Chapter Text
— Нет.
— Прошу прощения? — Панталоне в искреннем негодовании поправил очки.
— Прощаю. Мой ответ - нет, Феофан. — Дотторе поспешно засобирался из их гостиной, где они всего полчаса назад разговаривали за завтраком.
— Даже не аргументируешь отказ? — стараясь не выдавать ничем свои расстройство и замешательство, банкир нервно покрутил кольцо на безымянном пальце. Но после недолгого молчания, от мужа, что стоял к нему спиной он ничего кроме вздоха не услышал. — Серьезно?
— Мы поговорим об этом позже.
— А, то есть аргументы у тебя всё же имеются? — Феофан лишь дернул бровью. Всё это утро уже проходило крайне абсурдно. Уж от Зандика-то он отказа не ожидал. Ладно, клоны, они все разные. Но его муж…
Дотторе лишь поправил халат и в торопях поцеловал руку мужа, как раз в обручальное кольцо. Сам же он выглядел скорее в смятении от вопроса супруга.
— Я предлагаю обсудить это вечером, душа моя. Мне нужно кое-что обдумать. Что ты на это скажешь? — доктор никогда не мог ни сердиться, ни идти против возлюбленного. По многим причинам, но одна из них - прекрасные лиловые глаза, что всегда с безукоризненным доверием смотрели на него из-за очков.
— Допустим. У меня еще остались вопросы. — выдохнув, и пройдя до рабочего стола, он с удовольствием пригубил уже готовый горячий кофе. День предстоял быть долгим. К сожалению, его настроение уже было подпорченным.
— Я вернусь сразу, как всё закончу. Постарайся больше не спать за столом. — наконец-то помахав рукой, ученый удалился в сторону уже свой работы, где ему предстояло весь день торчать с его клонами, парочка из которых как раз вернулась с полевых экспериментов. Значит, придется еще изучать доклады.
Не успев даже до конца открыть тяжелую металлическую дверь, Зандик уже услышал гул голосов и ругань. Ни один будничный день не обходится без выяснения отношений этих идиотов.
— Эй, ты, чучело! Я тебе что говорил про порядок смешивания реагентов? Ты подорвать нас хочешь? — Дельта, которому на вид было двадцать пять, попытался отвесить затрещину подростку лет восемнадцати, но тот увернулся и аж оскалился на него.
— На хер иди, это стандарт академии. Или из твоих старых мозгов всё вылетело при последних испытаниях, что ты аж забыл как нас учили проводить опыты? — на крики подростка, ребенок в стороне лишь тихо рассмеялся, что-то быстро чиркая в журнале. Он также рисковал за свои смешки в очередной раз быть оттасканным за уши.
— Ты за языком-то следи, малолетка! Или давно в ссылку не отправляли подальше от всех? — прокричал молодой человек, в районе тридцати пяти лет, из глубин лаборатории, занятый как раз небольшим опытом.
— Заткнулись все! — оповестил о своем присутствии Прайм, и клоны действительно притихли. Ну, кроме ребенка, тому всё нипочем.
Угрюмо осмотрев эти бедствия, которые, к сожалению, были полезны, он остановил свой взгляд на продолжавшем работу одном из них, которого с виду вообще не интересовало всё происходящее. Ему на вид было около сорока лет. Идеальный кандидат. Зандик указал на него, обращая на себя внимание.
— Ты! Идешь за мной. — пройдя в свой кабинет, вместе с клоном, тот запер дверь. Уже внутри, он поставит перед ним пробирку с небольшим количеством крови мужа и скромную прядь волос, после всучил ему длинный документ. Клон озадаченно склонил голову.
— И что ты от меня хочешь?— Прайм редко давал указания лично, поэтому Бета смотрел слегка настороженно. Тем более, когда Зандик выглядел таким напряженным. Нетипично.
— Проведи все необходимые анализы из этого списка, и принеси результаты мне в руки. Никак иначе. Все материалы у тебя есть. Инструкции ясны?
— Сколько у меня времени? — пожалуй, единственный вопрос, на который у него есть право.
— С этими образцами? До трех часов дня жду развернутый отчет у себя на столе. Свободен. — отпустив Бету, Зандик решил заняться собственными проектами. Но голова была пустой, за исключением одной мысли.
Феофан предложил после окончания войны Фатуи против Небесного Престола подумать о том, чтобы завести ребенка. Разумеется, в его духе было сперва предложить взять кого-то из детского дома, но мысль о «естественном» продолжении тоже промелькнула в их разговоре.
Стыдно признаться, но отказал Панталоне он слишком резко. Не потому, что не хотел бы детей, тут Зандик чувствовал, что еще не до конца определился, и даже не потому, что может этому поспособствовать любым способом. А по той причине, что в моменте испугался.
Имея на руках все медицинские справки и выписки Панталоне, доктор прекрасно понимал, что именно представляет из себя здоровье его супруга, а именно - аккуратно склеенный хрусталь. Одно неверное движение без его или его клонов ассистирования рядом - и он вдовец. Идея о том, чтобы заняться разработкой матки для трансплантации без должного обследования здоровья - сущий бред, даже по его меркам. Поэтому, чтобы хотя бы начать двигаться в эту сторону, Дотторе был обязан получить самые актуальные результаты анализов здоровья. И никак иначе.
