон в рот Стайлза.
Он увяз глубже некуда.
— В д… — пробормотал Стайлз, толкая Дерека назад. — О, боже, давай в дом, — закончил он и снова притянул Дерека к себе для грубого поцелуя, дергая за футболку и пытаясь утащить с крыльца. — Мне на тысячу процентов нужно увидеть тебя голым и желательно на мне.
Дерек почти споткнулся на проклятой лестнице, что было полностью виной Стайлза, так его последние слова вспыхнули четкой картинкой в мозгу Дерека.
Как они добрались до его комнаты, Дерек не понял. Но точно знал, что все стены по пути стали причиной их кратких остановок. В частности, у одной Дерек не выдержал и резким движением зажал Стайлза, пока тот не понял намек и, подпрыгнув, не обвил ногами его бедра.
— Ты такой засранец, — проговорил Стайлз, когда Дерек опустил его на матрас. — Грубое обращение не должно быть настолько сексуальным.
— Оборотни, — Дерек склонился над подставленной шеей.
Стайлз запустил пальцы в волосы Дерека, нежно царапая ногтями его голову и заставляя изгибаться.
— Не-а, — произнес он. — Это именно ты.
Дерек почувствовал, как неуместно громко застучало собственное сердце, и попытался отвлечься, покусывая Стайлза за шею и спускаясь ниже, к плечу. Это сработало наполовину, так как Стайлз застонал, словно прослушивался для порно, но потом одна из его рук нашла ладонь Дерека, они переплели пальцы, и интимность жеста нашла отголосок даже в животе Дерека.
— Одежда, — выдохнул Стайлз, не замечая, как Дерек вцепился в его руку. — Ее слишком много.
Дерек рванул его рубашку и потянулся к ремню, к неподдающемуся адскому приспособлению, но в конце концов справился и с ним. Он обнял Стайлза и перекатился на спину, всем телом, блядь, ощущая обнаженную кожу моментально прижавшегося к нему тела.
— О господи, я кончу прямо сейчас, как подросток, — уткнувшись в шею, простонал Стайлз, и Дерек бы обязательно его подразнил, если бы сам не изнывал от похоти, острого желания и непроизвольного трения, чувствуя вес Стайлза.
— Ты и есть подросток, — заметил Дерек, схватив Стайлза за задницу, и притянул его еще ближе к своему паху, от чего они оба резко выдохнули.
— Блядь, еще бы две недели, и я не выдержал, — выругался Стайлз и приподнялся на руках, внимательно считывая реакцию Дерека. — Господи, знаешь, как ты сейчас выглядишь?
Дерек открыл рот, чтобы ответить, но не издал ни звука, так как Стайлз наклонился и стал губами спускаться вниз по прессу. Последний луч заходящего солнца мазнул по дому, окрасив его рыжим, и ослепил Дерека больше, чем следовало. Но больший эффект произвели руки Стайлза — пальцы которого он представлял себе последние три недели каждый раз, прежде чем кончить — лежащие на нем.
Не останавливаясь, Стайлз сполз еще ниже и случайно коснулся его члена. Дерек от скользящей ладони резко дернулся, затем замер, блядь, блядь...
— Прости! — Стайлз остановился, и Дерек, посмотрев в его глаза, увидел в них то же выражение, когда тот, вращая гребанные барабанные палочки между пальцами, поймал его голодный взгляд. Дерек не успел вздохнуть, как Стайлз прикоснулся снова, теперь сознательно — горячими, твердыми пальцами, так что Дерек инстинктивно выгнулся дугой и закусил губу, чтобы подавить жалкий стон.
— О, твою мать, — выдохнул Стайлз, а Дерек содрогнулся всем телом и застонал, чувствуя сводящие с ума круговые, путешествующие движения одного пальца. Это было чересчур и слишком мало одновременно. Он боролся с собой, чтобы не раздвинуть ноги, а затем Стайлз коснулся пальцем его дырки, и Дерек осознал всю тщетность своих попыток сдержаться.
— Блядь, ладно… — с большим трудом выдавил из себя Стайлз. — Я не думаю… То есть, ты позволишь мне…
Дерек поднял руку и притянул Сталза за шею ближе к себе, чтобы смять его губы в жестком поцелуе. С разговорами у него не клеилось. Зато клеилось в поцелуях. У них обоих очень клеилось.
