Chapter Text
Знаете, что такое извращение? Это дело вкуса. Как с китайской едой: либо нравится, либо нет. Но если ты китаец — у тебя нет выбора. (с)
- Роланд, до того, как Эдди и Сюзанна присоединятся к нам, могу я поговорить с тобой дан-дин? (с)
В сущности, дружочек, ничего нет проще живой тревоги отцовского сердца (с)
- Месть – это блюдо, которое нужно подавать холодным, - сообщил Картман, улыбаясь широко и гадко. – Слыхал про такое?
Стэн закатил глаза. Если бы у него не был заклеен рот скотчем, он бы ответил Картману. Но, по большому счету, - и это Стэн тоже понимал, - его мнение никого не интересовало.
И уж тем более – Картмана.
- Сиди тихо, - приказал Картман, неприятно и даже пугающе возвышаясь над ним. Его ширинка была примерно на уровне лица Стэна, пряжка расстегнутого ремня тихонько позвякивала, ударяясь о какую-то железную заклепку.
Стэн толком не понимал, что происходит, но решил, что, если придется дать лбом Картману в яйца – он готов на это пойти.
Картман несколько секунд внимательно, молча смотрел на него, потом склонился, подцепил подбородок Стэна и заставил его вскинуть лицо к тусклому свету гаражного светильника.
Стэну очень не понравился холодный, оценивающий взгляд Картмана. Это был взгляд более или менее окультуренного садиста, взгляд врача-вивисектора. Картман как будто намечал – где будет резать, а где только снимет кожу, и где, если понадобится, не погнушается и кость выломать. Злой это был взгляд, очень недобрый.
У Стэна потек пот по спине, прокладывая ручеек между лопаток, майка прилипла к телу. Затылок тоже стал мокрым, и по виску скатилась соленая капелька. Картман, увидев ее, оскалился еще шире, показав весь набор белых зубов, с чуть выступающими клыками.
Ему очень шел этот оскал – всю его сущность подчеркивал. Даже если не знаешь, что Картман за человек такой, и какие бездны злобы, низости и всякого уродства в нем скрыты – только посмотришь на такую улыбочку, и все станет ясно.
- Давай договоримся, - мягко сказал Картман, издевательски похлопав его по макушке. – Ты будешь сидеть тихо – и тогда я тебя отпущу, целого и невредимого, к жене и будущим детишкам.
Стэн вскинул бровь, молча спрашивая, что же будет, если сидеть тихо он не будет.
- Тогда тебе это не понравится, - хмыкнул Картман, безошибочно угадав его вопрос. – И никаких детишек у тебя уж точно не появится.
Стэн неохотно кивнул, соглашаясь с условиями. У него немного затекли руки, примотанные скотчем к сидению стула, ныли вывернутые плечи, и начали мерзнуть ноги. Картман постарался, приматывал его от души, почти всю упаковку извел.
Картман выпрямился, щелкнул его по лбу, снова хмыкнул – и ушел в дом. Стэн подвигал кистями, пытаясь размягчить скотч. Стул был тяжелый, но Стэн мог бы его опрокинуть, а дальше освободиться было бы совсем просто. Он покачался – и беззвучно выругался, потому что обнаружил, что стул привинчен к полу. Так быстро расшатать винты он бы не сумел.
Но Стэн, конечно, все-таки попытался… и тут же выпрямился и сел спокойно, услышав голоса и звук шагов.
- А зачем мы спустились в гараж? – спросил Кайл. – О, погоди, я понял, что за сюрприз! Ты купил новую машину?
- Нет, - усмехнулся Картман. – Тебе что, новая тачка нужна?
- Не-а, - ответил Кайл, крутя головой и пытаясь как-то ориентироваться в пространстве. – Но, что мы тут забыли?
Картман широко улыбнулся. Стэн сидел тихо-тихо, стараясь даже не дышать. Он сообразил, зачем его сюда притащили и почему связали, и мог только надеяться, что далеко дело не зайдет.
Но вообще его кое-что удивило – то, как заботливо и нежно Картман вел временно ослепшего Кайла, придерживая его за связанные ремнем руки. Из своей футболки Картман сделал аккуратный жгут и завязал Кайлу глаза. Полуголый Кайл, в расстегнутых штанах, кажется, вообще не сомневался, и не боялся стукнуться носом о какую-нибудь перекладину.
