Work Text:
Эфир на радио “Наше”, Апрель 2008
Похоже, альбом “Продавец кошмаров” стал новым феноменом. Не помню иных примеров, когда бывшие враги так плодотворно работали вместе.
Хотя находятся и те кто не согласен с этим необычным тандемом. Но у вас всех будет возможность позвонить и высказать свое мнение непосредственно солистам. Ведь очень скоро, нас ждёт прямой эфир с Князем и Горшком, где они расскажут о совместном туре и дальнейших творческих планах. Да, именно так они и выразились. Лично у меня уже мурашки.
Что ж ждём с нетерпением, а пока послушаем хит Продавец кошмаров. Не забывайте звонить в студию по телефону…
Стена Вконтакте, в фанатской группе Княzz, май, 2008
Как бесит, что теперь только совместные концерты не хочу этого урода видеть.
А мне нравится, столько красавчиков теперь на сцене!
Им не тесновато вообще? Горшок Князя совсем задвинул.
Да уж, надеюсь это последний эксперимент.
А мне нравится музыка Горшка, она разнообразнее звучит.
Ну и иди КиШа своего слушай тогда, че ты тут делаешь?!
Ну, а ты однообразные княжеские запилы слушай тогда удачки.
Ветка обсуждения нового альбома во ВКонтакте, группа Король - дар шут - судьба, май 2008
Ну что за говно, без Князя лучше было!
У него в группе все смазливые такие, пидорство какое-то, а не концерты теперь.
Тексты Князя и так ерундой были, но музыка Горшка спасает положение.
Ну ладно вам, нормальные песни. Девочки, а видели как Князь с Горшком мило общаются?
Ой да! На интервью Миша Андрея за щечку ущипнул, ну просто кавай!
Мда, теперь как-то неловко пиздить фанатов Князя на фестах. Ушла эпоха.
Горшок!
Горшок бесит. Он: шумный, неуважительный, перебивает постоянно, руки свои распускает не по делу, а идеи каждый чертов раз все безумнее. Ещё и на интервью пиздит хуету:
“Мы новый альбом придумываем, там ваще чето новое будет, не как обычно!” - наобещал фанам всякого, а они ещё даже с концепцией не определились. Если не считать определением буквально один пьяный разговор в номере, после концерта. Иногда хочется его придушить к чертовой матери!
Но Миша…
Миша совсем другой.
Он робко заглядывает в глаза и спрашивает: хочешь посмотреть? И ждёт, что Андрей согласится. в очередной раз. включить его любимый “Сид и Нэнси”. Во время просмотра может пустить слезу, иногда засыпает, положив голову Андрею на плечо.
Когда номер общий, но кровати раздельные, краснея просит сдвинуть их и спать рядом. И, конечно же, как в их первую ночевку, забирается сверху. А по утрам смешно кряхтит, извиняясь:
- Я это…случайно, прости.
Мишу - хрен поймешь.
Горшка - хочется убить.
Андрей не представляет своей жизни без каждого из них.
Но поорать на Миху после интервью, попутно обещая себе больше никогда, никогда с ним не связываться, уже что-то вроде ритуала.
Остальные просто не лезут, только нервно курят за дверью гримерки. Поручик иногда шутит, что мама с папой ругаются. Мама с папой! Блять! Чтоб ему! Ебаный Король и шут! Сраный Горшок с его идеями!
Андрей самого себя ненавидит за однажды проявленную слабость. Ну, не головой ведь тогда думал! При чем с бабами он всегда был куда осторожнее, а тут просто ухнул в болото рыбкой. Идиот несчастный!
Миха пронесся вперед сразу, как попрощался с журналисткой, Андрей ещё задержался расшаркиваясь в привычных любезностях, чтобы совсем не испортить впечатление. Впрочем, девушка, скорее всего, осталась довольна. Сумасшедший панк Горшок им всем очень нравился.
- Хули, ты устроил опять?! - Андрей хлопнул дверью, отсекая, попытавшегося вклиниться, Вахтанга. Он, наверное, собирался напомнить, что концерт через двадцать минут, а им ещё гримироваться. Но Андрей чувствовал: если сейчас не поорет - концерта не будет. Зато, может быть, будет труп.
- Да, че я просто сказал, что Достоевский твой говно! - Горшок совсем не рассерженный, рассеянно копошился в баночках на косметическом столике и бубнил себе под нос.
