Work Text:
– Что ты опять удумал?
– Совершенно ничего! – Серёжа улыбается, заправляя рыжую прядь за ухо. Он пытается невинно порхать ресницами, но Игорь знает его слишком хорошо. Точно что-то задумал.
Олег за спиной молчаливо разминает плечи, и эти прикосновения так расслабляют, что явно предназначены для того, чтобы усыпить Игореву бдительность. Эти двое всегда работают в паре, просто на Олега не подумаешь - такой ведь спокойный и рассудительный. Да только вот каблук. Что ему скажут - то и сделает.
Руки тянут майку с торса, и Игорь им подчиняется. Ладони скользят по животу, груди, гладят шею. Возвращаются к массажу. Это приятно. Это замечательно.
– М-м... – блаженно тянет Игорь, когда большие пальцы идеально правильно разминают занемевшие мышцы.
– Устал, родной? – нежно спрашивает Олег, продолжая массировать приятное место.
– Самую малость, – признается Игорь. Сидеть над отчётом, скрючившись у стола - гораздо хуже, чем гоняться за преступниками по подворотням.
– Мы хотим тебя расслабить, – тихонько признается Серёжа. – Сделать тебе хорошо.
Игорь пытается напрячь мозги, чтобы не подписываться на Серёжины авантюры, но руки Олега не оставляют ему никаких шансов. Как же нечестно.
– Что... – он невольно запинается, и по телу проходит дрожь. – Что ты хочешь сделать со мной?
Серёжа сверкает улыбкой, получив предварительное согласие, и подползает по постели ближе. В полах его полураспахнутого фиолетового халата виднеется чуть порозовевшая грудь. Они с Олегом успели разогреться до прихода Игоря и за то время, что он провёл в душе. Было сразу понятно, что они что-то уже решили между собой и сопротивляться бесполезно. Может, как в прошлый раз - Серёжа своей изящной ладонью истерзает задницу до красоты и непрошенных слез удовольствия. Может, как неделю назад, Олег будет своей рукой доводить его до грани раз за разом и отпускать, пока Игорь не взмолится. Какой ещё способ расслабиться они придумали? Мозг сводит предвкушение даже сильнее, чем член.
Серёжа целует в щеку, трётся носом о нос. Плавно движется в сторону и прихватывает чувствительное ухо. Невольно Игорь ерзает, зажимается. Он всё не может привыкнуть. Не может привыкнуть, что в этих стенах ему не нужно быть на стороже. Что здесь можно довериться и передать контроль. Получать удовольствие. Брать столько, сколько дадут. Расслабиться.
– Я не скажу, – шепчет Серёжа на ухо. Олег мягко прихватывает руками: вроде ничего особенного, а вроде - приказ не отстраняться и сидеть смирно. – Иначе ты будешь краснеть и отпираться до последнего. Но мы хотим. А тебе это нужно. Нужно расслабиться.
Игорь выдыхает неровно, по спине пробегают мурашки. Значит, это один из таких дней. Один из дней, когда Серёжа хочет поиграть с ним, заставить принять новые правила. Подпустить ещё ближе, куда-то, куда Игорь раньше никого не пускал. Не мог. Но теперь он может, теперь он хочет. Стать ближе. Отдаться. Расслабиться.
– Серёжа, – имя вырывается как полустон. Мягкий язык толкается в ушную раковину, и Игорь чувствует, как в трусах становится влажно. Боже.
– Ты согласен? – голос Олега тихий и низкий, от него почти хочется вздрогнуть. Игорь сглатывает лишнюю слюну и не думает, когда отвечает:
– Да.
В четыре руки его подтягивают к изголовью кровати, и Серёжины ладони проворно защелкивают прикрепленные к перекладине наручники на запястьях. Игорь поднимает голову, чтобы рассмотреть.
– Это мои. Ты когда их вытащить успел?
– Ловкость Олеговых рук и никакого мошенничества, – хмыкает Серёжа. – Не волнуйся, ключик в надёжном месте.
Игорь не успевает поинтересоваться, что это за место такое. Олег бережно натягивает на голову маску, закрывающую глаза. Становится темно, но совсем не страшно. Немного волнительно, и только. Вдруг пикает пульт от кондиционера - Игорь безошибочно угадывает звук. Питерское лето не было слишком жарким, но всё же без чуда техники в помещении душновато. Что происходит?
