Work Text:
То, что свадьба будет хлопотной, Виктор понимает ещё до того, как пересекается в первый раз с брачующимися. Начать стоит с того, что они дважды переносят их встречу. В первый раз по вине жениха: «Извините, Виктор, завал на работе, сами понимаете». Виктор понимает, что от такого вот «извините» завал на работе будет у него самого и очень нехилый. Во второй раз всё переносят из-за матери невесты, которой внезапно захотелось присутствовать на первой встрече лично, а по опыту Виктора, ни одна свадьба из тех, где родители одной из сторон хотели бы присутствовать на первой встрече с организатором, не проходит спокойно.
На третью встречу они всё-таки заявляются. Бронируют стол в хорошем ресторане, сразу давая понять, что деньги проблемой не будут, и являются все втроём даже без опозданий. Скай едва заметно качает головой, когда мама невесты демонстративно отодвигает себе стул сама, не позволяя сделать это жениху.
Будет хлопотно. Будет напряжённо. Надо выставить счёт побольше.
Но, на удивление, встреча проходит спокойно. Они, во всяком случае, сходятся на том, что свадьбу хотят в классическом стиле. Дорогую, роскошную, но классическую. Размещение гостей — или, скорее, родственников невесты из других городов и стран, трансфер до отелей и аэропорта. Сайт мероприятия, аниматоры для детей и все прочие удовольствия. Семейство Медарда такое себе позволить может — Виктор зашёл на сайт Медарда Инк, когда ему поступил запрос от Мел.
Виктора немного напрягает чуть затравленный взгляд жениха, когда он показывает им самые популярные и востребованные места для проведения церемоний и банкетов — обычно такие взгляды несут под собой желание сэкономить, страх признаться, что такими суммами они не располагают, но Виктор нутром чует, что здесь что-то другое. Амбесса Медарда сорит деньгами налево и направо, Мел одета в роскошные дизайнерские вещи, а сам Джейс Талис — в последние коллекции брендов и щеголяет неприлично дорогими часами. Хоть и нервно их потирает время от времени. И смотрит больше на Виктора, чем на свою невесту.
Виктор тщательно записывает приблизительное количество гостей, даёт контакты хороших ведущих и кейтерингов, с которыми постоянно сотрудничает, записывает все пожелания — в первую очередь Амбессы, во вторую очередь — Мел. Джейс просто пожимает плечами. Его пожелание прямо сейчас — уехать из этого ресторана как можно быстрее, и это видят все. Мел уже бросает на него недовольные взгляды. Они подписывают контракт, и Виктор со Скай соглашаются с тем, что будет трудно, пока Скай подвозит его до дома.
Но трудностей, выходящих за рамки обычных, Виктор не встречает — до тех пор, пока утром в субботу его не будит звонок от Мел.
— Мы решили всё перенести на Гавайи.
В этот день они экстренно встречаются втроем — он, Мел и Джейс. У Джейса вид такой, будто спал он от силы часа три, у Мел — будто она недавно плакала.
— Позвольте я уточню. На этой неделе вы единогласно сошлись на том, что хотите классическую свадьбу в черте города. Решение о таком... кардинальном смене места принято вами совместно или?..
— Моя мать, — наконец признаётся Мел. Джейс незаметно закатывает глаза. Незаметно у него не выходит, потому что Мел точно так же незаметно легонько пинает его по лодыжке.
Если бы Виктор делал ставки… он бы определённо поставил на то, что они не протянут в браке даже двух лет.
Но делать ставки — не его работа. Его работа — организовывать свадьбы.
И, чёрт возьми, если ему нужно организовать классическую свадьбу на Гавайях — он это сделает. Спасибо хоть, что не Мальдивы.
Варианты они подбирают три часа подряд. Всё это время Виктор ловит на себе очень странные взгляды Джейса, но истолковать их нормально не может. Один раз ему довелось видеть что-то подобное — давно, лет семь назад, в самом начале его организаторской карьеры. Тогда это было криком о помощи, но догадался Виктор только когда увидел у неё на руке синяк. Свадьбы не случилось — её жениха упекли за побои, сама она отправилась в центр помощи, а Виктор остался без денег, но зато со стойким понимаем, что сделал всё правильно. Но здесь не было похоже на ситуацию с домашним насилием. Только психологическим давлением со стороны Амбессы.
Здесь больше походит на то... что Джейс Талис этой свадьбы вообще не хочет.