- Не тебя спрашивали! Че ты наехал на меня?!
- Ты его не читал даже, бля! А выебываешься до небес! - вот и Горшок разозлился: повернулся на пятках и раздул ноздри, как будто хотел захватить не только все пространство вокруг, но и даже воздух. Гандон беззубый!
- Бля, каким хером, это тебя касается?!
- Не хочу, чтобы говорили, что я с выебистым идиотом работаю!
- Ну и не работай, нахер! - Андрей подошел ближе неосознанно, то ли чтобы ударить, то ли просто пытаясь захватить его взгляд, бесцельно бегающий по комнате.
Он просто ненавидел эту манеру Горшка прятаться в себе, как в раковине и не слушать, что ему говорят. Особенно, когда ситуация была действительно серьезная. Сколько можно терпеть, что он вот так перебивает и вклинивается на интервью?!
Андрей посмотрел Горшку прямо в глаза. Пульс разогнался до предельных скоростей. казалось сосуды не справляются с притоком крови и вот-вот лопнут. Смотреть в эти черные бездны всегда было страшно, каким бы смелым, ловким, умелым Андрей себя ни считал.
- Больше выступать со мной не хочешь, значит? - спросил Горшок, с тихим рыком из самой глубины груди. У Андрея приподнялись все мелкие волоски на теле, когда прокуренное дыхание коснулось его щек и ноздрей.
- Я…- позорно высоким голосом начал Андрей и тут же прочистил горло:
- На таких условиях - нет, - сказал он твёрже.
- Ну, и ладно, - Горшок ссутулился, опустил бархатные глаза в пол и собирался отвернуться.
Это был уже Миша, но с ним Андрей и вовсе не умел разговаривать. Поэтому он дёрнул его за футболку, чтобы разозлить и вызвать Горшка обратно. Прижался нос к носу, комкая ткань в кулаке.
- Че ты, блять, хочешь от меня? - Миха коротко и резко вскинул голову, а потом случился книжный момент.
Андрей и вправду читал немного и очень хаотично. Зато мог заглотить абсолютно любой текст, который попадется. Так однажды он схватил любовный роман у своей девушки из рук и прочел:
Не осознавая что делают, они поддались навстречу друг другу. Их губы слились в поцелуе.
Андрей, в тот раз, долго смеялся. Как можно не осознавать, что делаешь, если не пьян и не обдолбан? И вот он сам стоял в гримерке, за десять минут до концерта, не понимая, что творит. Миша дышал ему в лицо, черные глаза так близко, что кроме них ничего не видно. Собственная рука до онемения сжимала ткань футболки костяшки касались горячей кожи ключиц. Пахло: потом, табаком и смешной детской жвачкой, которую любил Миха.
Шершавые губы касались его губ, язык во рту щекотал небо и Андрей зло сжал зубы. Миша только чуть вздрогнул, но целовать не прекратил.
Андрей и не хотел, чтобы это закончилось. Он потянулся, уколов руку о щетину его волос, надавил Михе на затылок.
Член потяжелел и тянул к земле. Андрей замычал в поцелуй, ухватившись за михины плечи. Они ненадолго отстранились, одновременно коротко вдохнули и снова вцепились друг в друга, раскрывая рты навстречу.
В дверь заколотили активнее, теперь, кажется, уже не один человек. Миха с тихим рыком почти оторвал его от себя. В его карих глазах потемневших и блестящих, подрагивала уменьшенная копия Андрея. И он, как будто увидел себя по новому, более красивым, каким-то нереальным сказочным существом. Все тело покрылось мурашками, как в предвкушении горячей ванны. Не удержавшись, Андрей еще раз клюнул Мишу в уголок губ и крикнул:
- Да, идём мы!
- После концерта поговорим, - погладив Мишу по плечу, шепнул Андрей и быстро пошел открывать дверь, пока ее не выломали.
- Он плохо на тебя влияет, - проворчал Вахтанг, уже перед самым выходом. Смотрел он беспокойно и словно о чем-то догадывался. Казалось, вообще вся группа подозрительно поглядывала на его губы, опухшие после поцелуев.
- Да, ладно, мы просто немного повздорили, - отмахнулся Андрей, как можно беспечнее.
Миша, стоявший в окружении своих парней, ни с кем не разговаривал, отвернулся ссутулив спину, в новом плаще с надписями. Он смотрел в стену и от его вида у Андрея тревожно екнуло в груди.
