Work Text:
«Летучий Голландец» величественно плыл под сенью Малой Медведицы, удаляясь и удаляясь от берегов. Бесконечная рутина, не так ли?
— Я же умер? — удивлённо говорит ему юнец. Дейви Джонс только хмыкает:
— Да. Это не мешает тебе играть в карты и даже проигрывать.
Юнец нахально улыбается и разводит руками. Ему страшно, как страшно любому новичку, которому выпала честь разговаривать с морским чудовищем.
— Тебя подослала команда, чтобы отвлечь от своих делишек, — продолжает Дейви и медленно сминает пальцем-щупальцем лежащий перед ним лист. — Так отвлекай.
Юный Джек, поднятый им из северного льда, переминается с ноги на ногу. Смешное создание, даже не матрос. Зато юнга из него получился неплохой. Развлекающий. Давно нужно было завести на корабле шута.
— Ну-у-у… — он закладывает руку за спину и склоняется над щупальцем в галантном поцелуе. И тут же давится, когда щупальце проникает ему в рот.
Давится — и не отступает, пока щупальце придавливает его язык и проскальзывает в горло. Хороший шут. Упрямый.
Дейви смотрит в нахальные глаза и гулко усмехается, поднимаясь. Щупальце выскальзывает изо рта Джека, но подняться тому не дают, прижав клешней к столу. У Джека непривычно тонкая шея, на ней останутся синяки, похожие на след от перелома. Хорошо. Полезно помнить, кто на этом корабле способен одним щелчком отрезать голову.
— Эм… капитан, может, я все-таки разденусь? — немного сдавленно, но так же нахально спрашивает Джек.
— Нет.
Джек вряд ли видит, как сдувается мешок с гектокотилем, спрятанный под треуголкой. Но скоро кончик щупальца показывается изо рта Дейви Джонса и недвусмысленно тянется к лицу, ощупывает, зарывается в волосы, оставляя слегка влажный след, и скрывается под воротником. Сам Дейви только чуть подаётся вперёд, прижимая своего юнгу к столу ещё плотнее. Тот дёргается, пытаясь скрыть испуг за смехом, но недолго.
Умный. Очень умный. И понимает, что сам предложил эту игру, в которой ему придётся идти до конца.
Длины гектокотиля хватает, чтобы обшарить спину и спуститься по боку мошонке.
Джек странный человек. Но весёлый. Шальной. Умеет отдаваться воле волн, а большего сейчас не требуется. Пусть возбуждённо ёрзает, пока гектокотиль обвивает его член и сжимает яйца. Мёртвые, живые — все на этом корабле подчиняются воле его капитана. Который сейчас хочет, чтобы его юнга возвращался раз за разом, добровольно.
Когда он кончит, капитан Дейви Джонс выйдет из каюты и узнает, что натворили матросы. Никто из них не должен думать, что способен что-то скрыть, выставив вместо себя мальчишку.