Виктор обещает прислать ответы отелей и гавайских площадок до среды, но этого не в итоге и не требуется. Во вторник вечером ему звонит сам Джейс — отчасти Виктор даже надеется, что с сообщением о том, что свадьбы вообще не будет. Но нет — они нашли идеальную площадку и всего в трёх часах езды от города. И это окончательное решение, и да, это Мел на фоне ругается по телефону со своей матерью.
Виктор, не подумав, говорит, что за следующую смену площадки он пропишет в допсоглашении к договору дополнительную сумму гонорара, и происходит то, чего Виктор не ожидает. Джейс смеётся. Ни на одной их встрече Джейс не смеялся. А самой нелепой и дурацкой шутке — посмеялся. Смех у него оказывается на редкость приятным. Потом он договаривается с Виктором о встрече на четверг.
Виктор открывает присланную ссылку и почти присвистывает. Роскошнейший комплекс яхт-клуба с пятизвёздочным отелем и коттеджами, двумя ресторанами, пляжем и несколькими банкетными залами — и полностью в распоряжении Мел, Джейса и их гостей на три дня в самый пик сезона — должно быть, сумма выйдет астрономической. Если к концу недели они снова не решат переместить свадьбу куда-нибудь на Северный полюс, Виктор поедет смотреть на всё это роскошество в компании будущих молодожёнов и Скай. Скай в ответ на сообщение об очередной смене площадки присылает стикер с уставшим котом.
Площадку всё-таки едут смотреть в субботу. Виктор дремлет под спокойную музыку из аудиосистемы, Скай едет строго за машиной Джейса и Мел. Конечно, это не может быть ничем иным, кроме навороченного БМВ.
Но место и правда оказывается просто роскошным. И, надо признаться, подходит и Мел, и Джейсу даже сейчас, в конце ноября; в июне здесь должно быть просто волшебно. Они вносят задаток прямо при Викторе и Скай после короткой экскурсии по всей территории.
Вечеринка на яхте утром второго дня становится предметом короткого спора, но Мел легко одерживает победу — вечеринке быть. Виктор даже не удивляется.
Если всё выйдет — эта свадьба станет потрясающей строчкой в его портфолио. Хотя бы потому что он сможет её пережить и не сойти с ума в процессе подготовки.
Скай напряжённо молчит почти час обратной дороги, Виктор снова пытается дремать, но получается плохо — слишком о многом надо подумать. Кейтеринг готова предоставить площадка, но захотят ли Мел с Джейсом заказывать там все запланированные приёмы пищи? Придётся ли снова тащиться в эту даль, только чтобы попробовать их мясное ассорти, или они справятся без него? Разрешат ли установить шатёр прямо на лужайке перед главным входом — администратор пообещал уточнить это у руководства, но самом Виктору кажется, что у причала всё это смотреться будет лучше, а каблуки не будут портить многолетний труд садовников. И ему самому будет гораздо удобнее ставить трость на нормальное покрытие, а не на траву.
— Знаешь, что меня смущает? — наконец говорит Скай.
Виктора смущает многое, но что конкретно терзает Скай он не знает, поэтому пожимает плечами.
— Он на тебя пялился.
Виктор приподнимает брови.
— Прости, он — это кто?
Скай сокрушённо вздыхает.
— Джейс Талис. Жених.
Виктор смеётся, а потом задумывается, прокручивая в голове сегодняшний день и две их прежние встречи. Хмурится.
— Думаешь, брак-ширма?
Скай качает головой.
— О нет, они однозначно спят и вряд ли даже кто-то изменяет. Да и слишком большой размах для ширмы. Но он на тебя пялился. Весь день.
В таких вопросах Виктор доверяет Скай куда больше, чем себе — в конце концов он в упор не видел, что она была в него влюблена почти три года, и, когда она призналась, совсем растерялся, перед тем как извиниться за отказ.
Поэтому он задумывается.
***
К январю он и сам это видит — чётко и явно. Джейс и правда на него пялится. Джейс и правда назначает встречи чаще необходимого, общается на них с Виктором больше, чем с Мел, Джейс не сводит с него глаз. Его не смущает ни присутствие невесты, ни Скай, ни даже Амбессы.
У Виктора было пару случаев, когда невесты — хотя чаще подружки невест — по какой-то причине пытались с ним флиртовать в открытую, но с Джейсом Талисом всё гораздо сложнее. Раньше в подобных случаях Виктор пытался передать свадьбу кому-нибудь другому из агентства — чаще всего, конечно, Скай, или ссылался на здоровье, на назначенную дату операции, которую он так долго дожидался, и «приношу извинения, всё будет выполнено по высшему разряду, но я присутствовать не смогу». Но стоимость этой свадьбы перекрывает стоимость всех организованных свадеб за последние два года вместе взятых, и такое Виктор упустить не может.