Концерт прошел отлично.
Может быть, от эйфории и каши в голове, ему показалось, что даже лучше обычного. Он был громче, Миша больше бесился и веселил публику. Народ кричал и подпевал активнее. И Миша весь будто сиял, сливаясь в яркое солнечное пятно. Он был самый лучший, самый красивый. И у Андрея пару раз сжалось горло от мысли, что сегодня у них общий номер. С одной кроватью.
В гримерке Миша, весь мокрый от сегодняшних прыжков и вылитой на себя бутылки воды, вытирался тряся башкой. Брызги разлетались во все стороны и ребята ругались на его манеры. Андрей не подходил к нему только потому, что боялся не сдержаться и поцеловать прямо при всех. Скрываться от ребят он не собирался, но сначала надо было все обсудить.
Миша посмотрел на него только раз, замерев с полотенцем у лица, надолго задержал взгляд и, может быть, прожег бы дыру, если бы его не отвлек Ренегат.
Он положил руку Мише на запястье, закрыв ладонью татуировку с человеком-пнем. Ту самую, которую совсем недавно сделали по эскизу Андрея. И где-то под лопатками зачесалась ревность. Андрея и так бесило, что Реник постоянно крутится возле Миши, но теперь, конечно, особенно.
Потом к нему самому подошёл Каспер и он отвлекся, а потом пришел хмурый Вахтанг. По взгляду стало ясно, что разговора не избежать и Андрей вышел из гримерки вслед за ним.
Они вместе шли до номера, поднимая пыль из старых ковровых дорожек:
- Так, что ты задумал? Объединиться хочешь? - не стал тянуть кота за хвост Вахтанг, Андрей хмыкнул. Чуть не пошутил, что конечно хочет, только немного не так, как он думает.
- Да нет, ничего такого, просто…- Андрей почесал шею, чихнул совсем неправдоподобно, чем конечно не обманул своего давнего директора.
- Ещё альбом хотите?
- Нет, он хочет оркестр акустику, театр, совсем не моя тема, короче. Дай я с ним обсужу и расскажу тебе, обещаю, - они остановились у отвратительной коричневой двери. В старом потрескавшемся лаке Андрей видел их мутные отражения сливающиеся в одно пятно, как какое-то очень толстое чудовище. Можно даже песню какую-нибудь придумать про это.
Вахтанг сощурился, как плохой актер в русском сериале про полицейских.
- Что у вас с ним такое? Никогда тебя таким не видел.
- Я и сам не знаю, - было приятно сказать хоть что-то абсолютно честно, Андрей выдохнул.
- Пугаешь ты меня, но я тебе доверяю, - Андрей кивнул, хотя почти не слышал Вахтанга, так быстро колотилось у него сердце.
Впрочем, оно только зря гоняло кровь, потому что Миши в номере не оказалось. Когда он не пришел через час, а потом и через два, Андрей понял, что все совсем не так просто.
С другой стороны на что он надеялся? С ноги ворваться в секс с Горшком? За последнее время, он заметил, что и женщинам это не слишком легко удавалось. К тому же он был довольно гомофобно настроен. И вряд ли готов потерять голову от Андрея. Хотя он, безусловно, красавчик. Андрей осмотрел себя в зеркало, чтобы еще раз в этом убедиться и шутливо хлопнул сам себя по заду. Ну кто откажется, в самом деле?
Он хотел поискать Мишу у его парней, потом решил, что вряд ли он сидит со всеми. Когда на него накатывало мрачное настроение, Миша предпочитал быть один.
Андрей быстро проскользнул по коридору, мимо дверей за которыми шумели и смеялись. Надеясь, что никто не выйдет и не пристанет к нему. Все обошлось и он спустился в холл, в поисках бара.
И конечно же, Миха сидел там, за два часа, успев изрядно накачаться.
Это снова был Горшок: противный, мелочный, доебистый и красивый, просто пиздец. Если бы у Андрея не было силы воли, выебал бы его прямо тут. Но какие-то ее остатки, дали ему сдержаться. Он сел рядом с разглагольствующим Горшком:
- Понимаешь, это про свободу. Если бы все…ой, - почувствовав прикосновение к руке, он дернулся и обернулся. Бармен тоже посмотрел на Андрея, только не сердито, а умоляюще.
