Archive of Our Own

Chapter Text

— Ты в порядке? — прозвучал у Тэхена над головой обеспокоенный голос, пока он пытался сфокусировать взгляд на старом раздолбанном мусорном баке в каком-то темном переулке, куда его… Тэхен задумался. Перенес? Опустил? Доставил? Наверное, все-таки спустил. Да, спустил с последнего этажа горящего небоскреба Человек-Паук.

Тэхен неопределенно покачал головой, усиливая мучившее его головокружение. Кажется, его сейчас стошнит. И нет, он определенно не был в порядке.

Сегодняшний день для Тэхена начался просто прекрасно. Он подскочил ни свет ни заря, не дождавшись звонка будильника, слишком взбудораженный тем, что его наконец-то приняли в штат сотрудников «Daily Bugle». Три месяца он недосыпал, недоедал и еще много чего «недо-», и вот его усилия были вознаграждены. Из тридцати стажеров приняли только его и еще какую-то девчонку, Пак Чеён, которая каждые пару часов клепала новые разоблачительные статейки про Человека-Паука. Тэхену на это только глаза хотелось закатывать, потому как это совершенно было не тем, чем, в его понимании, должен был заниматься настоящий журналист, но по большому счету ему было плевать на это все. Главное — его тоже взяли.

Он выпил свежий кофе и съел обалденно пахнущую яичницу с беконом, готовый бежать на работу, чтобы занять место у окна, которое он облюбовал еще в первый день, когда им только проводили экскурсию по зданию. И перед самым выходом из дома он даже успел получить теплый поцелуй в щеку от заспанного Чонгука, который вышел к нему из комнаты в одних пижамных штанах, потирая опухшие глаза и заставляя его, в который раз впечатленного подтянутостью торса младшего, тяжело сглотнуть.

Несмотря на пробки, Тэхен все же успел прибежать на работу раньше Чеён и застолбить желаемое место. А потом к нему, приветливо улыбаясь, подошла Бетти Брант, секретарша мистера Джеймсона, и вручила целую стопку статей, которые он должен был просмотреть на предмет всякого рода ошибок, после чего мог внести в них свои коррективы. Тэхен довольно развалился в мягком компьютерном кресле, блаженно прикрывая глаза. Казалось, все его мечты наконец исполнились: у него появилась работа, открывающая кучу возможностей, в том числе и карьерного роста, и позволяющая ему реализовать желание стать успешным, имеющим шанс изменить мир к лучшему журналистом; скромная, но зато своя и вполне добротная квартира не на самой окраине города; и заботливый парень, который всегда ждал его в этой самой квартире. По правде сказать, не так уж и всегда, но Тэхен все равно был безгранично счастлив, особенно когда ближе к вечеру они с Чонгуком устраивались на диване, занимаясь каждый своими делами, но обязательно переплетая пальцы или соприкасаясь друг с другом еще какими-нибудь способами.

В таком безмятежном настроении Тэхен провел почти весь рабочий день, когда незадолго до того, как он уже должен был отправиться домой, спеша к Чонгуку, который предложил вечером отметить радостное событие небольшим романтическим ужином, вдруг раздался страшный вой пожарной сирены и голос из динамика сообщил, что это не учебная тревога. Послышался громкий топот из коридора, сотрудники заносились туда-сюда к лестницам или лифтам, чтобы покинуть злополучное здание. И Тэхен тоже не был исключением. Жутко перепугавшись, он вскочил с насиженного места и, схватив рюкзак, побежал к выходу. Но стоило ему только открыть дверь, как в нос тут же ударил едкий запах дыма и глаза начали слезиться. Видимость была практически нулевая, и Тэхен, закрыв лицо рукавом, попытался на ощупь дойти до лестницы, ведущей вниз, но чем дольше он шел вперед, тем жарче ему становилось, и в какой-то момент он понял, что оказался как раз в эпицентре пожара. Делать было нечего, так что он вынужденно вернулся в свой кабинет, пытаясь судорожно сообразить, что делать дальше. Мысль о том, что он сейчас может умереть, его мозг упорно игнорировал. Тэхен просто не мог представить, как это в принципе возможно. Как может случиться такое, что его вдруг не станет? А как же Чонгук?.. Перед глазами Тэхена тут же всплыл образ по-кроличьи очаровательно улыбающегося парня, который протягивал ему руку, подзывая к себе. И Тэ бессознательно пошел вперед, спотыкаясь о стоявшие в кабинете стулья, тумбочки и мусорные ведра, и едва успел присесть, закрываясь рукой, когда раздался грохот и одно из окон разлетелось на мелкие осколки, засыпав почти весь пол.

— Ты в порядке? Встать можешь? — Тэхен услышал голос и наконец убрал руку от лица, а потом его челюсть пробила несколько этажей, потому что перед ним стоял Человек-Паук. Точнее самого Паука Тэ не особо разглядел из-за слез, застилавших его глаза, но других предположений по поводу того, кем могло быть размытое сине-красное пятно перед ним, у него не было.

Тэхен запоздало кивнул, все же осознав вопрос, который ему задали, и тут же услышал команду:

— Обними меня и держись крепче.

Тэ, пошатываясь, поднялся на ноги, воспользовавшись предупредительно протянутой ему рукой, а потом крепко обхватил супергероя за шею, прижимаясь к нему всем телом. Кажется, он почти отключился, когда почувствовал, как они взмыли в воздух, и пришел в себя, только когда снова ощутил под ногами твердую почву. Он сполз на землю, скользя рукой по стоявшему рядом зданию. Его всего потряхивало, и он судорожно моргал, пытаясь прийти в себя.

— Тэ, все хорошо? — позвали его по имени, и Тэхен резко задрал голову. Он вроде бы не слышал о том, что Человек-Паук и мысли читать умел.

— Откуда ты знаешь мое имя? — просипел Тэ. Лучше он сейчас сосредоточится на выяснении этого факта, чем на мыслях о том, как он умудрился не сгореть в пожаре. Это было слишком шокирующе. Подумать только, еще полчаса назад он безмятежно листал статью об открытии новой выставки в музее, а теперь едва спасся от смерти.

