Chapter Text
♡♡♡
те хрупкие ночи не начали чего-то нового. они нашли лишь краткую передышку в разразившейся войне друг с другом и самими собой. и передышка продлилась всего пару недель.
для Шеду Милка эти недели были довольно жестокими пытками. он действительно пытался. Пытался не отталкивать Сапфиру, когда тот прижимался к ней ночью, когда лиловые пальцы слишком ласково касались его обнаженной кожи. Старался не смотреть на него напряжённо, как на ладонь. Пытался не помнить, сколько власти он самолично отдал в руки Блэк Сапфира, позорно рухнув у него в ногах. но несмотря на его нежность всё отчётливее стали виднеться то отчаяние, неуклюжесть и страх, как бы проступали поломки костей под неестественно тонкой кожей. и кожа не выдержала — после натянутой неловкости она порвалась, и образовавшейся крови из ран потекло прежнее: язвительные изменения, внезапная холодность, кровавые царапины. это было привычнее. это было безопаснее.
и Сапфир отлично это видел. Видел, как наступает страх постепенно, сменяясь более привычной жаждой контроля в разноцветных глазах, но всё равно глупо надеялся. надежда была самой опасной и дорогой валютой в их отношениях, а он, как дурак, истратил ее все на несколько ночей тишины и выверенной, фальшивой нежности. он почти поверил, что та трещина в стене между ними может оказаться в двери. но с каждым надменным взглядом, с различной вытянутостью челюсти Шедоу, внутри Блэк Сапфира что-то остовало и твердоло. и на место надежды пришло четкое понимание: ничего не изменилось. Шеду Милк не изменился. не смог снять такую родную маску хозяина, слегка ушил ее, ослабил резинки на время, но остался все тем же хозяином своей куклы. эти переломанные кости уже срослись с телом в неестественной фигуре, и попытка выставить их ровно будет сопровождаться лишь новыми переломами и всплесками агонии. не было смысла бороться за нежность моей крохи. их не существовало, это была кривая иллюзия, как и всё, что должно было быть искренним в руках Повелителя Лжи. была только власть, и лишь она была важна. а за нее нужно было бороться.
Оставайся стиснуть зубы и укутаться в привычный, лишь безопасный лед, будто чувств нет и никогда не было. Если застелить постельное белье на разных сторонах, и это не будет стандартом для себя, прикосновения без необходимости будут приемлемыми. может, если притворяться достаточно долго, то эта больная критика наконец умрёт от голода.
♡♡♡
Кенди не была глупой девушкой — может, только легкомысленной, но не глупой. она видела прекрасно, что между ее любимым Мастером и Блэк Сапфиром происходит... что-то. ведь не просто так Шедук сначала пожирал в глаза, а потом вдруг стал смотреть насквозь, вроде бы не был вторым работником, а лишь пятно Мил в безупречном интерьере Шпиля Теней! Кенди, конечно, была счастлива наконец получить внимание Мастера, но любопытство грызло ее изнутри. от ее вопросов лишь отмахивались, уязвленно шипя на самых, казалось, невинных. а теперь... теперь они снова что-то скрывали, и воздух вокруг них был вязким, густым, полным чего-то непроизносимого. и Кенди чувствовал эту тягучую атмосферу с каждым днем все отчетливее.
И в одно туманное утро, когда интуиция подс посоветовала ей затаиться за сетевой занавеской в одном из окон, Кенди Эппл стала свидетельницей того, чего совсем не ожидала. Широко распахнутые глаза наблюдали, как резная дверь спальни Мастера беззвучно приоткрылась, и выскользнул Блэк Сапфир. его вечно идеальная прическа была растрепана, а из-под не до конца застегнутых ворот двери выглядывали темные следы. Если отражательно прижав воротник к шее, Сапфир оглядел коридоры так, как будто сбежал с места преступника. Кенди стиснула пальчики тканевых штор, когда тот резко полетел. это было слишком раннее время для визитов! Кенди не повернулась заходить в покои Шеду Милка даже днём, так почему Сапфиру можно?! ещё и... в таком виде?!
В тот день завтрак был совершенно обычным — все трое сидели за столом в тишине, нарушаемой лишь стуком приборов о тарелки и шелестом одежды. по небу ползли тяжёлые грозовые облака, сквозь витражные окна выглядывало гротескно цвета, а теневые зайцы появлялись лишь для того, чтобы убрать грязную посуду со стола. и Кенди тоже старалась вести себя привычно, помня, что ее любимый Мастер абсолютно не будет рад вопросам с утра пораньше. но не лезла в гор одежду от переполняющей ревности. Девчушка уставилась широко распахнутыми глазками на Сапфиру, громко прихлебывая чай. он выглядел абсурдно идеально по сравнению с тем Блэком Сапфиром, который был в коридорах всего час назад, отточенно ровное выражение лица не отличалось от того, что было всегда. Кенди больше не мог себя поддерживать.
— ой, Мастер, а почему Сапфирчик выходил сегодня утром из вашей спальни такой растрепанный? вы что, всю ночь... работало? — Она подумала, произнесла голос невинно, махая ногами под столом, но в глазах стояла открыто зависть. Кенди тоже хотела проводить больше времени с Мастером, почему он выбрал не ее, глупую Сапфиру?!
ложка в руках Шедоу замерла, не дойдя до рта. на секунду в его сузившихся зрачках мелькнул практически животный страх, тут же как бы насильно перекрытая льдистой пеленой. голубые пальцы стиснулись на столовом серебре едва не до хруста. он не мог заставить себя разжать ладонь.
Блэк Сапфир, сидящий на правой руке от Шеду Милки, застыл в тот же миг. Кажется, земля ушла у него из-под ног. Пальцы дёрнулись, желая поправить воротник, убедившись, что всё скрыто, но он сразу ограничил порыв. любое движение, любой взгляд на Шеду Милку будет безмолвными политиками. вместо этого он натянул на лицо, от которого отлила всю кровь, равнодушную улыбку, и поднял глаза на Кенди.
— о чем... ты говоришь? — но идеально ровный голос дрогнул предложение, и Сапфир в тот же миг возненавидел себя за это.
— не притворяйся! — воскликнула Кенди Эппл, возмущённо указывая пальчиком на Сапфиру, — я видела! ты был в спальне Мастера! ты выглядел так, будто... там спал!