Стайлз отчаянно застонал в его рот.
— Боже! Ладно, я понял… Смазка… Мне нужна смазка…
— В верхнем ящике, — ответил Дерек. Он сосредоточенно смотрел на руку Стайлза, которой тот опирался о его грудь, пока наклонялся и шарил в ящике, на россыпь родинок, что маячили у него перед глазами. Дерек немного подался вперед и языком прочертил влажную полосу по его груди. Рваный стон Стайлза стал для Дерека долгожданным бонусом.
— Твою мать, — выругался Стайлз, и Дерек услышал, как он открыл тюбик и выдавил смазку себе на пальцы.
Стайлз выскользнул из рук Дерека, фыркнул, снова наклонился и лизнул его в губы, углубляя поцелуй. Дерек откинулся на подушки, промедлив пару мгновений, опустил руки на плечи Стайлза и широко расставил ноги, как не делал уже четыре года. Звук, который издал Стайлз, когда в его спину вонзились тупые, человеческие ногти был прерывистым и этим идеальным.
— Ладно, — прервал поцелуй Стайлз, смотря на него сверху вниз. — Ты точно уверен...
Дерек одной рукой вцепился в его волосы.
— Если ты сейчас же не вставишь в меня свои пальцы, я тебе их оторву.
Стайлз усмехнулся, и в то же самое время его рука заскользила вниз.
— Своими зубами? — хитро уточнил он, и Дерек хотел уже ответить на остроту, как в него проскользнул один палец: ловко, идеально и — черт раздери — он не был к этому готов...
Дерек стиснул зубы и выгнулся дугой, схватившись за спинку в изголовье кровати. Она была сделана из твердого, крепкого дуба и едва скрипнула, когда он вцепился в нее выпущенными когтями.
— Ебать, — выдохнул Стайлз, вкручивая палец еще глубже. — Видел бы ты себя сейчас...
— Стайлз, просто... ох, — Дерек услышал треск изголовья кровати, но не мог связно размышлять из-за нахлынувших ощущений. Господи, боже, это всегда должно было так быть? Он хотел спросить, но, похоже, потерял способность связно излагать свои мысли.
Когда Стайлз добавил второй палец, Дерек тяжело задышал и только смог шире открыть глаза. Он был полностью дезориентирован, чувствуя что-то инородное внутри себя — что-то обжигающее и растягивающее мышцы. Но в том-то и дело, что это был Стайлз, его ловкие и всегда умелые пальцы, которые массировали, надавливали, и...
У Дерека вырвался хрип, который удивил даже его самого, он изогнулся под немыслимым углом, потерявшись в ощущениях, так как, ох, срань господня.
— Вот так, — шепнул Стайлз, еще раз в том же ритме двинув пальцами, и Дерек от нахлынувшего яркого наслаждения уже с трудом воспринимал действительность.
Твою мать, он точно сдохнет.
Стайлз охнул, словно сам рассыпался на части, склонился и поймал губы Дерека, одновременно добавляя к двум вставленным пальцам еще и третий, растягивая мышцы почти до предела. И Дерек — гори оно всё — сразу помешался на этом ощущении.
Стайлз выругался в поцелуй, когда Дерек сорвался в бессвязный вой — пошло оно всё к черту, у него реально не было ни одной связной мысли в голове — и насадился на ласкающие его пальцы.
Дерек разорвал поцелуй, потому что Стайлз нашел идеальный ритм, трахая пальцами быстро и безжалостно, и у него возникли проблемы, чтобы вспомнить собственное имя, не говоря о том, чтобы нормально целоваться.
— Черт-черт-черт...
Дерек одной рукой обхватил свой член, а другой — схватил Стайлза за шею, так как ему нужно было за что-то держаться, чтобы не потерять себя окончательно и...
— О, господи, — открыв рот, тяжело задышал Стайлз. — Ты просто не можешь быть настоящим.