— Я… Я… — вдруг замялся герой, а потом опустился перед ним на колени и взял его руки в свои, крепко их сжимая. — Тэ… Это я, — его голос заметно дрожал, а потом он потянулся одной рукой к своей маске и стянул ее, тряхнув головой, поправляя волосы, и Тэхен в который раз за этот вечер задохнулся, потому что увидел перед собой перепуганное, бледное лицо Чонгука. — Хен, боже, я так испугался за тебя! Прости, что раньше не говорил. Я хотел защитить тебя от всего этого. Хен… — Чонгук подался вперед, заключая Тэ в тесные объятия и закрывая глаза. Он чуть было не потерял его…

— Гукки… — смог только прошептать Тэхен, перед тем как потерял сознание в чужих руках.

Придя в себя и оглядевшись по сторонам, Тэхен неожиданно для себя заключил, что находился он в собственной спальне. Он аккуратно сел, чувствуя, как все тело тут же заныло, и негромко застонал. Он ненавидел подобные сны. Он не знал, как это так получалось всегда, но каждый раз, когда ему снилась какая-то дичь, он обязательно засыпал в самой неудобной позе, в результате чего просыпался с затекшими, ноющими конечностями и спиной. Тэ неловко потянулся, пытаясь размяться, но только громче застонал, когда боль прошлась жаркой волной вдоль его позвоночника.

— Хен, ты проснулся? — в комнату влетел Чонгук. Он был весь какой-то взъерошенный, а глаза его подозрительно покраснели.

— Ага, доброе утро, Гукки, — Тэ причмокнул, удивляясь, с чего это младший решил встать раньше него: обычно Чонгук предпочитал спать до полудня.

— Какое утро, хен? — смутился Чонгук. — Сейчас одиннадцать вечера.

— Чего? — Тэхен уставился на своего парня во все глаза, а потом потянулся к телефону. Загоревшийся экран все подтвердил: 23:16. — Но я… У меня же сегодня первый официальный рабочий день. Почему ты меня не разбудил? — Тэхен завозился на кровати, пытаясь выпутаться из одеяла. Как он вообще умудрился так проспать? Это же невозможно.

— Хен, ты что, ничего не помнишь? — Чонгук нахмурил брови.

— Ты о чем? — недоуменно переспросил Тэ, тоже хмурясь и зависая с занесенной над полом ногой.

— О пожаре в здании «Daily Bugle» и… И о Человеке-Пауке, — Гук опустил взгляд в пол.

— Так это было на самом деле, что ли?.. — ошарашено проговорил Тэхен, пытаясь воспроизвести то, что он посчитал сном, во всех деталях. Ну, допустим, жар от огня действительно ощущался как-то уж слишком правдоподобно, и тексты всех прочитанных им за день статей он тоже хорошо помнил, чего обычно после сна не бывало, но вот чудесное спасение… Это было как-то слишком. У него в голове не укладывалось. Ведь его спас Человек-Паук, который потом еще и оказался внезапно его парнем.

Тэхен яростно затряс головой. Не может этого быть. Ему ведь уже снилось однажды нечто подобное. Только это было в первом классе средней школы. Он тогда был огромным фанатом комиксов DC и с ума сходил по Бэтмену. Так что почти неудивительно, что как-то раз ему приснилось, как в одном из пролетов их школы стоял Бэтмен в своем полном обмундировании и продавал батончики мюсли, крича во все горло: «Налетай — не скупись, покупай — торопись». Назойливый Тэхен тогда еще заставил Бэтмена все-таки снять маску и обнаружил под ней лицо своего одноклассника Чхве Минхо. Большего разочарования в его жизни с тех пор, кажется, еще не было. Он грустно фыркнул и заявил опешившему Минхо, что настоящим Бэтменом является Брюс Уэйн, а затем печально побрел на занятия.

Так может, мозг просто решил ему подкинуть еще одну фантазию на тему супергероев?

— Вот, смотри, — перед носом Тэхена на кровать вдруг плюхнулся сине-красный сверток.

Тэ недоверчиво потянулся к нему и принялся разворачивать, постепенно все отчетливее понимая, что это был костюм, удивительно похожий на тот, что он не раз видел по телевизору и на фотографиях в редакции их газеты.

— Этого не может быть… — Тэхен на автомате продолжал сминать костюм. — Скажи, что ты пошутил.

— А похоже, чтобы я шутил? — несвойственным ему серьезным тоном ответил Чонгук. — Хен, я чуть не умер, когда узнал, что ты тоже был в здании. Думал, что уже всех вытащил. А потом ко мне какая-то рыжая девчонка в слезах подбежала, сказала, что парень, сидящий с ней в одном кабинете, должно быть, все еще там. Она начала причитать, что вас обоих только первый день как в штат взяли, и тогда я понял, что она говорила о тебе, — Чонгук забрался на кровать и обхватил Тэ сбоку всеми конечностями, словно панда. Он уткнулся носом хену в шею и громко задышал. — Никогда не простил бы себе, если бы с тобой что-то случилось.

Тэхен полубессознательно накрыл руку Чонгука своей, успокаивающе поглаживая ее, давая понять, что он в порядке. Ну, почти. Кроме того, что он никак не мог осознать все происходящее и поверить в это. Чонгук — Человек-Паук? Не может быть…

Тэхен не был уверен, сколько они так просидели, но, судя по затекшей пояснице, довольно долго. Поэтому наконец не выдержав, он выпутался из объятий Чонгука и поднялся с кровати, чтобы встать около стены, оперевшись на нее спиной и скрестив руки на груди. Если все, что сказал младший, — правда, ему нужны объяснения!

— Гукки, со мной все хорошо. Правда, — на самом деле не совсем правда. И если бы он сейчас мог мыслить здраво, то наверняка либо ударился в слезы, благодаря Высшие Силы и Человека-Паука за то, что спасли его, либо бросился утешать Чонгука, который, похоже, тоже был на грани срыва. Но вместо этого он решил, что сейчас — самое время выяснить всю правду, таким образом ограждаясь от необходимости принимать тот факт, что вообще-то все было более чем серьезно и он мог погибнуть. — Но ты не мог бы пояснить. Как это ты — Человек-Паук?

— Хен, я… — Чонгук нервно заерзал на постели. — Это случилось около года назад. Помнишь, мы с одногруппниками ходили на экскурсию в «Озкорп»? Меня там какой-то радиоактивный паук укусил. Видимо, их недоработанный проект. Ну и вот, с тех пор это все и началось.

— Так ты и паутину теперь вырабатываешь? — Тэхен пристально смотрел на Чонгука, надеясь на отрицательный ответ. Иначе это было как-то слишком мерзко.