Стэн бы не доверил Картману сугроб снега посреди зимы, а слепой Кайл уверенно шагал, полностью доверившись. Но Картман действительно его страховал, и то, как напряженно и внимательно он это делал – это было так странно, что Стэн совсем растерялся.
- Эрик! - позвал Кайл, с капризной, требовательной ноткой. – Ты что задумал?
Картман крепко обнял его сзади, погладил по худым ребрам, потом потеребил сережку-колечко в соске и поцеловал в шею.
- Хочу потрахаться, - сказал он, глядя на Стэна темными глазами поверх плеча Кайла.
Стэн обреченно попросил взглядом отпустить его. Не хотел он на такое смотреть. Картман гнусно осклабился, он, кажется, всеми фибрами своей души наслаждался и развлекался.
- А почему в гараже? – удивился Кайл. – Пошли в постель?
- Но я тебя еще тут не нагибал, лапонька, - заметил Картман. – Хочу исправить эту несправедливость.
- Только не на капоте! – потребовал Кайл. – Ты тачку в последний раз мыл неделю назад!
- Какие мы капризные, - вздохнул Картман, поглядывая на Стэна. – Пока ублажишь моего еврейчика - семь потов сойдет.
Он возвышался позади тонкого, стройного и изящного Кайла здоровенной горой мускулов и нацистских татух.
Стэн раньше как-то не задумывался – насколько Картман успел себя запачкать этой дрянью, а теперь увидел собственными глазами, что запачкался основательно. Интересно, как Кайл это терпит? Все эти свастики и прочее дерьмо?
Кайл повернулся к Картману лицом и запрокинул голову. Картман поцеловал его в край рта.
- М-м, протянул он. – Чего ты хочешь, еврейчик? Что мне с тобой сделать?
Боже! - мысленно попросил Стэн. – Сделай что-нибудь, чтобы они меня отпустили. Я-то чем это заслужил?
- Я очень хочу твой хуй, - искренне и открыто сказал Кайл, прижимаясь к полуголому Картману. – И в рот, и в задницу. И, если разрешишь, я бы вылизал твои яйца.
Стэн вздрогнул. Картман ухмылялся и сиял.
- Как моя верная немецкая овчарочка? – спросил он низким от возбуждения голосом, поглаживая обнаженные плечи Кайла, усыпанные веснушками, своими здоровенными лапищами.
- Да, - послушно ответил Кайл. – А потом хочу, чтобы ты меня повязал, как кобель сучку.
Стэн даже глаза закрыл, настолько ему стало тяжело воспринимать действительность, где его друг, такой умный, начитанный, интеллигентный и положительный, говорил подобное. И кому!
- Лапонька, - задумчиво сказал Картман, легонько сжав пальцы на ключицах Кайла. – Я тебя с собой больше на работу не возьму. На тебя это как-то странно влияет.
- Возьмешь! - уверенно ответил Кайл. – И тебе нравится, герр официр, я же знаю, что ты всегда мечтал о послушной собаке.
Если я все это переживу, - пообещал себе Стэн. – За шкирку оттащу Кайла к мозгоправу. Пусть лечится... или хоть обследуется. Он ведь совсем с катушек съехал.
- Стой смирно, Кайли, - приказал Картман.
Он выпустил край ремня, на секунду оставил Кайла, вытащил из угла гаража прочный стул, удобно устроился и легонько пнул Кайла по ноге. Кайл послушно опустился на пол, поерзал, устраиваясь на коленях, и лег подбородком на колено Картмана.
Как он там сказал - Как немецкая овчарка? Точно! Кайл еще и слюнки пустил от нетерпения.
Картман неспешно расстегнул брюки, вытащил член и хозяйски погладил Кайла ладонью по затылку, зарываясь пальцами в рыжие волосы. Кайл шумно втянул воздух носом, встрепенулся, издал какой-то радостный, полный ликования звук, и принялся сосать.
Стэн порадовался уже тому, что не видит подробностей.
Он видел лишь, как двигается вверх-вниз рыжая голова, а на кудряшках поблескивали тусклые блики. На худой, мускулистой спине Кайла то и дело проступали заостренные лопатки.
И еще Стэн видел, что Картман немигающим взглядом смотрит вниз, рассматривая то, что Кайл делает.