– Тебе любопытно? – игриво спрашивает Серёжа. Судя по звуку - он где-то справа. Игорь интуитивно поворачивает к нему лицо. – Я бы, может, не придумал это, если бы не Олег.
– О чем ты? – тут же отзывается Игорь. Скрывать бесполезно, ему чертовски любопытно. Олег редко предлагает что-то новое, в основном Серёжа этим занимается.
– Серый, – голос у Олега чуть смущенный, и от этого Игорю просто не терпится узнать, о чем они ведут речь. Смущенный Олег - ещё более редкое зрелище. Жаль, что у Игоря сейчас завязаны глаза.
– Да ладно, Олежа, – хихикает Серёжа. Параллельно Игорь чувствует, как его тонкие пальчики пробегаются по прессу. – Я тоже засматриваюсь на него по утрам. Эти кубики так и манят. А уж после тренировки он весь блестит как намасленный блинчик. Таким только и завтракать.
Игорь под повязкой ощутимо горячеет щеками. Он только теперь начал ощущать, что его на самом деле рассматривают. Жадно пожирают глазами ключицы, ребра, мышцы груди и живота. Ему вдруг снова хочется прикрыться, и он дёргает руками, но наручники надёжно фиксируют на месте.
– Тише, – успокаивает Серёжа, поглаживая по вздымающемуся от дыхания животу. – Я не договорил. Так вот, теперь, когда ты не сможешь сбежать, я раскрою все карты.
– Серый...
– Я пообещал ему, что не скажу, – Игорь не видит, но знает: Серёжа белозубо скалится. – Но я соврал. Так что слушай. Вчера ты не взял из своей квартиры что-нибудь спортивное, но утром не смог отказать себе в удовольствии воспользоваться нашим спортзалом. Так что ты пошёл туда в джинсах и своем уродском сером лонгсливе...
– Он не уродский.
– Не перебивай меня! – шипит Серёжа, но продолжает. – Конечно, тебе было жарко в нем, так что ты подвернул его. И наушники свои старпёрские, проводные, протянул под низ, чтобы не выпали. И вот в таком виде и столкнулся с Олегом, когда возвращался. О, он хорошенько тебя рассмотрел.
– Серый, пожалуйста, – сдавленно просит Олег, но Серёжа в ответ снова лишь хихикает.
– Ты скинул промокший лонгслив в корзину для белья и попросил у Олега один из его бадлонов. Завтракать не стал, опаздывал на работу. И как только за тобой закрылась дверь...
Серёжин голос прерывается звуком поцелуя - Олег решил не ждать завершения истории. Игорь сгорал и от любопытства, и от неровного шума, что позволял разыграться фантазии. Шуршание простыней - это Олег повалил Серёжу спиной на кровать? Шорох - это Серёжин халат оставляет его обнажённым? Тонкий вскрик - это пальцы Олега оглаживают Серёжу между ног?
– М-м, я проснулся и пошел в ванную, – со стоном продолжает Серёжа. – И там увидел Олега. Уткнувшимся носом в мокрый от пота лонгслив. И с дикими... Дикими глазами!
Серёжа вскрикивает опять. По телу Игоря проходит волна жара, в штанах становится болезненно тесно.
– И тогда я не дал ему оправдываться. Я заставил его сказать, чего он хочет, – с придыханием выговаривает Серёжа. – И он хочет, Игорь, как пёсик - облизать тебя всего.
Игорь сглатывает снова, чувствуя, как краснота с щёк переходит уже на шею и грудь. Ему физически жарко, и выключенный кондиционер... Стоп.
– Может, я ещё раз в душ тогда? – Игорь спрашивает с надеждой, но почему-то уже знает, что ответ ему не понравится.
В мешанине звуков он угадывает влажные прикосновения поцелуев. Самому ужасно хочется тоже, но его почему-то никто ещё не поцеловал. Без возможности увидеть всё кажется объёмнее, будто Игорю включили порно с эффектом погружения. Он улавливает сбившееся дыхание, клацанье олеговых зубов, мягкие постанывания Серёжи. А ещё запах парфюма Олега - терпкий и горький как темный шоколад. Даже лёгкую нотку аромата Серёжиных волос чувствует. Это странно. И почти неправильно, потому что небольшой запах пота он может уловить и от самого себя.
