Work Text:
Воскресенье. Восемь часов вечера.
Леонард и Шелдон скучают – ну, по крайней мере, Леонард-то уж точно. Шелдон же явно размышляет о какой-то своей новой теории. Хорошо, что он хотя бы иногда спит.
Пенни уехала на недельку к родным. Говард и Раджеш – в очередном клубе тратят время на очередной провальный план по нахождению девушки.
Идти спать рано, по телевизору – в лучшем случае диснеевские мультики столетней давности. А смотреть телешоу без Пенни – слишком уж глупо. Леонард глушит кофе и пытается не свихнуться от скуки. Занять себя нечем.
Угрюмую тишину нарушает внезапное заявление Шелдона: «Леонард, я хочу детей».
Леонард давится кофе и резко поворачивается к Шелдону и осторожно-осторожно говорит: «Чудесная идея. А я тут при чем?!»
«Ну видишь ли Леонард, из всех моих знакомых, ты – единственный имеешь доступ к матке женщины которая продвинулась настолько, что выбрала партнера не по уровню его физической развитости, внешности и высоте, а по его интеллектуальным качествам. Очевидно, что мои гены буду восприняты ее…»
Леонард быстро теряет мысль, его тихонько трясет от бешенства. Шелдон должен быть ему благодарен – пролитый на его ноутбук кофе и расколотая чашка – самая безболезненная реакция, на которую способен Леонард в этот миг.
Хлопок двери спальни Леонарда звучит словно ультиматум.
Ночь с воскресенья на понедельник.
Тук-тук. «Леонард!». Тук-тук. «Леонард!». Тук-тук. «Леонард!».
«Что за… Шелдон!!! Два часа ночи же!». Леонард с трудом нашаривает очки. Порой остановить Шелдона можно разве что атомным взрывом.
Признанный гений и ведущий теоретик кафедры физики с двумя докторскими степенями мнется на пороге его спальни в нелепой пижаме.
«Ну хорошо. Что ты хотел мне сказать, Шелдон?»
«Леонард. После долгих размышлений я пришел к выводу, что был некорректен и хотел извиниться. Очевидно, что упоминание Пенни в контексте деторождения и планов на него было с моей стороны крайне нетактично. Очевидно, данное сочетание напомнило тебе о неудачах в вашей с Пенни совместной половой жизни и…»
«Шелдон!!! Пшол вон!!!»