— Нет, конечно, — Чонгук покачал головой. — Я разработал специальную формулу и теперь сам паутину произвожу, а потом просто встраиваю в костюм. У меня из способностей только суперсилища и умение цепляться к поверхностям.

Тэхен незаметно выдохнул. Ну, слава Богу. С другой стороны, тогда Чонгук мог бы привязывать его к кровати своей паутиной, а не вечно врезающимися в запястья наручниками…

— Хен, скажи что-нибудь, — попросил Чонгук, когда пауза слишком затянулась. Тэ все еще никак не реагировал на обрушившиеся на него новости, и Чонгука это до ужаса пугало. Пусть хен лучше на него накричит, тогда он хотя бы будет знать, что говорить в ответ, но молчание его просто убивало.

— Что ты хочешь от меня услышать? — поинтересовался Тэхен.

— Что ты не злишься, — предложил Чонгук, скрещивая пальцы. Его надежды на лучшее начали стремительно таять.

— Не злюсь? — Тэ вскинул бровь. Кажется, он пока не злился, но вряд ли был далек от этого. Ему просто нужно было еще немного времени, чтобы все переварить. — Я просто в шоке. И не знаю с чего больше! С того, что ты все скрывал столько времени или что я сам ничего не замечал.

— Ну, я очень старался, чтобы ты не узнал. Вообще-то я хотел тебе сразу рассказать, но сначала не знал как, а потом мистер Старк сказал, чтобы я не делал этого. Он сказал, что знать это — будет опасно для тебя. Хотя не то чтобы Пеппер незнание всей правды сильно помогло, когда на нее напал Стейн, — затараторил Чонгук. — Но мистер Старк все равно очень активно на этом настаивал. Так что я как-то не решился.

— Мистер Старк? Так ты действительно знаком с Тони Старком?

Чонгук неуверенно кивнул. Кажется, он как-то раз соврал Тэ о том, что не был знаком с Тони, когда Тэ прямо спросил его об этом после того, как спалил, что он яростно спорил с кем-то, называя этого кого-то мистером Старком.

— То есть ты соврал мне, когда я тогда спрашивал тебя, знаешь ли ты его? — взгляд Тэ стал еще прищуреннее.

— Хен…

— И сколько еще раз ты мне врал?

— Я не… — Чонгук глубоко вздохнул. Началось. — Я пытался тебя оградить.

— Когда привел меня знакомиться с твоей тетей, а потом внезапно куда-то пропал на несколько часов, оставляя меня наедине с ней? — неожиданно озарило Тэхена.

— Возможно, — уклончиво ответил Чонгук, вжав голову в плечи. Похоже, сейчас ему никакие суперспособности не помогут.

— И когда мы гуляли в парке, а ты вдруг заявил, что тебе срочно надо в универ, потому что ты работу забыл сдать? В воскресенье, — уточнил Тэ. — И когда мы пошли в кино, а ты ушел за попкорном и так и не вернулся до самого конца сеанса?

— Хен, я же не знал, что в это время что-то случится, — попытался оправдаться Гук. — Прости.

— Простить?! — Тэ постепенно заводился все сильнее. — Ты хоть представляешь, каким идиотом я постоянно выглядел? Уверен, тетя Мэй потом еще высказала тебе, чтобы ты не связывался с таким идиотом, как я, после того как я ей заявил, что люблю покупать женское белье.

Чонгук наконец посмотрел на Тэхена, еле сдерживая смех и удивленно выгибая бровь.

— Что? — вспыхнул Тэхен. — Это просто от нервов. Пытался разрядить обстановку, но она не оценила.

— Ну, еще бы, — хмыкнул Чонгук.

— Я постоянно выглядел как дебил, которого кинули на свиданке. Знаешь, как это было — неловко бегать тебя искать каждый раз?! И я еще думал, что ладно, фиг с ним, я люблю тебя и знаю, что ты меня любишь, так что готов был перетерпеть все эти странности, а оно вот что на самом деле оказалось!

— Хен… — Чонгук встал и подошел к Тэхену, пытаясь взять его за руку, но тот резко дернулся и отошел от него.

— Не трогай меня! Как ты мог столько врать мне?! В наших отношениях вообще была хоть какая-то правда? Или о своих чувствах ты мне тоже врал? — Тэхен диким взглядом смотрел на Чонгука. Неужели его ложь зашла настолько далеко?

— Хен, что ты такое говоришь? — именно этого Чонгук и боялся больше всего. Его хен имел далеко не всегда приятную склонность к драматизации, и сейчас у него была отличная возможность проявить ее во всей красе. — Я никогда не врал тебе. Ну, почти, — Чонгук почесал затылок. — Только в отношении того, что касалось моих супергеройских дел. Но никогда о том, что я чувствую к тебе. Как тебе вообще такое в голову пришло?!

— Очень легко! — фыркнул Тэхен. — Я, похоже, совсем тебя не знаю. Как я теперь могу быть уверен хоть в чем-то?

— Хен, послушай, я понимаю, что ты сердишься и не знаешь, что думать. Правда, я понимаю. И, наверное, на твоем месте чувствовал бы то же самое. Но, пожалуйста, поверь мне. Я делал все ради тебя, — Чонгук снова двинулся к хену, на этот раз делая это гораздо медленее и осторожнее. — Я не хотел втягивать тебя в это, чтобы ты лишний раз не волновался. Прости меня, пожалуйста. Я люблю тебя. Давай не будем ссориться.

— Не будем ссориться? — с каждой новой фразой Чонгука гнев в Тэхене закипал все сильнее.

Правда вдруг обрушилась ему на голову, и он совершенно с ней не справлялся. Ему хотелось кричать на Чонгука за то, что тот, как последний мудак, обманывал его, колотить его по всем частям тела, которые попадутся под руку, лупить его почем зря. Сделать хоть что-нибудь, чтобы куда-то выплеснуть весь негатив, который внезапно скопился в нем. И Тэхен бы и дальше продолжал возмущаться, если бы внезапная мысль вдруг не поразила его. Ведь все это время Чонгук рисковал собой, почти ежедневно подставлял себя под удар; Тэ читал об этом в новостях в Интернете. Вот только раньше он не был в курсе, что тем самым бедолагой, которому он столько сочувствовал и за которого в глубине души не мог не переживать, хоть и не знал его, точнее, как выяснилось, думал, что не знал, оказался его собственный парень. И это вдруг парализовало его. Он мог сколько угодно сейчас ставить под сомнение чувства Чонгука к нему, но в своих-то он был точно уверен. Тэхен внезапно приложил руку к груди. Кажется, у него сейчас прихватило сердце. И Чонгук был прав: если бы он знал обо всем с самого начала, он бы точно не дожил до сегодняшнего дня и без помощи пожара.