– Смысл не только в твоём прекрасном теле, ты же понимаешь, Игорь, – тянет Серёжа. Его руки ложатся на бедра, он сам подползает повыше, к Игорю между ног. – Смысл в том, как ты пахнешь. И как ты стесняешься, конечно, хотя второе уже - для меня.
Серёжа стягивает Игоревы штаны рывком, гладит по животу вниз, поддевая ладонью волоски, ведущие к паху. Там уже совсем твёрдо, будто у Игоря был хоть шанс остаться равнодушным. Он уже почти благодарен за повязку на глазах, потому что смотреть в дьявольские глаза Серёжи, или, боже мой, в голодные и одновременно виноватые глаза Олега - было бы слишком тяжело. Игорю жарко. Он горит внутри от самой мысли, что его хотят... Вылизать. От невозможности прикрыться. От того, что Серёжа знает, как Игорю... Черт, как ему стыдно. И что Серёже нравится делать так, чтобы Игорь горел от стыда.
Жарко и снаружи. В комнате душно. Пахнет ими всеми, пахнет желанием. Это всё почти слишком.
– Расслабься, Игорь – Серёжа обхватывает член у основания. – Тебе нечего от нас скрывать. Мы любим тебя всего: от макушки до кончиков пальцев. Так что не борись с этим, просто прими.
Мысли мечутся в голове оголтело, Игорь даже не замечает звуков. Приходит в себя немного только когда Серёжа высоко вскрикивает, и раздаётся шлепок бёдер о ягодицы - ни с чем не перепутаешь. Сережина рука тоже приходит в движение, поглаживает член по всей длине. Игорь приоткрывает рот, старается дышать ровно. Старается не шевелиться. Не потеть.
– Мм, глупый план, – Серёжа раскалывает его, как орех. Ему бы в детективы. – Не выйдет. Ты слышишь, Игорь?
Игорь кусает губы, мотает головой. Небольшая ладонь поглаживает головку, больше даже не спускается на ствол. Это почти больно, разряды электрического удовольствия заставляют тело биться в конвульсиях против воли. Игорь дёргается, и вторая рука Серёжи ногтями вцепляется в бедро.
– А ну смирно, товарищ майор!
Серёжа сам тут же дёргается, срываясь на стон. Звуки шлепков ускоряются. Игорю легко представить Серёжу на коленях и Олега за изящной спиной, втрахивающего того в кровать. Серёжа ласкает и Игоря, а он так возбужден, что несознательно сам начинает толкаться ему в кулак. Мысли в голове перемешиваются, становится не до стеснения, не до попыток предотвратить неизбежное.
– Я сейчас кончу, – выстанывает Игорь. Ему так горячо, так жарко, так хорошо. Ещё одно движение, ещё всего миг и!..
Серёжа сжимает кулак у основания члена, это больно, это хорошо - Игорь не может кончить, от чего скулит обиженно, не имея сил сдержать голос.
Сам Серёжа постанывает в такт толчкам, срывается на высокие ноты. Ему хорошо, Игорь знает. Он мечется в желании сорвать маску с глаз и увидеть, как Серёжа изливается, как прогибается в спине и принимает член глубоко в свою задницу. Но Игорь скован и оставлен на грани, мучаясь от желания.
Серёжа ахает, кончив. Игорь чувствует прикосновение его волос к бедру - тяжело стоять, голову опустил.
Судя по звуку Олег выходит из него и подбирается к Игорю - и это верная догадка, потому что Игоря, наконец, целуют. Разгоряченные губы впиваются в рот, зубы прикусывают не из жестокости, а из страсти. Игорь словно умирающий от жажды отвечает на этот поцелуй, отдаётся весь.
Влажные губы отпускают, опускаются на шею, оставляя саднящие следы засосов. В этом нет ничего нового: Игорь постоянно ходит разукрашенным ими и следами зубов. Серёжа объясняет - так Олег помечает своё. А Игорь - теперь свой.
– Давай же, волчонок, не стесняйся, – пришедший в себя Серёжа как всегда берётся руководить. – Больше никаких тайн у тебя нет, так что мы знаем, чего ты хочешь. Сделай.
Олег медлит секунду. Может, две.
Горячий язык облизывает кадык и подбородок. Игорь вздрагивает, не сдержав выдоха.
– Вот так, – поощряет Серёжа. – Ещё.
