Chapter Text
Коллега сочувствующе хлопает Сана по плечу, когда весь кабинет узнает, что его снова вызывают к директору. И что на этот раз? Что Ким Хонджун опять не понял в его идеально выверенных таблицах?
Сан тяжело вздыхает, предвкушая очередную волну вопросов и правок, которые совсем не требуются для отчёта. Вздыхает он так тяжело, потому что это уже третий раз за неделю, когда он переступает порог кабинета под внимательным взглядом секретаря. Ему кажется, что тот его немного недолюбливает, либо просто устал видеть, как Сан вечно мельтешит у него перед глазами. Дел у них всегда по горло.
Поэтому Сан совсем не удивляется, когда его чуть ли не сбивает секретарь, резко выходя из кабинета директора, возле которого он нервно топчется уже добрые две минуты. Секретарь странно понимающе хмыкает и проходит мимо, оставляя дверь открытой. Этот Пак Сонхва явно надумывает себе непонятно что, а Сан теряется под его взглядом так, что у того слегка розовеют щеки.
— Сан-щи, я вас уже заждался.
Сан тяжело сглатывает и заходит в кабинет, закрывая за собой дверь. В нос тут же бьёт запах дорогого парфюма, который Хонджун носит постоянно: грейпфрут, бергамот и, кажется, нотки белого дерева и перца. Очень приятный и пряный аромат, идеально подходящий такому человеку, как его директор. Сан вдыхает глубже, наполняя лёгкие, и голова окончательно кружится, когда он видит Хонджуна в строгом чёрном костюме, поправляющего очки на носу. Всё-таки невозможно оставаться равнодушным к своему директору. Кто вообще придумал, что этот горячий мужчина должен сидеть целыми днями в кабинете и руководить компанией, вместо того чтобы заниматься чем-то более привлекательным?
— Добрый день, директор-ним, — говорит Сан.
Хонджун отрывается от документов на экране компьютера, и Сан невольно задерживает дыхание.
— Я же уже миллион раз говорил: можно просто «Хонджун-ним», — недовольно цокает директор, отъезжая от стола и поднимаясь со своего места. — Сан-щи, мне снова нужна ваша помощь. Я совершенно не понимаю, что написано в этих таблицах.
Сан выгибает бровь и подходит к компьютеру, наклоняясь, чтобы лучше рассмотреть монитор. Хонджун тут же подходит почти вплотную, дыша ему чуть ли не в затылок, пока Сан рассматривает документ, который отправил буквально вчера.
— Дир… Хонджун-ним, почему вы не попросите помощи у своего секретаря?
Директор поворачивается и внимательно смотрит на лицо подчинённого, но видит там только искреннее непонимание.
— Вы же делали эти таблицы? Значит, сможете мне доходчиво всё объяснить, — говорит Хонджун и подталкивает своё кресло с явным намерением не выпускать Сана, пока тот не разложит всё по полочкам. — Давайте, присаживайтесь.
— Что вы, я постою.
— Сан-щи, присядьте, — тон Хонджуна резко становится серьёзным, почти приказным. Сан невольно вздрагивает и подчиняется, не желая злить начальство ради спокойствия остальных сотрудников. Мало ли, вдруг плохое настроение затянется на весь день, и директор начнёт срываться на всех подряд? Хотя нет, Хонджун-ним не такой.
Сан ещё не успевает как следует устроиться в удобном кресле в кабинете начальства, как его резко придвигают к столу. Хонджун наваливается на кожаную спинку стула, почти припечатывая его к столу.
— Так, вот что это такое?
— Это показатели на следующий год, — начинает Сан, кладя ладонь на мышку. — Смотрите, вы можете менять цифры в каждой строке, и финальный показатель будет изменяться с учётом затраченных средств, которые вы вводите в таблицу.
— Хм, дайте попробую.
Сан уже собирается убрать руку, но директор кладёт свою ладонь поверх его. Он наклоняется так близко, что его волосы щекочут Сану виски. Хонджун аккуратно водит мышкой, слегка сжимая пальцы Сана, и заставляет того нервно сглатывать подступающую слюну. Сан смотрит в монитор, пытаясь игнорировать тот факт, что теперь ещё отчётливее ощущает пряный аромат парфюма.
— Наберите-ка мне двадцать пять миллионов, — теплое дыхание касается его уха, и Сан крупно вздрагивает. Он тут же тянется к клавиатуре, заполняя пустую ячейку восьмизначным числом, а про себя думает, что директору проще было бы дотянуться до боковых цифр на клавиатуре самому.