по спине побежали ледяные мурашки. нет, она врет. она не могла. Сапфир проверял — коридоры были пусты! его красноречье, его острый язык — всё тотчас предало его, о введении наедине с звеном звучащего шума в ушах. Нужно было что-то, что-то сделать, доказать, что Кенди просто казалось, но не дать разрушить ту хрупкую иллюзию стабильности, которая с трудом просуществовала в их с Шедоу крошечном мире.
наконец стул Шедоу Милка скрипнул. отложив погнутую ложку, тот уставился на Кенди Эппл, и по лицу растеклась острая ухмылка.
— о-о-о, моя любопытная конфетка! — протянул он с какой-то отчаянной игрой, и голос разлился медом, в котором прятались стальные иглы. Шедоу наклонился над столом, и полные волосы сузились до кронштейна, состоящего из нескольких лезвий. — неужели ты следила за моей спальней? неужели ты хотел увидеть своего любимого Мастера с утра? это так... неприлично для столь юной девушки.
Кенди густонарастала от головы, попав в самую нижнюю точку, и ее округлые щеточки сравнялись с цветком яблок в волосах.
— Я случайно увидела, — пропищала Кенди Эппл, сжимая подол платья, но не дала увести себя от волнующей темы. — но это правда! у Сапфирчика рубашка даже была расстегнута! почему ему можно спать с вами, а меня нет?! это нечестно!
на мгновение за столом повисла гробовая тишина. Когда Шедоу впились на край стола, я рисковал порвать тонкую скатерть, но он даже этого не заметил.
— что за глупость? Сапфир не спал со мной, — резко выплюнул он, откидываясь на спинку стула. прежняя ухмылка теперь больше напоминала судорогу бедра. его глаза подчёркнуто даже не косились в сторону Блэк Сапфира. будто его снова не существовало. — просто работал.
в голове Шедоу Милка противно звено — нужно было отвлечься, занять девчушку, не дай ей времени догадаться. она так просто не успокаивается. Он не заметил, как пальцы Блэк Сапфира добела сжали кружку, брови на секунду изогнулись от такой жалкой, неправдоподобной отмазки.
— но... ты ведь хочешь узнать подробнее, чем мы занимались? хочешь раскрыть... нашу сжатую тайну? — мягко пропел Шедоу, выдавливая улыбку.
— да! — Кенди быстро подскочила на месте, напрочь учитывая всю неправильность чужой мимики. — очень!
— Настоящее похвальное рвение, — протянул Шедоу, стискивая зубы. ногти нервно барабанили по столу, — что же, хорошо! любое знание имеет цену, моя дорогая. как насчет старого доброго обмана? ты ведь так любишь поддержку усталых путников, не так ли? так заведи десяток заблудших душ не в уютную гостиницу, а... в логово монстров. любые, какие тебе за хотят! у тебя есть время до заката, ни минутой позже. и не думай меня обмануть. — Шеду Милк вновь наклонился к Кенди, прозвучав угрожающе, и его пальцы натянуто небрежно щелкнули девушку по носу.
а та будто и не заметила, сию секунду соскакивая с места.
— я всё успею! я всё знаю, Мастер! — захихикала Кенди Эппл, кидая обожающий взгляд на Шедоу. это ей казалось игрой, новой забавой, и она, стуча крошечными каблуками по полу, умчалась прочими, даже забыв поесть.
гнетущее молчание заполнило комнату, когда топот стих. Шедоу вновь сел ровно, и на его лице таяли остатки нашей ухмылки. пальцы нервно сжимали и разжимали край скатерти.
— не ожидал, что открытая цена была тайна так смехотворно низка, — наконец подал голос Блэк Сапфир. пальцы обвились вокруг его чашки с кофе, скрывая мелкую дрожь.
— я — Повелитель Лжи, — Шеду резко обернулся на звук, и губы изломал яростный оскал, — ты правда думаешь, что я буду честен в этой сделке? но ты... — он едва не зашипел, — ты что, разучился быть незаметным? или тебе так хочется, чтобы все узнали... об этом ?
Сапфировые сжали. это неестественно выдавленное "об этом" обожгло, как будто спирт на рану плеснули. может, я хотел. хотел, наконец, не быть постыдной тайной, о существовании которой воспоминания ради скучных вечеров. но не мог.
— моя вина. не бойтесь, это больше не повторяется, — черные глаза сузились, а губы растянулись в ледяной улыбке, — или, может, вы просто предпочтете... выгнать меня из своей постели насовсем? если так не хотите рисковать.
Лицо Шедоу Милка дёрнулось, и он тут же прикусил язык, смотря не взирать. маска клоуна наконец развалилась, обнажая панику в разноцветом взгляде. но лишь на пару секунд. Очередная тысяча масок внезапно вросла в кожух Шеду, возвращая его к ролику власти.
— ты забываешься, — надменно произносится он, приподнимаясь с места, и змеиные нотки проскользнули в голосе, — я сам решу, когда тебя выгонять.
— конечно, Мастер, — белые ресницы чуть дрогнули, и Блэк Сапфир сделал небольшой глоток кофе. он даже не шевельнулся в первый раз, когда Шеду Милк почти вышел из столовой, — но вы всё же подумайте над моим предложением. Никогда не поздно разорвать связь, столь постыдную для Великого Зверя Обмана.
Шедоу на секунду замер, стискивая зубы. это был удар ниже пояса. но он не ответил, лишь захлопнул за собой дверь так яростно, что посуда на столе зазвенела.
в столовой остался лишь Блэк Сапфир. он молча уставился в свой кружку. сработает ли эта обманка? хотя, это не так уж и важно. Кенди Эппл, как и всегда, забудет, зачем ей дали это бессмысленное задание, уже к середине. Куда внимательнее был Шеду Милк и паника в его разноцветных глазах, в напряжённых челюстях, в дрогнувших пальцах. та самая, дикая, извечно прячущаяся под бесчисленными масками. но она не укрылась от Сапфира. по позвоночнику растеклось опьяняющее, густое тепло. превосходство. он — главная причина этой паники. Одним своим существованием в стенах Шпиля Теней он мог лишь держать своего хозяина на границе, на сцене театральной стены до осколков нескольких верных слов... какое же чудесное чувство! ах, как же сладко было ощущать, что в тот момент слабости, когда Блэк Сапфир впервые позволил себе использовать, стал таким же ярмом на шее Шедоу! ощущение себя грязным секретом, обычно отвратительное, сейчас обволакивало пьяной сладостью.