- Мне виски со льдом, пожалуйста, - парень быстро и очень радостно поспешил к своим бутылкам. Его можно было понять: в баре почти не было посетителей и никто больше не мог спасти его от разговорчивого клиента.
- Мих, ну, че ты тут? - Андрей, видя его реакцию, удержался от того, чтобы похлопать по плечу, а очень хотелось. И только старался поймать взгляд, который Горшок усердно прятал в глубине пивного стакана.
- Пойдем в номер, нам же вставать рано.
- Андрюх я…- вернулся бармен, лёд в стакане звякнул, когда дно коснулось стойки и парень быстро убежал от них. Пока новый посетитель не подключился к лекциям про это анархизм.
- Что ты? - наклонился к нему Андрей.
- Не пидор я, вот, - Горшок сделал большой глоток, чуть не опрокинув на себя все пиво разом. Андрей ожидал от него подобных высказываний, поэтому не удивился.
- Ну, ладно, - согласился он спокойно, - можешь назвать, как хочешь.
- Че назвать? - постепенно Горшок начал уходить и плечи Миши стали опускаться все ниже вместе с головой.
- То, - Андрей понизил голос до шёпота:
- Что у тебя встал, пока мы целовались.
- Да это не! - Миха наоборот начал кричать, взмахнув рукой, люди за дальним столиком встрепенулись. Бармен напрягся, наверное, испугавшись, что Горшок что-нибудь разобьет.
- Это случайно вышло, - сбавив громкость, буркнул Миха.
- Встал случайно или поцеловал случайно? Или у тебя микрофон в штанах был? - они близко дружили уже второй год, однако Андрею казалось, что знакомы целую вечность. И он прекрасно знал, что нужно прямо сейчас вытащить Мишу из его головы, иначе потом будет не выковырять.
- Ну просто… - Миша уткнулся носом в высокий пивной бокал, - я не знаю, Андрей.
Хотя бы теперь это точно был Миша: спокойный и до смешного целомудренный.
- Я тоже не знаю, Миш, - по углу опущенных плеч, он понял, что уже можно коснуться его. Медленно положил руку в треугольник между лопатками и шеей, провел немного вниз. Наклонился, коснувшись кончиком носа его виска. Существовал немалый риск, что кто-то заметит и даже сфотографирует их так, но ничего, могут друзья пообниматься в конце концов?
- Давай вместе поймем?
Миша, не отрывая взгляда от кружки, косил глаза, так и не повернувшись к нему.
- Миш, - продолжал Андрей, осторожно поглаживая напряженное плечо.
- Мы же альбом записали и с этим-то уж точно разберемся, - Андрей надеялся, что с со стороны его прикосновение все еще выглядит по-дружески. Потому что оно таковым вовсе не было.
Постепенно напряженная мышца под его рукой расслабилась и весь Миша чуть оттаял уже не так интересовался своим пивом, немного наклонился к нему.
- Пойдем в номер, м? - Андрей перетек пальцами на шею слегка помассировал над выступающим позвонком, Миша сощурился и издал звук похожий на урчание.
- Пойдем.
В лифте Миша прислонился к нему плечом. Андрею, конечно, хотелось большего, но он радовался этой бестолковой подростковой близости.
Наверное, еще никогда и никому коридор советской гостиницы не казался таким длинным. Они же, черт возьми, просто бесконечные! А их номер еще и в самом конце, потому что им организаторы чаще всего снимали люкс.
Андрей думал, что за закрытой дверью сразу набросится на Мишу, однако тот его опередил. Прижался сзади, схватив за бедра, начал целовать шею и неловко попал губами по уху.
- Смотрю ты разобрался, да? - засмеялся Андрей, пытаясь развернуться в его руках и обнять, но Миша удерживал все так же беспорядочно целуя и иногда прикусывая тонкую кожу. Горячие пальцы пробрались под футболку.
- Мих ну…ну пусти! Эй! Я же тоже хочу, - увещевал Андрей, пока Миша подталкивал его к кровати и смешно пыхтел.
- Чего хочешь? - рыкнул он.
- Смотреть на тебя и потрогать, - ему удалось развернуться и сжать мягкие бока. В последнее время Миха располнел, из-за работы над альбомом забросил зал и покрылся ровным слоем жирка. Пальцы утопали в его теле как в тесте. Андрей запрокинул голову потянувшись за поцелуем. Миша стоял застыв и смотрел куда-то в сторону от него.