— Ага, спасибо, Сан-щи, — Хонджун смотрит на экран, словно теряясь в своих мыслях. Тем временем Сан пытается осторожно вытащить руку из-под чужой ладони, но директор тут же сжимает пальцы, словно не желая отпускать.
Сан замирает и краснеет, чувствуя на себе тяжёлый взгляд. Его глаза хаотично бегают по монитору, а он сам надеется, что никто и ничто не слышит, как громко стучит сердце в его ушах.
— Хонджун-ним, вам всё ещё нужна моя помощь? — с лёгкой опаской спрашивает Сан. Он понимает, что многие вещи могут быть непонятны начальству, особенно когда дело касается документации. Хонджун не стесняется вызывать сотрудников в кабинет для разъяснений. Но, когда Сан поделился этим наблюдением, многие только покрутили пальцем у виска, сказав, что директор лучше всех разбирается в бумагах и таблицах, и, если он вызывает кого-то в кабинет, то только для того, чтобы отчитать за косяки или несвоевременное выполнение задач.
В итоге все решили, что Сана постоянно проверяют из-за его статуса нового сотрудника. Хотя мужчина работает в компании уже больше года, выполняя свои обязанности качественно и без просрочек. Почему же директор относится к нему с таким недоверием, что лично проверяет его отчёты и таблицы? Это заставляет Сана каждый раз нервничать, когда кто-то передаёт сообщение от вышестоящих. Всё-таки быть под вечным наблюдением начальства — та ещё нервотрёпка.
— Нет, Сан-щи, спасибо, — Хонджун наконец отстраняется, и Сану становится легче дышать. Он тут же выскакивает из кресла и задвигает его обратно. Ему хочется скорее вернуться в свой кабинет, успокоиться и закончить проверять документы, чтобы успеть на поезд метро, который ещё не будет забит людьми, спешащими домой.
— Не хотите выпить кофе?
Сан нелепо открывает рот, но тут же закрывает его. Он ведь не может отказать начальнику? Это будет невежливо?
— Хонджун-ним, я бы с радостью, но мне нужно возвращаться к своей работе, — Сан стыдливо опускает голову, замечая, как меняется выражение лица директора. — Я не хочу напрягать секретаря Пак, у него наверняка полно дел.
— Работа подождёт, — улыбается Хонджун, мягко отводя Сана от выхода. — И мой секретарь действительно занят, но мне несложно сделать вам кофе. Сан-щи, прошу, присядьте.
Сан теряется, не зная, что ответить. Очевидно, Хонджун не потерпит отказа. Предвкушая толкучку в метро, Сан решает хоть немного себя порадовать удобным диваном и чашкой дорогого кофе.
— Сливки? Сахар?
— Ничего не нужно, спасибо.
Хонджун снова улыбается и выходит из кабинета, оставляя Сана одного. Тот невольно оглядывает помещение: тёмные стены, шкафы и полки, заставленные множеством книг. Сан пытается прочитать названия на корешках, но тонкий мелкий шрифт ему не поддаётся. Зато он точно ощущает, что этот кабинет полностью отражает личность директора. Даже аромат его парфюма, который Сану, похоже, особенно полюбился, заполняет всё пространство. Но, несмотря на уют и стиль обстановки, Сан не знает, куда себя деть, как себя вести и о чём говорить с человеком, с которым их разговоры никогда не выходили за рамки работы.
Директор вскоре возвращается с двумя кружками кофе и ставит их перед Саном на журнальный столик. Сан не торопится брать бодрящий напиток, ожидая, пока Хонджун закроет дверь и достанет из выдвижного ящика коробку конфет.
— Угощайтесь, — Хонджун подвигает всё ближе к Сану и садится напротив. Он вздыхает с облегчением и тянется к своей кружке. Ничего необычного, просто американо — в меру крепкий, без кислого привкуса, как Сан любит.
— Хонджун-ним, а что это за зёрна? — интересуется Сан, искренне надеясь, что они не слишком дорогие.
— Понравились? Я мог бы принести вам упаковку из дома.
— Не стоит, просто скажите название, я поищу в магазине.
— Боюсь, в Корее такого нет, — отвечает Хонджун. — Этот сорт я привёз из командировки во Вьетнаме. Поэтому, прошу, не отказывайтесь.