но поползшие вверх по углам замерли, когда на смену гордого достоинства пришла отрезвляющая волна страха. нет, невозможно забыться. он играет с силой, которую не может контролировать. Шедоу Милк — не человек, которого можно приручить. он — ураган в хрупком человеческом облике. и если Сапфир слишком затянет это ярмо, то этот ураган не просто оттолкнет его, а уничтожит. не из зла, а из того всепоглощающего ужаса, за которым сейчас так жадно наблюдает Блэк Сапфир. из своей разрушительной природы.
внешнее звено колено посуда, и Сапфир мгновенно стер лицо с любыми последствиями прежних мыслей, вскидывая голову. Белый кролик со стеклянным взглядом собирал грязную посуду со стола. « он видел. видел мою улыбку. видел мои эмоции », — промелькнуло панически в голове. ощутив взгляд, кролик оторвался от дел. его глаза были похожи на гладкие черные пуговки, невыразительно, и плечи Блэк Сапфира немного ничего не опустились. « верно... просто глупая тень ». Кролик дернул белоснежным ухом, возвращаясь на работу. Блэк Сапфир пододвинулся к новой чашке с недопитым кофе. от прикуса праха на языке аппетит резко исчез.
♡♡♡
в Шпиле царила привычная утренняя тишина, лишь редкие шаги теневых слуг доносились из-за двери. Солнце с трудом проникало в поглощённую сумраком комнату, застревала в плотных шторах, и лишь редкие лучи пробивались в щели, выхватывая тела спившихся на кровати.
Шеду Милк неохотно открыл глаза. было слишком тихо. слишком... тепло. он привык просыпаться один в остывающей постели, привык, что его будил скрип двери или убирал стук каблуков, но теперь он слегка почувствовал, как что-то прижимается к нему. что-то слишком горячее и тяжёлое для подушки или одеяла. Проморгавшись, Шедоу опустила глаза ниже, и в глаза бросились черные пряди, рассыпанные по шерстяному шелковому покрову. Блэк Сапфир прижался к его груди, голубоватой ладонью и, не пытаясь остановиться, предательски уютно, скромно держась на спине, где под пальцами угадывались тонкие, едва ощутимые полоски шрамов.
ледяная и густая волна паники мгновенно окатила Шедоу Милку, сжимая горло, не позволяя сделать и успокоить. нет, не это! не сейчас! первая же вспыхнувшая мысль — отшвырнуть Сапфиру. Внезапно, грубо скинуть с кровати, в то же мгновение разрушить эту непозволительно правдивую и оттого самую низкую унизительную позу. но мышцы не слушались, парализованные стыдом и этим одурманивающим, запрещённым самим собой теплом. мысли метались, как обезумевшие: как так вышло? они ведь уснули на разных сторонах кровати, как и раньше! в какой момент тело так подло предало Шеду?!
нет, Блэк Сапфир не должен осознавать слабость этого момента. не должен видеть, как его могущественный Повелитель в очередной раз позволяет себе быть бессильным перед лицом нужды. дыхание Сапфиры было тихим и ровным, слабо щекотала им ключицы, и, кажется, он ещё не проснулся, даже пока совсем рядом бешено стучало чужое сердце. Цепляясь за эту надежду и боясь потерять драгоценный шанс, Шедоу с мучительной медлительностью стал собирать руку, боясь разбудить Сапфиру и быть унизительно разоблаченным в любой миг.
а Блэк Сапфир не спал. Чириканье птицы за окном вытащили его из чуткого сна несколько минут назад. осознание накатило не сразу: сначала лишь тепло, до ужаса непривычное. потом — ровное биение сердца под ухом и щекотящее макушку дыхание. и наконец Сапфира ошпарило понимание — он прильнул к Шеду Милку всем телом, уткнувшись ему в шею, а руками свои робко улеглись на чужих боках. Мгновенное ощущение опасности смалообразовало результат сонливости, и сила напряжения напряглась до предела. это не может быть просто обещаниями. Шедоу подобное не бывает просто так никогда. любые ласки имели цену. нужно было вырваться. сейчас же. не дай себе поймать, не дай себе ранить, пока Сапфир так открыт.
но он не мог и шевельнуться. старый, затоптанный голодный по теплу, по банальной легкой ласке, что Блэк Сапфир так старательно душил в себе, вырвался с новой силой, сметая все выстроенные защиты разума. и Сапфир... просто оставайся себе минуту этой ложной, украденной части. хоть и заледеневшей душой погреться в редком теплом, по которому так истосковался и который так ненавидел. затем закрыл глаза и, притворившись, улыбаясь, он отсчитывал секунды до того, как, казалось бы, нежная ладонь вонзится когтями в талию, чуть приоткрытые губы обнажат хищный оскал, начиная заново прочертить страну и поворачиваясь, кто какую роль исполняет. это будет заслуженным явлением за такую наглость.
Наконец, спустя эти бесконечные минуты, тело рядом напряглось, как бы говоря, что пора платить по счетам. Сапфир подавил желание мгновенно отшатнуться, выбежать из комнаты, исчезнуть в неизвестности. Именно поэтому он не стоит, никогда не уходит сразу, не вызывая у себя даже лишний раз взгляд на говорящего Шеду Милку. утро делает всё слишком настоящим. в их нынешнем мире носило неподъемную цену, за нее нужно было умереть кровью и болью. и Сапфир никогда не хотел знать, сколько будет стоить одно жалкое утро в чужой постели.
но вместо ожидаемой мощнейшей платы Блэк Сапфир ощутил лишь робкое, дрожащее движение — незаметно убрать руку. Разум на секунду онемел, пытаясь осмыслить разломанный шаблон. почему? это ловушка? еще более жестокая пытка с неопределенностью? но несмотря на вихрь тревожных мыслей по телу проползла едва тлеющая искра облегчения, не приносилась пока, а только мое острое напряжение на что-то более тяжёлое и вязкое. пронес. его уязвимость не позволяет использовать его против Сапфира. хоть в этот раз.
и тут же — холод. Там, где только лежали на руке, теперь почти легко стыла кожа, как будто после клея. Блэк Сапфир практически физически ощущал, как с каждым движением, которое отодвигало Шедоу дальше, между ними вы установили стену. та самая, которую оба так старательно возводили.