Картина, в целом, была отвратительная и возмутительная. Она оскорбляла Стэна, и он так ненавидел сейчас Картмана – как никогда ранее. За то, что Картман сидит, а полуголый Кайл стоит на коленях на холодном бетоне. И за то, что Картман - нацист и скотина, а Кайл, один из самых справедливых и правильных людей, каких только Стэн знал, жадно сосет его хер и даже причмокивает. И за то, что Картман заразил Кайла своим гнусным извращенным безумием.
И стоило Стэну подумать, что хуже уже не будет, как Картман крепко взял Кайла за волосы на затылке, грубо оттянул назад и влепил звонкую пощечину. Кайл ахнул, дернулся всем телом и расставил ноги шире.
- Осторожнее с зубами, - лениво сказал Картман. – И поменьше слюней.
Кайл кивнул и облизнулся.
- Хороший песик, - ответил Картман, и так же грубо, за волосы, притянул его голову обратно.
Потом Картман поднял лицо и посмотрел на Стэна тяжелым, темным взглядом. Стэн невольно сжался, хотя он Картмана никогда не боялся. Но в происходящем не было ничего здравого: и Кайл был сам не свой, и Картман казался действительно опасным.
- Сними штаны, - приказал Картман, остановив Кайла хлопком по плечу. – Покажи-ка свою дырку.
«Что б ты сдох, мудила», - мысленно пожелал бессильный что-то изменить Стэн, пока Кайл, неуклюже, но очень старательно, пытался раздеться связанными руками.
Картман на секунду отстранил его, скомкал брюки и подложил их валиком Кайлу под колени.
И на эту секунду его взгляд совершенно изменился. Все мерзкое и гадкое из него ушло, Картман явно взял паузу и оценил насколько Кайлу удобно стоять, насколько он замерз и не хочет ли остановиться. Потом, конечно, все вернулось обратно, но пораженный Стэн этот момент запомнил.
- Достаточно, - сказал Картман, перебирая пальцами густые, рыжие волосы Кайла, пока тот старательно лизал, стоя на четвереньках.
Кайл выпрямился. Он весь дрожал - может, от холода, или от возбуждения. Стэн старался не смотреть на него, и не смотреть ему между ног, ему казалось, что, если он посмотрит – он Кайла предаст. И все-таки он смотрел, не мог удержаться.
- Повязать как кобель сучку? – задумчиво проговорил Картман. – Ты ведь уже потек, лапушка? Повернись-ка, папочка хочет проверить, насколько у тебя мокрая дырочка.
Кайл торопливо повернулся к нему спиной и задрал задницу, опустившись грудью на связанные руки.
Стэн подумал, что так будет лучше: так он не будет видеть обнаженные ягодицы и поджатую мошонку своего, блядь, лучшего друга. Но вышло только хуже, потому что он видел совершенно обдолбанное, счастливое лицо Кайла, в слюне и естественной смазке. И выглядел его лучший дружище так, словно от сосания хуя вот-вот впадет в экстаз - губы него распухли и стали болезненно-красными, щеки порозовели, и Кайл весь буквально светился.
Картман, особо не церемонясь, пропихнул палец и похмыкал.
- Хреново, - недовольно сказал он. – Недостаточно ты потек, сучка.
Кайл вздрогнул.
- Я… - пролепетал он. – Я… прости.
Картман наклонился и пихнул пальцы ему в рот.
- Оближи их как следует, - приказал он.
Кайл старательно принялся сосать. Картман глядел на него сверху вниз, и глаза у него были страшные, жуткий был взгляд. Словно Картман… словно он Кайла сожрать хотел.
Но потом он выпрямился, сложил два пальца и грубо впихнул их в Кайла. Тот взвизгнул и чуть не стукнулся лбом о пол.
- Прости! – воскликнул Кайл. – Прости меня!
- За что? – осведомился Картман ласковым тоном, в котором отлично слышалась угроза - «попробуй только дать мне неверный ответ – и ты здорово пожалеешь».
- За то, что я плохая сучка! – ответил Кайл, поскуливая. – Я буду стараться!
Картман одобрительно хлопнул его по заднице. Стэну стало так противно, что он поежился.
Может, Кайл услышал шорох его одежды, или просто уловил что-то, но он вдруг застыл, склонив голову, и позвал совершенно трезвым голосом:
- Эрик?