— Хонджун-ним, я не могу это принять, — Сан смущённо шепчет, не зная, как реагировать на такое предложение. Кофе хочется, но ситуация кажется слишком нереальной.
— Вам ведь не нравится кислый кофе, так? Я купил его специально, чтобы вы однажды смогли попробовать.
Сан вновь пялится на директора. Судя по его лицу, Хонджун говорит совершенно серьёзно. Но зачем? Это снова какая-то проверка?
— Откуда вы это знаете?
— Я поспрашивал ваших коллег, — спокойно отвечает Хонджун, откладывая почти нетронутую кружку и сцепляя пальцы в замок. — Они сказали, что вы часто жалуетесь на кислый американо в ближайших кофейнях. А на вашу кухню я пока не хотел это относить. Сначала вы должны были попробовать.
Сан был настолько удивлён, что это ощущение можно было сравнить с тем, как друзья рассказывают ему какую-то невероятную небылицу, которая в итоге оказывается правдой. Он так старается для каждого сотрудника? Здесь определённо есть какой-то подвох. Может, они снимают секретное шоу?
— Я... Это весьма неожиданно, Хонджун-ним. Мне нужно поблагодарить вас, — Сан тут же низко кланяется, а затем добавляет: — Но, как по мне, это немного эгоистично, ведь другим нравится пить такой кофе. Я думаю, вам стоит оставить эти зёрна себе.
— Сан-щи, вы совсем ничего не понимаете?
Что он не понимает? Вопрос директора звучит грустно и слегка разочарованно. Сану даже кажется, что он слышит нотки злости, скользнувшие сквозь натянутую улыбку. Хонджун смотрит серьёзно, и несмотря на то, что он явно ниже Сана, в этот момент кажется выше, заставляя мужчину ещё сильнее вжиматься в диван. Странно, но Сану это даже нравится, хотя он признается себе в этом чуть позже. Пока же ему приходится мысленно ударить себя по щеке, чтобы привести в порядок спутанные мысли.
— Я правда не понимаю, Хонджун-ним, — голос Сана дрожит. — Я сделал что-то не так?
Хонджун не отвечает. Он встаёт с места и большими шагами быстро сокращает расстояние между ними. Сан не успевает среагировать, лишь сильнее прижимается к углу дивана, пока мужчина не оказывается рядом, почти вплотную. Он пытается встать, но тяжёлая рука ложится ему на плечо, пригвоздив на месте. Сан чувствует пальцы на своём подбородке — те самые пальцы, которые недавно накрывали его руку, заставляя его смущаться. Сейчас прикосновения резкие и холодные. Хонджун поднимает его лицо, пристально глядя, будто хочет передать невысказанные мысли.
Так не ведут себя начальник и подчинённый. Тогда почему Сан не хочет, чтобы Хонджун останавливался?
— Сан-щи, вы всё ещё в неведении?
— Хонджун-ним...
— Что ж, оттолкните меня, если вам не понравится.
Последние слова Хонджун проговаривает прямо в губы Сана, которые тут же атакует поцелуем. Он настойчиво наклоняет лицо Сана под нужным углом, пока тот, словно кукла, сидит неподвижно. В реальность его возвращает собственный стон, сорвавшийся с губ, когда Хонджун толкается особенно глубоко. Сан инстинктивно хватается за чужие руки, которые уже успели переместиться на его плечи. Почувствовав движение, Хонджун немного отстраняется, решив, что Сан собирается оттолкнуть его. Однако Чхве, наоборот, цепляется за него мёртвой хваткой, притягивая ближе.
Теперь уже сам Сан припадает к чужим губам, чувствуя, как Хонджун расслабляется и полностью отдаётся моменту. Поцелуй становится медленным и тягучим, словно директор смакует каждый сантиметр его губ. Это заставляет Сана дрожать от нетерпения и ещё сильнее притягивать мужчину. Хонджун, не отрываясь от их соединённых губ, перемещается к нему на колени, скользя своей промежностью так, что Сан чувствует его нарастающее возбуждение.
Хонджун тяжело выдыхает, когда ощущает кольцо рук на своей талии. Мог ли он мечтать о таком сегодня? Его пальцы нежно скользят по точёному подбородку Сана, осторожно, словно он боится случайно порезаться. В это время Сан крепко сжимает его бока, словно пытается убедить себя, что всё это — реальность, а не плод его фантазии.