Тэхен глубоко вдохнул и выдохнул, пытаясь успокоиться.

— Ладно, мы не будем ссориться. Если ты пообещаешь, что больше никогда не наденешь этот дурацкий костюм!

— Что? — опешил Чонгук. Ему сейчас не послышалось?

Тэ закатил глаза.

— Не делай вид, что не расслышал меня.

— Хен, но я не могу, — Чонгук неосознанно изменил курс своего движения и теперь пятился обратно к стене.

— Что значит «не можешь»?! — Тэ грозно насупился, уперев руки в боки. Может, из них двоих супергерой и не он, но зато он все еще хен, а это кое-что да значит, и черта с два Чонгук не будет его слушаться!

— То и значит! — вспыхнул Чонгук. Он прекрасно знал, что означает эта поза его хена: что тот опять сейчас будет нудеть об их разнице в возрасте, доказывая, что Чонгук как младший должен с ним соглашаться. Тэ вечно прибегал к этому приему, когда они яростно спорили в Маке, что лучше взять: колу или спрайт; когда выясняли, кто круче: Капитан Америка или Железный Человек, или кто первым пойдет в душ в конце особенно тяжелых дней, правда в данном случае все обычно заканчивалось тем, что они отправлялись туда вместе. И каждый раз Чонгук был вынужден уступить. Потом было немного неловко смотреть в глаза мистеру Старку, а еще довольно страшно: вдруг Пятница ему все-таки спалила, что Чонгук предательски тоже в итоге выбирал не его, а Кэпа. Но ради спокойствия своего хена Гук был готов пойти на такие жертвы. Но то, что хен требовал от него сейчас… Он не мог на это согласиться, даже несмотря на то, что у него все внутри сжималось, когда он видел, каким разочарованным выглядел Тэхен. — Если я не буду помогать людям, то кто тогда?

— Железный Человек? Кэп? Вдова? — Тэхен загибал пальцы, делая вид, что всерьез задумывается над этим вопросом. — Не знаю, кто угодно. У нас сейчас этих супергероев развелось дофига и больше. Уж найдется кто-нибудь, кроме тебя. Кто-нибудь взрослый!

— Сколько ты еще будешь считать меня ребенком?! — Чонгук задохнулся в возмущении и покраснел до самых кончиков ушей, чувствуя, как яростно забилась вена на его виске.

— Столько, сколько ты будешь им оставаться! — отрезал Тэхен. — Тебе девятнадцать лет, ты еще жизни толком не видел, но зато рискуешь ею вовсю. Как ты можешь… — Тэ выдохнул. — Тебе самого себя не жалко?

— Нет, не жалко. Особенно, если я знаю, что смог кого-то уберечь от беды.

— Ну, а как насчет меня? — тихо спросил Тэ, глядя на Чонгука исподлобья, и у того вдруг все похолодело внутри от этого взгляда. — Ты совсем не подумал, что буду делать я, если с тобой что-то случится?

— Хен… — Чонгук громко сглотнул. То, каким потерянным теперь казался Тэхен, выбивало из него весь дух. Ладно, он действительно иногда думал об этом, но каждый раз ведь все обходилось, так что он откладывал тяжелые мысли на потом, неизменно возвращаясь в целости домой к Тэхену. Ну, почти в целости. Бывало, конечно, всякое; периодические синяки и даже перелом руки однажды, но ничего смертельного.

— Что «хен»? Ну, скажи мне, Гукки, что я должен буду почувствовать, если однажды из новостей узнаю, что в очередной схватке Человек-Паук не смог одолеть своего врага? — Тэхен поднял бровь и рассеянно покачал головой. — Я — твой хен, и сколько бы ты не ворчал и не ерепенился, я — старший, и я за тебя отвечаю. Поэтому я прошу тебя завязать с этим. Пожалуйста, Гукки. Или… — Тэхен на секунду задумался, а потом выпалил, — или я уйду от тебя.

Чонгук крепко сжал кулаки и зажмурился. Смотреть на такого разбитого хена было выше его сил. Хотелось броситься к его ногам и бесконечно клясться, что он сделает все, о чем тот его просит, что больше не будет рисковать жизнью, но… Но он все еще не мог этого сделать, чувствуя на себе ответственность за других людей. Да, ему досталась сила, о которой он никогда не просил, но разве теперь, когда он все равно уже ей обладал, был ли он вправе не использовать ее на благо человечества? Мог ли он отсиживаться, зная, что находится в состоянии помочь, пока люди страдают?

— Прости меня, хен, — медленно проговорил Чонгук. — Я все понимаю. Правда. И все-таки я не могу. Не могу быть эгоистом и думать только о нашем с тобой благополучии. Я бы очень хотел, чтобы это все случилось не со мной, чтобы я мог жить обычной жизнью и не заставлять тебя нервничать из-за меня, но я не могу исправить то, что произошло. И могу только постараться правильно использовать те силы, которые мне случайно достались.

Тэхен пристально посмотрел Чонгуку прямо в глаза, читая в них стопроцентную решимость стоять на своем до конца. Пожалуй, это была одна из тех черт, которую Тэ особенно любил в своем парне: то, как тот был готов отчаянно бороться до самого конца за то, во что верил. И, конечно же, Тэхен безмерно уважал его за столь сильное желание помогать другим. Вот только собственные эмоции и переживания захлестывали его с головой. От одной мысли, что Чонгук снова отправится на какое-то задание, пусть даже самое незначительное по меркам их сумасшедшего времени, когда что ни день, то из космоса прибывали все новые пришельцы, у него стыла кровь в жилах. И он абсолютно точно не был готов испытывать эти ощущения раз за разом.

— Хорошо, — Тэ несильно кивнул. — Я сегодня буду спать в гостиной.

— Хен! — разочарованно выдохнул Чонгук, но в ответ ему раздался только негромкий хлопок закрывающейся двери.

