Work Text:
— Вы всегда причиняли слишком много неудобств! — капитан «Старгейзера» Джон Краус в очередной раз с нескрываемым неудовольствием смотрел на своего помощника. Этого несносного и ненавидящего субординацию молокососа, которого ему навязали два года назад. И избавиться от которого до сих пор не получалось, потому что этот чертов француз всегда был начеку. — А теперь вы не выполнили мой прямой приказ!
— Он был совершенно не по делу! — отчеканил Жан-Люк Пикард. — И подчиниться ему означало выставить землян дураками перед этими низшими формами жизни.
— Вашего мнения никто не спрашивал! — голос Крауса в который раз уже за разговор сорвался на крик. — Вы обязаны были его выполнить! Я могу отдать вас под трибунал! Я могу заставить вас испытать такую боль в камере агонии, что вы на века забудете, как мне противоречить!
— Какая у вас буйная фантазия! — в голосе француза прозвучала явная насмешка. — Вы не посмеете сделать ничего из вышеперечисленного.
— И кто мне помешает? Вы опять прикроетесь адмиралом Лавстрейджем? Может он и имеет какое-то влияние на моего брата, но я не он.
— Разумеется, — насмешка в голосе Пикарда перешла в явную издевку, — У вашего брата хотя бы есть мозги, а вы ими явно не обладаете!
— Да как ты смеешь, мальчишка! Один раз переспал с кем-то во дворце императора и считаешь себя выше всех? Или это твой адмирал так любил тебя трахать, что совершенно распустил?
— Неужели вы обижены, что так и не оказались в этой компании? — какие-то мурлыкающие нотки в голосе первого помощника заставили Крауса поперхнуться слюной. Пикард облизнул палец и провел им по своей нижней губе. — Может именно поэтому сегодня при разговоре со мной не присутствует ваш телохранитель?
— Пошел вон! — Краус сжал в руке кинжал и горящими глазами всмотрелся в француза. — Убирайся. И не смей больше не выполнять моих приказов! Я все равно найду способ от тебя избавиться, чертов молокосос.
— Желаю удачи, — зло рассмеялся Пикард и вышел из каюты капитана. Краус облегченно выдохнул и выпустил кинжал из руки. Надо было успокоиться и подумать еще раз о том, как убрать мальчишку с корабля, пока он не переманил на свою сторону команду, а что именно это он и делает становилось все яснее.
Жан-Люк, насмешливо кривя губы, шел по коридору. Капитан Краус полный дурак и в этом адмирал был прав. С этим мнением был солидарен и сам Пикард. Именно поэтому прошло только два года, а Жан-Люк в любой момент мог убрать Крауса и занять его место, а на «Старгейзере» ни одна живая душа не пожелает этому воспротивиться.
Два года ради этого Жан-Люк смотрел, слушал, изучал корабль и всех на его борту. Он знал «Старгейзер» как свои пять пальцев, а его экипаж был на стороне первого помощника безоговорочно и безвозвратно. Некоторые перешли по собственной воле, кого-то привели к Пикарду иные причины, кого-то пришлось просто банально устранить физически, чтобы не путались под ногами и не мешались. Даже телохранители Крауса были давно уже преданы не капитану, а его первому помощнику. И теперь, когда все готово на «Старгейзере» для захвата власти, оставалось только дождаться благоприятного момента. И в неполные тридцать лет он станет капитаном. И уже никто не посмеет указывать ему, что делать и как себя вести.
Пикард остановился перед голопалубой, куда ходил после разговоров с капитаном выпустить эмоции или составить очередной план, и уже поднял руку, чтобы открыть двери, но через мгновение резко развернулся и направился к третьему грузовому отсеку. Оказавшись внутри, Жан-Люк в который раз почувствовал сожаление: отсек вновь был пуст.
Пикард усмехнулся и мысленно обозвал себя дураком. На что он надеется, приходя сюда? На возвращение того, кто заставил позабыть обо всем и вспомнить о самых сокровенных своих желаниях? И разрешить им главенствовать, хотя сам же запретил себе об этом думать. Ведь это слабость, а никто даже не смел заподозрить первого помощника в слабости.
Уилл... Грудь Пикарда начала вздыматься сильнее, а сердце невольно ускорилось. После того случая по приказу первого помощника были исследованы все углы, тупики, коридоры, технические помещения. Весь корабль был обыскан и не осталось ни одного места, куда бы не заглянули под предлогом глобальной проверки всех систем «Старгейзера». Безрезультатно. Никто так и не понял, отчего подобный итог привел в ярость первого офицера настолько, что он разбил ударом кулака лицо главного инженера, который формально отвечал за проверку и был очень горд, что не упустил из виду ни одной мелочи.
Сейчас все казалось сном, приключением на голопалубе, фантазией столь необходимой в тот момент, когда все катилось в пропасть и сама жизнь Пикарда висела на волоске. Тогда он еще не понимал, как действовать, что делать, как поступать. Он был еще один на незнакомом корабле среди ненавидящей его команды и каждый день мог стать последним. Нет, Жан-Люк Пикард был не из тех, кого можно было запугать, остановить или заставить подчиняться глупцам, но именно тогда ему было так необходимо почувствовать себя кому-то нужным.
И словно отвечая на его молитвы, неизвестно откуда, будто из сна самого Пикарда, появился Уилл и желание в его глазах заставило Жан-Люка послать всех к черту, забыть обо всем и отдаться своим чувствам и ощущениям.
Да, убить того, кто посмел заставить выпустить все его самые сокровенные желания наружу, было логично. Тайна должна была остаться тайной. Но Уилл выжил. И исчез также неожиданно как и появился и унес все тайны и желания первого офицера «Старгейзера» с собой.
Жан-Люк зло ударил по переборке. Стоило только подумать о том, что произошло тогда и тело вновь потребовало закончить мысли делом. На «Старгейзере» теперь любой член экипажа без возражений поможет первому помощнику с его маленькой проблемой. Но никто никогда не подарит ему даже частично того удовольствия, что заставил его испытать Уилл, чье лицо и потемневшие от желания глаза иногда снились Жан-Люку по ночам, заставляя переживать все заново хотя бы во сне.
Пикард усмехнулся собственным мыслям и вышел из отсека. После решения самой насущной проблемы нужно было продумать свой очередной ход. И, хотя никто никогда так и не сумеет заставить его забыть, что произошло в третьем грузовом отсеке два года назад, не следовало замыкаться в прошлом в ущерб настоящему. И уже совсем немного осталось до того момента, когда иное желание Жан-Люка исполнится. А потом... Будущее очень занятная штука и иногда даже расщедривается на по-настоящему приятные сюрпризы. А терпению можно было и научиться.