Work Text:
Джекс обычно так не поступал, не в его правилах поджимать уши с хвостом. Но сейчас он сидел внутри высокой башенки из детских кубиков. Под пластмассовой зелёной аркой на верхушке которой была «крыша» из красного конуса. Сидя, привалился спиной к изогнутой стене и болтает фиолетовой лапой, свесив её с края. Специально так далеко, чтобы никто не достал Кроме Кейна, конечно же. Этот зубастый везде достанет, а если не достанет, то призовёт.
Парень морщится, поскольку приходит в голову неугодная мысль, что он похож сейчас на Зубл: спрятался от всех и занимается самокопанием. Осталось только ныть начать и будет копия Гэнгл один к одному. Словно его «злая» версия в одном из последних путешествий. У Джекса шерсть дыбом вставала от воспоминаний. Нет ничего хуже, чем быть таким мягким, уязвимым и бояться всего. Только так можно не свихнуться. Оттого ему всегда казалось странным, как Гэнгл и Королёр так долго продержались.
И Джекс отрицал в себе это. Он не слабый, он не привязывается. Просто проходит тупые приключения, веселится, ничего серьёзного. Больше нет. Он не рассеется и никто рядом тоже. Все в плюсе, да? Так зачем искать в нём что-то хорошее, Помни? Зачем кидать все силы и надежды на поиски выхода, если Кейн щелчком пальца вернет их к ноге как личных зверушек? Зачем дружить, если все надежды будут растопчены и из-за этого отчаяния вы рассеятесь все вместе? Глупо, опасно, больно.
Но как было глупо надеяться, что это сработает. Он говорил себе одно, но когда рассеялся Кауфмо… было больно. Не должно было. Он так хорошо держался, запрещая себе осознавать и думать о произошедшем. Ну случилось и случилось. Но эти похороны. Джекс тогда злился и думал «показушники». Он ненавидит похороны. Когда смотришь на фотографию и… всё. Ни один известный Джексу способ не срабатывает, чтобы защититься. Все воспоминания и чувства лезут наружу, делают тебя открытым, нестабильным, в таком отчаянии, что рассеивание становится выходом.
К тому же, глупо это всё. Каждый тусит со своими, кто ему ближе, дороже, кто лучше «понимает» другого. Но потом умирает кто-то, кто не был вхож в этот круг и они всё равно вытаскивают редкие воспоминания с этим человеком, говоря, какой он был хороший, как так получилось. Джекс бы поспорил, что, после недолгих торгов с собой, Рагата бы тоже сдалась и нашла для него хорошие слова, это же Рагата — мисс Позитив и Дружелюбие.
Лучше бы никто не приходил. Было бы легче, даже если о нём не вспомнили. Джекс бы просто растворился, бесследно. Все бы забыли о нем, как только единственная дыра в подвале бы закрылась над головой и память остальных для собственной безопасность бы просто подтерлась, словно не было бесячего бесчувственного злодея Джекса. Конечно, перед этим, он бы доставил проблем по максимуму в образе черного глюка с кучей мерзких глаз… ну и жуть.
Джекс сложил руки на груди, давя мурашки и дрожь отвращения, на секунду прикрывая глаза.
Помни не раздражала. Она не ныла, как Гэнгл, не раздражала, как Зубл, не была наигранно добра, как Рагата или безумна, как Королер. Может она и правда не совсем уверена в себе, боязлива, иногда нервная. Но давала отпор, слушала, принимала извинения, просто была рядом, что позволяло не думать, не следовать привычному поведению. Ощущать себя так свободно, как наедине с собой, но при этом не чувствовать одиночества.
Словно, она видела его насквозь.
Он знал, какой она может быть. Ещё на поле, когда играли в софтбол. И подтвердил себе в команде с ней. Она могла быть уверенной, сильной, храброй и добиться желаемого, если хочет. Он просто хотел помочь, раз уж они в одной команде. Сбросить всё напряжение из-за попадания сюда, потери друга-нпс, страшных приключений. Пострелять, расслабиться.