— Я и не знал, что вы целуетесь "так", Сан-щи, — шепчет Хонджун прямо в припухшие губы, которые слегка дрожат от утраты жаркого контакта. Сан не слушает, полностью сфокусировавшись на губах своего директора, которые так маняще двигаются при разговоре, дразня своими изгибами. — Мне нравится.
— Что? — Сан расфокусировано смотрит на своего директора и видит в его зрачках своё отражение, от чего становится ещё жарче, а его классические брюки начинают казаться всё теснее.
— Сан-щи, я не могу устоять, когда вы смотрите так, — Хонджун аккуратно гладит его щёки и, с лёгким движением, снимает очки, откладывая их на диван. Он снова атакует покрасневшие губы, сразу же вылизывая и переплетая их языки. Сану кажется, что они целуются до потери пульса, голова кружится и перестаёт работать с каждым посасыванием его нижней губы, а каждый игривый прикус выбивает из его лёгких воздух. Руки Хонджуна везде: на его разгоряченной коже, в тёмных волосах, на стянутой рубашкой груди и, кажется, в его штанах.
Сан болезненно выдыхает в плечо директора, когда его член сжимают через ткань.
— Хонджун-ним, — жалобно шепчет Сан.
Хонджун поднимает чужое лицо за подбородок, пытаясь уловить его эмоции. Однако тот совсем размяк под его прикосновениями, сложил брови домиком и смотрит на него своими полными жалости глазами.
— Что случилось? — Хонджун нежно отводит упавшую на глаза челку, ожидая ответа от своего подчиненного.
— Это ведь не на один раз, да? — Сану нужно было убедиться в этом, чтобы потом не чувствовать себя разбитым, вспоминая их беспорядочные поцелуи на этом диване. Хотя он не был уверен, что сможет пережить отказ даже теперь.
— Сан-щи, я уже столько раз намекал вам, но вы ведь ничего не поймете, если не сказать прямо? — Хонджун смотрит прямо в глаза. — Вы мне нравитесь, Сан-щи, и я очень хочу, чтобы все это повторилось.
Сан не успевает ответить — Хонджун снова целует его, но теперь гораздо нежнее, чем прежде. Такие поцелуи приходятся как нельзя кстати. Мужчина успокаивается под неспешным ритмом, гладя спину Хонджуна. В ответ он получает целомудренный поцелуй в уголок губ, резко контрастирующий с их страстной близостью в начале.
Директор перестает мучить его поцелуями, постепенно опускаясь ниже. Его губы скользят по подбородку, ведут линию до мочки уха, оставляют там нежный поцелуй, а затем возвращаются к вспотевшему виску. Он впитывает румянец с чужих щек и наслаждается прикосновением к мягкой коже. Его руки хаотично двигаются, пытаясь расстегнуть белую рубашку, но Хонджун слишком увлечен исследованием шеи Сана и звуками его вздохов, чтобы справиться с пуговицами.
Характерный стук в дверь буквально замораживает Сана. Это не ускользает от внимательного взгляда Хонджуна, который сразу замечает перемену в настроении. Он недовольно цокает языком, когда больше не чувствует сильных рук на себе.
— Директор-ним, у вас совещание через десять минут, — раздается голос секретаря, и у Сана волосы на затылке встают дыбом. Он тут же пытается подняться, но Хонджун останавливает его одним лишь взглядом — серьезным и недовольным.
— Мне обязательно там присутствовать? — кричит он, искренне надеясь, что момент еще не упущен. — Разберетесь без меня. Вы знаете, что говорить.
— Директор-ним, напоминаю вам, что ваш кабинет заперт уже полчаса.
— Пак Сонхва, если ты сейчас же не уйдешь, я заставлю тебя здесь ночевать, — резко отвечает Хонджун.
Сан старался даже не думать вслух, настолько он боялся ощутить на себе гнев директора. Так вот каков Ким Хонджун, если прервать его мимолетные утехи? Сану показалось, что он услышал тяжелый вздох за дверью, хотя, возможно, это был сам Хонджун, который уже снова сосредоточил все свое внимание на нем.
— Продолжим? — Хонджун усмехается, но как-то по-доброму и мягко, будто это не он только что кричал на своего секретаря. Вокруг него словно образуется сияющая аура, и Сану даже чудятся розовые лепестки сакуры, падающие на темные волосы директора. У него хватает сил лишь слабо кивнуть, и Ким снова припадает к его губам, на этот раз целуя более спокойно и расслабленно.