Картман моментально остановился. Словно Кайл нажал в нем какую-то кнопку, превращая эту обезумевшую фак-машину в более или менее нормального члена общества, которого Стэн много лет знал.
- Что, еврейчик? – спросил Картман. – Больно? Ты замерз?
- Нет, - неуверенно ответил Кайл. – Мне просто… мне показалось… мне как-то дискомфортно.
Картман секунду смотрел на него, потом улыбнулся – очень мягко и нежно. Пожалуй, именно эта улыбка поразила Стэна сильнее всего того, что он уже тут увидел. Эта любящая улыбка совсем не вписывалась в образ Картмана, и вообще в то, что тут происходило. Картман как будто ужасно гордился Кайлом, и ужасно любил его. Так сильно, что дышать больно – Стэн не понаслышке знал это чувство. Только не думал, что Картман на такое тоже способен.
- Все в порядке, детка, - сказал Картман. – Или тебе плохо? Отвести тебя в дом?
- Н-нет, - подумав, ответил Кайл. – Обними меня?
Картман тут же подхватил его и усадил к себе на колени, крепко прижав к себе, провел губами за ухом, погладил по красному отпечатку на ноге. Кайл ткнулся лицом ему в шею и шумно вздохнул.
Стэн с горечью подумал, что, в сущности, не знает толком ни Картмана, ни, - что было обидно, – Кайла. Он всегда считал, что Кайл каким-то образом противостоит чудовищности Картмана, сам, при этом, не пачкаясь в его грязи. Каким волшебным образом – это Стэна не интересовало. Он твердо знал, что Кайл – нормальный, а Картман – не очень.
Но теперь он понял, что заблуждался. Спутал звезды с их отражением в пруду. Кайл не был нормальным… и у Стэна сразу возник закономерный вопрос, а кто же из них большее чудовище – тот, кто не скрывает свою натуру, и никогда не скрывал, или тот, кто днем прикидывается порядочным адвокатом, своим парнем, приличным членом общества, а по ночам называет себя собачкой-сучкой и жопу подставляет. И как давно Кайл стал таким?
Сразу, - устало подумал Стэн. – Он всегда был таким, и ты это знаешь. Тебя это не касалось, и поэтому тебе было похер. А он всегда был таким. Потому-то Картман по нему годами с ума сходил. Чувствовал родственную натуру.
- Эй, Мистер Биг, - с робкой игривостью сказал Кайл, цепляясь за руку Картмана. – Можно ли мне еще твой член?
- А ты хочешь продолжить? – уточнил Картман, вскинув бровь.
Его глаза стремительно потемнели, линия челюсти потяжелела. Ладонь, которая только что расслабленно лежала на боку Кайла, оберегая и придерживая, напряглась, а пальцы впились в кожу.
- Ну, если ты решишь, что плохая сучка заслужила член, - послушно ответил Кайл. – Если да – то очень хочу!
- Пожалуй, заслужила, - подумав, милостиво сказал Картман.
Кайл попытался сползти обратно на пол, но Картман перехватил его рукой через живот, повернул к себе спиной и удержал на коленях.
Кайл выгнулся, закинул связанные руки назад, за шею Картмана, и поерзал, пытаясь пошире расставить ноги. Стэн обреченно смотрел на него - на его сильное, худое тело, на поблескивающую сережку в соске, которую Картман то и дело потирал. В члене тоже была сережка, и кажется, даже не одна. А Стэн и не знал, что дело так далеко зашло.
Кайл облизывал губы, вздыхал, а когда Картман подхватил его за бедра и резко дернул вниз, Кайл вскрикнул и запрокинул голову, вытянувшись и дрожа.
Он издавал сладкий, протяжный крик на каждый толчок, и, по крайней мере, в одном Стэн точно убедился – Картман не делал Кайлу больно. Картман вообще, похоже, не делал ничего, что Кайлу не нравилось. Он-то о себе почти не заботился, сфокусировавшись на Кайле. Как же это было странно, и как это противоречило всему, что Стэн о Картмане думал!
- А вот теперь обещанный сюрприз, дорогуша, - негромко сказал Картман, зажал Кайлу рот, попутно стиснув его плечи рукой, и сдернул повязку с глаз.
Кайл заморгал, повел головой и сразу увидел связанного Стэна, наблюдающего за ними из дальнего угла гаража. Пару секунд Кайл молчал и недоверчиво хлопал ресницами, а потом начал дико кричать в ладонь Картмана.