- Миш, ты чего?
- А тебе нравится? - пробурчал он, поведя плечами.
- Что?
- Смотреть? На меня?
- Конечно, блин, нравится. Ты мой стояк чувствуешь? - Андрей прижался бедрами к его ноге и Миша, и так весь красный, покраснел еще больше.
- Ну я же…
- Красивый Мих, самый, - Андрей провел рукой по ежику коротких волос, которые он недавно постриг после всех подъебов на тему викингов и хиппи. Ему шло, но Андрей скучал по мягким локонам. Хотя первый же начал над ними издеваться.
- Ну че ты, - смущаясь Миша всегда пытался уменьшиться, опуская плечи и голову. С его размерами это выглядело очень забавно.
- Иди сюда, - теперь поцелуй был осознанный и оттого куда более приятный. Миха отвечал неловко и слегка слюняво. И все еще пытался подтолкнуть Андрея к кровати и бестолково тянул футболку куда угодно только не вверх.
- Сможешь порвать? - чуть отстранившись, спросил Андрей.
- Ммм, - закивал Миша, так радостно, как будто ему предложили пиво.
- Ну, давай, - Андрей внимательно смотрел, как у него возбуждено подрагивают ноздри и блестят глаза. Руки натянули ткань, сначала ничего не произошло, но пальцы ухватились сзади за ворот и, наконец, раздался треск. Спине стало прохладно, Андрей передернул плечами.
Миша, все так же не сводя с него взгляда, стянул остатки тряпки, уверенно рванул их на себя, оставив Андрея с голым торсом.
И вроде бы они уже ходили вместе в баню и видели друг друга голыми,только теперь все было иначе и Андрей чувствовал, как начинает краснеть под изучающим взглядом.
Но Миша качнулся вперед, снова втянул в поцелуй и лихорадочно быстро расстегнул на нем джинсы, стянул их вместе с бельем, подцепив резинку трусов большими пальцами. Андрей поднял ногу, чтобы переступить через одежду, но полетел назад. Кровать подло подкралась и ударила по коленям. Миша упал сверху, к счастью додумался выставить руки, чтобы не придавить своей двухметровой тушей. Андрей, впрочем не стал бы возмущаться.
Миша выглядел таким счастливым: раскраснелся, губы блестели от слюны. И вдруг оскалившись особенно хищно, впился Андрею в плечо.
- Ай! Мерзавец! Я про тебя песню напишу, - Миша хихикал, как дебил. А Андрей подумал, что вообще-то половина последнего альбома в целом и была про него. Он задумчиво водил по поскрипывающему под пальцами ежику волос, поцеловал горячее ухо.
- Ты тоже разденься, - шепнул Андрей.
- Да не хочу, - буркнул Миша.
- Ну Мих, так нечестно, я же голый, а ты нет, - Миша, приподнявшись, пожевал губу верхним клыком.
- Ладно, только свет выключи.
- Я же тогда ничего не увижу, - засмеялся Андрей.
- Да, на че там смотреть, - заворчал Миша скатываясь с него.
- На тебя конечно, - Андрей сел с ним рядом, потерся лбом о теплое плечо. Миша дернулся и нахмурился.
- Давай ночник хотя бы. М?
- Ладно, - согласился Миша и Андрей пошел к выключателю. Но обернулся до того как щелкнуть им, чтобы успеть увидеть, как Миша по-армейски быстро раздевается, стоя к нему спиной. Смешные и явно старые семейники натянулись на его бедрах, на пятке носка расползалась дырка. Миша почувствовал подвох и оглянулся.
- Ну Андрюх!
- Ладно, ладно, - он выключил свет и быстро подошел, не давая Михе опомниться. Положил ладони на мишины бедра, потянул его дурацкие клетчатые трусы вниз. Миша ахнул, как будто прикосновение кожи к коже было для него невыносимым. Но Андрей понимал, что скорее всего так и есть. Ему самому было жарко в собственном теле и хотелось прижаться плотнее к Михн, как к единственному способу спасения.
Вспомнив, что хотел рассмотреть его, Андрей пошарил над кроватью потянул за веревку на старом светильнике и теплый, желтый свет облизал мишины рельефы. Андрей чуть отстранился рассматривая красивую грудь с татуировкой, почти без волос только немного торчало вокруг сосков.
- Дрюх ну, не смотри, - Миша прикрылся ладонями, такой смешной.