Джекс конкретно проебался. Потому что какого-то черта начать действовать с ней заодно. Неосознанно поддержка «злой» Помни превратилась в тесную командную работу. И как на зло (иронично) они сработались настолько безусловно, что говорить необходимости не было. Либо это всё мультяшное пространство, которое воплощало стремления и желания по щелчку. Хах. Он желал с ней сработаться? Господи. Он влип.
Джекс нервно усмехнулся, опуская голову на руки, потирая виски, так как они болели от количества мыслей и эмоций. Из-за потери контроля над потоками в голове всплыл тот высокий обвиняющий голос:
— Ты хочешь испортить её!
«Что за бред, ватная идиотка?!» — подумал в раздражении Джекс и поморщился. Впервые выстроенная репутация так задела, черт возьми. Он обещал себе после рассеивания Риббита и Кауфмо, но как же быстро броня дала трещину. Словно Рагата заразила своей неуверенностью и желанием угодить другим. Как же бесит.
— Блять… — вырвалось на эмоциях.
Джекс не хотел её «портить», и не хотел угодить. Но каким-то образом привязал к себе малую. Да и сам привязался.
Просто с ней легко, как ни с кем из их цирка безумия. Она что-то среднее между ими всеми. Может ей и не нужен никакой к черту архетип? Может она главный герой, который держит внутри себя баланс из всех ярких черт окружающих, поэтому может их понять? Тц. Слишком сложно.
Джекс не привык искать смысл — это дорога к рассеиванию. И с ней не приходилось. Так зачем он ищет смысл к тому, что испытывает рядом с ней? Понять, почему привязаться успел? Зачем, если это уже произошло? Зачем, если знает, что назад дороги нет.
Как бы не хотел, Джекс уже не может ничего изменить, вернуть себе равнодушие, уверенность и спокойствие. Но как бы не было неожиданно больно и неприятно всё это испытывать. Он должен продолжать. Так будет лучше. Для всех. Прийти в себя, задвинуть всё это глубоко внутрь себя. Сделать ей больно, чтобы отпустила и перестала тянуться к нему.
— Где Джекс?! — кролик вздрагивает от громкого голоса и не успевает привести мысли в порядок, как уже чувствует молниеносный полет своего тела. Конечно здесь полный игнор гравитации, если очень надо, поэтому Кейн без проблем перетащил его с вершины башни к сцене за жалкие пару секунд.
Джекс приходил в себя, пока его глаза крутились желтыми спиральками от скорости. Громкий голос Кейна тем временем завёлся с полоборота:
— Дорогие мои любители приключений! Если вы не будете в них участвовать, то в их создании не будет смысла! — как и в редкие моменты, голос Кейна стих, переходя в устрашающий и потерянный, — Как и от меня… как и от этого места… Ха-ха-ха-ха! — нервный смех сбивал уверенность и спокойствие каждого. Голова… или можно сказать зубы с глазами нервно дергались долгие парочку секунд, после чего он замер и появился перед мордой Джекса, — так что настоятельно прошу их не игнорировать.
— Да не слышал я, — недовольно вздохнул Джекс, складывая руки на груди.
— Настолько зажрался, что победа тебя уже не радует? — спросила Зубл с оттенком удивления и наезда. Ничего нового.
— Заткнись, — буркнул кролик, посмотрев на неё и неожиданно встретившись взглядом с Помни. И вот снова. Смотрит с волнением, хочет узнать, что случилось, всё ли в порядке, может ли она помочь. Джекс не умел читать мысли, но её глаза смотрели так, словно субтитры читаешь.
Джекс показательно натянул свою стандартную улыбку. Он мог чувствовать, как её это кольнуло, девушка отвернулась и ответила что-то Рагате. Как всегда, всех перебил Кейн, рассказывая о новом приключении, которое подготовил для них.
Ему нужно было это закончить. Вернуть всё, как было.