Сапфира на мгновение до боли захотела открыть глаза. Одним взмахом ресниц он мог бы спрятать Шеду Милку и безжалостно ввергнуть взгляд в ужас, как наблюдаю, пытаясь поймать то, что уже не закрыть. это было бы сладкой местью. но он не открыл. парламентие? нет, Шедоу не заслужил ни крохи. страховка не расплатится с последствиями. Шеду Милк никогда не простит Сапфиру, если тот откроет глаза. и... это знание, как известно, Шеду боится быть пойманным в нежности, будет куда ценнее, если погибнет тайным. пусть его бог думает, что ускользнул незамеченным.
ровное дыхание Блэк Сапфира не нарушилось, а тело осталось расслабленным, когда Шедоу наконец отдёрнул руку, как от раскалённого металла, и переполз на другую половину кровати. дерево слабо скрипнуло, и Блэк Сапфир незаметно приоткрыла глаза. Сквозь ресницы он видел, как Шеду Милк резко садится на край кровати, как чужие когти вцепляются в напряжённое плечо, словно пытаясь держать себя в руках. Притворно сонно вздохнув, Сапфир перевернулась на другую сторону, словно не слыша, как за шелестом ткани паникующе умолкло чужое дыхание. выждав несколько секунд для правдоподобности, он наконец заворочался, приподнимаясь на локте и притворно протирая глаза, рисуя пробуждение.
— м-м... вы сегодня встали рано, — сымитировать звуковой голос было проще простого. Шедоу вздрогнул, явно пытаясь взять себя в руки, — что-то случилось?
— это ты больно долго спишь, — фыркнул он в ответ, но предательские дрожащие нотки проскользнули в голосе.
Блэк Сапфир лишь промычал в ответ, поднимаясь с постели и игнорируя пытливый взгляд. в мыслях вспыхнул соблазн заставить Шедоу понервничать ещё сильнее, намекнуть, что Сапфир не спал, что чувствовал каждое чужое опасное движение. но Сапфир мгновенно задавил эти мсти мысли. нет, это слишком просто и бессмысленно.
— Кстати, сегодня мне нужно будет отлучиться, — несмотря на незначительную информацию Сапфира, небрежно поправляя взлохмаченные волосы перед зеркалом, — не ждите меня к ужину.
Шеду Милк не ответил, стискивая одеяло в ладони, когда Блэк Сапфир вновь опустился на край кровати, и черные крылья распластались по светлым простотыням. Шедоу знал список его личных дел. помнил наизусть. и сегодня там не стояло ни одного дела вне Шпили. Сапфир что-то попробовать закрыть? но что? или кого? Шедоу грубо прикусил язык, не позволяя вопросам зазвучать в воздухе.
Сапфир намерено медлил, отряхивая рубашку — он точно знал, что Шеду Милк хочет больше знать, что горит от этого желания. он ждал, что его спросят. но Шедоу лишь скривил губы, не желая дать снова понять, что ему не всё равно.
— как скажешь, — выдавил он, звучно звучало спокойно, но голос прозвучал неестественно высоко. Шедоу тут же отвернулся к окну, как будто в затянутом облаками не было чем-то более занимательным.
завтрак был тихим. слишком тихий и одновременно слишком громкий. Кенди Эппл, забыв о недавнем приступе ревности, как Блэк Сапфир, и ожидала, снова вернулась в свое привычное амплуа. поедая булочку с апельсиновым джемом, она захлеб болтала о чем-то, Кажется, перескакивая с темы на тему пары укусов, и ничего вокруг не заметила. Сапфир, честно говоря, вообще не слушал. он механически помешивал медленно остывающий кофе, глядя сквозь кружку. а перед глазами всё ещёи стояли кадры с раннего утра. голубая грудь, к которой Блэк Сапфира мягко прижимали холодные ладони. Уверенно искривленные губы, когда Шеду Милк отстранился, надеясь, что остался незамеченным. сгорбленная спина и длинные волосы, впившиеся вдруг в мое плечо. Сейчас тело Шедоу было скрыто одеждой, а душа — очередной маской, которая, подперев подбородок, наигранно заинтересованно мычала в моменты, когда Кенди вдруг замолчала, слегка сделала укус или глоток чая, или расплывчато прокомментировала.
Шеду Милк тоже не слушал. Сапфир чётко знал это по-прозрачному, пытливым взглядом, который почувствовал кожу. Если Шедоу Милк проверял, а точно ли его очередной грязный секрет в тайне, а точно ли у его слабости нет свидетелей? Интересно, как вытянется его, если Сапфир в следующий момент отставит кофе и холодно произнесет: «Мастер, ваша тайна в утренних объятиях умрёт лицо вместе со мной. а мой аппетит уже умирает от ваших тяжёлых взглядов»? Клюнет ли Кенди на отмазку о работе в этот раз? но Сапфир молчал. ведь это и его грязный секрет, что он не хотел вставать в кресло с равнодушным лицом. что хотел прижаться к сгорбленной спине, осторожно поцеловать выпирающий позвонок на голубое шее и прошептать проклятое "доброе утро". хотел невозможного. поэтому Блэк Сапфир лишь продолжал помешивать кофе и ощущать пристальным взглядом каждую клеточку тела.
♡♡♡
В эту же ночь Лёжа уже в своей постели, Блэк Сапфир не мог уснуть. его кровать, на которой он спал годами, теперь казалась ужасной и холодной. не сделано ни одеяло, скомканное и прижатое к груди, ни привычная гора подушек, ни прикрытые к телу крылья. Ничто из этого не подавляло то желание, которое стыдливо тлело в груди. уткнувшись носом в подушку, Блэк Сапфир прикрыл глаза, вызывая себе совсем ненадолго вспомнить тот слабый запах чужого тела, те касания слегка согретыми объятиями кожи, тот тихий стук сердца над ухом. Внутри все стиснулось от нужды вернуться в это утро и просто замереть на часы, дни, годы. « прикоснись ко мне. просто так. без подтекста », — молил кто-то крошечный и слабый глубоко внутри. кто-то, кто каждый раз молил оле каплю внимания.
но под веками возник совершенно другой образ. холод синих глаз. коготь на плече. насмешливое предложение "попросить" о новой боли. Внутренности же тут скрутило тошнотворным стыдом.
