Work Text:
День, выбранный для проведения матча межшкольной футбольной лиги, выдался отнюдь не самым тёплым. Большинство мальчишек не играли, их просто притащили сюда, укутанных в пальто и шарфы, чтобы они смотрели, как совершенно незнакомые им ребята пинают друг друга по голеням.
Один из маленьких мальчиков сбежал от творящегося варварства в тихое местечко среди деревьев, откуда было видно поле, но где сам он оставался незамеченным. Раскрыв на коленях толстую книгу, где каждая строка на латыни сопровождалась параллельным переводом, Бернард кутался в свой шарф с эмблемой «Челси».
— Почему нас не могли отвести на нормальный футбольный матч с настоящими командами? — подумал он вслух, ёжась от весеннего холода и прижимая книгу к себе, словно она была его единственным другом.
Погрузившись в чтение и всё ещё дрожа, Бернард пожалел, что забыл взять с собой пальто.
Он услышал треск.
Бернард вскочил и нырнул за ближайший куст, крепко прижав книгу к груди.
Кто-то размахивал палкой, ударяя ею по стволам деревьев и раздвигая ветки. Бернард наблюдал, как незнакомый мальчик приближается к его месту у подножия дерева.
Он был из другой школы; в коричневом блейзере и серых брюках, поверх — пальто и шарф.
«Хорошо ему, он уже носит штаны…» — Бернард уставился на свои розовые коленки и белые ноги. Такие тонкие, что носки вечно сползают.
Другой мальчик выглядел крупнее и крепче. Волосы у него были в полном беспорядке, но, судя по всему, он приехал из школы получше. Бернард удивился: он думал, что школьники постарше и из более богатых семей аккуратнее и следят за собой!
— Э-э… извините, — Бернард высунулся из-за куста, по-прежнему прижимая книгу к груди.
— А? — мальчик, уже вполне уютно устроившийся под деревом, поднял на него глаза. Вид у него был совершенно безобидный.
— Это… моё место, — робко сказал Бернард.
Другой мальчик уставился на него, затем перевёл взгляд на траву рядом с собой.
— Но если оно тебе понравилось, то ладно! — Бернард легко пугался.
— Э, нет. Если оно твоё, возвращайся, я уступаю, — мальчик поднялся на ноги.
— Нет-нет… Всё в порядке, — Бернард принялся ковырять мыском хорошо начищенного ботинка землю. Вздохнул, вспомнив, как мама говорила ему так не делать.
— Нет, я настаиваю. Я же не знал! — продолжал уговаривать его другой мальчик.
Бернард покачал головой.
Мальчик сделал шаг к нему, и он отпрянул, как зверёк, готовый пуститься наутёк.
— Эй, я не собираюсь тебя обижать, — сказал мальчик, немного озадаченный его реакцией.
— Просто… оставайся там… Мне всё равно. Я найду себе другое место, — Бернард заозирался.
— Нет-нет. Место твоё.
— Нет. Я настаиваю.
— Нет, это я настаиваю.
— Что здесь происходит? — Оба подскочили от внезапно раздавшегося третьего голоса.
Бернард уставился на нового мальчика: судя по виду — из ещё более шикарной частной школы. У него были короткие слегка вьющиеся волосы, строгий серый блейзер, синие брюки, чёрное пальто... и даже галстук. На таком фоне рубашка и шорты Бернарда смотрелись совсем жалко.
Мгновение все трое молча разглядывали друг друга.
— Ну и? — спросил новый, аккуратный мальчик.
— Мы просто спорили из-за этого места. Давай, садись, малой, — продолжил мальчик растрёпанный.
— Всё в порядке, — ответил Бернард вежливо, как его учили.
— Как тебя зовут?
— Бернард.
— Я Джим, — Джим протянул для рукопожатия перепачканную землёй ладонь, временно переложив ветку в другую.
Бернард взялся за его руку, но остальную часть рукопожатия Джиму пришлось выполнять самому.
Тот новый мальчик шагнул ближе к Бернарду, взирая на него сверху вниз.
— Где твоё пальто?
— Я его забыл… сэр, — почему-то Бернарду показалось правильным назвать его так.
Тот склонил голову набок и улыбнулся, что немного с его чопорным видом не вязалось, но отчего Бернард тоже невольно заулыбался в ответ.
Затем мальчик снял пальто, накинул его на плечи Бернарду и застегнул пуговицы.
Бернард ахнул.
— Меня зовут Хамфри. Ты, наверное, ужасно замёрз тут, — произнёс мальчик с очень непривычным для Бернарда сочувствием в голосе.
— О, э-э… — Бернард раскраснелся, возможно, просто от холодного ветра, и на мгновение растерялся, не находя слов.