А ещё от этих взглядов у Виктора и самого ползут мурашки под рубашкой. От этих взглядов обжигает щёки и хочется смотреть в ответ. Виктор себе не позволяет, как бы не тянуло — Виктор организатор его свадьбы.
Вот только с каждой встречей, с каждым отмеченным в планере пунктом, Виктор убеждается всё больше — Джейс Талис не хочет жениться. И от того только хуже выглядит то, как он ответственно подходит к этапу планирования; обычно женихи не проявляют такого рвения. Обычно Виктор решает всё с невестами, а с женихами видится всего несколько раз.
Пару раз он не мог присутствовать на встречах сам, отправлял Скай. По её словам, с ней Джейс был ещё менее заинтересованным, чем на первом обеде.
И это было паршиво. Это было неправильно и странно.
Пару раз Виктор становится свидетелем ссор Мел и Джейса, и после них он уже почти готов сделать ставку на то, что они не выдержат в браке больше года. Но это было бы неэтично. И ему... ему нужно провести эту свадьбу. По высшему разряду.
Но в конце февраля он не выдерживает — Амбесса в одностороннем порядке решает вычеркнуть тщательно составленный Джейсом и Мел список вегетарианских блюд из меню, за этим следует короткая, но яростная перепалка, в ходе которой вегетарианская еда остается, хоть и в меньших количествах. Тогда Виктор идёт на уловку. Под предлогом обсуждения сюрпризов от жениха и невесты он назначает им встречи с разницей в час; сперва долго беседует с Мел. Когда понимает, что она никакого сюрприза готовить не хочет и отлично обойдётся без того же от Джейса, Виктор всё же задаёт вопрос:
— Мисс Медарда, — пока ещё мисс. Но Медардой она точно останется, и это совершенно однозначно не подлежит пересмотру. — Я хочу задать вам очень серьёзный вопрос. Вы уверены, что вы хотите этого брака?
Мел поджимает губы. На секунду Виктор думает, что она потребует какого-нибудь другого организатора из агентства за его бестактность и наглость, но она опускает плечи. Капитулирует.
— Мы вместе больше четырёх лет. Пора бы. И уже вложено слишком много усилий, чтобы сдавать назад.
Виктор кивает — он старается, чтобы вышло как можно участливее.
— Для меня важно, чтобы эти усилия не пошли прахом через ужасно короткий промежуток времени.
Мел отворачивается к окну и снова поджимает губы.
С Джейсом этот же разговор проводить ещё тяжелее. Ему тоже не хочется заморачиваться ещё и с сюрпризом и, раз уж обе стороны не против, Виктор спокойно вычёркивает этот пункт в своём планере.
И он снова ступает на очень скользкую дорожку, задавая вопрос. А Виктор очень любит, когда под ногами прочная устойчивая земля. И ему очень, очень не нравится, что пульс у него при этом подскакивает, как будто он боится.
— Джейс, мне очень важно, чтобы вы сейчас верно меня поняли и не придали моим словам тех смыслов, которых в них нет.
Джейс поднимает на него внимательный взгляд.
При других обстоятельствах, в других условиях — Виктор бы и правда решил, что с ним флиртуют из-за одного только этого взгляда. Это внимание, участливость, мягкость в тёплой радужке — Виктор бы однозначно рискнул попросить у Джейса номер телефона. Но у него уже был номер телефона Джейса, и они регулярно пользовались им, чтобы обсудить организацию свадьбы.
Ему пора перестать думать о том, что Джейс красивый сам по себе, и продолжать размышлять только о том, что они с Мел красивая пара.
— Вы действительно хотите этого брака?
И Виктор видит, прекрасно видит, как Джейс ему врёт. Видит, как дёргаются его губы, как рука обхватывает браслет дорогих часов, как тускнеет почти сияющий взгляд.
— Да. Конечно.
И Виктор — с лёгким ужасом, который он обязательно проанализирует позже сам с собой, — осознаёт, что он тоже врёт.
— Хорошо. Такое в моей работе слышать приятнее всего.
И Виктору однозначно стоит проанализировать, почему ему так хотелось, чтобы Джейс сказал «нет».
Но не это становится началом конца — началом конца становится Амбесса. Амбесса и её:
— Вы же занимаетесь организацией девичников?
Виктор кивает.
— При одном условии. Девичник и мальчишник происходят не позднее, чем за двое суток до свадьбы.
Мел с Джейсом переглядываются и синхронно кивают.
— Нам подходит.
Скай заносит пальцы над клавиатурой, готовясь печатать.
— Что бы вам хотелось? — спрашивает Виктор и смотрит на Мел.
