Work Text:
1.
Где-то на втором месяце проживания вместе с человеком, Веном признался себе в том, что, может быть, ему слегка интересна человеческая культура. Несмотря на то, что он предпочел новую планету и одного конкретного человека сородичам, это не означало, что ему нравилось изучать что-то новое, особенно когда это самое «что-то» – всё.
Первая оттепель случилась по отношению к культуре еды. Сначала Веном признал что-то, кроме человеческих органов. Эдди давно в жизни не испытывал такого облегчения, потому что, правда, где он найдет симбиоту столько плохих парней, которых можно было ему скормить?
Если бы ты постарался, нашёл. Халтурщик.
– Да, как скажешь, чел, – отвечает ему Эдди, подходя к полке с шоколадом. – Так тебе что сегодня брать?
Молочный. С орехами.
У Эдди аж зубы свело от фантомной сладости, он предпочитал горький шоколад, если ему уж приходилось его есть.
Ты ничего не понимаешь в шоколаде, Эдди.
Брок не стал спорить, ведь он на самом деле не понимал любовь к шоколаду. Он просто взял три шоколадки и почувствовал, как Веном внутри удобно устроился вокруг его сердца, передавая хорошее настроение. Эдди усмехнулся.
– Кто сказал что все три на один вечер? Это тебе как минимум на два дня.
И после этого монстр – я? Тебе должно быть стыдно, Эдди!
Эдди его уже не слушал, просто нацепил наушники и включил что-то случайное из плейлиста. Не то, чтобы это помогло от воплей симбиота в голове, но всяко лучше, чем слушать только Венома.
2.
Реалити-шоу.
Веному нравились реалити-шоу. Это было одной из немногих вещей, которые перевернули его мир, конечно же, после самого появления космического параз… соседа, исправляет себя Эдди, потому что он не в настроении с самого утра слушать негодование Венома по поводу его мыслей.
Пока Эдди пытался приготовить себе подобие завтрака, Веном смотрел какое-то бессмысленное реалити-шоу и умудрялся комментировать почти каждый фрагмент.
Веному нравилось, что люди в программе открытые, яркие, активные. Они всегда делают что-то, испытывая калейдоскоп эмоций. Ему нравилось наблюдать за открытыми конфликтами и выяснениями отношений в целом. Люди практически ничего не скрывали. Точнее, скрывали иногда, но это всё равно не было равноценно незнанию, ведь ему же они признавались в чем-то, когда участникам программы давали сделать комментарий для зрителей.
Эдди, в свою очередь, считал, что люди слишком очевидно переигрывали: ни капли искренности, сплошная напыщенность и драма на пустом месте. Тошно.
Не все такие закрытые и вредные неудачники как ты, Эдди.
– Уж прости, что я хочу иметь хоть небольшое количество личного пространства и не делюсь с тобой всем. И вообще не понимаю, почему ты жалуешься, ты и так почти всё видишь, слышишь и знаешь, – заворчал Брок, заваривая себе кофе. – Ауч! За что?
Веном толкнул его щупальцем в бок, из-за чего человек пошатнулся и пролил кипяток мимо чашки. Часть воды попала ему на руку.
– Очень мило, спасибо! А теперь исправь всё, чтобы она не болела.
Нет. Ты нас не ценишь. Не только не проводишь время вместе, но и вкусы осуждаешь.
– Ценю, очень ценю, поэтому пожалуйста, сделай что-нибудь с рукой!
Веном в ответ недовольно хмыкнул, но решил сжалиться. Ему не нравилось, когда Эдди действительно было неприятно и больно. Брок случайно ухватился за эту мысль Венома и почувствовал себя.. неловко и виновато? Хотя это же было просто его мнение! Но всё равно, жаль, что Веном расстроился. Может быть, ему стоит быть мягче с симбиотом и проявлять немного инициативы.
– Знаешь, я тут подумал, есть одно кулинарное реалити-шоу, которое, ну, неплохое. Можем посмотреть его вместе вечером, когда я закончу работу над статьей. Идёт?
Да. И купи попкорн. Сладкий.
3.
