Work Text:
Я просыпаюсь среди ночи от неудобной позы. Не могу спать на спине. Северус смеется, что я как креветка — сворачиваюсь колечком вокруг подушки, сжимаюсь весь, укрываюсь одеялом, словно панцирем, и пускаю пузыри.
А вот лежу кверху пузом, и что-то не дает мне перекинуться назад, в мой маленький креветочный мирок. Сон не отпускает — утягивает в свои сети, морочит обрывками влажной густой неги. Но телу некомфортно. Не так.
С усилием выныриваю из объятий Морфея. Может, запутался в одеяле? Или привалился к Северусу, и тот фиксирует меня своими длинными ногами? Чувствую что мои пятки что-то сжимает, пытаюсь вытащить их, но давление увеличивается. Мгновением первобытный ужас накрывает меня. Я резко поднимаюсь на локтях и распахиваю глаза.
Нашу комнату заливает теплый, мягкий, неяркий свет нескольких свечей. На краю кровати сидит Северус и держит в ладонях мои ноги. Его голова запрокинута, глаза с силой зажмурены, жилы на шее вздуваются, рот искривлен, словно от боли, но я великолепно знаю, что ему сейчас точно не больно, скорее наоборот.
Я опускаю взгляд ниже. Северус сжимаем моими ступнями свой член. Еще одно движение крупной рельефной головки, и струя спермы вырывается вверх, взлетает и падает на мои щиколотки. Я вздрагиваю от ощущения. Словно кипящий свинец прочерчивает дорожки между вставшими дыбом волосками. Кожа покрывается мурашками, а я все не могу отвести взгляд от толстого длинного члена моего Северуса. Каждый раз не могу.
Мутный сгусток стекает по нему прямо на мою ступню, и я сглатываю. Хочу взять в рот. Хочу провести языком по сухой, слегка шершавой коже. Облизать бледную линию колечка, где когда-то была граница крайней плоти. Ощутить этот еле заметный валик под натянутой кожей. Я могу вечно любоваться венечной бороздкой под матовой головкой. Она плотная, глубокая. Если провести языком, то слюна скапливается в ней и блестит.
Я громко выдыхаю воздух и поднимаю глаза. Северус смотрит на меня жадно. Он провоцирует. Знает этот мой затуманенный, полный неприкрытого желания взгляд. Знает, что произойдет сейчас. Знает какое «наказание» получит за несанкционированное использование моих конечностей без разрешения.
Я совершаю бросок резко: вот расслабленно опираюсь на локти, а через секунду нависаю над опрокинутым Северусом. Поскольку он сидит на самом краю кровати и пытается сбежать, развернувшись к двери, его ноги и задница оказываются подо мной, а руками ему приходится упереться в пол.
По моей спине проходит электрический разряд. Ощущение превосходства, вседозволенности и полной покорности партнера заполняют, словно пузырьки газировки, щекотно проносясь по каждой вене. Мой.
Северус легко трепыхается, раздвигает ноги, заставляет приподняться и просунуть свои колени под него. Я с силой хватаюсь за выставляемые ягодицы и развожу их. Ба! Да здесь уже все готово. С ума сойти. Вход блестит от смазки и раскрывается.
Быстрое заклинание и я вхожу в подготовленный для меня анус на всю длину. Северус вскрикивает и падает на локти. Мне неудобно. Я на самом краю, и для опоры нет места. Если наклониться вперед на свисающего Северуса, то мы скатимся на ковер. Но он так красиво прогибается в спине, так изящно. Мне не хочется нарушать столь гармоничную эстетику любимого тела.
Выхожу из него, разворачиваюсь, ставлю одну ногу на пол, а второй упираюсь в кровать коленом. Северус рычит: «Давай уже!» И я даю. Направляю свой член в разработанную дырку, а потом хватаю Северуса за щиколотки и начинаю вдалбливать в матрас.
***
Вечером профессор Снейп пребывал в ярости. В процессе очередного эксперимента он обнаружил свой маленький оловянный котел грязным. Отмывать его времени не было, потому пришлось брать больший, из-за чего баланс температуры был нарушен и пару недель подготовки пошли низзлу под хвост.
В коридоре хлопнула дверь, и в гостинную вбежал Поттер. Увидев хмурого Снейпа, восседающего на своем пыточном (жесткая спинка под девяносто градусов и не менее жесткое сидение) кресле, с руками, сложенными на груди, губами ниточкой и обвиняющим взглядом, тот попятился назад.
— Прости, сейчас разуюсь. Не злись. И мантию сниму. Все, все! — Поттер выставил руки ладонями вперед, словно успокаивая дикого зверя. — В аврорате отмечали выход Бабадоса на пенсию, но я только чуть задержался. Ты чего?
Зацепившись за порог, Поттер шлепнулся на задницу и с ужасом посмотрел на приближающегося Снейпа.
— Кто. Разрешал. Брать. Мой. Котел?! Полироль для метлы, Поттер? Ты серьезно? Спуститься в лабораторию, чтобы взять ценное оборудование для этого? Чашка, банка, миска, тарелка! Ты мог вообще не выливать ее из флакона! Я научу тебя порядку, — прорычал Снейп, подходя вплотную и расстегивая ширинку.
Поттер старался не улыбаться. Вот и еще одна причина для наказания сыграла. Ну а что? Не только же Снейпу нарываться.