Оба полностью погружаются друг в друга. Хонджун продолжает расстегивать рубашку Сана, и наконец перед ним открывается медовая кожа, скрытая под тканью. Директору становится жарко от одного лишь вида размякшего подчиненного, который смотрит на него влажными глазами и тяжело дышит. Он чувствует, как под его пальцами вздымается грудь Сана.
Сан ещё больше смущается, когда Хонджун растегивает ремень на его брюках, пытаясь дотянуться до возбужденного члена. Сан не знает, куда себя деть. Он думает, что директору, наверное, так же жарко, как и ему, и пытается снять с него пиджак. Однако руки его не слушаются, и всё, что он может, — это держаться за дорогую ткань чужого пиджака.
— Сан-щи, это очень мило с вашей стороны, но сегодня я предлагаю вам просто расслабиться и получать удовольствие, — Хонджун смотрит на него из-под лба, и живот Сана скручивается от нахлынувшего возбуждения.
Он начинает дрожать в нетерпении, наблюдая за тем, как мужчина на его коленях достаёт его член. Хонджун довольно облизывается, обхватывая плоть своими пальцами, принимаясь медленно водить по всей длине. Сан громко выдыхает, откидывая голову на спинку дивана. Он никогда не думал, что чужие прикосновения будут влиять на него так сильно. Сан хватается за бедра Хонджуна, вгрызаясь пальцами, боясь, что тот вот-вот уберет свои руки и выйдет из кабинета, оставив его одного на этом злосчастном диване. Хонджун, неосознанно улавливая темные нотки в его настроении, снова возвращается к раскрасневшимся губам Сана, продолжая поглаживать чужой возбужденный член. Чхве мурчит, будучи удовлетворённым чужими действиями и тихонько постанывает, когда Хонджун размазывает предэякулят по его головке.
— Вы когда-нибудь думали, что окажетесь в такой ситуации? — шепчет Хонджун прямо в губы, слегка ерзая на коленях Сана. Ему самому тоже требовалась разрядка, но он решил подразнить и себя, и Сана. — Вы когда-нибудь думали обо мне в таком ключе?
— Не совсем, — отвечает Сан, подставляя шею под поцелуи, сдерживаясь, чтобы директор не оставил засосы на рассыпи его веснушек. Он сильнее сжимает бедра Хонджуна от переполняющих его эмоций, запоздало осознавая, что может оставить синяки. — Я думал немного о другом.
— О, поделитесь со мной, — шепчет Хонджун в перерывах между поцелуями. Он дразняще прикусывает кожу на ключице, тут же зализывая покрасневшее место, заставляя Сана скулить от каждого нового укуса. Было ощущение, что вся его шея вот-вот станет разукрашена.
—Это слишком смущает, — отвечает Сан, всё же перебираясь руками к чужой ширинке, после ощутимого сильного ерзанья на своих бедрах. Член Хонджуна уже давно в возбужденном состоянии и с кончика капает предэякулят прямо на его брюки. Директор охает, почувствовав желанные прикосновения к своей плоти, но тут же убирает руки Сана, приказывая ему держать его за талию. Мужчина повинуется, переплетает пальцы в замок и тянет Хонджуна на себя, сталкивая их члены друг с другом. Директор берет их в руку, другой зарывается в темные волосы Сана и стонет ему прямо в рот, стараясь довести обоих до разрядки. Им ужасно жарко, и Сану безумно хочется стянуть с Хонджуна всю одежду, чтобы ощутить его кожей. Но не сейчас. В другой раз. Он очень надеется, что тот самый раз обязательно наступит.
— Опять думаете не о том, — замечает Хонджун, и Сану становится стыдно, что он уходит в свои мысли, когда директор так старается, стремясь доставить удовольствие обоим. Сан молча отводит глаза, но Хонджун ловит его лицо и особенно сильно сжимает их члены так, что оба стонут. Он прикусывает нижнюю губу, с каждым действием все больше и больше приближая Сана к разрядке.
— Я так и не понял, где ваше чувствительное место, — говорит Хонджун, осторожно проводя пальцами по его коже. Сначала он касается губ, заставляя Сана слегка приоткрыть рот. Это что-то, что они могут попробовать позже. Затем он нежно поглаживает щеку, переходит к вискам, слегка касаясь области за ухом, и, наконец, мочки уха. Сан выдыхает, но этого ему недостаточно. Хонджун продолжает спускаться рукой ниже, касаясь шеи и немного надавливая, добавляя к этому мягкие поцелуи, оставляя следы на коже, но и это не действует на Сана. А потом Хонджун слегка задевает пальцами его сосок.