— Мужской стриптиз, для начала, — отвечает за неё Амбесса. Мел утомлённо качает головой.
— Клуб или что-то вроде этого подойдёт. С арендой на всю ночь.
— Мальчишник в таком же формате?
Теперь кивает Джейс. Виктор косится на Скай — им придётся задавать этот вопрос или они сами его озвучат?
— Да, — продолжает Мел. — Желательно в один день. Справедливо, если стриптиз будет там тоже.
— Кейт и Вай захотят присоединиться к мальчишнику, — говорит Джейс с лёгким смешком.
Конечно, одна из подружек невесты и шафер. Это не первая свадьба Виктора, на которой роль шафера достаётся девушке, но... но с классической во всём остальном церемонией не очень увязывается крашенная невысокая девушка в татуировках. Хотя она на Виктора произвела на удивление приятное впечатление.
— Кейт и Вай могут устроить себе женский стриптиз без посредников, Джейс, без обид.
Амбесса насмешливо выгибает бровь, но, о чудо, никак это не комментирует.
На следующую встречу Виктор приносит допсоглашение об организации девичника и мальчишника и заодно бронирует два клуба определённой направленности на одну и ту же дату. Это всё не так хлопотно — мероприятия суммарно человек на тридцать, а не на двести. Только самые близкие, да и большая часть гостей приезжает только накануне самой свадьбы.
Голуби, фейерверки, фотозона и видеографы, ведущий, музыка, в том числе живая — Виктор с трудом выкраивает время на другие свадьбы. И отдаёт на полное попечение Скай свадьбу, которая должна быть за день до даты Джейса и Мел. Там всё хотя бы идёт в штатном режиме и новые данные не появляются каждый раз. А они планирование начали в прошлом месяце, а не за девять месяцев до мероприятия.
На мальчишнике он присутствует — не планирует оставаться на всю ночь, даже позволяет себе один слабоалкогольной коктейль. Просто проследить, что всё будет хорошо — что никто не решит махнуть в какой-нибудь Лас-Вегас, подраться или что жених не решит переспать со стриптизершей — был у него такой прецедент. Но всё проходит довольно мирно — только один гость перепивает и его рвёт в туалете, но его заботливо укладывают на диванчик в одной из вип-комнат и обещают вызвать такси, когда он немного проспится.
Виктор уже собирается уезжать, когда к нему подходит один из официантов.
— Там с женихом... проблема.
Виктор холодеет. Только не стриптизёрша, пожалуйста, Джейс Талис однозначно является обладателем слишком светлой головы на плечах, чтобы променять счастливый союз с Мел Медардой на танцовщицу у шеста. На втором месте по ужасу идёт опасение, что он где-нибудь навернулся и разукрасил своё слишком симпатичное лицо синяками и ссадинами. До свадьбы ещё неделя, что-то сойти успеет, но если придётся накладывать швы...
— Он взял бутылку виски, — наконец разрушает ужас официант.
Виктор выдыхает.
— Всё будет оплачено, не переживайте.
— Нет, я не... он сидит на крыльце у чёрного входа, и он точно не в порядке.
И Виктору не остаётся ничего другого, кроме как идти проверять. Как бы он ни старался держать Джейса на дистанции.
Джейс и правда выглядит так, как будто он очень не в порядке. Он пытается докурить уже дотлевшую до фильтра сигарету, пьёт прямо с горла и выглядит так, как будто сейчас расплачется.
Виктор не находит ничего лучше, чем постараться максимально безопасно для своей ноги отбуксировать его до вип-комнаты — той, где не спит один из его приятелей.
Джейс идёт за ним следом очень покорно и даже почти не обтирает широкими плечами стены.
Бережно ставит бутылку на круглый стол и роняет взлохмаченную голову в ладони.
Надо его успокоить. Виктор видел много приступов «я совершаю ошибку», и он умеет с ними справляться. Вот только обычно это просто нервы — а тут он и сам считает, что они совершают ошибку. Но в его интересах сделать так, чтобы эта ошибка состоялась.
Он терпеливо молчит.
Джейс ерошит волосы ещё сильнее и наконец говорит:
— Я совершаю такую чертовски огромную ошибку.
Виктор был к этому готов. К чему он не был готов — так это к тону, с которым Джейс это говорит. К тихим, отчаянным словам, полным фатального смирения.
— Такие мысли перед собственной свадьбой — частая ситуация. Через несколько дней вы будете над ними смеяться. Это стресс.
Джейс сокрушённо качает головой и ложится затылком на спинку дивана. Виктор с ужасом замечает, что в уголках глаз у него поблёскивает.