— Здравствуйте! Чем я могу Вам помочь? — девушка в приемной мило ему улыбнулась, и Тэхен почувствовал себя немного увереннее, так что, мысленно досчитав до пяти, все же решился произнести то, зачем он сюда пришел:

— Здравствуйте! Я бы хотел поговорить с мистером Старком.

Повисло непродолжительное молчание, и за это время Тэхен успел треснуть себе по лбу раз сто. Эта спонтанная идея пришла ему в голову совершенно случайно вчера ночью, пока он крутился на неудобном диване в бессмысленных попытках заснуть. Он долго обдумывал, как еще может повлиять на Чонгука, и не нашел ничего лучше, как обратиться к тому, кто вроде как стал для младшего своеобразным крестным отцом. Вообще-то хотелось сначала хорошенько наорать на Тони за то, что догадался втянуть во все эти супергеройские дела его малыша Чонгуки. Пожалуй, это была не лучшая стратегия, если он хотел добиться хоть какого-то результата, но что еще он должен был сделать с человеком, который всячески поощрял стремление Чонгука спасать мир, снабжая его навороченными костюмами.

— Вам назначено? — уточнила девушка, параллельно открывая расписание Тони на компьютере.

— Нет… — Тэхен замялся. — Но я… Я — журналист из «Daily Bugle». Мне поручили взять интервью у мистера Старка, — нагло врал Тэхен, чувствуя, как его шея и лицо стремительно покрывались красными пятнами. — У меня есть к нему всего лишь пара вопросов. Это не отнимет много времени. Но, поверьте, ему будет интересно меня послушать, — еще как интересно!

— Простите, к сожалению, я не могу Вам ничем помочь. У мистера Старка очень загруженное расписание. Скажите своему начальству, чтобы они договорились о встрече, и тогда приходите.

— Но… Девушка, понимаете, меня только недавно приняли в штат, и если я провалю это задание, босс меня по стенке размажет, — Тэхен состроил самое жалобное выражение лица, на которое только был способен.

— Извините, но, как я уже сказала, я не могу Вам помочь, — довольно сухо повторила девушка.

— Но…

— Молодой человек, если на этом у Вас все, то прошу Вас меня не задерживать. Мне еще надо выполнить очень много дел за сегодня. Всего доброго.

Тэхен недовольно сморщился и расстроенно кивнул, забыв попрощаться, а затем поплелся к выходу. А на что он вообще рассчитывал? Что его тут же проводят к Тони и устроят ему личную пресс-конференцию? Надеяться на это, кажется, было слишком наивно. И все же он не мог не попробовать.

Тэхен неторопливо брел по центральным улицам Нью-Йорка, пытаясь отвлечь себя от тяжких мыслей городским шумом, но получалось у него это откровенно хреново. Он пытался сосредоточиться на чем-нибудь, происходящем вокруг: на девочке, что плакала, потому что родители отказывались покупать ей сладкую вату, на компании друзей, которые, весело смеясь, гоняли голубей, пытаясь ухватить их за хвост, на пожилой паре, сидевшей на скамейке и мило воркующей о чем-то. Но что бы он ни делал, все его мысли все равно тут же возвращались обратно к Чонгуку.

Было совершенно очевидно, что Чонгук не передумает. За три года их отношений Тэ прекрасно успел изучить характер своего парня и знал, каким упертым тот может быть. Если уж Чонгук решил, что что-то правильно, то он будет следовать этому до самого конца. И в данном случае не то чтобы он был не прав, когда говорил, что, обладая силой, должен применять ее с пользой для других. И узнай Тэ о том, что кто-то другой, ему совершенно незнакомый человек вдруг стал счастливым обладателем способностей Человека-Паука, он бы точно ратовал за то, чтобы этот счастливчик спасал людей и защищал их от внешних угроз, которых с каждым годом становилось все больше. Тэ бы думал, что этот человек просто обязан так поступить, обязан отдать себя обществу, потому что в отличие от многих имел то, что мог бы отдать. Если бы это был кто угодно другой. Но это был именно Чонгук, и у Тэхена ком в горле застревал, едва он представлял, что младший снова надевает костюм, чтобы нестись кому-то на выручку. Ведь приобретенные силы не сделали Чонгука неуязвимым. Хватит обычной неосторожной пули, пущенной во время какого-нибудь самого банального на фоне инопланетных вторжений ограбления банка, и все…

Тэхен почти до самого позднего вечера наматывал круги по городу, игнорируя все попытки Чонгука с ним связаться, пытаясь понять, каков же был выход из данной ситуации и был ли он вообще. И уже подходя к своему дому, вдруг замер, пораженный внезапной мыслью. Есть только одна вещь, которую он сейчас может сделать. Та, которую он вчера сгоряча предложил и только сейчас осознал как единственно верную.

— Хен, слава Богу! — Чонгук вылетел в коридор тут же, едва услышал, как в замочной скважине повернулся ключ. — Ты чего так поздно?

— Надо было обо всем подумать, — ответил Тэ и, не разуваясь, прошел в спальню, увернувшись от Чонгука, который попытался поймать его в свои объятия.

Тэ открыл шкаф-купе и вытащил из самого нижнего ящика черную спортивную сумку, принимаясь забрасывать в нее часть одежды из шкафа, тихо бормоча себе под нос список того, что ему может понадобиться на первое время.

— Хен, ты что делаешь? — удивленно спросил Чонгук, хмуря брови. Он целый день места себе не находил, переживая по поводу того, что мог надумать себе Тэхен, и то, что происходило сейчас, определенно, выглядело весьма подозрительно и ни на что хорошее не походило.

— Я много думал сегодня над тем, что ты мне вчера сказал, — Тэ ни на секунду не затормозил, продолжая складывать вещи. — И понял, что ты ни за что не отступишься от своих слов. Я в общем отчасти понимаю почему. И тем не менее я не могу с этим мириться. Прости, и можешь считать меня эгоистом, но я не смогу спокойно смотреть на то, как ты будешь нестись сломя голову навстречу очередной передряге, и молчать. Я буду тебя пилить, а ты будешь меня ненавидеть за это. Поэтому предлагаю все решить до того, как мы с тобой капитально разругаемся, — Тэ наконец поднял голову, чтобы посмотреть на Чонгука, который стоял в дверном проеме совершенно сбитый с толку. — Нам надо расстаться.

— Что?..

