Work Text:
Деанна Трой шла по коридору и в очередной раз размышляла о происходивших вокруг нее событиях и их последствиях. И на этот раз мысли корабельного советника были заняты первым помощником капитана Пикарда.
После странного случая, который произошел несколько дней назад, Уильям Райкер сильно изменился. Иногда Деанне казалось, что она чувствует рядом с собой незнакомого ей человека, настолько сильны были перемены. Хотя на первый взгляд все было как прежде. Он улыбался, приветливо вел себя со всеми, лишь изредка злился, но надо было приложить немалые усилия, чтобы выбить первого офицера из привычного насмешливого состояния духа. И все же, на каком-то уровне восприятия Деанна чувствовала, что Уилл Райкер переживает внутренний кризис. Или даже раскол.
Что тогда произошло никто не знал, но переполох на корабле был нешуточный. Ведь после такой жуткой ночи внезапно исчез первый офицер. Пошел к себе и исчез. Дейта тогда проверил все, но компьютер повторял одно и тоже: Уильяма Райкера на борту нет. И Деанна подтверждала это, ведь его присутствия на корабле она не чувствовала. Зато чувствовала, что творилось с капитаном. Пикард, натянутый как струна, сидел на мостике и отказывался уходить, пока не станет понятно, что произошло с его помощником. Деанна чувствовала, насколько сильно устал капитан, но даже доктор Крашер оказалась бессильна. Уговорить или приказать отправиться отдохнуть у доктора не вышло. И ей осталось только молча наблюдать и ждать, когда все разрешится тем или иным способом.
К счастью, все закончилось благополучно. По крайней мере, так показалось сначала. Крашер провела множество тестов и анализов, чтобы с уверенностью подтвердить, что физически Уильям Райкер в полном порядке, правда о восстановлении памяти Беверли говорила куда с большим сомнением. А капитан так напряженно выслушал отчет доктора, будто от ее слов зависела его жизнь.
Пикард тогда оказался в медотсеке раньше, чем Дейта, отрапортовавший, что первый офицер найден рядом с седьмым грузовым отсеком, привел, а точнее почти принес туда Уилла. Райкер был настолько усталым, что выглядел серьезно заболевшим. Лицо было бледным и утомленным, словно за те несколько часов отсутствия так и не удалось отдохнуть ни секунды. А капитан, выглядевший спокойным, на самом деле дрожал то ли от усталости, то ли от какого-то непонятного отчаяния. И только когда Райкер умудрился улыбнуться, Деанна, прибежавшая за капитаном, почувствовало, что его словно отпустило.
Но вот о Райкере советник подобного сказать не могла. Иногда она ловила себя на глупой мысли, что в медотсек Дейта принес кого угодно, только не первого помощника капитана Пикарда. Столько отрицательных эмоций она никогда раньше не ощущала, а ведь сейчас, находясь на мостике, иного от Уильяма Райкера почувствовать не удавалось. И его память о произошедших событиях... Что было правдой в словах Уилла о том, что он ничего не помнит, а что ложью Трой сказать с абсолютной точностью не могла. А непонятное напряжение с некоторых времен можно было почувствовать на мостике, даже не будучи телепатом. Вызвать на откровенный разговор Райкера никому не удавалось. А его чувства... Если бы Деанна не знала, насколько верен «Энтерпрайзу» и лично капитану его первый помощник, то можно было предположить только одно: Райкер ненавидит капитана Пикарда, но еще каким-то запредельным усилием собственной воли может это скрывать. А вот насколько хватит его воли?
Капитан Пикард явно чувствовал все перемены, и Деанна замечала, каким напряженным взглядом он все чаще смотрел на своего первого помощника. И если раньше казалось, что Райкер постоянно находился в состоянии погони за своим капитаном, то сейчас все изменилось. Только Уилл гораздо больше сумел преуспеть в умении прятаться от Пикарда, чем когда-то капитан от него.
Куда исчезал в свое свободное время Райкер мало кто знал. Деанна лишь однажды услышала, как Дейта говорил капитану про седьмой грузовой отсек, но Трой так и не могла до конца поверить, что коммандер сбегает именно туда. Да и зачем собственно ему это делать?
Двери отсека отдыха открылись, отвлекая от размышлений. Деанна улыбнулась Гуинан и села за привычный столик. На Энтерпрайзе в последнее время стало слишком много странностей. Впрочем, а разве было время, когда их не было?