Спустя почти полгода одержимость реалити-шоу была окончена. Эдди хотелось бы думать, что это не столько потеря интереса, сколько рост предпочтений и требований к медиа Венома. С реалити-шоу они вместе перешли на художественные фильмы, среди которых Эдди предпочитал детективы, либо вовсе шпионские. Судя по реакции, симбиоту тоже было интересно. Так было до момента, пока Веном не открыл для себя мьюзиклы. Особенно до момента, пока он не увидел «Мамма Мия!». С тех пор жизнь Эдди всё больше походила на какой-то проклятый сон под температурой 39° по Цельсию. В голове навязчиво крутились песни ABBA, а саму экранизацию мьюзикла он знал наизусть, ни разу не посмотрев её. Да что уж скрывать, иногда, занятый готовкой или уборкой, он часто ловил себя на том, что ходил и пел 'Gimme! Gimme! Gimme!' или 'Dancing queen'. Да, эти две песни определенно были фаворитами Венома.
Эдди – лжец. Эдди говорит, что ему не нравится, а в итоге напевает под нос.
Веном звучал очень довольно, практически злорадно, подтрунивая своего носителя.
– Мне всё ещё не нравится. Просто оно… Оно навязчивое! Оно меня раздражает, но я не могу выкинуть это из головы из-за тебя.
Тебе нравится. Признай. «Мамма Мия!» – шедевр кинематографа, Эдди. Гениальная история о любви.
– Нет.
Да.
– Неа.
Да!
Веном материализовал небольшую голову из спины Брока и вытянул её, чтобы быть на уровне лица человека.
– Да-а-а.
Эдди повернулся к нему и посмотрел самым злобным, но к сожалению, бесполезным и неавторитетным взглядом. Ухмылка Венома, шире чем обычно, просто сработала как красный флаг.
– Отвали от меня, говнюк.
Эдди попытался отодвинуть рукой от себя самодовольную морду симбиота, у Венома свое мнение по этому поводу: он облизал его руку, и Брок моментально отпрыгнул от него, осмотрев руку, которая была в слюне.
– Фу, гадость!
Больше они не спорили. Веном считал, что в этот раз победителем вышел он, пока Эдди что-то набирал в телефоне чистой рукой.
«будь проклята, энни! навеки»
«за то, что показала этому паразиту мамма мия!»
«Я НЕ ПАРАЗИТ. СКАЖИ ЕМУ, ЭНН»
«Он симбиот культуры, Эдди. :P»
4.
Веному нравились не только мьюзиклы, но и музыка в целом.
Первое время симбиот был настроен скептически: неприятный опыт с шумным соседом сделал своё дело. Веном наотрез отказывался признавать, что в ней было что-то хорошее.
Эдди, напротив, жить не мог без наушников. Музыка помогала сконцентрироваться ему на работе, делала уборку терпимой и разбавляла скуку во время готовки или прогулки, а ещё отлично абстрагировала от ненужного шума. После появления Венома, можно было сказать, его пристрастие к музыке только усилилось. Симбиот, несомненно, был чудесным генератором подкастов, но иногда слушать его было невыносимо. Ещё сложнее – слушать его и телевизор одновременно, когда нужно заниматься рабочими вопросами.
Веному не нравились наушники, но это был один из немногих компромиссов, на которые он согласился, потому что понимал, что Эдди никогда ему не уступит в этом вопросе.
Однако, после открытия мьюзиклов, мнение Венома изменилось. Внезапно надоедливые звуки и не понятные слова превратились в красивые мелодии и лирику. Он стал вслушиваться в песни, играющие в наушниках Эдди. Иногда это было просто радио, иногда это были отобранные им лично песни. А ещё бывали случаи, когда Брок вовсе мог слушать одну и ту же песню часами. Веном не понимал этого, как и многое другое до этого, а потом с ним случился Майкл Джексон.
В истории ютуба на телевизоре Эдди обнаружил целую коллекцию клипов Джексона, чему он не так уж и удивился. Веному нравились романтические реалити-шоу, мьюзиклы и молочный шоколад, напоминал он себе, прежде чем оказаться поражённым очередным предпочтением симбиота.
Веном притаился внутри Эдди – ожидал его оценки. Посмеётся ли он снова? Скажет, что это неинтересно и глупо? Начнут ли они вновь спорить о вкусах? Веном был готов обидеться заочно.