— Я знаю, что тебе некуда пойти, поэтому можешь продолжать жить здесь, а я сниму себе номер в каком-нибудь отеле. Зарплаты, которую Джеймсон мне обещал, вполне должно хватить, так что не волнуйся, — Тэхен произносил все эти слова с абсолютно непроницаемым лицом, как будто они решали, кто из них сейчас пойдет в магазин за продуктами, но другого выхода он не видел. И его сердце обливалось кровью, пока он смотрел на меняющегося в лице Чонгука, который выглядел все более потрясенным. Хотелось подойти к нему, прижать его к себе и горячо шептать на ухо, что все будет хорошо, но надо было стиснуть волю в кулак и сделать то, что сейчас было правильнее всего. Никому из них не будет лучше, если они останутся вместе. Так думал про себя Тэхен.

— Ты же несерьезно, правда, хен? — Гук истерически засмеялся, а потом затих под вполне себе серьезным взглядом Тэ. — Нет! Ты не можешь говорить это всерьез, — Чонгук моментально практически сорвался на крик. — Я… Я никуда тебя не отпущу. Ты с ума сошел, что ли? Давай спокойно все обсудим.

— А разве нам есть что обсуждать? Кажется, мы оба вчера предельно ясно выразили свои точки зрения, — сухо парировал Тэхен, пытаясь заглушить клокочущее в груди чувство. — Так что расстаться — единственное, что мы можем.

— И думать об этом забудь, — Чонгук в два шага оказался рядом с Тэ и толкнул его к стене, тут же крепко прижимая его своим телом. Он потянулся было к губам Тэ, но тот резко отвернул голову, так что Чонгук врезался носом в его щеку. — Хен, прекрати так себя вести!

— Отпусти меня, — Тэхен попытался сдвинуть Чонгука с места, но тот и не шелохнулся. Похоже, никогда прежде Чонгук не показывал ему всей своей силы. И Тэхен бы соврал, если бы сказал, что не был впечатлен этим. — Чонгук, отпусти!

— Отпущу, если ты перестанешь нести чушь, — твердо ответил Чонгук. — Хен, и как только такие глупости вообще тебе в голову приходят?

— Это не глупости. И я сказал тебе еще вчера. Либо твой костюм, либо я. С ним вместе я не уживусь, так что выбирай, — Тэхен в ожидании поднял бровь, наблюдая, нешуточное смятение у Чонгука на лице.

— Ну вот видишь. Ты уже выбрал, — сказал Тэ после непродолжительной паузы. — Не меня. Так что отпусти и дай мне уйти.

Чонгук вяло отошел в сторону, ничего не сказав. Для него это было какое-то сумасшествие, и он не мог сейчас принимать никаких решений, как того от него требовал Тэ. Поэтому он также молча еще с полчаса наблюдал, как Тэхен бегал по их, хотя теперь уже, похоже, его квартире, собирая вещи первой необходимости. А потом закрыл за ним входную дверь и медленно сполз по стене на пол.

Последующий месяц для Тэхена прошел словно в тумане. Он снял себе небольшой одноместный номер в отеле, который располагался относительно недалеко от здания издательства, и теперь целыми днями только и делал, что работал. Он вычитывал и корректировал статьи, которые выдавали ему на проверку на работе, искал тему для собственного сочинения, пока брел домой, и пытался наклепать материал по выбранному им предмету для обсуждения. Еще иногда приходилось отвлекаться на еду и сон, но Тэхен делал это с большой неохотой и пытался тратить на это все меньше времени. Потому как едва ему стоило опустить голову на подушку, отправить в рот ложку с хлопьями или укусить купленное в забегаловке рядом с отелем тако, как в голову тут же лезли мысли о Чонгуке. Ну, еще бы! Ведь все вокруг только и делали, что каждый день обсуждали новые подвиги Человека-Паука, который, очевидно, тоже решил с особым усердием приняться за свою работу. Сердце Тэхена, совершенно не слушаясь его, совершало кульбит, тесно сжимаясь, едва он только слышал где-то имя знакомого супергероя, и после этого, чуть только он давал послабление мозгу, как тот тут же начинал воспроизводить все подробности о новом деле Паука, заставляя его руки дрожать, а желудок уменьшаться до размера горошины.

Чертов Чонгук! Тэ, конечно, понимал, что расставание — штука сложная, даже если чувства остыли, а уж если ты не перестал любить человека, то и подавно, но что ему будет настолько плохо, он и не думал. С каждым днем поощряемое малым количеством сна его воспаленное сознание генерировало все новые неожиданные повороты событий, при которых Паук не выбирался живым из очередной передряги. Даже в тех случаях, когда он просто снимал котов с деревьев. Тэхен обязательно представлял, как именно в момент того, как Чонгук опускался на землю со спасенным животным на руках, ему на голову падал рояль, или его сбивала выскочившая из-за поворота машина, не успевшая затормозить от неожиданности, или… Да мало ли что вообще могло произойти!

И поначалу рука Тэхена непроизвольно тянулась к телефону, чтобы скорее набрать давно выбитый на подкорке номер и удостовериться, что новости не соврали и все точно в порядке. Но каждый раз Тэ одергивал себя, говорил, что нужно просто переждать, перетерпеть, что постепенно все сойдет на нет, что чувства притупятся и что ему всего лишь надо привыкнуть к новому образу жизни. Вот только вместо этого каждую ночь он ревел, словно маленький ребенок, громко, отчаянно и навзрыд, так, что подушка становилась практически насквозь мокрой и спать на ней было невозможно; иногда в глухой тишине своего темного номера он начинал тихонечко звать Чонгука, в глубине души надеясь, что тот решит вдруг проявить настойчивость и сам придет к нему, чтобы забрать домой; он превращался в собственную тень, скатываясь в беспросветную апатию, когда его надежды рушились, но не предпринимал никаких попыток, чтобы все исправить, теперь руководствуясь тем, что раз Чонгук сам ему ни разу не позвонил, то, наверное, и видеть его больше не хочет, так какой смысл было навязываться.