Олег ведёт языком по шее, переходит на ухо, смущённо толкнувшись внутрь. У Игоря по спине ползут мурашки. Олег облизывает раковину, снова трогает языком шею и спускается на грудь. Кончиком поддевает сосок, сначала один, потом второй.
– Ему нравится, – мурлычет Серёжа, не отпуская член. – Так течёт.
Игорь зажмуривает глаза под маской, когда Олегов язык проводит полоску между грудными мышцами, слизывая пот. Ему так жарко.
Он не замечает, как Олег перемещается чуть выше, только вздрагивает, когда вдруг чувствует его дыхание в самом щекотном месте человеческого тела.
– Не надо, – умоляет Игорь, пытаясь увернуться. – Не надо, Олег....
Руки прикованы над головой, и прикрыть уязвимые подмышечные впадины нет никакой возможности. Дыхание обжигает чувствительную кожу за мгновение до того, как туда забирается язык.
Олег стонет. Его голос вибрирует и заставляет тело замереть вопреки желанию разума.
– Хороший мальчик, – хвалит Серёжа. – Вылижи его всего.
Олег снова послушно стонет и принимается за дело всерьёз, вылизывает под мышкой широко, полируя гладкую кожу. Игорь хнычет себе под нос - это так странно. Щекотно. До поджавшихся яиц приятно. Олег вылизывает сначала одну подмышку, затем перемещается к другой. Прикосновение языка там уже почти желанно, и Игорь неровно выдыхает. Влажные мазки слизывают выступивший пот, возможно, это должно быть противно, но им троим нет абсолютно никакого дела до нормальности.
– Сладкий, – шепчет Олег. – Как ты можешь быть везде таким совершенным?
Игорю кажется, что сильнее он покраснеть уже не может.
Олег перемещается вниз, целует живот, лижет мышцы пресса. Обводит каждый кубик языком. Это чувствуется как комплимент, как восхищение, и это приятно.
Здесь прикосновения привычнее, и Игорь расслабляется уже совсем. В голове нет ни одной связной мысли, только чувство подсыхающей на теле слюны, только мурлычащий что-то звук голоса Серёжи.
Кто-то стягивает с него повязку, но у Игоря и так закрыты глаза. Он плавает в каком-то блаженном пространстве, где думать - это что-то лишнее, совершенно ненужное.
– Игорь, – Серёжа зовёт, затем целует в губы. Целоваться с ним всегда приятно: кусать его розовые губы и гнаться за юрким язычком. – Ты прекрасен.
Похвала обволакивает как терпкое тепло зимнего глинтвейна, разливая внутри согревающую наполненность. Это ни с чем не сравнимое чувство, когда тобой любуются. Совершенно на другом уровне, на каком-то непознанном меридиане, где существуют лишь они втроём.
Олег целует бедра, затем лижет, переходя на лобок. Игорь выдыхает что-то бессвязное, бессознатеоьно просит - давай, возьми в рот, приласкай меня. Тот будто слышит эту безмолвную мольбу - берет головку, позволяет толкнуться за щеку. Напряженное возбуждение наконец концентрируется в одном месте, естественный инстинкт велит двигать тазом, и Игорь так и делает: толкается глубже Олегу в рот, проскальзывая в обволакивающее горло.
Ему нужно до смешного мало времени, чтобы пальцы на ногах поджались, чтобы несдержанный всхлип сорвался с губ. Олег позволяет войти до конца, пускает глубоко и послушно глотает, будто ему действительно необходимо попробовать Игоря на вкус во всех возможных смыслах.
– Теперь наш волк насытился? – игриво спрашивает Серёжа, утирая Олегу уголок рта.
Олег молча кивает, ластясь к Серёжиной ладони. Игорь наконец фокусирует взгляд, не испытывая и толики смущения. О каком вообще смущении после такого может идти речь?
Олег выглядит действительно довольным, как сытый кот. Ну или сытый волк, чего уж там. Руки у Игоря затекли в наручниках, и он было хочет попросить их снять, чтобы прикоснуться к Олегу и помочь ему догнать их с Серёжей, но замечает, что...
– Ты кончил от того, что вылизал меня? – Игорь широко раскрывает глаза.
– А кто бы не кончил, – почти оправдываясь, хмыкает Олег. – Ты вообще себя видел?
Игорь жмурится, улыбаясь во весь рот.
Похоже, с выводами про отсутствие смущения он поторопился.
The end