– Майкл Джексон, значит? А неплохо. Мне нравится ‘Thriller'.
Веном показался из-за плеча Эдди и уставился на него. Человек повернулся к нему и посмотрел непонимающе. Что теперь его не устроило?
– Эдди понравилось. Эдди редко нравится что-то.
Что ж, возможно это было правдой. Эдди на самом деле был мастером испортить впечатление. Он знал, что это не самая приятная вещь в нём. Раньше, когда Энн восхваляла что-то, он мог в ответ сказать, что ему не нравилось. Энн обижала невозможность Эдди тактично промолчать, когда она делилась приятным, и иногда они сильно ссорились. С Веномом было то же самое. Это действительно было не очень красиво с его стороны. Ауч.
К счастью человека, Веном был слишком взволнован, чтобы подколоть его и забить ещё один гвоздь вины в доску под названием Эдди Брок.
Веном выхватил пульт из рук Эдди щупальцами и включил 'Thriller'. Они так и стояли, застыв перед телевизором, смотря клип к песне на повторе весь вечер. Веном постоянно подмечал новые детали, расспрашивал об очевидных и не очень моментах, особенно о зомби. В какой-то момент Веном даже перехватил контроль над телом Эдди и старался повторить движения танца. Это было приятное времяпровождение по мнению Эдди. Как и всегда, впрочем, если задумываться об этом. Самые уютные домашние вечера были те, когда они с Веномом не ругались и действительно наслаждались чем-то вместе.
– Эдди, мы должны сходить на фильм ужасов вместе.
– Боюсь тебя разочаровать, но последние фильмы ужасов – полное говно.
Но они всё же сходили на второсортный хоррор, потому что Веном стал настолько одержим этой идеей, что просто невозможно было сосуществовать, не пересекаясь с мыслями о походе в кино.
Ты был напуган, Эдди.
– Не, приятель. Это не потому что фильм был страшным, это потому что сраные скримеры были внезапными.
Веном лишь посмеялся, конечно же он не поверил словам Эдди.
Напуган, Эдди.
– Как я вообще могу бояться какого-то там фильма, когда в моей жизни был Карнаж и ксенофаги?
А вот это уже было резонно. Справедливо. Веному это не нравилось. Он толкнул Эдди, выражая негодование.
Ты испортил момент, Эдди. Должен был сказать, что напуган. Я бы тебя успокоил, спас от кошмаров на экране, самое то, чтобы нам обняться.
Эдди закатил глаза так сильно, как только смог.
– Ты серьезно? Всё это ради того, чтобы сделать отсылку на Майкла Джексона? Я должен был догадаться.
Ты не ценитель романтики, Эдди. А я ещё хотел поцеловать тебя.
– Боже упаси.
Наверное. Вообще-то, это звучало не так плохо, как Брок это выставил. Свидание с Веномом однозначно числилось в его голове как проклятая идея, но что в его жизни осталось нормальным? Нормальные люди вообще не жили с космическими паразитами. И явно не рассматривали вариант поцелуя с ними.
5.
Видеоигры.
О да, Эдди пришлось сначала раскошелиться на плейстешн для Венома, а затем находить каждый месяц в бюджете лишние доллары, чтобы купить ему пару новых игр. Всё это, однозначно, было на пользу. Опять же, это было очередным занятием для симбиота, пока он был занят написанием статей. Никто никому не мешал: Эдди на этой почве стал меньше переживать из-за дедлайнов, а Веному не было скучно.
А ещё перед сном Эдди слушал пересказы сюжетов игр, которые Веном проходил, его мнения и идеи, и это было очень уютно и забавно. Симбиот всегда делал это в своей экспрессивной манере, иногда сбивался с мысли, перескакивая с мысли на другую, но это не мешало Эдди наслаждаться беседой.
– … А затем он пожертвовал собой. Взорвал планету с инопланетным оружием, чтобы спасти мир и своего друга.
– Отстой, – ответил Эдди, задумавшись. – Я имею в виду, это грустно. Смерти роботов переоценены в медиа. Почему они не могут жить спокойно?
Веном согласно покачал головой.
– Именно, Эдди. Они были хорошей парой.