В один из дней Чеён, уставшая смотреть, как круги под глазами Тэ становились все больше и темнее, позвала его немного посидеть в кафе после работы. Все-таки они как-никак были коллегами, стоило наладить связь. И Тэхен согласился, подумав, что, возможно, это заставит его отвлечься, ну или по крайней мере оттянет момент, когда он останется наедине с собой и снова начнет все ненавидеть. Они просидели в маленьком ресторанчике до позднего вечера, и Тэхен с неожиданностью обнаружил, что его напарница была вовсе не такой поверхностной, как он о ней думал. Да, она писала всякие недостатейки про Паука, потому как недолюбливала его, но в данных обстоятельствах это было Тэхену только на руку, так как они ни разу за все время беседы и не вспомнили про него. Зато успели обсудить любимые книги, современную социокультурную ситуацию, кто сыграл лучшего Джокера, и даже зачем котам шипы на пенисе. Чеён весело смеялась и болтала без умолку, беззаботно выискивая все новые темы для разговора, и потому, когда пришло время расходиться по домам, Тэхен даже почувствовал себя несколько лучше, чем за последние четыре недели.

Он бодрее, чем обычно, проходил уже знакомый пустой переулок, кутаясь в шарф из-за сильного ветра и думая о том, что совсем скоро окажется в тепле своей комнаты, как вдруг услышал громкий голос.

— Эй ты, гони кошелек! — из-за мусорного бака вдруг, пошатываясь, вышел довольно здоровый мужик, судя по голосу и физиономии пьяный в стельку.

Тэхен от неожиданности ойкнул и немного попятился, а потом тут же полез в рюкзак. Связываться с подобными типами ему совершенно не хотелось, и уж лучше он доберется до дома и позвонит в банк, чтобы заблокировать карту, чем его изобьют в какой-то пустынной улочке, где его еще и найдут, дай бог, через пару дней. Он трясущейся рукой стал протягивать кошелек грозно насупившемуся мужчине, как того вдруг что-то сбило с ног и перед Тэхеном выросла чья-то крепкая фигура.

— Приятель, ты знаешь, в такое время деткам давно пора спать, — Чонгук присвистнул и отставил правую руку в сторону, закрывая ею Тэхена.

— Че-Человек-Паук? — сглатывая вязкую слюну, просипел неудавшийся воришка.

— Ага, он самый, — Чонгук кивнул. — Давай проваливай отсыпаться, пока я добрый. И помни, цирроз печени еще никого не сделал привлекательнее! — кричал Чонгук вслед убегающему со всех ног и внезапно протрезвевшему мужчине.

Тэхен застыл как вкопанный, будучи не в силах пошевелиться и сказать что-нибудь, пока Чонгук наконец не обернулся к нему.

— Ты в порядке, хен? Он несильно тебя напугал? — Чонгук снял маску; его глаза обеспокоенно забегали по лицу Тэхена, пытаясь прочитать состояние хена.

Тэхен покачал головой, а потом глубоко вдохнул, пытаясь снова приобрести умение мыслить и говорить.

— Ты как меня нашел? — откашливаясь, прохрипел Тэ, все еще не веря своим глазам. Он столько ночей безрезультатно мечтал снова увидеть Чонгука, и вот теперь тот наконец стоял перед ним.

— Нашел? — усмехнулся Чонгук. — Я не искал тебя, хен. Я точно знал, где ты будешь. И кстати, ты решил завести шашни с той рыжей из твоей редакции, пока меня рядом не было? Кажется, ты раньше о ней был не лучшего мнения.

— Откуда ты знаешь про Чеён? — еще сильнее удивился Тэ, округляя глаза.

— Потому что весь этот месяц наблюдал за тобой, — Чонгук покачал головой. — Неужели ты действительно думал, что я просто так тебя отпущу?

— Так ты следил за мной все время? — Тэхена словно холодной водой окатило. И как он мог его не замечать?

— Не следил, а приглядывал. Я ведь прекрасно осведомлен о твоей способности влипать в неприятности, хен.

— Почему ты ни разу ко мне не подошел?

— Ты, кажется, ясно дал понять, что не хочешь этого, — Чонгук устало потер глаза. — Не то чтобы я не собирался объявиться в какой-то момент. Но я хотел дать тебе время, раз ты счел, что оно тебе нужно, прежде чем снова продолжить тот разговор.

— И что бы ты сказал мне, когда все же пришел, если бы мы не встретились сейчас? — Тэхен наконец посмотрел прямо на Чонгука. Тот говорил ровным голосом и ничем не выдавал своего волнения, но Тэ не мог не заметить, как на его лице залегли глубокие морщины и то, насколько печальными были его глаза… Сердце Тэхена окончательно разорвало от этого взгляда. Что он наделал?

— Что я не могу не спасать людей, — Чонгук на секунду запнулся, прежде чем продолжить. — И не могу не любить тебя. А потом я бы просто спросил: «Так что насчет тебя, хен?»

— Я тоже не могу. То есть не помогать людям. Этого я действительно не умею, — Тэхен нервно усмехнулся и затеребил края шарфа. Наверное, ему должно было быть неловко за свое непостоянство, за то, что в лучших традициях мыльных опер он заставил своего парня побегать и попереживать, а потом решил все же дать ему второй шанс. Но сейчас ему было совершенно не до смущения. И ведь это же был Чонгук. Его самый лучший, добрый, забавный, потрясающий парень на свете, которого он по собственной глупости чуть было не потерял. И Тэхену нравилось быть с ним открытым, потому что он всегда знал, что Чонгук его поймет. Поэтому он просто быстро подошел к Чонгуку и обнял его, утыкаясь носом ему в шею и вдыхая запах пропитанного потом спандекса. — Прости меня! Я так сильно люблю тебя.

Чонгук обхватил хена в ответ, с силой прижимая его к себе, буквально пытаясь вдавить его в свое тело, чтобы слиться с ним в единое целое и никогда больше не отпускать.

— Я такой идиот! Не могу поверить, что своими же руками чуть все не разрушил. Или, — Тэхен всхлипнул и замер. — Или уже разрушил?

— Конечно же, нет, хен, — Чонгук тяжело выдохнул. — Я бы ни за что не позволил тебе этого. Я ведь сказал тебе, что никуда не отпущу. А я никогда не врал тебе! То, что я не говорил тебе о своих внеклассных занятиях, было лишь способом тебя защитить. Признаю, что, возможно, я был не прав, и нужно было сразу тебе сказать. Но, честное слово, я всего лишь хотел сделать как лучше.

— Я знаю, Гукки. Все в порядке, правда, — Тэхен продолжал сжимать руки крепче за спиной Чонгука. Он все еще боялся, что младший может буквально растаять, но теперь он не мог этого допустить. Не после того как целый месяц умирал без него, а сейчас наконец снова обрел его. И плевать ему, чем там будет заниматься Чонгук. Конечно, он будет переживать и бояться за него каждый чертов день, но он хотя бы будет рядом с ним, и от этого будет становиться немного легче. Хотя нет. На самом деле намного легче. Потому что жизнь без Чонгука, как Тэ успел уяснить, была для него совершенно невыносимой. — Мы можем обсудить это немного позже? Я хочу домой, Гукки, — прошептал Тэ.