« и кто тут виноват? «», — зашевелился язвительный внутренний голос, — « кто сам приходил? кто подчинялся? кто живет? ». Сапфир стиснул челюсти. конечно, он договорился и пришёл к порогу чужих покоев, как жалкий пёс. а что ещё делать? отказать, и потерять после этого не просто их ночи, а всё внимание? уж лучше пинок, чем полная тишина. В конце концов, это было честно: Блэк Сапфир получил свои выстраданные поцелуи, касания, даже возможность уснуть на одной с хозяином кровати. получил свои капли бесценного внимания, притворяясь перед зеркалом, что уже считается не для себя вещью. его больше не вышвыривали эту ночь, не выписывали премии. только шрам на плече всё ещё слишком блестело в глазах. но... Сапфир ведь сам согласился, что его раздавленная гордость и новые шрамы будут ценой.
а сейчас... сейчас он вдруг получил больше. получил объятия, ужасающие в своей искренности. а лучше бы Шеду Милк скинул его с кровати! Лучше бы наорал за то, что Сапфир посмел пресечь границу, лучше бы снова сделал Сапфира невидимым в своих глазах в результате. это хотя бы понятно. но попытка убрать руку, попытка притворства говорящего... Блэк Сапфир не мог выпустить мысль, что этого не должно было случиться. как теперь существует Сапфира, когда он знает искреннее тепло хозяина на вкус?! как теперь предпочитать таскать себя за волосы и раздирать кровь, зная, как спокойно эти руки могут прижимать ближе? лучше бы это было осознанной пыткой. Тогда бы Сапфир понял, что Шеду Милк прервал его на эти мысли не по воле случая. тогда Сапфир мог бы его ненавидеть. но сейчас получалось ненавидеть только себя.
Не выдержав силы напора мыслей, Блэк Сапфир резко сел на кровать, отбрасывая одеяло куда-то в сторону. нет, это было просто невыносимо. он ненавидел себя наедине с собой хоть на минуту, тотчас чувствуя, как разум в клочья рвут мысли, безжалостнее стаи волков. нужно было занять себя чем угодно — работой, книгой, да хоть шитьём, лишь бы просто прекратить думать. просто привычно ждать, когда его вырубит от усталости. Кажется, он не спал дольше пары часов подряд уже... сколько? больше года? а сколько ещё можно выдержать в таком темпе?.. Сапфир мотнул голову, зажигая свет. нет, хватит.
Тихие шаги заставили тишину отступить по углам, туда же, где осталась тьма. Отдёрнув тяжёлые бархатные шторы, Блэк Сапфир рывком распахнул окно. Холодный, пронизывающий воздух тут же ворвался в комнату, ударяя в лицо, обжёг горло на пороге. пальцы вцепились в подоконник, когда Сапфир дала согласие, впуская в себя леденящий ветер. Холод был честнее, он не обещал притворного тепла или беспочвенной надежды. он лишь заморозил ту едва затлевшую искру под ребрами, что так некстати зажглось этим утром.
завтра Сапфир наденет привычную маску. завтра всё будет как обычно. и этот день... этот день не будет ничего значить. не должен был. Блэк Сапфир повторял это снова и снова, пока пальцы не онемели от холода, пока в груди не сохранилась, привычной пустоты. только тогда он закрыл окно и вернулся в постель.
♡♡♡
Шедоу узнал всё. ему не пришлось даже вставать с места, чтобы следить за Блэком Сапфиром, который вёл себя до невозможного подозрения. его маленькие милые тени-шпионы сказали больше, чем удалось бы узнать, прижав его скрытного слугу к стенке.
и теперь Шеду Милк знал, где Сапфир пропадал, когда исчезал из Шпиля и перемещался с толпой городов. Знал, какие магазины Сапфир успел обойти за последние три дня. знал, что этот ящик лежит в ящике стола.
хотя нет, слишком громкое слово. Сапфир не был испытан и не пытался спрятаться, оставив коробочку в ящике стола без защитного намёка. он забыл, что живёт в личном замке всесильного существа, для которого замки никогда не были хоть малейшей проблемой. Он хотел, чтобы Шедоу открыл коробку и открыл ее, испытывая чужое терпение такой очевидной наживкой. но Шеду Милк этого не делал. не мог заставить себя подслушивать, не мог заставить себя подсматривать, когда риск изучить традиционные коробки был слишком велик, что привело к бесконечным странам, где один был хуже другого, заполонять мысли. уподобляясь презренным людям, что избегали истины в страхе, Шедоу не увидел себе, что внутри. потому что если бы там было что-то, предназначенное кому-то чужому... а таких вариантов и не было. В противном случае Сапфир не сделал бы жалкие детали и спрятал эту аккуратную коробку в свой запертом ящике.
но Шеду Милк должен был узнать. не как трусливый наблюдатель, а как хозяин. как тот, кому принадлежит Шпиль и всё, что у него находится. включая Блэк Сапфира.
Шедоу Милк мог бы легко войти в чужую спальню и перевернуть ее вверх дном в поисках других доказательств того, что кто-то еще смеет заниматься мыслями его Сапфиры. Легко было забыть о поведении и личном пространстве, когда дело коснулось Блэк Сапфира и этого омерзительного чувства, как внутри какого-то гниет, который был неразрывно связан с этим проклятым смертным. но он не стал. даже не объявленный из своей мастерской. даже не шевельнул лишний раз, ведь это было бы до предела унизительно — потратить хоть лишний жест на своего жалкого конкурента. Теневые марионетки по первому откровению положили ему в руки эту злосчастную коробку, тут же растворяясь. та выглядела слишком аккуратной и такой человечной, что Шедоу отражателем впился ногами в обёрточную бумагу, от чего она треснула, обнажая картон. голубая лента вывела из себя одного своим нежным оттенком настолько сильно, что легкое слово передавило от ярости. Воздух затрещал от напряжения, и стекло в высоком окне тут же хрустнуло, наполняя паутиной трещиной. и для кого это Сапфир так расстарался? как он вообще посмел задуматься, что ему такое позволено? Шеду Милк покрутил коробку, желая найти хоть какой-нибудь адрес или хоть какую-то подпись. ему ведь нужно знать, чью голову он так страстно желал оторвать. но ничего, даже буковки, даже невнятного росчерка не было снаружи, и Шеду мрачно стиснул губы, зажав себя, держась и не раздавив коробку в руках. наверное, внутри точно подписано...
зрачки сузились до острии иглы.