Он бился и дергался, пытаясь освободиться, и, наверное, если бы вырвался, то так бы грохнулся о пол головой, что мало не показалось, но Картман зажал его и удержал. Глаза у Картмана светились почти безумным огнем, на руках вспухли напряженные мышцы, на бычьей шее проступила пульсирующая жила.
Кайл, выкричавшись, обмяк. Он казался безучастным, подрагивал и смотрел перед собой тусклыми зелеными глазами. По его щеке скатилась прозрачная слезинка и капнула на пол.
- Признайся, - негромко заметил Картман, который даже не остановился, несмотря на весь ужас и апатию Кайла. – Об этом ты писал бы письма Санте, еврейчик? Но у вас ведь гребанная Ханука без старикана Санты, который мог бы исполнить твое желание.
Кайл болтался в его руках, не сопротивляясь и не возражая. Стэн не мог понять, слышит ли Кайл все это – или впал в шок. Член у него по-прежнему твердо стоял, и даже начал подтекать вязкими каплями, но в целом вид у Кайла был настолько пришибленный, что Стэн испугался.
- Хотя-я-я, - промурлыкал Картман. – Ты же плохая сучка… плохим сучкам Санта ничего не приносит. А вот добрый дядя Картман, жалея еврейских мальчиков, исполняет их желания, не дожидаясь Хануки. И заметь, я совершенно простил тебе тот пиздецкий пятничный ужин с твоей семьей, перед шаббатом.
Он убрал руку, дожидаясь от Кайла какого-то ответа.
- Спасибо, - проговорил Кайл безжизненным голосом.
- Разве ты не счастлив? – удивился Картман. – Как так?
Стэн едва язык себе не откусил, он был чудовищно зол на Картмана, который не мог заткнуться, который все жал и жал на Кайла, будто не видел, что Кайл в полном шоке. Совершенно аморально бил по важным болевым точкам.
- Нет, - тихо ответил Кайл. – Не счастлив.
Картман тут же остановился и моментально ссадил Кайла с колен. Тот шлепнулся на пол, не удержавшись на ногах, ссутулился и неуклюже обнял себя руками. Картман глядел на него сверху вниз, и Стэн тоже смотрел – они оба напряженно ждали, что Кайл скажет. Стэн подозревал, что одному из них сейчас очень не понравится, и хотел бы верить, что Кайл сейчас Картмана просто уничтожит словами.
- Почему ты остановился? – глухо спросил Кайл, не поднимая головы. Он весь подрагивал.
- Потому что ты мне врешь, - ответил Картман. – А я не люблю, когда ты мне врешь, сладенький.
Кайл поднял лицо к свету и поглядел на Стэна. Слезы так и лились по его лицу, глаза блестели больным, шалым блеском.
- Прости, - слабо сказал Кайл, глядя на Стэна. – Извини.
Он встал, пошатываясь, шагнул к Картману и сел на него верхом, лицом к лицу, обхватив ногами за бедра.
- И что… - начал было Картман.
Кайл в ответ отвесил ему неуклюжую пощечину сложенными ладонями, но и туже обхватил коленями. Еще и обнял за шею, перекинув связанные ремнем руки Картману на загривок
- Гад, - сказал он слабо, ткнувшись мокрым лицом Картману в грудь. – Ты негодяй и сволочь…
Картман не двигался, только наблюдал за ним, вскинув бровь и едва заметно улыбаясь.
- Ублюдок, - выругался Кайл. – Ты больной ублюдок, Эрик! Твою мать, ты действительно больной на всю голову!
Он поерзал задницей на члене, вздохнул и сказал:
- Спасибо, дядя Картман. Это шикарный подарок.
Картман ухмыльнулся краем рта и положил ладони Кайлу за бедра.
Потом поглядел на Стэна и сказал:
- Смотри на него.
«Иначе я тебе шею сверну» - понял Стэн то, чего Картман недоговорил. Он смотрел… а что ему еще оставалось?
Картман приподнял Кайла и насадил его на себя одним толчком, и начал подкидывать, жестко направляя и не давая притормозить и передохнуть. Кайл вздыхал и ахал, прижимался к Картману, извивался на нем и царапал ногтями шею.
- Знаешь, что самое любопытное, еврейчик?
- М? – задыхаясь, спросил Кайл.