— Конечно, хен, — Чонгук крепко обхватил хена одной рукой за талию и взмыл с ним в небо. Он тоже очень хотел попасть наконец домой. Чтобы привязать бессовестного хена к кровати и никуда его больше не выпускать.

Чонгук неторопливо крутился перед зеркалом, строя себе смешные и жуткие гримасы, таким образом проверяя, достаточно ли тщательно он почистил зубы, когда за его спиной раздалось тихое покашливание, так что он подпрыгнул от неожиданности. И когда его паучье чутье уже начнет работать по-нормальному?

Они вернулись в квартиру пару часов назад, и Тэ тут же уснул в гостиной на диване, куда его заботливо опустил Чонгук, почувствоваший, что его хен совершенно обессилел от перенесенного им стресса. И Чонгук очень надеялся, что хен так и проспит до самого утра, набираясь сил, подпитываясь энергией родного дома и теплого тела своего парня под боком, но у Тэ очевидно были другие планы.

— Сколько ты можешь прихорашиваться, принцесса? Я устал тебя ждать, — Тэ широко зевнул, закрывая рот рукой и опираясь плечом о дверной косяк.

— Я думал, ты спишь! — щеки Чонгука порозовели. Никакая он не принцесса! Это вообще-то он рассекает в спецкостюме по городу, спасая жизни сотен людей! И Чонгук обреченно вздохнул. Вряд ли для хена это будет достаточно весомым аргументом.

— Проснулся, когда ты тут устроил себе водные процедуры. Я давно тебе говорил, надо позвать сантехника. У нас точно что-то не так с трубами, они слишком сильно шумят, — Тэхен сладко потянулся. Он проспал всего часа полтора, но чувствовал себя значительно лучше. Вообще он давно это усвоил, что каким бы уставшим он ни был, рядом с Чонгуком в нем будто просыпалось второе дыхание. Хотелось не спать целыми днями, чтобы не тратить драгоценное время на сон, а вместо этого проводить вместе каждую секунду. Чонгук с этого только вечно посмеивался и укладывал неугомонного хена в кровать, тут же устраиваясь рядом, потому как иначе Тэхен категорически отказывался засыпать.

— Ладно, хен. Я позвоню завтра, — Чонгук склонился над корзиной с бельем, принимаясь складывать в аккуратную стопку валявшуюся на ней одежду, которую Чонгук скинул с себя, перед тем как полез в душ. — Хен, возвращайся в кровать. Я тоже сейчас приду.

— Думаю, нам сначала надо все же до конца со всем разобраться, Гукки. Ну, чтобы не тянуть кота за хвост. Уже закроем тему и все, — Тэхен теперь сосредоточенно, но по-прежнему мягко смотрел на Чонгука. Как же сильно он соскучился по нему!

Чонгук наконец покончил с вещами и уселся на край ванны.

— Я думал, мы с тобой уже и так все выяснили, — он вскинул бровь. — Ты, к счастью, сам передумал меня бросать, так что мне не пришлось силой тебя заставлять это сделать, — Чонгук двусмысленно ухмыльнулся. — Разве нет?

— Да, но я бы хотел обсудить с тобой кое-что. Я сказал тебе, что больше не буду возмущаться по поводу твоих внеурочных мероприятий, раз уж ты наотрез отказываешься их прекращать. Окей, я постараюсь пережить это, раз других вариантов у меня все равно нет. Но давай договоримся, что ты не будешь лезть в самое пекло, не будешь вмешиваться, если будешь понимать, что это смертельно опасно. Пожалуйста. Ты ведь… Я понимаю, что ты хочешь помочь, но, пожалуйста, не забывай, что у тебя есть дом, куда ты должен возвращаться каждый вечер не позже одиннадцати.

— Хен! — Чонгук недовольно фыркнул. Все ведь было так трогательно, а потом хен свое завуалированное переживание превратил в требование комендантского часа. Зашибись!

— Ладно, это была шутка, — Тэ криво улыбнулся. — Но вообще я серьезно. Я хочу наблюдать тебя каждый вечер рядом с собой. Живого и по возможности невредимого.

— Я понял, хен. Я не хочу обещать тебе ничего, но я буду стараться изо всех сил. Думаешь, мне охота носиться по крышам за очередным маньяком, вместо того чтобы смотреть с тобой фильм или заниматься чем-нибудь поинтереснее? — Чонгук задорно подмигнул Тэхену и встал. — Вовсе нет. Просто весь мой организм кричит мне о том, что я не могу взять и закрыть глаза, если что-то происходит. Но я буду стараться еще сильнее, чем прежде, ради тебя. Ради нас.

Тэхен кивнул и почти невесомо прикоснулся к сухим губам подошедшего к нему Чонгука, а затем сильно дернул его за руку, дезориентируя, и прижал к стене всем своим телом.

— Я рад, что мы все прояснили, — Тэхен потерся носом о мягкую щеку Чонгука. — Только, Гукки, ты не подумай, пожалуйста, что так просто отделаешься, после того как врал мне, — Тэ довольно облизнулся.

— Но, хен! — Чонгук тут же вспыхнул. Ну, почему этот вредный хен все никак не примет то, что это Чонгук вообще-то тут сильнее и опаснее?! — Ты тоже мне устроил месяц головомойки вообще-то. Так что мы квиты.

— Ох, ну, конечно, никакие мы не квиты, — Тэхен сильнее вжал слабо трепыхающегося Чонгука в стену и влажно прошелся языком по его приоткрытым в возмущении губам. — Ты в курсе, что в году больше дней, чем в месяце? И за что тебя гением в универе считают, не пойму. Можешь даже не пытаться улизнуть, принцесса. Чувство справедливости просто не позволит мне отпустить тебя без заслуженного наказания.

Чонгук гулко сглотнул, наблюдая, как резво запрыгали чертята в карих глазах его хена. Похоже, всем его врагам надо взять на вооружение, что если они хотят одолеть Человека-Паука, им стоит обратиться за помощью к Тэхену, и тот в два счета размажет его по стенке одним только взглядом. Чертов хен!