Брок вопросительно взглянул на симбиота.
– Парой? Разве они не были друзьями пару минут назад?
– Они друзья, но, Эдди, они бы стали отличной парой. Они идеально друг другу подходят.
Гигантский меха-робот и человек стали бы отличной парой, конечно. В этом был весь Веном. Его понимание любви иногда всё ещё продолжало поражать Эдди, хотя каждый подобный раз он думал, что точно готов к тем вещам, о которых говорит симбиот.
– Эдди. Твои мысли звучат громко. Не понимаю, что не так с этой идеей?
Веном замер и посмотрел прямо ему в глаза, прищурившись. Всё в языке его тела гласило о том, что он принял защитную позицию. Эдди стало неудобно.
– Э.. да, наверное, ничего. Всё в порядке. Не думаю, что это плохо. Очень даже неплохо. Почему нет, а? Конечно робот способен полюбить человека. Есть в этом что-то мечтательно-романтичное.
Веном расслабился и кивнул.
– Любовь, Эдди, невозможна без восторга, привязанности, преданности и уважения.
– Ого… вау, и откуда ты этого понабрался? – спросил удивленно Эдди.
– Так сказал БТ-7274. Я с ним согласен. Это то, что у нас есть. Всё это про нас.
Эдди не знал, ему смеяться или чувствовать себя неловко. Веном только что процитировал персонажа из игры, и это звучало так, словно это было самым настоящим признанием.
– Д-да, думаю, можно и так сказать. Ладно, что-то мы заболтались. Я хочу спать. Спокойной ночи, Веном.
Эдди перевернулся на бок, чувствуя на себе взгляд симбиота, а внутри – какое-то непонятное ощущение горечи, недосказанности и упущенной возможности. А затем он почувствовал, как Веном дематериализовался, и он остался в темной комнате один. Выключив ночник, Эдди старался не думать о странной некомфортной атмосфере, которая повисла в комнате после разговора.
+1
Что-то было не так в последнее время. Веном словно стал менее разговорчив. Эдди точно знал, что это было последствием из недавнего разговора перед сном. Тогда что-то произошло, но Брок не находил решение загадки ночного происшествия.
Веном, между тем, успел увлечься чем-то новым, но в этот раз вместо того, чтобы практически сразу всё рассказать и отнять у Эдди несколько часов жизни на то, что можно было уложить в несколько минут, симбиот стремительно избегал разговора о новом интересе. Честно говоря, Эдди был готов умолять Венома рассказать, чем он занимался, но это не точно.
А ещё из холодильника стали пропадать некоторые продукты, которые обычно не пропадали.
Очередной сдвиг в предпочтениях?
Можно и так сказать.
Эдди вздрогнул от внезапного ответа Венома.
– Ты зачем так пугаешь? Я думал, ты там занят чем-то «секретным», – последнее слово Эдди выделил жестом, изобразил кавычки и закатил глаза, тем самым выразив свою позицию по этому поводу.
Терпение, Эдди.
Вот это уже был сдвиг: Веном собирался рассказать, чем же он был поглощён почти две недели. Брок терпел ещё неделю, но так и не получил ответ, зато обнаружил однажды утром в холодильнике торт.
Торт-ёжик. Шоколадный. С самой отвратительно и ужасно смешной рожицей. Этот чудесный безносый еж с криво посаженными глазами и мармеладными зубами (острыми, на секунду!) смотрел прямо на Брока с верхней полки холодильника. Эдди захлопнул дверцу холодильника, а затем вновь открыл, потому что, ну, такого просто не могло быть. Ему показалось.
Ёж всё ещё был в холодильнике.
Эдди закрыл глаза рукой и прыснул от смеха. А симбиот никак это не комментировал, сидел тихо, наблюдая за своим носителем.
– Это твоих рук дело? – спросил Эдди, достав торт из холодильника. Он всё ещё не мог поверить в то, что в его жизни случился момент, когда ему сделали легендарный мемный торт. Потрясающе.
Эдди нравится?
– Ты серьезно? Это ахуенно. Просто ахуенно. Лучшее утро за последние несколько лет. Не знал, что в 40 лет мне так нужен торт-ёжик.