- А у твоего дорогого кореша стоит на нас, - заметил Картман. – Он бы сейчас отлично подрочил, если бы смог. Не хочешь ему помочь?
Стэн побагровел. Кайл выгнулся назад – так сильно, что едва не достал макушкой до пола, - Картман придерживал его за бедра, - Кайл несколько секунд заинтересованно смотрел на Стэна вверх ногами.
- Не хочу, - сказал он наконец. – Я тебя хочу, герр гауптштурмфюрер. Меня чужие хуи не привлекают.
- Отрадно слышать, - отозвался Картман и встал, держа Кайла на весу.
Кайл охнул и обвил его ногами и руками.
- Точно не привлекают? – спросил Картман. – Или ты и тут мне соврал? У тебя ведь сучья натура, детка.
Он бесцеремонно стащил с себя Кайла и почти швырнул его перед Стэном. Кайл вскрикнул и попытался попятиться, а Стэн, насколько мог, подался назад. Им обоим физически противно было соприкасаться, в этом было что-то гадкое, практически инцестуальное. Картман наблюдал за ними, неприятно ухмыляясь.
- Ну-ка, - пробормотал он, схватив Кайла за волосы. – Не привлекают, нет?
Кайл сдавленно ахнул, но Картман безжалостно ткнул его лицом в ширинку Стэна, где действительно, под плотной джинсовой тканью напрягся член. Стэн ему сейчас был не хозяин, это было какое-то механическое, заразное возбуждение, и Стэну и за него, и за себя было ужасно стыдно. Поэтому он смущенно отвел глаза.
Он чувствовал, как по его ширинке елозит чужое лицо. Слышал, как хрипло дышит Кайл, пытаясь вырваться. Оказавшись в такой близости – он ощущал и запахи: сильный и резкий запах пота Картмана, приправленный какими-то медицинскими ароматами, запах пота Кайла, с остаточным флером одеколона. Мускусный, мужской запах возбуждения. От Кайла попахивало спермой; судя по тому, как он тек, действительно, как девчонка, – он уже был на грани.
- Вот они, две сучьи натуры, - медленно проговорил Картман, вжимая голову Кайла Стэну в пах. - Лишь бы в чей-то хуй упереться! Ладно ты, Кайли, с тобой давно все ясно, но ты, Марш! Ай-яй-яй… нехорошо.
Стэн поймал взгляд Картмана – и ему как-то сразу поплохело. Он подумал, что, если доживет до утра – это будет уже большое счастье. Картман смотрел на него зверем, и кажется, мысленно уже прикидывал, куда будет прятать расчлененные куски. Стэна это, в общем-то, не удивило, он всегда знал, что Картман умеет решать свои проблемы. А Стэн сейчас был огромной проблемой Картмана.
- Эрик, - вдруг позвал Кайл, не пытаясь вырваться.
Наоборот, он послушно обмяк и позволил Картману вжимать себя лицом между ног Стэна. От этого его голос звучал невнятно, но, тем не менее, это был спокойный, взрослый и рассудительный голос. Так разговаривают с испуганным и разъяренным животным. Это было умно, потому что Картман сейчас был именно разъяренной зверюгой.
- Эрик, - сказал Кайл. – Я не хочу. Мне неприятно.
Хватка Картмана разжалась. Кайл торопливо, почти брезгливо отодвинулся от Стэна и обернулся через плечо. Картман глядел на него немигающим взглядом, но Кайл отрицательно покачал головой.
- Нет, - сказал он твердо. – Его я не хочу. Я тебя хочу.
Взгляд Картмана смягчился, заострившиеся скулы тоже сгладились, глубокая складка между густых бровей исчезла.
- М-да? – спросил он. – Ты верная сучка?
- Персональная, - вдруг сказал Кайл, улыбнувшись. – Для сугубо личного пользования.
Картман тоже улыбнулся и как-то сразу посветлел. Стэн понял, что гроза, собравшаяся над его головой, прошла стороной.
- Ладно, - сказал Картман, опустившись позади Кайла. – Допустим, я поверю.
Он вздернул Кайла за бедра и притянул к себе. Кайл охнул и прогнулся в спине.
- Не надо, - попросил он. – Не надо так… Стэн ведь видит.
- Ну да, - ответил Картман. – А тебе ведь это ужасно нравится, правда?
Опущенная голова Кайла как-то жалобно дернулась, плечи сжались.