— Всё в порядке. Полагаю, мы все пришли сюда, чтобы избежать зрелища того варварства, — Хамфри с презрением бросил взгляд на поле.
— Я, вообще-то, люблю футбол, — Джим пнул камешек в сторону Хамфри. — Я, между прочим, болею за «Астон Виллу».
— Не-а, «Челси» лучше! — выпалил Бернард, не удержавшись. Сразу вспыхнул и попытался взять свои слова обратно: — То есть… о боже, прости. Я не хотел тебя обидеть!
— Да всё нормально. Давайте-ка лучше сядем, — Джим указал на траву и сам тут же плюхнулся на неё.
Хамфри сел рядом, ну а Бернард втиснулся между ними. Так ему стало значительно теплее.
— Что это у тебя за книга, Бернард? — спросил Хамфри. Он с трудом поднял тяжёлый том двумя руками.
— О, это собрание сочинений Эдгара Аллана По. Книга такая большая, потому что сразу на двух языках: латыни и английском, — Бернард без труда взял книгу одной рукой.
— Ты часто читаешь такие книги, Бернард? — заинтересованно спросил Хамфри.
— Гм, — Бернард слегка испугался, когда Джим наклонился над книгой и раскрыл её на том месте, где была закладка.
— Ух ты… — восхищённо пробормотал Джим, безуспешно пробуя читать строки на латинском.
— Бернард, сколько тебе лет? — спросил Хамфри, которому латынь давалась значительно легче.
— Одиннадцать, сэр.
— Тебе вовсе не обязательно называть меня «сэр», — Хамфри тем не менее не смог удержаться от довольной улыбки.
— Простите, сэр… О боже, извините… — Бернард снова вспыхнул.
— Мне четырнадцать, — объявил Джим, широко улыбаясь.
— Тринадцать, — сказал Хамфри.
— Ого! — восхищённо протянул Бернард.
— Не могу поверить, что вас заставляют носить шорты в такую погоду, — Джим нахмурился, посмотрев на голые ноги Бернарда, совсем побелевшие от длительного пребывания на холоде.
— Такая уж форма, — смущённо отозвался тот.
— Похоже, ещё один матч закончился, — небрежно заметил Хамфри, пристально глядя на поле, где школа Джима праздновала победу: парни, куражась, кругами носились по полю с обнажёнными торсами, напрыгивая друг на друга. — Как типично!..
— Похоже на регби, — хихикнул Бернард, когда вся команда повалилась кучей-малой.
— Регби я вообще не понимаю, — начал Джим, — даже название странное. То ли дело «футбол»!..
Бернард зажал холодной ладонью рот, чтобы сдержать новый приступ хихиканья.
— Эту игру изобрели в школе города Рагби. Просто не верится, что ты этого не знаешь, — улыбнулся Хамфри.
— А… — Джим почесал макушку, отчего волосы стали ещё более всклокоченными. Потом спросил: — Вы живёте где-то неподалёку?
— Я хожу в местную грамматическую школу, — ответил Бернард.
— О, я её видел. Она вниз по дороге от моей частной школы, — Джим гордо постучал пальцем по своему значку.
— А я не из этих мест. Я учусь в школе-пансионе и живу в нём весь год, за исключением каникул, — важно объявил Хамфри, надеясь, что произведёт впечатление.
— Ты… живёшь далеко от дома? — спросил Бернард, испуганный одной только мыслью.
— Ага.
— Ничего себе. Ты очень храбрый…
— Ну, к этому быстро привыкаешь. Моя семья довольно близко, всего сорок пять минут на поезде, — признался Хамфри.
Все трое вздрогнули, когда порыв холодного ветра ударил им в лица.
— Как меня всё это достало… — Джим порылся в кармане пальто: — Кому горячего шоколада?
К удивлению Бернарда и Хамфри, в его руках появился термос.
Налив напиток в стаканчик, он сделал глоток, потом передал дальше.
— Ой, большое спасибо, — Бернард благодарно кивнул, затем тоже отпил.
— Спасибо, — прошептал Хамфри, всё ещё несколько удивлённый объёмом карманов пальто Джима.
— Не за что. Мы же друзья.
— Друзья… — почти в унисон пробормотали Хамфри и Бернард. Очевидно, с дружбой у обоих до этого не слишком-то ладилось. Джим казался гораздо более открытым и дружелюбным.
— Эй, а давайте встретимся снова, когда потеплеет. Неподалёку от моего дома есть небольшое лесное озеро, точнее, даже довольно большой пруд, где можно плавать. Хотите? — спросил Джим, заранее полный энтузиазма.
Бернард посмотрел на него во все глаза, потом кивнул.
— Конечно, — согласился и Хамфри.
Допив горячий шоколад, трое мальчиков неспешно вернулись к футбольным полям, пока учителя их не хватились.
В конце концов, прощались они лишь на время.