Что-то в его тоне зацепило и заставило внутри скрутиться. Дерек даже сначала не понял, что он бурно кончил, пока не выгнул спину, после того как пальцы Стайлза нашли новый угол и нажали гораздо глубже, чем раньше, черт возьми. И Дерек взорвался. Он слепо притянул Стайлза к себе, ему нужно было почувствовать его губы, руки — блядь, всё тело — и Стайлз, проводя рукой по груди, просто послушно прильнул, целуя и вылизывая его рот, как щенок, до тех пор, пока Дерек не почувствовал себя выжатым и опустошенным.
Всё, что он мог делать: это хрипло дышать, отчаянно содрогаясь в последних послеоргазменных судорогах и пытаясь снова активизировать все мыслительные процессы.
— Ты как? — спросил Стайлз, и Дерек, проморгавшись, открыл глаза, с трудом фокусируясь на Стайлзе, который выглядел, вау, одуревшим от счастья.
Глаза у него были, как у шального, губы после укусов Дерека покраснели и распухли, Стайлз никогда не выглядел лучше, чем сейчас. Блядь, если бы Дерек уже не кончил, то обязательно спустил сейчас, только глядя на такого Стайлза.
Стайлз порывисто сглотнул.
— Потому что, вот же, блядь, чувак — думаю, ты ненадолго вырубился, и я очень постарался не сдохнуть от факта, как горячо это было.
Дерек не ответил, по большей части из-за того, что еще не мог положиться на свой голос. Поэтому он дернул Стайлза вниз и провел языком по его нижней губе, уделяя особое внимание участку, ранее истерзанному укусами, одновременно опустив руку между их телами, и обхватил член Стайлза. Горячий, влажный — господи, какой влажный — он подрагивал в руке, и Дерек услышал, как Стайлз застонал в его губы.
— Ах ты ж, охереть, — зашипел Стайлз и спрятал пылающее лицо в изгибе шеи Дерека, жестко и отчаянно толкаясь в его руку. — В следующий раз ооох...
Дерек непроизвольно сжал на члене пальцы, вплетаясь другой рукой в волосы Стайлза и пытаясь вернуть свое участившееся сердцебиение под контроль... В следующий раз...
Боже, он так попал, ведь он хотел этого больше, чем чего-либо в своей жизни.
Дерек, подавив сосущую пустоту в груди, рыкнул и языком провел влажную линию от шеи до уха Стайлза, испытывая глубокое удовлетворение от прозвучавшего низкого воя.
— В следующий раз ты можешь трахнуть меня в рот, — проговорил он.
В тоже мгновение Стайлз со всхлипом кончил, заливая горячим и липким семенем бедро Дерека. Это должно было быть отвратительным, если бы кончил на него не Стайлз. Господи, Дерек совсем потерял голову, если бы мог, он бы всё слизал.
— Боже мой, — прошептал Стайлз, идеально укладываясь на него сверху. — Жизнь несправедлива. Почему мы не занимались этим постоянно?
Дерек хмыкнул, одной рукой поглаживая Стайлза по позвоночнику и одновременно стараясь окончательно не запасть на дрожь тела, которую он сам и вызвал.
— Потому что ты ненавидишь меня?
— Нкгда не ненавидел тебя, — неразборчиво произнес Стайлз, почти не шевелясь после оргазма. И это было необычно по сравнению с вечно суетливым и крутящимся во все стороны Стайлзом, так что Дерек просто сгреб его в объятия, прежде чем смог хорошенько подумать над этим.
Стайлз, вздохнув, мягко обнял его в ответ и уложил голову напротив сердца Дерека.
— Хоть ты и мудак, я никогда тебя не ненавидел, — повторил он.
— Я… — начал Дерек и помедлил несколько секунд. — …И я тоже… Никогда…
Стайлз недоверчиво хмыкнул, хотя даже он должен был слышать, как радостно отбивает ритм сердце Дерека в груди, и нашел его руку.
Возникшее молчание не тяготило. Было так легко и спокойно, что Дерек поразился, как сильно он хочет сохранить это всё навсегда.
— Надо бы передохнуть, Бетховен, — проговорил Стайлз. — Нам еще работать и работать над твоим темпом.
— Мой т… — произнес Дерек и замолчал. — Это, что, была собачья шутка?
Стайлз привычно спрятал свое лицо в изгибе шеи Дерека и смеялся до тех пор, пока Дерек не перевернул их обоих в кровати и крепко поцеловал Стайлза.