нет. он не будет открывать коробку. в этом не было смысла, истина всё равно лежала на поверхности — в случае, если нарочито бережная упаковка, в небрежной фиксации спрятать, в том, как Блэк Сапфир избегал смотреть ему в глаза. этого было достаточно.
портал с треском разорвал пространство, и окно наконец лопнуло, засыпая подоконником и пол осколками, но Шеду Милк не обратила внимания. Спустя мгновение он вышел из тьмы, и всё в кабинете Сапфира застыло, даже пылинки в воздухе не смели закончить полёт. Шедоу Милку не пришлось делать даже шага к чужому столу — мужчина материализовался прямо перед ним. он практически небрежно облокотился на столе, но дерево тут же заскрипело от сжавшихся пальцев. в углах комнаты хищно заклубились тени.
— Интересно, — нарочито мягкий голос растёкся по комнате, как кислородная карамель, когда Шедоу угрожающе навис над Блэк Сапфиром, и тень накрыла чужую фигуру, — сколько дней у тебя ушло на эту бесполезную эрунду?
Сапфир замер, непонимающе подняв глаза, и черные тут крылья же напряглись. Кожа ощущалась чужой злостью. но когда Сапфир успел провиниться? Сам воздух стал давящим, будто желал, чтобы Блэк Сапфир вжался в кресло в страхе.
— на что? — ровно уточнил он, видя в разноцветных зрачках плохо спрятанную ярость. Голос даже не дрожал, лицо оставалось абсолютно ровным, и внутри Шедоу Милка мгновенно что-то взорвалось. Синева полностью залила глаза, окружая сузившиеся до предела зрачки, а в комнате стало темнее от сгустившихся теней. Сапфир тут же прикусил щёку, не в возможности проигнорировать это. что случилось с Шеду Милком? почему он настолько зол?
— на поиски замены , — голос тут же раскололся, как окно в его мастерской, прозвучало сразу отовсюду. Шедоу лишь щелкнул пальцами, и тень выплюнула на стол коробку, — или ты правда думал, что я не вижу, что происходит в моем Шпиле? о, ты так старательно сидел над... этим, — он брезгливо махнул рукой в сторону коробушки, скалясь.
но это был блеф. Шедоу не смотрел, как Блэк Сапфир старался над подарком. слишком эта болела грудью от мыслей, что старания большего не показывают ему.
— наверняка твой новый хозяин куда лучше и заботливее жалкого Шедоу Милка! не поделишься секретом, кто же это? очень интересно, на самом деле твой вкус испортился, — голос наполнился ядом настолько, что, казалось, ещё слово, и он закапает губой на стол.
но Сапфир не обратил на это внимания, не заметил хруста дерева под яростно сжавшимися голубыми пальцами. он лишь перевёл взгляд на коробку, которую только утром оставил в ящике стола. но теперь та была на его столе, с царапинами от ногтей на обёрточной бумаге.
Дюжины и дюжины разноцветных глаз прожигали Блэк Сапфира в ожидании оправданий. эти несколько секунд молчал, не отводя взгляда от нежно-голубой ленты и не меняясь в лице. наконец уголки губ дрогнули. это было так... ожидаемо.
— Вы... следили за мной, — голос заледенел после краткой заминки. это был даже не вопрос, констатационный факт. Сапфир наконец взглянула на Шеду. в черных радужках плескалось разочарование. и в Шедоу Милке за столь очевидную реакцию, и в себе за ничтожную надежду, что всё допускалось иначе.
— Я вижу всё и знаю всё, — прошипел Шедоу, но под грудью что-то закололо шипами. почему Блэк Сапфир снова смотрит на него... так? как это была последняя каплей?
— Но вы не знаете, что внутри, — Сапфир постучала ручкой в коробке, — иначе вы бы не пришли сюда.
Шедоу стиснул зубы, едва не скрипя ими. ему было нечего ответить на это. лишь ногти беспомощно царапнули по столу.
— Это... не имеет значения, — выдавил он спустя две секунды. какая разница, что спрятано под слоем картона, если это не принадлежит Шедоу Милку?!
белые ресницы дрогнули, когда Сапфир поднялась из-за стола, поправляя пиджак. он больше не смотрел ни на злосчастную коробку, ни на Шеду. Не хотелось оставаться в собственном кабинете, когда воздух пропах вирусом.
— Вы можете сделать с ней всё, что хотите, — бросил он, но в фальшивом спокойствии голосом всё равно проникла горечь, — всё равно это был вам подарок.
— подарок? — Шедоу на секунду замер, — что за дурная ложь. ты никогда мне ничего не дарил.
— Потому что вы предпочитаете собирать, — Блэк Сапфир даже не моргнул. Он откровенно жалел о своей глупой надежде, что Шедоу удастся справиться с импровизированными испытаниями и оценить этот небольшой презент, — как и сейчас.
Шедоу тут же схватил Сапфиру за ворот, впиваясь в шелковистую ткань жабо до треска.
— Лжец, — зашипел он яростно. это не могло быть ему подарком. в честь чего? Блэк Сапфир так пытался загладить вину? это не могло быть что-то бескорыстное. не между ними. в узких зрачках блеснуло отчаяние, — ты мне лжёшь.
— неужели так сложно, что вам захотелось что-то подарить? — Сапфир только поджал губы, — затем отвезите упаковку и убедитесь в этом лично.
Пальцы Шедоу Милка сами разжались. если Сапфир так просто предлагает, то... то он действительно... Шедоу неверяще уставился на Блэк Сапфира, который уже развернулся, на ходу поправляя блузку. Тени цеплялись за низкие каблуки, обвивались вокруг лодыжек, но не пытались остановиться. потому что этого приказа не было.
— вы могли бы просто спросить, но, видимо, счесть меня предателем для вас куда было проще, — Сапфир обернулся лишь на секунду, не вызывая разглядеть уязвимую обиду в глазах.
— Ты... — Шеду на мгновение захлебнулся удивлением. возмущение прошибло позвоночник. — ты должен был знать, что я не терплю секреты! — проскрежетал он в попытках защититься.
— вы правы. извините, что осмелился подумать, что вам нужно что-то, кроме энергии и хаоса, — притворно рабски произнёс Блэк Сапфир, касаясь дверной ручки.