— Я не понимаю, зачем это нам. В смысле... вы видели наш брачный контракт? — Виктор не видел, но догадывался, что он есть и очень детальный. — И детей мы не планируем, и фамилию она менять не будет, и...
— Значит, глобально ничего не изменится. Всё будет хорошо. Сдавать назад уже поздновато, — повторяет он фразу Мел, сказанную несколько месяцев назад. Крепко же в голове засела. Крепче лжи Джейса, произнесённой в тот же день.
Джейс выдавливает из себя косую пьяную усмешку.
— Мы последние пару месяцев даже не спали.
Виктор думает, не стоит набрать ли Мел. Пусть она вправит ему мозги. Думает, не позвать ли сюда кого-то из друзей Джейса, но... ох, чёрт, от этого станет только хуже. Его ведь начнут по-дружески убеждать в том, что он прав.
Если Виктор хочет, чтобы эта свадьба состоялась и прошла нормально — ему нужно сейчас привести Джейса в чувство. Но он, вообще-то, не нанимался в семейные психологи. Он всё равно спрашивает, долго перед этим подбирая слова:
— Она не хочет с вами близости?
Джейс снова закрывает лицо руками.
— Хочет. И она ведь... ну она просто бомба, так?
Виктор умеет объективно оценивать женскую красоту. Мел не просто десятка — Мел тянет на все пятнадцать. Если бы свою внешность она демонстрировала не элегантно и изящно, а вызывающе... в тротиловом эквиваленте она могла бы оставить на месте Нью-Йорка огромную воронку.
— Она очень красива.
— Да-да, и мне очень повезло, — отзывается Джейс таким тоном, каким сам Виктор отвечает иногда про свою ногу, и снова трёт своё лицо — так сильно, что ему должно стать почти больно. — Так какого хрена, — Джейс дышит и говорит с надрывом, будто вскрывает гнойник, и слова из его рта выплёскиваются тоже больные и ужасные. — Какого хрена я хочу тебя?
Дерьмо.
Виктор хватается за трость крепче.
Ему не мерещились эти взгляды, и он верно их расценивал. Скай была права. Какой-то отвратительной частью своей души, о которой до сегодняшнего дня Виктор даже не подозревал, он чувствует слабое ликование.
Дерьмо.
— Это предсвадебный мандраж.
Он готовится к тому, что Джейс всё-таки расплачется. К тому, что он снова уронит лицо в ладони.
Но то, что Джейс резко встаёт и слишком быстро оказывается к нему вплотную, застаёт его врасплох.
— Ты, блять, правда не понимаешь? Я смотрю на тебя и... с первой встречи. Вся моя жизнь катится хрен пойми куда, а напротив сидишь ты, весь такой внимательный, вежливый, со своим голосом, глазами, и... я даже не знаю, какое ты любишь мороженое.
— При чём тут мороженое? — спрашивает Виктор, отступая от Джейса на шаг. Он судорожно пытается найти выход из сложившейся ситуации — из вип-комнаты выход прямо за его спиной. И к этому самому выходу Джейс прямо сейчас его притирает.
— На яхте будет мороженое. Я даже не решился спросить, какое нравится тебе.
— Фисташковое, — автоматически отвечает Виктор, упираясь лопатками в стену рядом с дверью. Один шаг влево — и он может выскользнуть. Надо только нашарить ручку.
— Я запомню это. Виктор, пожалуйста.
Виктор не хочет знать, о чём просит Джейс. Знает только, что это надо остановить. Что критичнее — он или стриптизёрша? А если Мел или её мать решат посмотреть записи с клуба? Они ведь подкупят персонал, им всё выдадут, а в вип-комнате наверняка есть камеры. Прекрасная рекомендация: отличный профессионал, организация свадьбы на высоте, но он переспал с моим женихом за несколько дней до свадьбы. О боже, он уже думает об этом, как о свершившемся факте.
— Джейс, в субботу ты женишься. Остановись, — раз уж Джейс решил в одностороннем порядке перейти на «ты», то и Виктор тоже может.
— Пожалуйста. Один раз. Дай мне почувствовать себя правильно один раз. Последний.
Его дыхание на вкус как дорогой виски и выдохшаяся сигарета. Виктор пытается заставить себя отвернуться.
— Это ошибка.
Лицо у Джейса болезненно кривится.