Брок чувствовал, как в груди нарастали чувство радости и гордости, и он знал, они принадлежали Веному. Возможно, это было даже лучше, чем сам торт, – наконец-то ощутить присутствие симбиота, который почти месяц томил его секретностью; ощущать его настроение и чувства; представлять, о чем он думал.
Не знал, что ты так скучал по этому, Эдди.
Эдди вздрогнул: конечно, это же палка о двух концах. Естественно Веном изучал и чувствовал его ответную реакцию и.. ого, на кухне все это время было так жарко?
Может быть.
А затем Веном, как обычно, частично материализовался.
– Я смотрел кулинарные блоги, Эдди. И я действительно следовал рецепту. Шаг за шагом.
– Ого, вау. Не думал, что доживу до этого. Значит, я могу есть торт и не переживать, что мне попадётся скорлупа яиц?
Веном скорчил рожицу, что-то очень похожее на жест закатывания глаз. Он знал, что это была правда, но не стоило так драматизировать всего-то из-за скорлупы яиц.
– Да, Эдди.
– О. Это хорошо.
Веном смотрел на Эдди в ожидании. Эдди не осознал этого сначала, а потом охнул.
– Ой, я, кажется, не благодарил тебя, не так ли? – спросил он, Веном ничего не ответил. – Спасибо, прия–
– Нгхх, даже не вздумай говорить это!
Веном отвернулся и недовольно фыркнул, а затем материализовался полностью, создавая гуманоидные тело, но небольшая его часть всё ещё была прикреплена к ноге Эдди, напоминая о природе симбиота. Веном накрыл лицо руками, изображая раздраженность.
– Ты действительно тупой, Эдди. Тупейший мужчина на всей планете.
– Чт- Эй!
Брок насупился и скрестил руки на груди, защищаясь. Хорошее настроение испарилось так же внезапно, как и у Венома.
– Клянусь, если ты ещё раз скажешь «приятель» или что-то в этом духе, твоя печень будет съедена без возможности восстановления.
– Сначала ты предлагаешь мне торт, а потом угрожаешь съесть мои органы. Я не понимаю! Что ты от меня хочешь?
И вот они снова ругались и кричали друг на друга. Эдди был не удивлён, потому что у них и не могло быть по-другому. Веном никогда прямо ничего не говорит, а потом оказывается недоволен, а он, Эдди, просто вспыльчивый. Накричат на него – он ответит тем же.
Веном обернулся к нему, толкнул к стене, прижав к ней, а ещё схватил за халат, приподняв так, чтобы они были на одном уровне. Он посмотрел в глаза человека и увидел непонимание и гнев.
– Отпусти меня, Веном!
Веном одновременно с ним произнес:
– Сколько ещё раз мне нужно сказать, что я тебя люблю, чтобы до тебя дошло?
– … Что?
– Ты. Меня. Слышал.
О да, Эдди его услышал, просто не мог поверить в это. Веном действительно только что признался ему в любви. Ему. Веном.
Ещё несколько мгновений, и Эдди начал понимать, что это не так уж и внезапно. Господи, они не только пережили некое расставание.. Почти что как грёбанный развод–
Веном чуть не умер за него. Он ведь говорил о жертве и любви недавно–
А ещё он водил его на свидание. Он столько всего смотрел о любви–
Он действительно ухаживал за ним. Он потратил несколько недель, чтобы сделать торт, идеальный, по рецепту, и провернул это за моей спиной–
Веном наслаждался хаотичными мыслями Эдди, его процессом осознания, тем, как всё в голове человека становилось на свои места. Он действительно не понимал. Ну что за идиот.
– Да, Эдди. Всё это мне было интересно только из-за тебя.
Ну, не всё, конечно: некоторые вещи Веном узнавал, потому что ему было нужно понимать лично для себя, но большая доля его слов – правда!
– Вау, я такой дебил, – произнес в итоге Эдди. Ещё щёки и шея порозовели, а ладони вспотели, и как же хорошо, что Веном держал его, потому что его ватные ноги не выдержали бы сейчас. – Поцелуешь меня?
– Думал, что и это придётся самостоятельно делать. С удовольствием, Эдди.
Как оказалось, целоваться с Веномом вовсе не проклятая идея. Это было ебучее благословение жизни Брока.