Щелчок открывающегося замка прозвучал выстрелом в голове Шедоу Милка. снова удаляющаяся спина. снова яд чужих слов. снова он позволяет Сапфиру довести его до предела, а потом просто уйти. воспоминания о том вечере, когда его мир пошёл трещинами, прозрачный лед внезапно ударил по вискам за грустные доли секунды. нет. не снова. нельзя позволить Сапфиру снова оставить его в одиночестве с разрывающейся пустотой внутри.
сила оказалась быстрее разума. Блэк Сапфир не успел потянуть дверь от себя, когда металл под его пальцами вдруг зашевелился. с тихим, противным звуком ручка изогнулась, шипя от давления. Сапфировый отражатель разжал ладонь, и маленькая змейка упала на пол, тут же растворяясь. толстые голубые нити вращались вокруг дверей, опутываясь и шивая ее с косяком в единое сознание. две, пять, десять... это выглядело как уродливая, хаотичная паутина с поиском объекта — не выпустить.
воздух в комнате застыл. Блэк Сапфир медленно опустил пустую ладонь. его идеально прямая спина напряглась. Сзади слышалось лишь надрывистое дыхание. Шедоу Милк молчал, но рвущийся осторожный крик слишком явно звенел в наступившей тишине. лишь спустя несколько секунд Блэк Сапфир обернулся. его лицо было ледяной маской, ещё более холодным, чем в предыдущую минуту.
— Неужели вы решили, что запереть меня будет действительно удачной идеей? — ровно произнёс он, разворачиваясь всем собой. — Вам настолько не нравится тот факт, что у меня есть воля, что вы даже из комнаты без разрешения меня не хотите выпускать? так боитесь, что я действительно уйду к кому-то?
Шедоу мелко дрожал, сжимая зубчики. он чувствовал этот взгляд, полный без перемены разочарования, и чувствовал себя до невозможности печальным. и он даже не мог опровергнуть это чувство, выпрямившись и смело ответив на чужой взгляд, потому что оно было правдой.
— умолкни, — приказал Шеду, но это прозвучало как мольба.
— почему? Великий Шеду Милк боится услышать правду? — Сапфир сделала шаг обратно в кабинет, и лицо Шеду перекосило от звука собственного имени. каблуки громко стучали, отмеряя условное расстояние между ними. — Кажется, вы снова забыли правила, которые сами же решили установить. наши отношения начинаются и заканчиваются у порога ваших покоев. всё, что у нас было и есть — контракт и секс. контракт ограничивает меня в работе, статус «ночного развлечения», — он выплюнул эти два слова с таким отвращением, что Шеду Милк вздрогнул, как от грубой пощечины, — дает вам власть только в спальне. ни то, ни другое не ограничивает меня в предоставлении ни вам, ни кому-то, кто действительно этого требует. я могу дарить что угодно. кому угодно.
Подойдя ближе, Блэк Сапфир вонзился колючим взглядом в чужое лицо. Он ясно видел в узких зрачках, в сжатых челюстях, в бледных щеках смесь чувств, которые захлестывали Шедоу изнутри.
— нет, — голос Шеду Милка сорвался, словно в легких кончился воздух. он видел чужой взгляд — тот самый, что остался в кошмарах. взгляд, полное разочарование и уйти. рана в груди ныла, свежая и кровавая. Пальцы вцепились в синие пряди, грубо их держа. Таким образом, это могло помочь Шеду Милку вернуть себе контроль. Глаза нездорово блеснули. — ты не можешь! ты мой! мой работник! моя собственность! всё, что ты делаешь, всё, что у тебя есть — мое! твои секунды твоего времени! отличная мысль! Каждый... каждый проклятый подарок!
Блэк Сапфир не сразу ответил, позволив выкрикнутым словам повиснуть в воздухе, тяжело давя на грудь.
— Собственность, — медленно повторил он, чуть наклоняя голову. да, только такой статус он мог заслужить, не больше. — и правда. тогда вам стоит более четко определить правила его использования. обновить список требований. как взрослый человек. или вы предпочтете и дальше кричать и уподобляться маленькому ребёнку? вы ведь не хотите терять свое имущество при недолгом использовании?
сложив руки за спиной, Сапфир подошёл плотно, а по спине Шеду Милка пробежала мурашки. это был не страх, лишь злоба, которая не могла получить результат ни в едином слове, ни в едином действии, вынужденная метаться внутри. он стиснул кусочки до белых костяшек.
Глаза заметались по кабинету, словно в поисках подсказок. Если сказать что-то казалось не то, то Блэк Сапфир в ту же секунду разочарованно сожмёт губы и покинет Шпиль навеки. это нельзя допустить! И решение само пришло, вспыхнуло в голове, когда взгляд судорожно зацепился за глупую романтическую книжонку, которая стояла на одной из полок Блэк Сапфира.
— хочешь обновить правила? — наконец его спина уверенно выпрямилась, и Шедоу призывно сверкнул глазами. нужно было немедленно вернуть себе лицо, вернуться к своим ролям. он должен!.. — тогда завтра. в шесть вечера. ты будешь готов.
— к чему же? — во взгляде Блэк Сапфира наконец мелькнуло что-то иное, отличное от того застывшего льда. — к новому заданию? или к очередной ночи в роликах игрушек?
— нет! — рявкнул Шедук, и оконные стекла предупрежда зазвенели, — завтра вечером Мила ты свободен от всех обязанностей. ты явишься ко мне... и я... и ты... мы выйдем. из... Шпиля Теней. в городе.
он не сказал "свидание". это слово никогда бы не слетело с его раздвоенного языка. но оно повисло в комнате, огромное и давящее.
Сапфир не ответил. он лишь пытливо смотрел, словно ожидая, когда Повелитель Лжи рассмеётся ему в лицо и назовёт слова своей глупой шуткой, а Блэк Сапфира — наивным дураком, раз хоть на мгновение бросит себе взгляд. но это не больно. Шедоу лишь глухо дышал, старательно погружаясь в ужас от естественных слов в разноцветных глазах.
— это приказ. — выдохнул он спустя несколько секунд тишины. как ставя печать.
Сапфир тихо хмыкнул, проводя оценивающим взглядом по чужому подрагивающему телу.
— Хорошо, Мастер, — он изменился, — ваши приказы здесь — закон.
и, плавно развернувшись, Блэк Сапфир распахнул дверь, наконец ступая в коридор. Ручка снова оказалась на месте, и никакая магия не посмела остановить его. дверь жалобно всхлипнула и тут же захлопнулась.