— Знаю. Я никогда… Никогда даже не думал об измене. Никогда не пытался и не хотел, — голос его не слушается, он то срывается на шёпот, то изламывается в оборванных гласных. — Я так себя ненавижу за каждую мысль. За каждый раз, когда я рядом с Мел, когда я рядом с тобой, я… — он почти всхлипывает, но продолжает говорить сбитым речитативом, не делая пауз, вываливая одну мысль за другой, как груду забытого в стиральной машине белья — холодного и испорченного. — Я ни черта о тебе не знаю, но так хочу знать всё. Я чувствую, как оказываюсь в клетке, а ключ держишь ты, а Мел вешает замок. Пожалуйста. Я так хочу почувствовать хоть что-то правильное. Один раз.
Виктор чувствует в себе надлом, который так долго и упрямо игнорировал, слышит его — грохотом падающей между ними трости. Как мало ему надо, чтобы он предал собственные принципы — всего-то грустный взгляд красивого мужчины и его пьяные россказни. Какая это всё катастрофа.
Катастрофа — губы Джейса на его собственных; катастрофа — собственные руки на его плечах; катастрофа — ошеломляющий, сбивающий с ног напор и горячность.
Какая катастрофа, что ему этого хочется. Что он сам тянется к Джейсу.
Пронизанный неправильностью и несправедливостью поцелуй ощущается так, как будто он был неизбежен. Как будто он и правда то единственно правильное, что случилось с ними обоими за последние несколько месяцев. И это — это тоже катастрофа.
Только бы Мел не взбрело в голову посмотреть камеры с клуба. Только бы она не увидела, как её без нескольких дней муж жадно скользит руками по телу другого мужчины. Только бы не увидела, как отчаянно он ищет ласки не у неё.
А то тёмное и мерзкое внутри, о котором Виктор узнал несколько минут назад, злорадно усмехается: Джейс почему-то предпочёл невероятной красавице, умной, потрясающей, хваткой женщине — его. Его. Хоть и на одну ночь.
Сам себя пытается отрезвить, что этого нельзя допустить. Что надо остановить.
Но Джейс шепчет его имя, отрываясь от губ, целует в шею, заставляя задрать подбородок, целует под ним, продолжает нашёптывать его имя, нашаривает пряжку ремня. И Виктор с обречённостью понимает — он слаб. Он отвратительно слаб, и он позволит этому случиться.
Джейс с его пряжкой возится неумело, долго, явно пытается компенсировать всё заполошными смазанными поцелуями куда придётся. Хорошо хоть, что не засосами. Зато со своим ремнём расправляется быстро, поднимает на Виктора поплывший взгляд.
— Мне жаль, что я встретил тебя так поздно. Я ещё могу всё исправить.
Виктор хочет провести по его брови пальцем. Хочет узнать, как Джейс заработал на ней шрам. Вместо этого он опускает руку и чуть спускает с Джейса трусы. В субботу он поженится, и после этого Виктор заблокирует и его, и обеих Медард. Надо только убедиться, что после того, что сейчас произойдёт, Джейс скажет «да» под аркой из дерева и цветов.
Чуть спущенные трусы работают — Джейс сводит брови почти болезненно, толкается бёдрами вперёд, сам опускает руку уже на его пах и тоже стягивает трусы.
Это неудобно — дрочить друг другу вот так. У Виктора под конец дня и без того ноет нога, и он отчасти надеялся, что Джейс сделает всё сам — жалкая иллюзия того, что сам Виктор в происходящем не виноват. Но Джейс с костедробительной скрупулёзностью оказывается занят только им, и... на сухую идёт тяжело. У Джейса большая горячая ладонь, и по члену он ей водит, явно привыкнув только к себе.
— Стой, — наконец решает Виктор.
Это нужно остановить, но он не может. На самом деле не хочет. Он расстёгивает несколько нижних пуговиц на рубашке Джейса, оголяя его безупречный пресс, — рубашка у него тёмная, будет очень плохо, если на неё что-то попадёт — закидывает одну руку ему на плечо, перенося вес на Джейса хоть немного, прижимает его за затылок к себе. Порывистое дыхание опаляет шею. Джейс дрочит ему быстро, жадно, крепко и продолжает выдыхать имя Виктора между глотками воздуха.
Кончается всё быстро — Джейс вжимается в него весь, выбивая из лёгких остатки воздуха, Виктор едва успевает прикрыть ладонью головку, чтобы на рубашку всё-таки ничего не попало. Джейс на глубоком поцелуе оказывает ему ответную милость. Снова роняет голову на плечо. Влажно. Горячо.
Катастрофа.