- Ну нет уж, ты обещал, - Андрей с силой отвел его руки в стороны, удерживая за запястья, навалился, притираясь ближе. Почувствовал бедром влажную теплую головку члена и зажмурился от удовольствия. Миша еще смущенный ответил на поцелуй и толкнулся навстречу, потом снова застыл. Андрей вздохнул. Он конечно рано понадеялся, что Миша быстро расслабится и у них будет безумный животный секс.
- Ми-и-иш, - шепнул Андрей, почесал его за ухом, зная как он это любит. Миша и правда зажмурился довольно и чуть ли не заурчал.
- А мы? Я…пока что не хочу, ну знаешь…понимаешь да? Как настоящие пидоры.
- Понимаю да, - Андрей и сам еще не был готов и не собирался подбивать Мишу на что-то такое.
- А что тогда будет? - Миша распахнул глаза, испуганный, как ребенок на медосмотре. Андрей фыркнул.
- Ну, давай я тебя потрогаю, - он лег на бок притянул Мишу за бедро ближе к себе. Его член, длинный и в меру толстый, покраснел и плотно прижимался к животу.
Андрей обхватил его двумя пальцами провел от головки вниз и Миха застонал.
Это был трудно описуемый звук, нечто между низким ворчанием и женским криком.
- Хорошо? - спросил Андрей, просто чтобы спросить. Очевидно ему нравилось. Член затвердел еще больше и на головке выступила влага. Миша уперся лбом в лоб и смотрел вниз, будто запоминая.
Андрей коротко чмокнул его в губы, обхватил член всей ладонью, начал аккуратно водить руку вверх-вниз по всему стволу. Он был такой большой и тяжелый, что невольно подумалось: как будет, если, как там Миха выразился, у настоящих пидоров? Может, однажды они попробуют. Но сейчас казалось достаточно и просто потрогать, посмотреть, услышать, как он стонет, выгибая шею. Андрей смотрел, как краснеет головка то исчезая, то появляясь в его кулаке. Миша, сначала сдержанный, выгнулся на постели, такой длинный и на удивление изящный. Как большая дикая кошка. Андрей подался вперед куснул его мягкое плечо. Миха зашипел сквозь зубы, сам толкнулся в кулак.
- Что? - переспросил Андрей.
- Сильнее, сильнее сожми, - простонал он между сомкнутыми губами. Андрей послушался, еще погладил головку большим пальцем, надавил подушечкой на щель.
- А-а-а-а, - выдохнул Миша негромко, запрокинул голову, подставив беззащитную шею с подрагивающим кадыком под засос. Андрей не думал, как они будут объяснять это завтра, соврут, что поклонницу подцепил.
От вида Миши, выворачивающегося в оргазме, ему тоже стало хорошо. Сперма брызнула на пальцы и Андрей не сразу убрал руку, чтобы немного помучить Мишу, добывая из него новые любопытные звуки. Отпустил только, когда он совсем затих и расслабленно вытянулся так что стопы свешивались с края постели.
Андрей вытер руку о простыню и сам выдохнул. Вспотевший Миха приятно пах собой: пивом, сигаретами и чем-то сладким. Андрей откровенно любовался, лежа на спине, повернув голову и закрыв глаза рукой от света ночника.
Миша вдруг вскочил и показалось на секунду, что он сейчас сбежит, чтобы утром сделать вид будто ничего не было. Однако нет.
Смешно пыхтя, он уселся между андреевых бедер, раздвинув их коленом.
- Мих, ты чего?
- Моя очередь.
- Да, не надо сегодня, - махнул Андрей рукой. Он был возбужден, но в целом мог и потерпеть, чувствуя самодовольство и усталость от того, как порадовал Миху.
- Неа, - заупрямился он и Андрей расслабился, позволив ему делать, что хочет.
Миша взял его член, сначала осторожно и посмотрел из-под сдвинутых бровей.
- Нормально? - Андрей кивнул. Вообще-то было лучше, чем нормально. Миша, конечно, не делал ничего особенного, просто возбуждало осознание, что они вместе, вот так. И что Миша красивый, толстенький и голый сидит между его ляжек и дрочит ему, усердно сопя.