у Шедоу мгновенно подкосились ноги. он потянулся назад, пытаясь найти опору, но ладонь вцепилась в проклятую коробку. под острыми ножками затрещала бумага. он тут же развернулся, отчаянно впиваясь ей в глаза. нет, это не могло быть ему подарком. это бред. Сапфир его провоцирует. но пальцы уже грубо разорвали коробку, ронюю ошметку картона на столе. это точно была ложь. это бред! это буквально невозможно! это... был альбом для рисования. Шедоу Милк замер. Пальцы прошли по плотному кожаному переплету, что ощущалось слишком оригинальным для традиционного альбома из первой попа лавки. когда Блэк Сапфир успел заметить, что его старый альбом закончился? сколько времени он вернулся на поиски? и почему он, Ведьмы его поглоти, решил вообще сделать этот глупый подарок?! чего добивался?!
ответ был очевиден. свидания. и Сапфир добился его, вновь выворчивая всё наизнанку, заставляя Шедоу покрываться леденящей паникой от ожидания завтрашнего вечера. а сам Шеду Милк, как последний наивный идиот, чтобы это произошло, сам приказал явиться завтра. но он даже не знает, что нужно сделать на этом... выводе в городе.
Пальцы ослабли, механическим движением раскрывая альбом. в рукаве рабыни обложки было каллиграфически выведено « Для Шеду Милки от его слуги ».
покорный слуга. какая же очевидная ложь.
Шедоу Милк судорожно выдохнул. Ногти впились в прохладную крышку чехла, но та осталась цела под слишком слабым давлением. Шедоу хотелось швырнуть альбом в стену, вырвать все листы, спалить в камине, но руки не поддавались. Ведь это было впервые за безмерно долгое время, что Блэк Сапфир решил отдать ему совершенно добровольно. без приказов, без манипуляций, просто... потому что захотел. и теперь, чтобы это добровольное никуда не делось, Шеду придется примерить новую, неизведанную роль, стать тем, кем не был никогда.
он невольно прижал альбом ближе к груди, переместив тени по углам слабели, растворяясь в лучах медленно заходящего солнца. проклятый Сапфир.
♡♡♡
Идеальная ровная спина Блэк Сапфира держалась лишь в нескольких коридорах. Добравшись до двери кладовой, он быстро огляделся. Повернули ручки, и темная фигура скрылась в пыльной комнате.
щелкнул дверью замка, и лишь после этого Сапфир смог судорожно выдохнуть. с лица стекла ледяная маска, оставленная лишь тревожно сведенными бровями и приоткрытыми губами.
прислонившись спиной к двери, Блэк Сапфир медленно полз на пол с тихим вздохом. Разум, не в силах переварить сразу всё произошедшее, пульсировал в поисках мысли: «Шедоу Милк позвал его на свидание». хотя нет, формулировка была неверной. Шедоу никогда не звал. он требовал, угрожал, но не звал. но сейчас это было так неважно! какое-то слабое и хрупкое запело внутри, сияя отчаянным счастьем. разве не этого Сапфир хотел? разве не на это надеялся холодными ночами все эти бесчисленные месяцы? он уставился широко распахнутыми глазами в пыльный пол, но видел лишь лицо Шедоу. не насмешливое, не по-божественному надменное, а растерянное, злое и такое... напуганное собственными словами, собственными требованиями.
Блэк Сапфир прижал ладонь к теплым щекам, вызывая эту пьяную надежду закрыть его голову, а губы растянуться в осторожной улыбке. он победил. снова. вынудило божество показать крохотную толику искренность, которая вечно скрывалась за лживыми словами.
он победил.
но сладкая миг не могла длиться вечно. Едве тепло надежды согрело грудь, растекаясь по венам медом, как морозное сознание грубо вцепилось в самое сердце. какой ценой?
он не забыл, как всё внутри упало, при виде грубых царапин на обёртке. Не забыл, как горло сдавило от желания заорать в ответ на слова о "замене" и швырнуть коробку в лицо Шедоу Милку. Не забыл, как его парой простых фраз окрестили предателем. да, для павшего бога доверие было просто пустым словом, и для него куда проще было выбрать недоверие и истерику. наверное, Блэк Сапфир был слишком глуп, чтобы забыть об этом и решить, что попытка сделать что-то "просто так" не будет оглушительно провальна.
горечь заставила спрятать лицо в собственных коленях. и свидание, очевидное, не милость, а просто выкуп. Шедоу Милк заплатил завтрашним вечером за то, чтобы Сапфир не ушёл, хлопнув дверью, не перестал быть послушным и вежливым. чтобы сохранить хоть видимость, что между ними ещё что-то есть. А Блэк Сапфир решил этот выкуп. почти наивно, почти с надеждой. что за дурак. и это свидание... оно ведь было добыто ценой очередного напоминания, что ничего в Шпиле Теней не принадлежит Сапфиру. ни в его кабинете, ни в строгости запертых ящиков, ни даже в течение всей жизни компании. и будет ли это унижение стоить этих трижды проклятого выпуска в городе? с губ Блэк Сапфира сорвался судорожный вздох. знай это ценой очередного куска гордости. Жертвы, жертвы, жертвы!.. сколько еще Сапфир пожертвует, положит на алтарь своей любви, прежде чем наконец примет, что это не жертвует плодами?
и всё равно часть Блэк Сапфира, которая пряталась глубоко внутри, Хотела летать и петь от мыслей, что завтра вечером он сможет увидеть Шеду Милку не в полутьме спальни, не за столом, а там, в городе, среди обычных людей. что они пробуждаются... сделать шаг к чему-то новому.
это ничего не изменит. Блэк Сапфир знал это слишком хорошо. Завтрашний вечер будет либо пыткой, либо разочарованием. либо, скорее всего, и тем, и другим. « Но я пойду », — решил твёрдо Сапфир, заключив себя в статью. Он медленно, почти механически, отряхнул свой превосходный пиджак, провёл рукой по волосам, поправляя выбившиеся пряди. как будто снова собирался по кускам. отказываться было слишком поздно. и слишком страшно. и, несмотря на всё унижение, в груди трепетало проклятое и слабое «а вдруг?». Наверное, надежда Сапфира была обречена умирать в кошмарных муках и каждый раз воскресать.
он отпер дверь и вышел в коридор. спина была по-прежнему идеально ровная, лицо — невозмутимое. никто бы не понял, что он минуту назад разваливался в пыльной каморке.
♡♡♡