***
К без десяти трем часам отчет уже был у Зандика на столе. Смотря на него, ему оставалось только вздыхать. Не смотря на то, что он курировал здоровье девятого предвестника лично, результаты все равно были неутешительными. Весь организм держался лишь на его лекарствах.
Сделав выводы о своих дальнейших действиях, доктор прихватил бумаги с собой и по привычке направился в кабинет банкира, чтобы вместе пообедать, как они всегда это делали.
Постучав лишь для приличия, Дотторе спокойно открыл тяжелую дверь. Разумеется, мужчина в очках еще даже не думал отрываться от рабочего процесса, полностью погруженный в свои мысли. Пришлось привлечь его внимание легким кашлем, только тогда тот улыбнулся, хотя все равно выглядел будто бы слегка грустно.
— А, Зандик. Прошу прощения, сегодня один из тех дней, когда отчетности больше, чем возможных рабочих часов. — тяжело вздохнув, тот наконец отодвинул работу и размял шею. Доктор на это лишь поднял бровь. При нем он никогда не носил маску, лишь на людях, чтобы не надоедали чересчур.
— Я предлагаю отвлечься и все же поесть нормально. — дождавшись прислугу и дав им указания накрыть на стол, он сел за стол во внутреннем кабинете Панталоне, предназначенный только для встреч один на один. Панталоне лишь улыбнулся краем губ и сел напротив, расслабляясь.
— Мгм, судя по твоему лицу, наш утренний разговор все же расстроил тебя, так? — Феофан лишь расстроенно прикрыл глаза. — Если эта тема не для тебя, предлагаю больше не обсуждать. Я понимаю, не самый удачный подход. — впервые за долгое время, банкир звучал даже несколько неуверенно. Эта тема была чувствительной и для него тоже.
— Боюсь, мы просто друг друга не поняли, душа моя. Я отказываюсь от твоего предложения делать всё поспешно. — уточнил Зандик, не притрагиваясь к еде. — Если делать всё заблаговременно, полностью под моим контролем и руководством… — он поднял взгляд на наполовину полную пепельницу и хмыкнул. — То тогда у этого эксперимента есть шансы на успех. — на его ответ, Панталоне поспешно откашлялся. — О, не нужно так бурно реагировать. Я бы предпочел чтобы ты оставался живым как можно дольше, Феофан. — Дотторе не мог удержать себя от улыбки и поцелуя в костяшки пальца супруга, который смотрел на него в недоумении второй раз за день. Воистину, талант доктора к ошарашиванию всех вокруг не знает границ.
— Почему ты вдруг передумал? — слегка сипло проговорив, предвестник в который раз купился на прилив нежности ученого.
— Не передумал, а пересмотрел свое решение. К тому же, завести ребенка с тобой звучит скорее как самое лучшее из возможных экспериментов, что я могу провести. Разумеется, ты будешь полностью под моим надзором, это даже не обсуждается. — Зандик лишь хмыкнул на закатившего глаза мужа. — Но прежде, мне придется привести в порядок твое здоровье. Результаты твоих анализов меня расстраивают.
— Анализы? Зандик, ты снова взял образцы для исследования не предупредив? — Феофан крайне не любил, когда, как он это называл, ему «дергали волосы без спроса». Не потому что не доверял, правда, вот уж на кого он точно мог положиться, так это на своего мужа. Но только лишь потому, что дорожил своими волосами и любые взаимодействия с ними невольно пробуждали не самые приятные воспоминания.
— Именно. Как раз для того, чтобы ты не успел подготовиться. — ученый поспешил оправдываться прежде, чем его попросят сегодня спать в лаборатории. — Мне важно было узнать твое обычное состояние организма. По моим подсчетам, чтобы выправить твою ситуацию до приемлемой, у меня уйдет год. Можно раньше, но это с наибольшей вероятностью будет крайне болезненно. Моя рекомендация - избежать этого. Только никому не рассказывай, что я тебе это предлагаю. — Зандик искренне рассмеялся, ведь никто в жизни бы не поверил что он - и предлагает безболезненные процедуры с полной анестезией. Лишь одному человеку такое дозволено.
— То есть, шансы есть? — скрывая улыбку, у Панталоне все же не получилось скрыть довольство в голосе. На что доктор отхлебнул чая и встал рядом с супругом, боком к окну, что выглядывал на оранжерею, которую он также высаживал с помощью клонов. Множество разнообразных сумерских растений отлично сочетались с редкими из Снежной. Восьмилетке особенно нравилось здесь ошиваться, против чего не возражал даже он.
— Обижаешь, любовь моя. Тебе нужно всего лишь мне полностью довериться. — наклонившись, к коротко поцеловал Феофана.
— Как будто с тобой я бы мог по-другому. — уже открыто улыбнушись такому нежному сегодня Зандику, Панталоне вдруг задумался. — Кстати, а за чей счет будет сей «банкет»? Вероятно, расходы на это «всё» будет стоить впечатляющее количество моры. — сложив руки на груди, он терпеливо ждал ответ.
— О, за мой, до последней монеты. Считай это одним из подарков к нашей скорой годовщине. — рассмеявшись, доктор отступил на пару шагов, прикидывая, вдруг понадобится срочно уходить.
— Что ты сейчас сказал? — по возгласу девятого предвестника было невозможно понять, как ему такое предложение. Как минимум, он был ошарашен.