— О, — Хонджун ухмыляется, и слышит, как Сан сдерживает всхип, когда он повторяет свое действие.
—Х-хонджун-ним... — Сан чувствует, как мужчина продолжает играться с его сосками и не может сдержать громкого стона, когда Хонджун снова двигает рукой вокруг их членов. Он сжимает руки на чужой талии, немного ерзая, ощущая, как напряжение растет, и выпячивает грудь. Директор пользуется ситуацией, припадая губами к груди, кусая и облизывая набухшие соски. Сан стал громче, и это не могло не радовать. — Я сейчас кончу.
—Только этого и жду, Сан-щи.
Сан зажмуривается, вновь откидывая голову назад, и хнычет, чувствуя влагу на своей груди, пока Хонджун набирает темп, продолжая терзать его правый сосок.
Сан вскоре кончает на руку директора, когда Хонджун особенно сильно прикусывает его кожу зубами. Он громко выдыхает и смотрит вниз на оба члена, покрытые его спермой, и тянется к ним, накрывая своей рукой поверх чужой. Хонджун хотел бы сказать, что так не очень удобно будет ласкать, но он был так тронут желанием Сана помочь ему, что может лишь мягко улыбнуться, пытаясь довести себя до разрядки. Хонджун кончает, глядя на разнеженного от гиперстимуляции Сана, чей член все еще трется об его даже после разрядки. Мужчина роняет голову на плечо Сана, тяжело дыша ему в шею.
Хонджун смотрит на свою руку, на которой смешалось их семя, и в голове у него щёлкает лампочка. Недолго думая, он подносит руку к чужому рту, надавливая указательным пальцем аккурат между губ.
—Помогите мне, Сан-щи, — говорит Хонджун, погружая палец в горячий рот.
Сан с охотой принимается посасывать и облизывать одну фалангу за другой, представляя на их месте что-то другое. Одна мысль об этом возбуждает его вновь и Сан блаженно прикрывает глаза, когда Хонджун добавляет второй палец. Директор наблюдает за тем, как пальцы исчезают между губ и выходят оттуда влажными от слюны. В голове всплывают новые картинки, и Хонджун невольно давит на язык Сана, заставляя того жалобно стонать с пальцами во рту. Закончив с директором, мужчина принимается за свою испачканную ладонь, но Хонджун перехватывает её, и вытирает платком, который он вытянул из кармана своего пиджака.
—Не стоит, иначе я Вас вообще не выпущу отсюда, — Хонджун хмыкает, замечая, как дернулся кадык Сана.
Директор слезает с чужих колен, слегка пошатываясь на ослабевших ногах. Сан тут же тянется, чтобы поддержать мужчину, не давая ему упасть. Однако и сам он едва дышит, все еще пребывая в прострации от произошедшего.
— Сан-щи, мне действительно пора на совещание, иначе Сонхва меня прибьет, — хихикает Хонджун, одеваясь и расправляя складки на пиджаке. — За той дверью уборная, можете привести себя в порядок и вернуться к работе.
Сан грустно взглянул в указанную сторону, не желая двигаться с места. После всего, что произошло, его тело требовало тепла, нежных объятий и поцелуев. Но Хонджун вот так решил оставить его одного.
— Хей, — Сана быстро целуют в губы и поглаживают покрасневшую щеку. — Мне правда нужно сейчас идти. Подождите меня, пожалуйста, после работы в своем кабинете, я напишу вам.
Еще раз поцеловав Сана, Хонджун разворачивается и быстро покидает кабинет. Дверь автоматически закрывается. Сан может побыть здесь немного дольше. Он откидывается на спинку дивана, поднимает взгляд в потолок и вздыхает, ощущая воздух, пропитанный их близостью. Теперь он отчетливо чувствует смесь бергамота и перца, с легким ароматом ванили, а еще — пустоту и холод. Он встает, чтобы согреться движениями, и направляется в личную уборную директора.
Сан с осторожностью глядит на свое отражение: волосы растрепаны, рубашка помята, а на груди — следы от поцелуев, которые он тут же пытается скрыть, застегивая пуговицы до самого конца. Закончив приводить себя в более-менее приличный вид, он в последний раз окидывает кабинет взглядом. Картинки все еще всплывают в его голове, заставляя щеки краснеть. Он выходит из кабинета, предвкушая томительное ожидание сообщения от Хонджуна.