- Нравится? – спокойно спросил Картман, натягивая его быстрыми, ритмичными толчками. Кожа так и хлопала по коже.
- Да, - пискнул Кайл, не поднимая лица.
- Ну так пусть смотрит, - ответил Картман, взял Кайла за рыжие волосы и потянул назад, заставляя подняться на колени.
Стэн не знал, куда глаза спрятать. На таком расстоянии он все видел и все слышал. Кайл на нем практически лежал, зажатый между ним, Картманом и стулом. Блуждающий, томный взгляд то и дело останавливался на Стэне: Кайл словно забывал, что у них тут свидетель, но потом вспоминал, вздрагивал, ужасался – и снова забывал.
Смотреть на него Стэну было неудобно, поэтому он наблюдал за Картманом – и поражался.
Картман смотрел только на Кайла, он вообще про Стэна забыл.
Интересно, - невольно подумал Стэн, - а Кайл об этом знает?
Это был фанатично влюбленный, внимательный и даже немного сумасшедший взгляд. Для Картмана ничего не существовало, кроме Кайла. Он время от времени прижимал подрагивающего, гибкого Кайла к себе, нежно целовал в скулу, в щеку, в висок, и продолжал.
Стэн никогда не думал, что Картман способен на такие чувства, а вот видел – и понимал, что Картман любит Кайла. Любовь эта была нездоровой, эгоистичной, в ней было нечто извращенное, но это точно была любовь.
Наверное, Кайл знает, - решил Стэн. – Не может он о таком не знать.
Кайл как раз дернулся, запрокинув руки назад, выгнулся и вскрикнул. Картман обнял его со спины, прижав к себе. Они как-то синхронно вздрогнули, влипнув друг в друга, а потом Кайл обмяк, и только между пальцев Картмана все капало и капало белесым. Стэн перевел дыхание.
Кайл поглядел на него расфокусированным взглядом и виновато, но похотливо всхлипнул. Из его носа вдруг бурно, быстро потекли две тоненькие алые струйки, закапали на грудь, но Кайл этого даже не заметил. Он моргал и как-то рассеянно двигался, пытаясь встать. Стэн громко замычал, но Кайл не обратил на него внимания - он все пытался освободить руки, движения у него были замедленные, словно под водой.
Обратил внимание Картман – он раздраженно посмотрел на Стэна, а тот показал ему взглядом на Кайла. Тонкая алая дорожка уже докатилась до пупка, вымочив рыжие волосы.
Картман, почуяв неладное, моментально вскочил на ноги, машинально подтянув джинсы, взял Кайла за плечо и повернул к себе лицом.
- М-м? – спросил Кайл, покачиваясь и осоловело хлопая ресницами.
Картман побледнел. Не успел он ничего сказать или сделать, как Кайл выдавил что-то невнятное, глаза у него закатились – и он свалился в обморок. То есть, он просто потерял сознание, а свалиться никуда не успел, потому что взволнованный Картман тут же подхватил его на руки, легко, как пушинку, и унес из гаража.
Стэн несколько секунд сидел в тишине, пытаясь успокоиться. Стянутые скотчем руки прилично так ныли, полувозбужденный член упирался в молнию, в голове был полный раздрай. Наконец, Стэн вздохнул и подвигал кистями, оценивая свои возможности. Пока он метался туда-сюда и потел – скотч ослаб, растянулся и немного расклеился. Стэн освободил одну руку, потом другую, а потом освободился весь. Руки сразу же болезненно закололо онемением, по спине пробежались мурашки.
Стэн подумал, что самое время уносить ноги - пройти через кухню и отправиться домой, пока в этом дурдоме его не хватились. Но вместо этого он, прихрамывая на затекшую ногу, и энергично размахивая руками, пытаясь разогнать кровь, отправился по лестнице на второй этаж. Он, конечно, подозревал, что Картман ему не обрадуется, но уйти просто так, не узнав, что с Кайлом, Стэн не мог.
Кайл, мокрый от пота и бледноватый, лежал в постели, прикрытый одеялом до пояса, все еще без сознания. Картман подпихнул ему подушку под ноги, положил на лоб влажное, холодное полотенце, и аккуратно вытирал другим полотенцем натекшую и подсохшую кровь.
- Что с ним? – спросил Стэн, остановившись в дверном проеме.