Виктор отталкивает его чистой рукой, кое-как доходит до стола и берёт с него пачку влажных салфеток — благо они здесь на каждой горизонтальной поверхности. Вытирает руку, застёгивает ширинку. За тростью Джейс наклоняется сам. Виктор молчит. Смотрит, как Джейс вытирает руку и пытается попасть ремнём в пряжку. Качает головой и берёт всё в свои руки — снова. Застёгивает его пуговицы, заправляет рубашку, усаживает Джейса на диван и поправляет ему волосы, чтобы не было так видно, что в них были чужие руки.
— Сейчас ты вызовешь такси и уедешь домой. Проспишься. И в субботу на собственной свадьбе ты будешь сиять от радости и целоваться со своей женой. Здесь ничего не было. Ты просто перебрал, и тебе надо было посидеть. Вызывай такси. При мне.
Джейс опускает голову. У него поджимается нижняя губа, а рука тянется к запястью Виктора.
— Виктор, я могу...
— Заткнись и вызывай такси.
Собственный голос звучит злобно и холодно. Джейс больше не говорит ни слова, только смотрит на свою руку и рассеянно поправляет часы на запястье.
Виктор берёт со стола бутылку — крышки нет, но он заталкивает в горлышко чистых салфеток и выходит провожать Джейса. Думает, что вручать ему виски не самая лучшая идея, смотрит на то, как Джейс забирается на пассажирское, и вызывает машину уже себе. Бутылку возвращать в бар бессмысленно — а он как будто заслужил её хотя бы в качестве моральной компенсации.
Пишет Скай.
«Двадцать баксов на то, что они разойдутся через год».
Ответ приходит почти моментально — Скай, должно быть, ещё на девичнике. Виктор надеется, что её ночь проходит куда адекватнее, чем у него самого.
«Оптимистично. Пятьдесят баксов, максимум восемь месяцев».
«Принято», — отправляет Виктор, пытаясь удержать в одной руке трость, бутылку и телефон, а другой открыть дверь такси.
***
Просыпается Виктор с головной болью и ломотой во всём теле. Он вчера влил в себя весь виски, что смог, закрыл остатки завалявшейся в ящике пробкой и лёг, скинув с себя одежду и не почистив зубов. Желудок сводит. Как же паршиво. Как же паршиво то, что вчера произошло.
Мел пока не знает — от неё только два сообщения и все по делу. И одно их них — благодарность за организацию.
Виктору хочется вздёрнуться. Никто и никогда не изменял с ним. Он треть жизни посвятил тому, чтобы помогать строить семьи, а не разрушать их.
В горячей ванне становится легче. В рабочих делах становится легче. Самое главное — не думать о том, как отчаянно Джейс вчера его целовал, и вообще о вчерашнем не думать. Дожить до четверга, пережить пятницу, субботу и воскресенье, лечь костьми за то, чтобы перед алтарём Джейс не сдурил, — и тогда всё станет нормально. Виктор действительно заблокирует и его номер, и номер Мел, и номер Амбессы — просто для верности.
Скай ничего не спрашивает, но Виктор уверен, что она попытается вызнать, что же такого случилось на мальчишнике, раз уж Виктор снизошёл до ставок.
Джейс звонит ему трижды — каждый раз Виктор отправляет шаблонное «я занят, перезвоню вам позже», по всем вопросам пишет напрямую Мел, и, кажется, намёк до Джейса доходит.
В пятницу утром загружает в машину Скай своей портфель для поездок, вешает на крючок у заднего окна костюм в чехле — дежурные платья Скай висят точно в таком же с другой стороны машины.
Они с визажистами, ведущими и видеографами заселяются в отличный коттедж, чуть позже помогают с расселением гостей — и тех, что методично заставляют парковку дорогими машинами, и тех, кого привозит трансфер из города и аэропорта, выдают всем брошюры с планом мероприятия — как будто ни у кого нет телефонов, чтобы посмотреть это всё на сайте. Джейс и Мел приезжают поздно вечером, уже после ужина. С ними Виктор решает не пересекаться — он всё равно там не нужен.
Джейс стучится в коттедж рано утром, как раз когда Виктор в незавязанном галстуке запивает две таблетки успокоительного чашкой кофе. Визажистки и парикмахеры в суммарном количестве пять человек уже час как ушли делать причёски и макияж невесте и подружкам.
Джейс уже при полном параде — костюм, бутоньерка, галстук, даже чуть замазанные мешки под глазами.
— На два слова? — просит он, и Виктор с сожалением оставляет кофе на столе под недоумённым взглядом Скай. Надо поторопиться — если Джейс уже готов, значит скоро все остальные тоже начнут стягиваться к причалу.
Виктор выходит из коттеджа следом за ним и решает не смотреть на то, как мучительно он мнётся, подбирая слова.
— Я надеялся, что ты ничего не вспомнишь.