Начал он медленно, проверяя реакцию и останавливаясь от каждого андреева вздоха, но потом начал двигаться увереннее, приноровившись. Андрей приподнялся на локтях, чтобы лучше видеть. Его член помещался в большой ладони целиком. Андрей подумал что теперь никогда не сможет спокойно смотреть на то, как Миша держит микрофон. А он, тем временем, поймал нужный ритм и чуть давил большим пальцем на тонкую кожицу у головки. Маленькая мозоль на подушечке приятно щекотала чувствительное место и Андрей начал терять контроль.
Голова постепенно наполнилась густым туманом, уплотнившимся до состояния ваты. Воздуха не хватало и он широко раскрывал рот. А Миха, продолжая восхитительно крепко, сжимать его член, наклонился, обдав щеки сигаретным дыханием. Поцеловал водя языком во рту, забираясь в каждый уголок. Палец на члене тоже водил по головке, оттянул кожицу этой своей дурацкой мозолью. Андрей позорно всхлипнул в поцелуй и Миша без всяких указаний сжал еще сильнее, провел резко вниз и медленнее вверх. Андрея подбросило на постели и он кончил прикусив михин язык.
- Бля, - сообщил он, когда Миша отстранился, сияя, как начищенная бляха на его ремне. Таким довольным он в последний раз был, когда они полностью альбом записали.
Андрей вытерся краем простыни, пока Миха пыхтел в ванной. Мышцы отказались сотрудничать и куда-то идти казалось просто невозможным. Андрей немного тревожно смотрел на дверь ванной, маленький треугольник света лег на серый ковер и михинатень периодически мелькала, закрывая его целиком.
Потом Миша все-таки вернулся и застыл в дверях, будто снова не знал, что делать дальше. Андрей похлопал по постели рядом с собой. И Миша, только этого и ждавший, быстро забрался на нее. Еще немного подумал и прижался щекой к плечу.
Андрей погладил его колючий ежик, щекоча пальцы острыми кончиками волос.
- Мы теперь типа встречаемся да? - спросил Миша после недолгого молчания.
- Да Мих, встречаемся, - вздохнул Андрей. Такой дурак он у него, конечно.
- А в театр пойдешь? - Андрей скривился. Они это уже не раз обсуждали, но никогда трезвыми и уж тем более не после секса.
- Не, ну Мих, это твоя тема, прости уж, - Миша заворчал, чуть поменял позу, закинув на Андрея руку. Прижался к боку.
- Ну арт-панк хоть со мной запиши.
- Миша блин, я же…- начал Андрей запальчиво. Теплые пальцы коснулись бока, а почему-то холодный нос уткнулся в шею. Отказать Михе, когда он голый и так доверчиво-интимно прижимается, оказалось куда сложнее, чем пьяному и злому Горшку. Андрей чуть помассировал его макушку.
- Ладно, только альбом, никакого театра.
- А что ты будешь делать? Пока я в театре? - Андрею казалось, что он играет в почемуку с ребенком. Но терпеливо объяснил:
- Без тебя повыступаю, у меня и своя группа есть. Помнишь? - Миха не ответил, затих так, что даже дыхания почти не было слышно. Тем не менее, его мысли, невнятные и при этом очень громкие, все равно не дали бы Андрею спать. Он подергал Миху за ухо.
- Ну, чего тебя беспокоит? Выкладывай щас, а то я про альбом передумаю.
- Ничо я, - заворчал Миха, пряча нос в складке между плечом и шеей, как нашкодившая собака.
- М-и-и-ш?
- Ты когда не со мной, как будто не любишь меня, - Андрей цыкнул. Он и забыл какой Миха мерзкий собственник.
- Блин Мих, ну че ты несешь?
- Че несу, - он приподнялся, глядя Андрею в глаза, яростно, немного по-горшковски.
- У тебя барабанщик новый этот еще!
- Женя?! Да ты, - начал Андрей, потом понял, что тут бесполезно взывать к логике и просто погладил Мишу сзади по шее и спине.
- Если я не с тобой, то все равно люблю. Иди сюда, - Миша, прищурился, рассматривая его, как какого-то подозрительного чужака.
- Ладно, - он все-таки улегся, обнял Андрея, как мягкую игрушку, свернулся, уткнувшись носом в подмышку. Выдохнул немного сердито и немного удовлетворенно. Андрей подозревал, что про театр им придется поспорить еще не раз.
Сейчас с ним был Горшок и Миха. Оба сразу, в одном человеке. Его человеке. Которого, Андрей точно знал, не сможет разлюбить никогда.