- Перевозбудился, - коротко ответил Картман, неприязненно покосившись на него. – Проваливай, ты тут больше не нужен.
- Ты на всю голову ебнутый, - сообщил ему Стэн. – Тебя лечить надо.
Картман и бровью не повел. Он осторожно обтер Кайла и накрыл его до плеч, поцеловал в щеку. Дыхание у Кайла выровнялось и бледность уже сходила, щеки розовели. Под закрытыми веками двигались глазные яблоки.
- Я надеюсь, что когда-нибудь Кайл одумается, - жестко сказал Стэн. – До того, как ты его в могилу сведешь!
Картман вздрогнул и как-то затравленно посмотрел на спящего Кайла. Приложил ладонь к его щеке и осторожно погладил кончиками пальцев по скуле.
- Как это мило, - язвительно заметил Стэн. – Сначала выставить его на обозрение, как шлюху, даже его мнения не спросив, а потом вокруг него квохтать и по щекам гладить. Ты точно больной ублюдок!
Картман мрачно поглядел на него, но Стэна уже понесло. Тот стыд и ужас, что он пережил, трансформировались в злобу, и он желал немедленно обрушить ее на голову Картмана, сделать ему побольнее.
- Ты же просто маньяк! – заявил Стэн. - Кайлу надо сходить к психологу, чтобы ему вправили мозги. Думаешь, он тебя любит? Да это просто стокгольмский синдром, знаешь? И это с ним пройдет! Уж я позабочусь, что бы его вылечили!
Он шагнул ближе к кровати, но Картман моментально загородил ему дорогу.
- Не подходи! – рявкнул он. – И закрой свой поганый рот!
- Пошел нахрен! – заорал в ответ Стэн. – Это мой друг – и ты его до припадка довел! Я должен убедиться, что он вообще жив после того, что ты с ним сделал!
Он решительно обогнул Картмана и наклонился над Кайлом, потянулся к нему – и тут же сложился пополам, хватая воздух ртом. Картман добавил ему по загривку и отшвырнул к двери, подальше от кровати.
- Не. Подходи. К нему, - процедил он медленно и страшно, сжав огромные кулаки.
И взгляд у него был такой жуткий, что Стэн решил, что подходить к кровати действительно не будет. Картман выглядел как волк, защищающий логово с детенышами. Он кружил вокруг кровати, вокруг лежащего Кайла, и выглядел действительно опасным. Способным на убийство.
- Ладно, - сказал Стэн и встал, потирая ноющий живот. – Хер с тобой, мудила. Но вот когда Кайл тебя бросит…
- Стэн, - слабо сказал Кайл.
Картман дернулся, моментально забыв про Стэна, повернулся к кровати и присел рядом. Он взволнованно схватил ладонь Кайла и принялся ее нежно растирать, поглаживая пальцы. Стэн тоже шагнул ближе, чувствуя себя при этом совершенно лишним и чужим.
- Стэн, заткнись, - попросил Кайл. – Хватит. Это я хотел, понимаешь? Он сделал то, чего я хотел. Прости, что тебе пришлось это пережить.
Стэн молчал. Кайл с трудом сел и поглядел на Картмана. Картман смотрел на него в ответ встревоженным взглядом, потом поднес его ладонь к губам, поцеловал в середину, чуть выше костяшек, и на пару секунд прижался лицом. Кайл улыбнулся и погладил его по бритому затылку.
- Стэн, уходи, пожалуйста, - проговорил он, глядя только на Картмана. – Со мной все в порядке.
- Вы два гребаных, больных, полоумных кретина, - устало сказал Стэн, ощутив, что ему действительно хочется убраться подальше – и подальше от Картмана, и от насквозь больного Кайла, и от этой спальни, где явно происходило всякое ужасное. – Нахрена вы меня в это впутали?
- Мы больше не будем, - улыбнулся Кайл. – Прости. Давай потом это обсудим, хорошо? Сейчас тебе лучше уйти.
- Пошел ты, - буркнул Стэн.
Он повернулся и ушел, не отказав себе в удовольствии на прощание громко хлопнуть дверью. И когда он, нахохлившись, шагал домой, по опустевшей, темной и заснеженной улице, он вдруг подумал, что давно не покупал Венди цветы, просто так, без повода. И давно не говорил, как любит ее; просто так – за то, что такая шикарная и прекрасная девчонка – его жена.