Джейс глубоко вздыхает и смотрит на небо — с погодой им повезло. Хотя что-то Виктору подсказывает, что если бы прогноз обещал дождь, то Медарды не поскупились бы на разгон облаков.
— Что мне делать? — наконец спрашивает Джейс.
Виктор злится. На себя, на Джейса, на измену и на то, что он оказался в это втянут, на то, что Джейсу хватило наглости подойти к нему и выглядеть таким разбитым, на то, что они не встретились при других обстоятельствах и на несколько лет раньше.
— Понять, что это было случайностью. Ошибкой. И больше никогда таких не допускать.
Джейс поджимает губы, и во всём его виде, в его позе Виктор явно видит, что какой-то частью Джейс это ошибкой считать не хочет. Злиться он начинает ещё сильнее, и только поэтому он говорит ещё и:
— Не смей запороть эту свадьбу. Не надо вслед за своей жизнью разрушать ещё и мою. Моя карьера такого не переживёт.
Джейс выглядит так, как будто Виктор больно толкнул его в грудь. Так, как он должен был выглядеть в вип-комнате в том чёртовом клубе. То, чего Виктор так и не сделал.
Джейс молча разворачивается и уходит. Не проходит даже трёх шагов, прежде чем развернуться, вернуться и почти прошипеть Виктору прямо в лицо.
— Всё остальное — ошибка. То что случилось — нет.
Вот теперь уходит окончательно.
Виктор достаёт из блистера ещё одну таблетку успокоительного.
Скай вылавливает его возле стола, на котором официант собирает очередную пирамиду из бокалов.
— Так ты собираешься рассказать, что было на мальчишнике? Потому что у меня есть три версии.
— Отметай ту, что со стриптизёршей.
Скай чуть облегчённо вздыхает.
— Он плакал?
— Почти. Классическое «я совершаю ошибку», но гораздо хуже, чем обычно.
Скай качает головой и вздыхает. Кажется, успокоенно.
— Слава богу. А то я боялась, что он попытается залезть тебе в штаны.
Виктор криво усмехается. Он надеется, что это сойдёт за приемлемую оценку её шутки, а не выйдет случайным признанием, что у Джейса именно это и получилось.
К алтарю Мел ведёт её брат.
Виктор сидит на последнем ряду вместе со Скай, неслышно перестукивает пальцами по трости в такт маршу Мендельсона и старается не думать о том, что эта сияющая женщина в белом платье не знает про измену. На Джейса он вообще старается не смотреть — старается после того, как второй раз ловит на себе его панический взгляд. Только затаивает дыхание, когда Джейсу задают тот самый вопрос, и выдыхает, когда Джейс говорит единственно правильное «согласен».
И это внезапно больно отдаётся за рёбрами. Правильно, облегчённо, но больно.
Белых голубей выпускают точно по таймингу. Виктор поднимается вместе со всеми гостями для аплодисментов.
Фуршет, фотосессия, фейерверк поздно вечером — в кровать Виктор просто падает и засыпает, едва закрыв глаза.
После завтрака для гостей, утренней фотосессии и прогулки на яхте, на которую Виктор даже не собирался попадать, Джейс и Мел наконец-то садятся в лимузин и уезжают. Джейс смотрит на него, перед тем как залезть в машину, но Виктор отворачивается — всё правильно. Он хорошо выполнил свою работу. Всё прошло идеально.
Виктор пожимает руку каждому официанту и администратору, раздаёт несколько визиток и остаётся до отъезда всех гостей.
То что произошло в клубе — не имеет значения. Джейс получил роскошную свадьбу и роскошную жену, Виктор и Скай — чудесную страницу в портфолио, гости — потрясающие впечатления. Даже Амбесса осталась довольна. А мать Джейса так вообще очень сердечно их обняла перед тем, как уехать.
***
Всё что случилось в клубе — останется в вип-комнате и действительно не имеет значения — так думает Виктор, когда обновляет свою анкету на сайте знакомств. Не имеет никакого значения, что после первого свидания он оказывается в одной постели с плечистым рослым парнем, чем-то похожим на Джейса. А потом с другим. А через месяц — с ещё одним.
Взгляды Джейса, их короткий разговор перед церемонией, неправильные поцелуи — они не имели никакого значения. И воспоминания о них — те, что Виктор усердно изгоняет работой и случайными незнакомцами, не имеют никакого смысла, пока в декабре, спустя полгода после свадьбы, с так и не заблокированного номера Джейса не приходит сообщение.
«Мы разводимся. Для мороженого сейчас холодно, но я знаю кафе, где делают фисташковые пирожные».
И смысл вдруг появляется.